выходные у саске ! [ бонус ]
наруто заявился ни свет ни заря, стоило первым лучам солнца осесть на юном небе, а часам пробить восемь утра. саске встретил его на пороге своего дома, выглядя ещё крайне сонным и утомлённо потирая глаза. волосы его торчали в разные стороны, футболка, которая, кстати, принадлежала наруто, была небрежно натянута, и он явно ещё не успел проснуться до конца, чтобы как-либо реагировать на происходящее. в отличие от саске, наруто заметно подрагивал, а шаги его были неестественно тяжёлыми — он явно тащил что-то. саске пропустил наруто внутрь дома, а сам на секунду задержался у входной двери, где у них с наруто и случился первый поцелуй. эти воспоминания почему-то странно грели саске, но сейчас это было не так важно, потому что наруто уже топтался в прихожей, пытаясь разуться и не уронить пакеты одновременно.
саске оглядел пакеты в руках наруто: они были забиты всем чем только можно — всем, что он нашёл с утра в ближайшем магазине, от овощей и мяса до каких-то странных сладостей и газировки.
— и что это? — забрав один из пакетов и направляясь на кухню, спросил саске, с любопытством заглядывая внутрь.
— я не мог прийти с пустыми руками, но я не знал, что тебе нравится больше, поэтому взял всё, что увидел, — немного с заминками, с волнением в голосе ответил наруто, следуя за саске на кухню. он переминался с ноги на ногу, как нашкодивший ребёнок, который принёс домой найденного котёнка и боится реакции родителей.
— итачи ты бы точно понравился, — усмехнулся саске и, не отвечая на немой вопрос наруто «почему?», стал раскладывать все покупки по местам в шкафчиках и холодильнике.
наруто хотел ему помочь, но всё странно валилось из его рук — то он уронил пачку риса, то задел локоть саске, пытаясь дотянуться до полки. сегодня он был особенно неуклюжим, и когда саске устал наблюдать за этой картиной, наруто было велено сидеть на стуле ближе к входу на кухню и просто не мешаться под рукой.
наруто так и сделал. он взглядом прошёлся по кухне, которая была соединена с гостиной, и увидел на выступе арки рамку с фотографиями. подошёл поближе, чтобы разглядеть.
— ты очень похож на свою маму, гены отца, видимо, совсем не пытались, — прокомментировал наруто спустя минут пять разглядывания семейных фото, где саске ещё совсем маленький, рядом с ним чуть более взрослый итачи, мама с утончённой красотой и тепло улыбающийся отец.
— да, все так говорят. итачи копия отца, а я пошёл в маму, — неожиданно возникнув прямо за спиной, ответил саске, с лёгкой тоской рассматривая фото, которое держал наруто. его голос звучал тише обычного, в нём слышалась непривычная мягкость.
— прости, наверное, мне не стоило, — начал было узумаки, любопытство которого было выше всяких сил, но саске только положил свой подбородок ему на плечо и замер в таком положении, словно снова провалился в сон. от этого жеста сердце наруто, казалось, стучало так громко, что отдавалось эхом от стен. он чувствовал дыхание саске на своей шее, и от этого по спине пробегали мурашки. в подобном положении они стояли недолго: саске быстро отстранился и с видом «не было никакой минутной слабости» продолжил разбирать продукты.
— кстати, что насчёт тебя? — подал он голос, стараясь звучать беззаботно.
— а что насчёт меня? — в той же манере ответил наруто, садясь обратно на стул.
— ты похож на маму или на отца? — спросил саске, не оборачиваясь.
— я не знаю, — честно и очень просто, ответил наруто, но саске этого ответа было явно недостаточно — он обернулся и посмотрел на него с вопросом во взгляде. наруто вздохнул и продолжил: — я вырос в приюте и родителей никогда не видел. и не знаю, кто они. но я всегда представлял, что похож на маму.
— наверное, мне не стоило спрашивать, — хотел уже сказать саске, чувствуя, как в груди что-то сжалось от неловкости, но наруто активно замотал головой, говоря, что всё в порядке, и даже улыбнулся своей самой привычной улыбкой.
— хочешь шутку? — спросил наруто, явно пытаясь разрядить обстановку.
— знаешь, в чём разница между сиротой и пустым портсигаром?
— и в чём же? — вздохнул саске, уже понимая, что сейчас произойдёт что-то абсолютно нелепое.
— пустой портсигар без папирос, а сирота без папирос и без мамирос, — выдал наруто с самым серьёзным лицом, на какое только был способен.
— это просто ужасная шутка, — покачал головой саске, но уголки его губ предательски дернулись. он отвернулся к холодильнику, чтобы наруто не видел, как он улыбается, потому что это было просто глупо — смеяться над такой дурацкой шуткой.
