"Мафия бессмертна: беспрецедентная история самого разыскиваемого босса мафии
Глава I. Восхождение.
"Фантом", "бухгалтер", "трактор". Именно так коллеги по опасному бизнесу, враги и общественность в разные годы называли Бернардо Провенцано. Будущий «босс боссов» родился 31 января 1933 в Корлеоне, на острове Сицилия. Он рос в обыкновенной крестьянской семье, был третьим из семи детей, а оставив школу после окончания начальной ступени, принялся батрачить вместе с отцом.
В силу медицинских противопоказаний служба в армии у Бернардо не сложилась, и уже в раннем возрасте он начал совершать мелкие преступления. Затем вступил в мафиозную группировку Лучано Леджо, состоявшего в подчинении у Микеле Наварры. 2 августа 1958 года Леджо организовал убийство Наварры, и в Корлеоне началась война между сторонниками двух боссов, в которой Провенцано встал на сторону Леджо. 6 сентября 1958 года в числе трех киллеров открыл в толпе стрельбу по людям из клана Наварры, в результате которой были ранены женщина и двое детей. Сам Бернардо был ранен в голову, задержан карабинерами и обвинён на основании показаний свидетелей. Однако, впоследствии, ряд свидетей отказались свидетельствовать против него, и в 1959 году Провенцано был оправдан.
Следующий раз, в поле зрения правоохранительных органов, Провенцано попал уже в сентября 1963 года: в полицию поступило заявление, в котором Провенцано обвинялся в убийстве мафиозо Франческо Паоло Стрева, в членстве в преступном сообществе и в незаконном ношении оружия. Именно с этого момента и исчисляется период «подпольной» жизни Провенцано, на протяжении которого он скрывался от полиции.
Первые десять лет подполья не были примечательными, однако, в 1974 году произошло событие, превратившее его из обыкновенного мафиозо в одного из главарей мафии. Полиция арестовала Лучано Леджо. Из тюрьмы мафией не руководят, и у клана Корлеонезе появился новый босс — Сальваторе "Тото" Риина, мафиозо с характерным прозвищем "Мясник". Провенцано, один из ближайших друзей Риины, стал вторым человеком в клане, "начальником штаба".
Глава II. Мафиозные войны и "Максипроцесс".
"Риина и Провенцано были необыкновенно похожи. Одинаково жестоки, одинаково амбициозны. Они очень хорошо понимали, что нужно делать".
В 1981 году друзья начинают «вторую мафиозную войну», в ходе которой уничтожают боссов кланов-соперников. В этот период, Провенцано лично контролирует связи с Вито Чанчимино, бывшим мэром Палермо, против которого в 1984 году, показания давал сам Томазо Бушетте. Война была короткой, но необыкновенно кровопролитной: за год в боевых действиях погибли несколько тысяч мафиози. Победа осталась за Корлеоне. Клан стал главной мафиозной семьей Сицилии, а его глава Сальваторе Риина получил титул "capo di tutti capi" — "босс всех боссов".
После этого, по словам арестованных мафиози, Риина и Провенцано поделили полномочия. Бернардо взял на себя исключительно финансовые вопросы: руководил деятельностью подконтрольных мафии легальных предприятий, а также одним из важнейших направлений деятельности мафии — наркоторговлей. Еще в молодости он начинал свою "деловую" карьеру как сборщик долгов в фирме, предоставлявшей ссуды. Эту фирму в свое время открыл Лучано Леджо, чтобы пускать в оборот деньги, полученные с торговли наркотиками. Позже Провенцано "углубился" в сферу здравоохранения, строительства и (Тони Сопрано было бы любопытно об этом узнать) переработки мусора. Долгие годы, находясь в тени Риины, Провенцано без лишнего шума укрепляет деловые и политические связи, которые всегда обеспечивали сицилийской мафии солидный доход. Как и большая часть экономики Сицилии, эти сферы преимущественно входили в государственный сектор, а значит, в них господствовали компании, имевшие хорошие связи с политиками. Старое прозвище Бернардо Провенцано забылось — он больше не давил никого "трактором". Теперь в кругах мафиози он стал известен как "Бухгалтер".
