Комит Роман и верблюды раздора
Аммиан Марцеллин, автор известных и, увы, лишь частично дошедших до нас «Деяний», похоже, мало кого ненавидел более героя сегодняшней заметки. С его слов на наших глазах постепенно вырисовывается образ человека, пренебрегшего своими прямыми обязанностями по защите римских интересов в Африке, а затем тщательно старавшегося избежать ответственности и сосредоточившегося исключительно на удовлетворении своих казнокрадских потребностей.
Биография Романа до африканских событий нам абсолютно неизвестна. Впервые он появляется на исторической арене не позднее 363-364 годов. В это время, отмеченное непродолжительным правлением императора Иовиана, на города римской Триполитании (совр. западная часть Ливии) участились набеги берберского племени (или союза племён) австорианов, особенно в той части, где находился город Лептис-Магна. Сами берберы явились сюда не только ради грабежа сельской местности и имений местных магнатов, но якобы ради мести за казнь своего соплеменника Стахаона. Этот Стахаон, правда, был вовсе не невинно убиенным беззащитным малым, а провокатором, подбивавшим Триполитанию на отпадение от Римской Империи, за что и был подвергнут прожарке. Однако мы немного увлеклись.
Защищаться лептийцам оказалось абсолютно нечем, поэтому они отправили мольбу Роману в Карфаген, который в силу своей должности комита командовал местными полевыми частями и мог бы отогнать австорианов обратно в пустыню. И действительно: Роман откликнулся на зов и явился со своими силами под стены Лептис-Магны. Именно в этот момент произошли довольно странные события. Дело в том, что Роман для продолжения кампании затребовал у лептийцев провиант и четыре тысячи верблюдов. Жители города, изрядно удивившись подобным требованиям, пытались воззвать к логике и благоразумию комита, ведь земли их были разграблены, посевы сожжены, а верблюды либо угнаны, либо убиты. Роман послушал все эти жалобы, побыл чуть более месяца под стенами и отправился обратно в Карфаген, так и не начав реальные боевые действия против австорианов. Последние, осмелев от наглости и безнаказанности, ещё несколько раз разоряли окрестности Лептис-Магны и даже целую неделю с гаком пытались вломиться в сам город, правда, безуспешно, хоть и напугали до смерти городское население.
Параллельно с тем как население Триполитании оказалось столь же беззащитными, сколь младенец, окружённый волками, городские власти Лептис-Магны попытались решить вопрос через подачу нескольких прошений императору Валентиниану I (364-375), в которых подробно расписали как собственные беды, причинённые австорианами, так и равнодушие комита Романа. Я, наверное, историю этих разбирательств расскажу как-нибудь отдельно, поскольку из обращений лептийцев завязалась детективная каша на десять с гаком лет и в ходе этой каши несколько участников драмы было казнено, а кое-кто и повесился, но не наш герой. Что до Романа, то комит сделал всё, чтобы вести расследование собственных преступлений и, за исключением пары неприятных эпизодов, отделался лёгким испугом.
Однако остаётся не особо решённой загадка изначальной мотивации действий комита в Лептис-Магне. Загадка, которую можно разделить на несколько частей:
1. Зачем понадобилось присутствие Романа в Триполитании и где в это время были местные армии?
2. Почему Роман выставил такие тяжёлые требования уже ограбленным жителям города?
3. Почему развернулся восвояси, не получив желаемого?
На первый вопрос ответ учёными считается достаточно тривиальным: а их не было, этих местных триполитанских войск или не было в достаточно количестве даже при наличии одноимённой системы укреплений южнее (Limes Tripolitanus). Высказывается предположение, что набеги австорианов и иных берберских племён со временем так разорили местные власти и землевладельцев, что те оказались неспособны содержать количество воинов, достаточное для отражения атак берберов.
Ответ на второй вопрос зависит от того, считаем ли мы, что Роман перестарался со своими требованиями. В теории землевладельцы должны были набивать зерно с подконтрольных территорий в специальные хранилища, а уже затем зерно распределялось между местными гарнизонами. Однако к приходу Романа хранилища оказались пусты, да и даже при наличии оного раздавать его должен был вовсе не комит, а местные чиновники. С верблюдами – практически та же история. И никто не говорил, что содержимое местных зернохранилищ нужно так вот сразу и отдавать экспедиционным частям Романа. Так что комит мог вполне наткнуться на конфликт полномочий вкупе с разорением территорий.
Ответ на третий вопрос кажется проще остальных. Роман отказался идти за головами австорианов не только и не столько из-за своих тараканов в голове, сколько из-за банальной логики: воевать с кочевниками у них дома в засушливой местности следует всё-таки с достаточным количеством провизии, а не на голодный желудок. Не получив желаемого, комит осознал, что вести кампанию ему нечем. Тем не менее, стоит отметить, что он не просто не контратаковал австорианов, а ушёл вместе со своими силами в достаточно отдалённый Карфаген, оставив Лептис-Магну даже без такого прикрытия.
Так что вполне может статься, что первая стадия конфликта Романа с лептийцами началась из-за сочетания крайне плачевного состояния местной обороны, снабжения этой самой обороны, а так же конфликт полномочий между местными властями и «пришлым» военным. Все же дальнейшие события и разбирательства стали следствиями изначальных несостыковок, которые не могли не образоваться в таких тяжёлых условиях.
Дальнейшие тяжбы и интриги в конечном итоге мало повлияли на нашего сегодняшнего персонажа. Роман, вне зависимости от того, какова была его степень вины в произошедших событиях, к 370-м годам продолжал исполнять свои обязанности комита Африки. Крайне плохо исполнять, если верить Аммиану. К этому времени у комита, вероятнее всего, завязались взаимовыгодные отношения с Саммаком, одним из сыновей Нубела, историю семейства которого мы относительно скоро продолжим рассматривать. Саммак даже упомянул Романа в посвятительной надписи, созданной в честь укрепления своего поместья. Что же до Триполитании, то кое-какие выводы из произошедших событий со временем всё-таки смогли сделать. Саму Лептис-Магну восстановили местные магнаты, а что же до защиты всей Триполитании, то в правление императора Гонория (395-423) мы всё же видим намёки на восстановление собственных сил, на сей раз вполне боеспособных, чтобы отбить не позднее 423 года новый налёт австорианов. Подверглось также реорганизации провинциальное управление Триполитании и военные командиры постепенно оттесняют гражданских чиновников на второй план. Что же до австорианов, то они и далее с переменным успехом продолжили свои набеги на Триполитанию как минимум до середины VI века, пока в провинции последовательно сменяли друг друга римская, вандальская и снова римская (ромейская) власти.