время летело стремительно, двигаясь к полудню. наруто уверенно заявил, что свой долг повара он должен исполнить, поэтому готовка остаётся на нём. саске не возражал, усаживаясь за стол с чашкой чая, чтобы понаблюдать. и если до этого наруто явно чувствовал себя робко и неловко, то стоило ему подойти к плите — и его подход абсолютно изменился. он был очень уверен в каждом своём действии: ловко шинковал овощи, всё тщательно промывал, попутно сразу убирал всё ненужное в сторону и легко управлялся с нагретой сковородой, подкидывая овощи и кусочки курицы над ней. на кухне становилось жарко, и саске, сидевший за столом и наблюдающий за всеми передвижениями наруто, чувствовал, что скоро расплавится.
его взгляд уцепился за капельки пота, стекающие прямо под футболку наруто, и он не мог оторвать взгляда от уже прилично заросших выбритых висков, которые тоже поблескивали от влаги. всё это видение превратилось в транс: руки наруто напрягались, когда он держал сковороду, футболка немного прилипла к его телу и очень выгодно выделяла все плоды работы наруто в зале. неожиданно в голове саске стали всплывать сцены, где эти невероятно красивые сильные руки сжимают его за талию, укладываются на плечи, смыкаются на шее—
он видел, как поднимаются бицепсы, когда наруто переворачивает ингредиенты, как напрягаются мышцы спины под тканью, как перекатываются лопатки, когда он тянется за специями. саске сглотнул, чувствуя, как в горле пересохло, и понял, что его пальцы сами сжимают кружку так сильно, что даже костяшки побелели.
громко кашлянув, саске вышел из кухни, минуя гостиную, обещая вернуться через пару минут. наруто, не заметивший никакого подвоха, лишь угукнул в ответ и вернулся к готовке, что-то напевая себе под нос.
саске стоял в коридоре, прислонившись спиной к стене, и пытался отдышаться. он был сам удивлён своей реакции — никогда не считал мускулы или в целом маскулинность чем-то крайне привлекательным. но наруто и не был очень накачанным, он скорее был крепким, сбитым, с широкими плечами и узкой талией, а ещё очень лучезарным, с светлой улыбкой, яркими глазами, крепкой спиной, которая так призывно изгибалась, когда он наклонялся над плитой—
нет, так больше продолжаться не могло. саске не мог себе позволить продолжать эти мысли и бурные фантазии, которые уже являлись ему после их первой встречи, но он всегда отгонял их, а теперь сам стал заложником своих умелых действий и этого проклятого пота на висках. если он продолжит так сидеть и смотреть, он точно что-нибудь сделает. например, выдернет наруто из-за плиты, прижмёт к стене и поцелует так, что тот забудет про свою ёбаную курицу и овощи…
саске сделал глубокий вдох, провёл ладонями по лицу и вернулся на кухню, стараясь держать лицо невозмутимым, хотя внутри всё ещё дрожало от тех картинок, которые рисовало воображение.
— скоро будет готово, — сообщил наруто, даже не обернувшись, и саске заметил, что он улыбается, глядя в сковороду.
саске сел за стол, сложил руки на коленях и решил смотреть в окно, чтобы не дай бог его взгляд снова не упал на эти руки, на эту шею, на эту спину.
— саске, — позвал наруто через пару минут, — ты вообще там живой?
— живой, — ответил саске, не поворачивая головы, и услышал, как наруто тихо рассмеялся.
— ты, кстати, даже не спросил, что я готовлю.
— доверюсь твоему вкусу, шеф-повар, — с начином вырвалось у саске.
наруто замер на секунду, потом обернулся и посмотрел на саске с таким выражением лица — будто тот только что сказал что-то важнее, чем все слова на свете.
— я тебя не подведу, — ответил наруто, и в голосе его слышалась странная серьёзность, хотя они всё ещё говорили о еде.
через двадцать минут они сидели за столом с тарелками, полными ароматного карри с курицей и овощами, украшенного зеленью. наруто смотрел на саске с таким нетерпением, будто от его реакции зависела его жизнь.
— ну как? — спросил он, не выдержав, когда саске только поднёс ложку ко рту.
саске прожевал, задумчиво посмотрел на наруто и совершенно серьёзно сказал:
— готовишь ты так же, как и шутишь.
— эй! — возмутился наруто, но не успел ничего добавить, потому что саске усмехнулся и продолжил:
— вкусно, — сказал саске следом, прожёвывая, — реально вкусно.
наруто выдохнул с таким облегчением, будто нёс на плечах небо, и довольно улыбнулся, принимаясь за свою порцию.
после обеда наруто настоял на том, чтобы помыть посуду, и саске позволил ему, хотя сам стоял рядом и вытирал тарелки, которые наруто подавал. они соприкасались пальцами каждый раз, когда передавали друг другу посуду, и молчали.
— какие планы на вечер? — спросил наруто, вытирая руки о полотенце.