Кроме того, Провенцано оказался необычайно набожным человеком. Едва ли не все записки, через которые находившийся в подполье Провенцано общался со своими подчиненными и друзьями, заканчивались словами "да благословит и хранит тебя Господь". "Однажды на одной из наших встреч Бернардо появился в епископском одеянии",— вспоминает Джузеппина Витале, одна из немногих женщин-боссов мафии, впоследствии сдавшаяся властям. Обратите внимание: Провенцано общается через записки, потому что находится в розыске уже более 25 лет.
Но в начале 90-х годов Провенцано затеял войну с новой бандитской «ассоциацией», орудовавшей в южной и восточной части Сицилии. Первоначально банды состояли из «людей чести», изгнанных из рядов мафии. Они называли себя "stidda", что можно перевести и как «яркая звезда», и как «неудачник». Многие из жертв войны Провенцано (300 человек за три года только в провинции Агридженто) оказались подростками-боевиками, которых за мизерные деньги нанимали stiddari.
Кроме этого, Бернардо Провенцано принял активное участие в организации едва ли не самых громких преступлений сицилийской мафии за все время ее существования. В 1992 году, по окончании так называемого "Максипроцесса", когда к пожизненным срокам заключения были приговорены многие боссы мафии, началась серия политических убийств, в том числе европарламентария Сальво Лима, а также судей Джованни Фальконе и Паоло Борселлино.
Эти убийства, однако, не защитили мафию, а, наоборот, поставили ее под удар. "Все восприняли эти убийства как вызов, брошенный мафией стране",— писал журналист Карло Мори. По стране прокатилась волна арестов. В ходе одного из них в 1993 году был арестован Тото Риина. Главой мафии стал Бернардо Провенцано.
Глава III. "Погружение» и реорганизация.
После того, как «Бухгалтер» стал «capo di tutti capi», он занялся антикризисным менеджментом. Убийства видных государственных деятелей сразу же прекратились, а те, кого убивают (почти все они – бизнесмены), умирают вдали от больших городов. При руководстве Провенцано в Палермо и Катанье резко сократилась даже уличная преступность. По крайней мере внешне, Сицилия превратилась в один из спокойнейших уголков Италии.
Судья Роберто Скарпинато, специализирующийся на связях между организованной преступностью, бизнесом и политикой, писал, что «Дядюшка Бинну» уловил главное правило постиндустриального общества: «Чего не существует в средствах массовой информации, не существует в реальности».
Помимо прочего, «La Cosa Nostra» при Провенцано возвращается к рэкету, который всегда был одной из важнейших сфер ее деятельности. Возрастает давление на легальный бизнес: предпринимателей вновь требуют платить «pizzo» (долю). Различные виды рэкета хорошо вписываются в стратегию «погружения», потому что мафиози в этом случае редко приходится прибегать к убийствам.
Но рэкетом дело не ограничилось. В июле 2002 года национальный распорядительный орган общественных работ опубликовал свидетельства того, что на Сицилии систематически разрушается созданная для предотвращения коррупции система «слепых заявок». По подсчетам главного прокурора Палермо, 96% государственных контрактов было заключено с заранее выбранными подрядчиками.
Важно упомянуть управленческий подход Бернардо Провенцано. Бывший мафиози, знававший Провенцано, говорит, что тот отличался гораздо большей терпимостью в руководстве, чем Риина и в гораздо большей степени был склонен делиться прибылью. Внутри мафии он известен своей присказкой: «Mangia е fai mangiare» – «Ешь сам и дай есть другим». Некоторые из перехваченных деловых писем «босса боссов» дают представление о стиле его руководства: «Заканчивая письмо, уверяю Вас в том, что нахожусь в полном Вашем распоряжении. Желаю Вам самого наилучшего и передаю свои самые теплые пожелания Вам и Вашему отцу. Да благословит и сохранит Вас Господь».
