Бесстыжий мир. Глава 175
Так глубоко, без сновидений, он не спал уже давно. Утро встретило его привычной тишиной, и на фоне того, как всего несколько часов назад он буквально рухнул в забытьё, тело казалось невесомым.
Пока всё оставалось по-прежнему. Пэк Хэ Гён потянулся и сжал телефон, лежавший совсем рядом, у кончиков пальцев.
Как только он переключил его с беззвучного на вибрацию, тот загудел, и поток сообщений накрыл его с головой.
Исполнительный директор Йонсан Хайраум, Закусочная в рыбацкой деревне, Ю Дизайн, директор Хан Се Гён из Ханпхён Констракшн… экран утопал в уведомлениях от контактов, спрятанных за вымышленными именами. И с каждым новым сообщением всё сильнее чувствовалось: новый день уже вступил в свои права.
В общей массе мелькали отчёты из Хвандо и новостные рассылки, однако часть сообщений исходила от полиции, а часть — от людей Ху Пёна.
Хан Се Гён, Ханпхён Констракшн
Сегодня в 18:00 в управлении полиции Йосу запланирован допрос Сок Иль Хвана, одного из руководителей группировки Юхаксын, в качестве свидетеля. Направляю информацию о следователе, назначенном по делу.
Пролистав экран, он увидел расписание следственных действий, включая допрос, а также данные следователя. Всё это напоминало работу полицейского, открывающего систему KICS [1], чтобы проверить закреплённые за ним дела или те, к которым у него есть ограниченный доступ.
[1] Примечание автора: KICS (Korea Information System of Criminal Justice Services) — корейский портал, объединяющий данные по уголовному правосудию.
Здравствуйте, директор. Напоминаю: сегодня (16-го) утром заместитель руководителя второй группы Вон Ху Пён возвращается в главный офис. Увидимся позже.
Среди прочего было сообщение и от Гук Джи Хо, отправленное на рассвете — судя по всему, он так и не ложился. Даже без каких-либо указаний он докладывал обо всём, вплоть до мелочей. И это как нельзя лучше соответствовало характеру мужчины, которому необходимо держать под контролем каждую деталь.
Хмурые с самого утра брови Пэк Хэ Гёна слегка разгладились.
Исполнительный директор Йонсан Хайраум
Как поживаете? Давно от вас не было новостей. Похоже, вы забыли направить отчёт о следственной деятельности за первый квартал. Буду признателен, если вы уделите этому внимание. Если вам нужна помощь — скажите прямо. Всё-таки наши отношения строятся на взаимной выгоде, не так ли?
Исполнительный директор Йонсан Хайраум… за этим именем скрывался Юн Бэк Хён, занявший пост начальника уголовного управления после того, как бывшая глава, Чан Ын Хён, оказалась на скамье подсудимых.
Пэк Хэ Гён провёл ладонью по подбородку. Давненько они не связывались.
Слишком уж мягкий тон — совсем не тот, каким отдают распоряжения подчинённому, забывшему про отчёт.
Похоже, Юн Бэк Хён с самого момента своего назначения догадывался, что к устранению Чан Ын Хён приложил руку именно Пэк Хэ Гён. Но действовать он не спешил, словно прощупывал границы — выяснял, какими связями и ресурсами тот располагает.
И всё же сегодняшнее мягкое сообщение выбивалось из привычной картины. С тем самым тоном, каким полицейские иногда обрабатывают подконтрольных бандитов — уговаривая и умасливая…
Как ни взгляни, для сообщения подчинённому, которому, по большому счёту, поебать, это выглядело слегка странно.
Пэк Хэ Гён поднялся и провёл рукой по сбившемуся одеялу — на нём не осталось ничего, кроме тепла его собственного тела.
Иногда он делил эту постель вместе с Гук Джи Хо — и не только в те дни, когда у них был секс. Бывало, тот, постучав для приличия, заходил как к себе и без стеснения устраивался рядом.
«Ох, в моей комнате комар, пришлось спасаться».
За всё время, что он жил в этом доме, он ни разу не видел ни одного комара.
Какими мотивами тот руководствуется — было совершенно непонятно. Иногда это происходило в дождливую погоду, иногда в ясную; то в моменты, когда их отношения налаживались, то, наоборот, когда снова шли под откос. Впрочем, само по себе разделение отношений с подчинённым на «хорошие» и «плохие» выглядело довольно неестественно.