— я думал посмотреть что-нибудь, — ответил саске, — можешь выбрать сам, только никаких боевиков.
они прошли в гостиную, уселись на диван, и наруто начал листать каталог на каком-то сайте, пока его выбор не остановился на каком-то старом дурацком фильме ужасов. саске хотел высказать своё фи, но наруто смотрел на экран с таким восторгом, что язык не повернулся сказать хоть слово против.
— если бы ты был в этом фильме, — сказал наруто, показывая на экран, где монстр гнался за главным героем, — ты бы ринулся биться с монстром?
— я бы не стал тратить время, — ответил саске с абсолютно серьёзным лицом, — меня в целом бесит эта деревня, там живут одни придурки, что ли? кругом творится всякое, а они не придавали этому значения. я бы просто уехал из такого места.
— ой, какой ты душнила. ну или ты просто испугался? трусишка, да? — усмехнулся наруто, толкая его плечом.
— не трусишка, — передразнил его саске, — а тактик, — парировал он, толкая наруто в ответ.
на этом их толкучки не закончились: наруто пнул саске, сталкивая с дивана, саске запульнул в него подушкой, лежащей рядом, наруто начал громко вопить о вооружённом нападении, пока саске щипал его и причитал, что это и есть тактика боя!
вскоре фильм закончился, и за окном уже нависал вечер. саске досматривал титры с какими-то вырезанными сценами, когда заметил, как наруто пододвигается к нему ближе, садясь чуть ли не на него самого.
лицо наруто оказалось совсем вплотную к лицу саске, так близко, что парень мог видеть, как подрагивали его ресницы. саске замер в ожидании, чувствуя, как собственное сердце пропускает удары, но наруто не мог открыть свой рот и при этом не сказать хоть что-то — он прикусил губу, потом отпустил, снова сжал, будто собирался с духом.
— саске, можно я тебя поцелую?
— с чего ты вдруг спрашиваешь разрешение? — цокнул саске, но его голос звучал скорее игриво.
— с чего мне его не спрашивать? — в той же манере ответил наруто, но пальцы его, лежащие на коленях, чуть заметно сжались в кулаки.
— на прошлых выходных ты особо не церемонился, — парировал учиха и заметил, что уши наруто заметно покраснели, то ли от того, что он крайне ничего не помнит, то ли от того, что вспомнил пару фрагментов — неизвестно, но это было забавно. саске даже позволил себе лёгкую усмешку, наблюдая, как краска сползает с ушей на шею.
— я был пьян и я не помню, значит, такого не было, — наруто вздохнул, словно переводя дух, — я спрашиваю, потому что я не хочу делать что-то, что тебе не понравится. я сделаю всё, чтобы угодить тебе, саске, — он сказал это тихо, почти шёпотом.
это было неожиданно честно. и неожиданно, правда невероятно нежданно, по телу саске пробежала дрожь, засорявшая где-то в горле. он сглотнул, но ком остался, и саске вдруг понял, что не может оторвать взгляда от губ наруто — они чуть приоткрылись, влажные от того, как он ранее их покусывал. то воодушевление и та искренность, с которой наруто без всяких преград говорил это, прошибла саске. во всех аспектах. где-то под рёбрами заныло, а ладони предательски вспотели.
— ну так можно я тебя поце-, — не успел закончить наруто, как саске стянул его за шею, прижимаясь своими губами к губам наруто. рывок вышел резче, чем он планировал, но отступать было поздно.
наруто нравилось думать об их поцелуях как о разных вещах: первый был мимолётный и терпкий, второй сладкий и глубокий, а третий, четвёртый, пятый… пожалуй, он забыл, потому что был пьян. но это был особенный поцелуй. саске целовал его размашисто, властно расположив руку на затылке наруто и притягивая к себе, не давая ни шанса выбраться из этого змеиного сцепления, и пальцы его запутались в светлых волосах, дернули чуть больнее, чем нужно. наруто и не пытался выбраться. он выдохнул прямо в рот саске — коротко, сбивчиво — и поддался вперёд, положив руку на поясницу саске, и надавив своим весом, навис над ним, и, пользуясь тем, что учиха немного растерялся от смены обстоятельств, наруто сам стал целовать его глубже. саске почувствовал, как ладонь наруто скользнула по ткани, сминая её, и на секунду забыл, как дышать, но не стал отстраняться — только выдохнул сквозь зубы и прикрыл глаза, позволяя.
они так и застыли на диване: наруто нависал сверху, опираясь на одну руку рядом с плечом саске, а второй всё ещё сжимал ткань его футболки у пояса. дыхание у узумаки сбилось, и саске чувствовал, как часто вздымается его грудь, как дрожат пальцы, сжимающие ткань. наруто выглядел встревоженным — брови сдвинуты, губы приоткрыты, во взгляде мечется что-то любопытное и одновременно словно испуганное, будто он боится сделать лишнее движение.
саске приподнялся на локтях, насколько позволяло положение, и поймал его взгляд, не давая отвести глаза.
— наруто, — сказал он тихо, почти шёпотом, — если ты не готов или не хочешь — не нужно. мы ещё всё успеем.
наруто мотнул головой, резко, и волосы упали на глаза, но он даже не поправил их.
— я не боюсь, саске, — выдохнул он, и голос его дрогнул где-то в середине фразы, — я взволнован... я просто не хочу облажаться. я хочу, чтобы тебе было хорошо. чтобы ты... чтобы ты не пожалел об этом.
он замолчал и уткнулся лбом в плечо саске, тяжело дыша, будто только что пробежал марафон. саске почувствовал, как горячее дыхание обжигает ключицу, и на секунду прикрыл глаза.
— придурок, — выдохнул учиха, но беззлобно, и запустил пальцы в его волосы, поглаживая затылок. — не нужно думать об этом, просто делай, как чувствуешь.
наруто поднял голову, и в его глазах мелькнуло что-то благодарное. он потянулся к шее саске, покрывая ту поцелуями, жарко, чуть влажно. саске выгнулся ему навстречу, запрокидывая голову, и почувствовал, как губы наруто скользят по коже, оставляя мокрые дорожки, как он прикусывает там, где бьётся пульс, и саске выдохнул сквозь зубы, сжимая пальцами его плечо.
наруто целовал медленно, смакуя, опускаясь ниже, к ямке между ключиц, и его руки тем временем нашарили край футболки саске, потянули вверх. саске помог, приподнявшись, и ткань полетела куда-то на пол, оставляя его торс открытым. но наруто не остановился на этом, видимо, посчитав не совсем честным, что только саске снял футболку — он стянул и свою, неловко, запутавшись в рукаве, саске услышал его сдавленный смешок, когда тот наконец справился.
на животе наруто, чуть ниже рёбер, темнела татуировка — печать, завитки линий, уходящих под кожу, будто зверь там, внутри, замер в ожидании. саске видел уже эту татуировку на фото, но в жизни она оказалась куда более завораживающей, и он смотрел на неё, не дыша, его пальцы сами потянулись к этому месту.
он провёл по тату кончиками пальцев, легко, едва касаясь, и почувствовал, как наруто вздрогнул, как мышцы его живота дернулись под прикосновением. саске надавил чуть сильнее, поглаживая линии «печати», ощущая тепло кожи, и наруто уверенно опёрся коленями в диван, выгнулся дугой, втянув воздух сквозь зубы. пальцы саске надавили снова, чуть нажимая на рисунок, и когда саске, как бы случайно проводя по рисунку, вдоль опустился на ширинку наруто и надавил сквозь ткань, у наруто сразу же перехватило дыхание — он зажмурился, вцепившись в диванные подушки так, что костяшки побелели.
— боже, саске, не надо так... — прошептал он, но не отстранился, а наоборот, подался бёдрами вперёд, и саске понял, что ему это нравится. нравится до дрожи, до мурашек по спине. саске улыбнулся уголком губ и снова повторил свои бесхитростные действия.
— не надо что? — спросил он тихо, почти мурлыча.
наруто дернулся, приоткрыл рот, но не смог выдавить ни слова — только выдохнул шумно и прикусил губу, прикрывая глаза.
— какая же ты язва, — прохрипел наруто, и в голосе его была такая смесь желания и отчаяния, что саске почувствовал, как внутри разливается тепло.
— а ты нравишься мне таким, — ответил саске и снова повторил свои действия, и, окончательно приподнявшись, он оттолкнул наруто к спинке дивана, продолжая.
наруто совсем растекался по дивану, таял как воск под солнцем. его пальцы разжались, выпустив край подушки, голова откинулась назад, обнажая шею, и саске видел, как ходит кадык, когда тот судорожно глотает воздух. ладонь саске всё ещё лежала на его животе, поглаживая печать, и опускалась вниз, проводила вдоль уже стоящего ствола, ощупывая через ткань, и наруто не мог сфокусироваться ни на чём, кроме этого прикосновения — оно проходило сквозь кожу, забиралось под рёбра, и там, внутри, что-то сворачивалось в тугой узел и разжималось снова.
наруто открыл глаза, не понимая, почему прекратилось это блаженное действие, и увидел, как саске сползает с дивана, опускаясь на колени перед ним, прямо между его раздвинутых ног. наруто не помнил, когда он их раздвинул — наверное, само получилось, пока саске проводил свои махинации, но сейчас он смотрел сверху на тёмную макушку, на оголённые плечи, молочную кожу, на изгиб спины, и в горле пересохло.
— что ты... — прошептал наруто, но саске уже положил ладони ему на бёдра, чуть сжимая, и наруто замолчал, потому что воздух кончился в лёгких.