Порой, чтобы держать бандитских ублюдков в узде, требовалось наглядно показывать, к чему приводит неповиновение. Гук Джи Хо головой это понимал, но лицо его всё равно выдавало внутреннее колебание. Он мог бы отвернуться или просто закрыть глаза, избегая зрелища, но он был слишком сообразительным, чтобы позволить себе такую роскошь. Он прекрасно знал, что за ним наблюдают.
Он сжимал и разминал их в своих прохладных ладонях, дыша неровно, короткими выдохами. В последние дни в нём всё чаще проступала тревожность, совершенно ему не свойственная.
Прокручивая в памяти лицо подчинённого, Пэк Хэ Гён закончил с душем и, не откладывая, принялся варить кофе. Громкий звук перемалываемых зёрен резал слух, но он любил эти краткие секунды.
Это было то самое время, когда в голове не оставалось ни одной лишней мысли. И в такой пустоте иногда вдруг проявлялись тонкие нити, связывающие причины и следствия, или прояснялся смысл — зачем и куда он идёт.
Неужели Юн Бэк Хён, начальник управления уголовных расследований, понял, что отчёт передали наверх в обход него?
Вероятно, необычное сообщение от «исполнительного директора Йонсан Хайраум» — начальника Юна — и было знаком этой самой настороженности.
Если он понял, что его обошли, то вряд ли станет сидеть сложа руки и просто наблюдать. В полицейской структуре жёстко соблюдают иерархию: приказы идут сверху вниз, а отчёты — снизу вверх.
Поскольку проект «Хвандо» был создан не в его каденцию, Юн Бэк Хён практически не вмешивался, оставив всё на самотёк.
Пэк Хэ Гён, впрочем, и сам понимал: прежней поддержки со стороны полиции, как во времена начальника Чан, уже не будет. К тому же с приходом нового президента сменился и глава Национального агентства полиции, так что в управлении уголовный расследований больше не осталось людей, искренне заинтересованных в проекте «Хвандо».
Дело Чан Ын Хён закрыли, сведя всё к нарушению служебной дисциплины со стороны одного должностного лица, — официальное заявление было предельно лаконичным. Хотя внутри организации от неё фактически открестились, Пэк Хэ Гён некоторое время был также лишён возможности напрямую связываться с верхушкой управления.
Ведь идти против своей же линии, да ещё и задеть начальство — почти то же самое, что забить автогол.
Это был осознанный выбор. Тогда… Гук Джи Хо находился под прицелом, а требование Чан Ын Хён добиться результата к сроку её повышения казалось едва ли не саботажем.
Похоже, его разбудил звук кофемашины — Гук Джи Хо вышел из своей комнаты, лениво шаркая, с ещё заспанным лицом.
Пэк Хэ Гён смерил его взглядом, медленно скользнув от макушки до пят, и спросил:
— Вчера ты вернулся в десять, верно? Потом опять уходил?
Вопрос прозвучал на автомате, но, будучи заданным с самого утра, вышел почти как на допросе подозреваемого.
— А? В десять пришёл. Всё время был дома.
— Ты отчитался мне на рассвете. Сообщением.
Пэк Хэ Гён и сам признавал за собой излишнюю подозрительность. Любое сообщение он анализировал не только по смыслу, но и по тому, в каком состоянии его писал отправитель. Было ли это его природной чертой или результатом долгих лет, прожитых на грани, под самым остриём ножа?
На столе стояли две чашки кофе: у Пэк Хэ Гёна — холодный, у Гук Джи Хо — горячий. Он не настаивал на горячем как на единственно верном варианте, но полагал, что холодный кофе с утра охлаждает тело и сковывает движения.
— А… среди ночи проснулся, вспомнил об этом и подумал: лучше поздно, чем никогда. Всё равно вы перед сном ставите телефон на беззвучный. Я же не разбудил вас?
Белая футболка и спортивные штаны — дома он почти всегда ходил именно так. Всё ещё полусонный, Гук Джи Хо плюхнулся на стул у стола и широко зевнул.
Пэк Хэ Гён сел напротив. Если бы тот вышел, не поставив в известность, утро снова началось бы с неприятной неловкости.