саске склонился ниже, и наруто почувствовал его дыхание на нижней части живота — горячее, прерывистое.
— боже, саске, ты серьёзно? — выдохнул он, и голос его сорвался на что-то высокое, почти жалобное. — саске, ты не должен... я же говорил, я хочу угодить тебе, а не...
саске поднял на него взгляд — тёмный, тягучий, и в нём не было ни капли сомнения.
— заткнись, — сказал учиха твёрдо, и его пальцы потянулись к поясу на джинсах наруто.
наруто зажмурился, потому что смотреть на это было невозможно — на то, как саске расстёгивает его джинсы, как тянет молнию медленно, почти демонстративно, и как проводит костяшками уже по нижнему белью. наруто выгнулся, втянув воздух, и закусил губу до крови.
— я сейчас умру, — прошептал он, и голос его дрожал. — саске, я серьёзно, я не вывезу, если ты... если ты сделаешь это, я кончу прямо сейчас, и это будет пиздец позорно, и я не смогу смотреть тебе в глаза, и ты будешь смеяться, и я...
саске усмехнулся, коротко, и его горячее дыхание коснулось уже обнажённой кожи, когда он стянул джинсы и бельё вниз, освобождая его.
— ты слишком много говоришь, — сказал саске, и в голосе его звучала странная нежность, смешанная с привычной колкостью. — расслабься.
наруто хотел ответить что-то острое, но саске наклонился и провёл языком по всей длине, от основания до чувствительной головки, и наруто забыл не только слова — он забыл вообще всё. саске сделал это снова, теперь уже медленнее, обводя языком кончик, и наруто застонал, низко, протяжно, и не узнал собственный голос.
— я уже забыл своё имя и скоро забуду твоё, саске, — выдохнул наруто, когда саске взял его в рот, и мир сузился до этих ощущений: влажного тепла, ритмичных движений, того, как саске смотрел на него снизу вверх тёмными глазами, словно омут, поглощающий всё.
— нам не привыкать не знать имён друг друга, — между делом усмехнулся саске и продолжил, а наруто и вовсе не мог остановиться говорить всё подряд. он тараторил всё, что было в его голове, саске не отвечал — он был занят, и это сводило наруто с ума. он видел, как двигается его голова, как его пальцы сжимают бёдра наруто, оставляя следы, и как он иногда останавливается, чтобы обвести языком чувствительную кожу, и на это наруто вздрагивал всем телом.
— саске, пожалуйста, — прошептал он, — саске, это слишком, это слишком хорошо, я не вывожу, я сейчас взорвусь, я серьёзно, если ты не остановишься, я...
саске отстранился на секунду, облизнул губы и сказал хрипло:
— если ты не замолчишь, я остановлюсь, — пригрозил учиха, хотя понимал, что не остановится. ему просто хотелось посмотреть на реакцию наруто. и наруто был послушным. саске нравилось, в каком контроле находился наруто от его действий. да, учиха определённо любил контролировать во всех аспектах. в прошлом эта дотошная альфачность его временных партнёров вызывала в нём только неимоверное чувство кринжа, но наруто был таким до одурения простым и прямым, что саске просто не мог устоять и держать себя в руках. его это очень подкупало.
саске снова взял его в рот, глубже, чем прежде, и наруто больше не мог это выносить. он выгнулся, вцепившись в волосы саске, и почувствовал, как где-то внизу живота нарастает волна, горячая, неудержимая, и он не мог её остановить, даже если бы хотел.
— саске, саске, саске... — выдохнул он, как заклинание, надеясь, что саске сам всё поймёт, но учиха даже не думал отступать, наоборот, увеличил напор, разгорячился так, что внутри наруто всё оборвалось, рассыпалось на тысячу осколков, и он кончил, дрожа, задыхаясь, вжимаясь бёдрами в лицо саске, и мир вокруг пошёл белыми кругами.
он лежал, распластавшись на диване, и чувствовал, как саске убирает руки, как поднимается с колен, уходит, возвращается спустя пару минут, и как садится рядом, тяжело дыша. наруто открыл глаза, мутные, влажные, и посмотрел на саске — на его красные губы, на растрёпанные волосы, на тёмный взгляд.
— ты... — прошептал наруто, и голос его был чужим, — это пиздец, саске. серьёзно. я даже не знаю, что сказать после такого.
саске ничего не ответил. он просто притянул наруто за плечо и прижал к себе, и наруто уткнулся носом в его шею, чувствуя, как бьётся его пульс — так же быстро, как и у него самого. несколько минут они просто лежали, наруто уткнувшись в шею саске, и чувствовал, как постепенно возвращается в реальность. его пальцы всё ещё подрагивали, дыхание сбивалось, но внутри разливалось что-то тёплое и тягучее, как мёд.
— ну что, — сказал саске тихо, и в голосе его послышалась та самая привычная ему усмешка, — будешь угождать мне или уже всё?
— буду, — выдохнул наруто, голос его заметно сел, — только погоди, мой мозг ещё не работает, — добавил он, продолжая лежать на саске.
— он что, умеет работать? — фыркнул учиха, и наруто нахмурился, пытаясь осознать вопрос, а потом до него дошло.
— очень смешно, — буркнул он, — вот увидишь.
— пойдём в мою комнату, — сказал саске, и голос его прозвучал низко, без вопросительной интонации. ему всё ещё нравилось приказывать.
— у тебя что, есть комната? — спросил наруто с насмешливой интонацией, — я думал, ты спишь стоя в коридоре, как какая-нибудь летучая мышь.
— идём уже, — повторил он, уже поднимаясь сам и протягивая руку.
наруто взял её, чувствуя, как тёплые пальцы смыкаются вокруг его ладони, и позволил себя поднять. они прошли через гостиную, мимо кухни, и саске остановился перед неприметной дверью, которую наруто раньше тут не замечал. он толкнул дверь, и наруто шагнул внутрь.
комната саске была неожиданной. не пустой и минималистичной, как наруто представлял, она была... живой. тёплый свет торшера в углу разливался по стенам, мягко подсвечивая книги на полке, на стене висели фотографии: пейзажи, какие-то здания, одно смазанное изображение ночного неба. на столе у окна стояла кружка с остывшим чаем и очень толстый блокнот, который явно был весь изрисован. в комнате приятно пахло, наруто пытался распознать этот запах, было похоже на что-то древесное, ещё тут пахло чистым бельём, и смутно — тем самым запахом саске, к которому наруто уже начал привыкать.
— ну что, — сказал саске сзади, и в его голосе послышалась лёгкая насмешка, прикрывающая неловкость, — будешь тут стоять или зайдёшь?
наруто обернулся. саске стоял в дверях, прислонившись плечом к косяку.
— у тебя тут... — начал наруто и запнулся, подбирая слова, — у тебя тут так мило? — даже не зная, какое слово подобрать, прокомментировал наруто.
— ты что, ожидал камеру пыток?
— ну, — наруто потёр затылок, — не знаю. может, что-то такое, с черепами на стенах, что-то нефорское?
саске шагнул вперёд, сокращая расстояние, и его ладонь легла на затылок наруто, пальцы запутались в светлых волосах.
— прекрати уже болтать попусту, — сказал он, и наруто, не растерявшись, потянулся его поцеловать. в поцелуе саске быстро увёл наруто к своей кровати. она была широкой, застеленной тёмным бельём, и наруто повалился на неё, утягивая саске за собой.
саске навис над ним, целуя глубже, их торсы прижались друг к другу, кожа к коже, и наруто застонал от этого ощущения — простого и ошеломительного.
— ты знаешь, что делать? — разорвав поцелуй, спросил саске, — или подсказать?
— я знаю, — уверенно ответил наруто, — я много чего изучил, — честно добавил он, и саске не смог удержаться от лёгкой улыбки, появившейся само собой.
— тогда покажи мне, чему научился, — дерзко парировал он и потянулся к тумбочке, выдвигая ящик. он достал маленький тюбик и положил его рядом на кровать, и наруто сглотнул, глядя на это.
сердце колотилось где-то в горле, но он совсем не боялся. всё, что было внутри наруто — жадное любопытство и желание быть хорошим.
саске лёг на спину, и наруто навис над ним, глядя сверху вниз. тёплый свет торшера падал на лицо саске, на его разметавшиеся волосы, на приоткрытые влажные губы. наруто провёл ладонью по его груди, чувствуя, как под пальцами подрагивают мышцы, и медленно двинулся вниз.
он целовал каждый дюйм кожи, как делал это раньше — старательно и вдумчиво. спустился к животу, и саске выдохнул, когда его язык коснулся чувствительной кожи под пупком. наруто не торопился. он хотел, чтобы саске чувствовал каждое движение, каждое прикосновение, каждое дыхание.
— наруто, — сказал саске, и голос его сел от напряжения, — не тяни.
— я хочу изучить тебя всего, — ответил наруто, поднимая взгляд. его глаза блестели в полумраке. — поэтому теперь ты помолчи.
он раздвинул колени саске, устраиваясь между ними, и провёл пальцами по внутренней стороне бедра, чувствуя, как саске вздрагивает и выгибается ему навстречу. наруто видел, как подрагивают его ресницы, как он закусывает губу, чтобы сдержать звук.
— саске, — сказал наруто, и голос его звучал тихо, с хрипотцой, — только не сдерживай себя, окей?
саске зажмурился на секунду, а потом открыл глаза, тёмные, влажные, и выдохнул:
наруто усмехнулся и наклонился, целуя его в пах поверх ткани, всё ещё прикрытой бельём, и саске выгнулся, выдохнув что-то неразборчивое.