— Я что, не понимаю, что если свалю без предупреждения, здесь сразу объявят массовый траур? Да и наказания у вас каждый раз с изюминкой.
— Повезло, что здоровье у меня железное, а то под вас, директор, не подстроишься. Я, само собой, про психическое.
Хитрый засранец ещё и моментом пользуется, чтобы подколоть. С тех пор как он начал водиться с Ки Мён Хёном, явно перенял у него пару привычек.
Гук Джи Хо сделал глоток кофе и, пробормотав: «Ах, кофеин пошёл», — задрожал, как под наркотой. Тёплый кофе и насыщенный аромат словно растапливали его изнутри — плечи расслабленно осели.
— Кстати… после вчерашней новости была связь с закусочной?
— …Была. Ночью, — невозмутимо ответил Пэк Хэ Гён и отпил свой кофе. Лёд в прозрачном стакане тихо звякнул, отзываясь тихой мелодией.
В затуманенных глазах Гук Джи Хо на долю секунды вспыхнул острый отблеск.
Он сдержался — не задал вопрос, не стал уточнять, что именно там было, — лишь смиренно ждал. Выдержать этот взгляд было выше сил.
Пэк Хэ Гён перевернул телефон и показал сохранённое сообщение.
Знаю, вы стараетесь. Иногда складывается ощущение, что директору Пэку действительно сопутствует удача.
Отправляю основные даты, выберите подходящую.
Рекомендую вторую неделю следующего месяца.
Гук Джи Хо быстро просмотрел короткое сообщение и, будто не находя себе места, сцепил руки. Раздалась серия щелчков — он хрустнул суставами.
— Хозяин закусочной сам выбрал дату.
Назначенная дата означала день, когда Хвандо должен был сойтись в масштабном столкновении с группой Архитектора.
Хвандо вмешивается в реализацию проекта «Йосу Фьючер Айленд», поднимая юридические вопросы и фактически пытаясь любой ценой продвинуть собственные интересы. Группа Архитектора, безусловно, предпочла бы обойтись без лишней огласки, но их терпение тоже не безгранично.
Провал переговоров с Хунчохве послужил той самой искрой, что разожгла конфликт, и противостояние с Хвандо и связанными с ним организациями, вставлявшими палки в колёса даже проекту «Йосу Фьючер Айленд», было лишь вопросом времени.
Пока дело ограничилось короткой стычкой с группировкой Юхаксын на объекте, но с самого начала всё это затевалось не ради такого исхода.
— Но прежде давайте проверим, насколько эта дата вообще надёжна.
Он немного подался вперёд и поднял взгляд. Его тёмные зрачки, резко контрастирующие с белками глаз, требовали ответа.
На подготовку был отведён лишь месяц. Исход этой войны не играл решающей роли. Даже поражение входило в предполагаемый сценарий. Даже если всё руководство Хвандо будет уничтожено, если группа Архитектора будет выведена на свет, задача внедрения будет считаться выполненной.
Ключевым было то, сколько членов группы Архитектора удастся втянуть в игру. Этот запутанный организм необходимо было обнажить до костей.
Невероятная на первый взгляд вещь — война преступных группировок, разворачивающаяся сейчас в Корее — должна быть доказана кровью и плотью. В этом и состоял смысл существования Хвандо, во главе которого стоял Пэк Хэ Гён.
Не только надёжность даты, но и её практическую ценность. Пэк Хэ Гён спокойно согласился.
— Похоже, отчёт по редкоземельным металлам заставил поверить, что у нас есть хоть какой-то шанс.
— И не собираюсь. Но глава Национального агентства полиции ведь не стал бы помогать нам просто так, верно?
Гук Джи Хо, озвучив реальную должность «хозяина закусочной в рыбацкой деревне», слегка усмехнулся.
Смеяться в такой ситуации было неуместно, однако его непринуждённая манера разряжать обстановку всё же немного подняла настроение Пэк Хэ Гёна.
— Глава Национального агентства полиции, значит. Если я начну испытывать благодарность к начальнику Чан за такую связь — это будет слишком наивно? — Гук Джи Хо взял стакан Пэк Хэ Гёна, выудил оттуда кусочек льда и закинул в рот. Большой кубик заметно раздул щёку.