— терпение, — прошептал наруто, стягивая последнюю преграду, и наконец провёл языком по всей длине, чувствуя, как саске дрожит под ним, как его пальцы вцепляются в простыни, как с губ срывается долгий, сбитый стон.
наруто взял тюбик, выдавил немного смазки на пальцы и поднял взгляд на саске.
— скажи, если будет больно, — сказал он, и саске кивнул, прикусывая губу. наруто опустил руку, касаясь пальцами входа, медленно, осторожно. первый палец вошёл легко — саске был достаточно расслаблен, и наруто продолжил.
— хорошо? — спросил наруто, глядя на него снизу вверх.
саске кивнул, прикусывая губу, и его бёдра чуть качнулись навстречу.
наруто добавил второй палец, чувствуя, как саске напрягается, и замер, давая привыкнуть. он водил пальцами медленно, размазывая смазку, массируя изнутри, и саске застонал — громче, чем прежде, запрокидывая голову.
— ещё, — выдохнул учиха, и звучало это крайне требовательно.
наруто послушно добавил третий, наблюдая за лицом саске, за тем, как он прикусывает губу до крови, как его пальцы сжимают простыни, как в глазах плещется что-то голодное и отчаянное. наруто двигал пальцами, находя правильный угол, и неожиданно саске вскрикнул — коротко, сдавленно, выгнувшись дугой. наруто остановился, растерянно смотря на саске.
— не останавливайся, придурок. всё хорошо.
он выдохнул с облегчением и продолжил двигать пальцами, теперь уже увереннее, чувствуя, как саске подаётся ему навстречу, как его тело привыкает и раскрывается, принимая. наруто смотрел на него, не в силах отвести взгляд — на то, как подрагивают его ресницы, как губы приоткрываются в беззвучном стоне, как на скулах проступает лёгкий румянец.
— достаточно, — выдохнул саске, и голос его был хриплым, сорванным, — входи уже.
наруто вытащил пальцы, нанёс смазку на себя, чувствуя, как от предвкушения дрожат руки. он навис над саске, опираясь на колени, и заглянул ему в глаза. в тёмных, влажных глазах читалась такая жадная потребность, что у наруто перехватило дыхание. саске всегда пытался казаться незаинтересованным, словно выдерживающим дистанцию, но сейчас наруто видел его совсем другую грань. эта часть саске была невероятно жадной и эгоистичной, желающей получить всё и без остатка. наруто нравилась каждая часть его личности.
наруто вошёл медленно, почти невесомо, чувствуя, как саске принимает его, как тепло обхватывает его со всех сторон, и замер на мгновение, переводя дух.
и тут же, будто боясь, что саске передумает или отстранится, наруто начал целовать его. он целовал его везде, куда мог дотянуться губами, не переставая двигаться — в шею, в ключицы, в уголки губ, в скулы, в закрытые веки. он ласкал его, окучивал вниманием, чувствуя, как саске тает под ним, как его пальцы вцепляются в плечи, оставляя следы, как дыхание сбивается и становится всё чаще. он обводил языком его кожу, чувствуя солёный привкус пота, водил губами по шее, задерживаясь там, где бился пульс, и саске выгибался ему навстречу, сжимая пальцами его спину, притягивая ближе.
в голове саске кружились обрывки мыслей. он думал о том, как раньше — все эти неудачные интрижки, с которыми саске проводил ночь, просто брали и уходили. они совсем не думали об удовольствии саске, и как только кончали сами — теряли интерес к процессу. саске часто приходилось доделывать всё самому, и его это действительно злило. но наруто таким не был. его руки скользили по телу саске, поглаживая бёдра, живот, грудь, задерживаясь на каждом сантиметре, будто запоминая его. он целовал его плечи, когда двигался глубже, и шептал что-то тёплое и сбивчивое прямо в ухо, постоянно спрашивал, нравится ли всё саске, не пытаясь строить из себя непойми что, и саске чувствовал, что тонет в этом бесконечном внимании, в этой всепоглощающей заботе. никто из его мимолётных знакомств не смотрел на него так, как наруто — с благоговением, с преданностью, с желанием угодить каждым движением. саске больше не мог сопротивляться своему желанию поглотить всё, что даёт ему наруто. это было выше его сил.
наруто двигался медленно, глубоко, и его глаза не отрывались от лица саске — он видел, как подрагивают его губы, как он прикусывает их, как его пальцы сжимают простыни до побелевших костяшек. наруто двигался быстрее, когда чувствовал, как саске под ним тает, как его ноги обхватывают его бёдра, притягивая ближе, как его пальцы вцепляются в светлые волосы, дёргая почти больно.
саске хотел жадно впитать этого наруто всего, до капли. он хотел, чтобы эти руки никогда не убирались, чтобы эти губы не отрывались от его кожи, чтобы каждое движение было только для него. он хотел поглотить его полностью, сожрать это внимание, эту преданность, эту нежность, которая уже принадлежала ему.
— наруто, — выдохнул он, и в голосе его слышалась почти мольба, — ты умница, ты делаешь всё очень хорошо. не останавливайся, пожалуйста.
от такой похвалы наруто распалился еще больше, он и не планировал останавливаться. узумаки снова поцеловал его, глубоко, влажно, и его движения стали быстрее, глубже, и он чувствовал, как саске дрожит под ним, как напрягается всё его тело, как пальцы впиваются в кожу, оставляя следы, и саске застонал — громко, отчаянно, позволяя себе наконец эту вольность в полной мере. наруто чувствовал, как саске дрожит под ним, как его пальцы скользят по спине, оставляя горячие следы, как дыхание сбивается и становится всё чаще. наруто целовал его, не переставая, в шею, в плечи, в ключицы, и двигался внутри него медленно, глубоко, чувствуя, как саске подаётся ему навстречу, как его бёдра приподнимаются, встречая каждое движение.
вдруг саске положил ладонь на грудь наруто, останавливая.
— так не пойдёт, — сказал он хрипло, и в голосе его послышалась та самая властная нотка, от которой у наруто внутри всё переворачивалось. — ложись.
наруто не спорил. он вышел из него и откинулся на спину, глядя, как саске садится сверху, нависая над ним. в тёплом свете торшера его кожа блестела от пота, волосы растрепались, глаза горели тёмным, жадным огнём.
— ты уверен? — спросил наруто, кладя ладони ему на бёдра, чувствуя, как под пальцами напрягаются мышцы.
саске усмехнулся, и в этой усмешке было что-то опасное и одновременно даже робкое. саске медленно опустился, и наруто почувствовал, как он принимает его в себя, как его тело раскрывается, как жар обхватывает его со всех сторон. наруто зажмурился на секунду, чувствуя, как по спине пробегает дрожь, и открыл глаза, глядя на саске сверху.
саске двигался сам, задавая темп, и его руки лежали на груди наруто, пальцы чуть сжимались, цепляясь за кожу. наруто смотрел на него снизу вверх, на его прикрытые веки, на прикушенную губу, на капли пота, стекающие по шее, и не мог поверить, что это происходит.
— саске, — выдохнул он, и голос его сорвался, — можно я... можно я? я уже близко.
саске на мгновение приоткрыл глаза, и в них блеснуло что-то тёплое, почти нежное.
— пока нет, — сказал он, и в голосе его слышалась хрипотца, — можно будет, когда я скажу.
он ускорился, и наруто видел, как напрягаются его бёдра, как он сам приближается к краю, наруто протянул руки, сжимая его талию, чувствуя, как легко саске поддаётся его прикосновениям, как его тело становится податливым в сильных, тёплых ладонях.
— саске, — прошептал наруто, — ты так красиво двигаешься. ты даже не представляешь, как я...
— заткнись, — выдохнул саске, сбито, дрожащим голосом.
саске кончил первым, запрокинув голову и выгнувшись дугой, и из его губ сорвался долгий, сорванный стон, в котором слышалось всё — и облегчение, и жадность, и манящая уязвимость. он сжался вокруг наруто, и тот почувствовал, как волна захлёстывает его следом, как всё внутри срывается в пропасть, и он кончил, сжимая пальцами бёдра саске, чувствуя, как тот дрожит над ним.
саске упал на него, уткнувшись лицом в шею, и наруто обнял его, прижимая к себе, чувствуя, как бьётся сердце учихи — быстро, сбивчиво, успокаиваясь. он гладил его по спине, по влажной коже, чувствуя, как саске медленно расслабляется в его руках, как его дыхание становится ровнее.
— а ты любишь командовать, — прокомментировал наруто, когда его дыхание восстановилось и пришло в относительную норму. он лежал на спине, глядя в потолок, и чувствовал, как внутри всё ещё пульсирует тёплая, тягучая волна после всего, что было.
— тебе что-то не нравится? — саске очень пытался звучать нахально, но вышло скорее сонно. он лежал рядом, уткнувшись носом в плечо наруто, и его дыхание было тёплым и ровным.
— нет, мне нравится, — честно ответил наруто, и голос его был тихим, почти благоговейным. он провёл рукой по волосам саске, чувствуя, как те мягко скользят между пальцев. — мне в тебе все очень нравится.
и пока наруто не начал очередную браваду, воспевающую все его неутолимое желание в сторону саске, саске поднялся выше и заткнул его поцелуем. ему было слишком хорошо, чтобы позволить этому болтуну испортить момент громкими признаниями в жанре дешевых кино. саске не нужны были слова, чтобы понимать. он целовал наруто медленно, почти сонно, чувствуя, как узумаки под ним расслабленно мурлычет куда-то вглубь поцелуя, как его руки скользят по спине саске, прижимая ближе.