Перед Бернардо Провенцано стояла важнейшая политическая задача. Он должен был найти способ урегулировать конфликт интересов между боссами, которые все еще на свободе, и исторически сложившейся руководящей группой корлеонцев: людей подобных Риине и Баджа-релле, людей, которые не стали свидетелями обвинения и уже почти десятилетие отбывают пожизненное заключение. Боссам, которые на свободе, нужны мир и «погружение», чтобы осуществить долгосрочную стратегическую программу восстановления мафии. Боссам, которые за решеткой, срочно требуются изменения в законодательстве, в первую очередь реформа условий тюремного заключения, которые не позволяют им действовать из тюрьмы, а также изменение законов о конфискации имущества и даже отмена прецедентов, утвержденных на «максипроцессе», возможно, через законы с обратной силой, снижающие ценность показаний перебежчиков. Другими словами, требования, которые в 1980-е и 1990-е годы привели к войне с государством, все еще не были удовлетворены.
Но главное достижение Провенцано заключалось в том, что он сумел приостановить массовый переход мафиози на сторону властей. Он отказался от политики искоренения отступников и их семей, вместо этого стал подкупать тех, кто подался в свидетели обвинения, чтобы уговорить их отречься от своих показаний и вернуться в лоно единомышленников. Провенцано считает своей главной целью поддерживать внутренний мир. В это же самое время Провенцано начал проявлять заботу о заключенных. В хаосе середины 1990-х годов многие из взятых под стражу «людей чести» не получали своего жалования. При Провенцано был воссоздан фонд оказания помощи заключенным, формировавшийся за счет отчислений части доходов всеми подразделениями мафии.
В отличие от Риины, который приближал к себе молодых убийц, Провенцано собрал вокруг себя плеяду боссов старшего поколения. По этой причине, иногда следственные судьи называли возглавляемую Провенцано Комиссию «сенатом». Причиной тому возраст ее членов, которым, за незначительными исключениями, всем уже далеко за пятьдесят, а то и шестьдесят. Эти перемены также были вызваны опасениями перед потенциальными отступниками. «Люди чести» солидного возраста больше думают о будущем: у них есть дети, о которых надо заботиться, и наследство, которое надо передать этим детям.
Во время кризиса 1990-х годов, когда казалось, что мафия вот-вот потерпит полное поражение, мафиози-отцы весьма неохотно позволяли своим сыновьям вступать в организацию. Теперь возобновились обряды посвящения, хотя отбор кандидатов стал более тщательным. Чтобы воспрепятствовать проникновению потенциальных отступников, отдается предпочтение молодым людям из семей с давними мафиозными традициями. Как говорит Скарпинато, «семейные узы являются иммунитетом от сотрудничества с государством».
Связи внутри кланов мафии и «mandamenti» (распоряжения) тоже стали намного более закрытыми, и только немногие «люди чести» выполняют роль каналов связи между отдельными группами. Похоже, что у «людей чести» вошло в привычку скрывать занимаемое ими положение даже от других мафиози.
Реакция Провенцано на кризис, спровоцированный перебежчиками, оказалась единственно правильной. С 1997 года только один занимавший довольно высокое положение «человек чести» решился стать свидетелем обвинения (о нем будет сказано ниже). Между тем законодатели пытаются ввести строгий контроль за «pentiti» (свидетелями). Вердикт первого суда над Андреотти укрепил позиции тех, кто считает, что отступникам, в сущности, нельзя доверять. В ходе этого дела возникли разногласия, вызванные тем, что один из важнейших свидетелей обвинялся в убийстве другого гангстера, но находился под защитой полиции. С тех пор были урезаны льготы, которые судьи могут предложить отступникам в обмен на их показания. Любые сведения, предоставленные отступником более чем через шесть месяцев после ареста, теперь считаются не заслуживающими внимания. Проблема в том, что шесть месяцев – слишком малый срок для того, чтобы сведения о продолжающейся изо дня в день преступной деятельности могли устареть.
Глава IV. «Мафия бессмертна».
В 2003 году в Италии разразился громкий скандал. Как выяснилось, "босс боссов" мафии, которого власти искали несколько десятилетий, тайно покинул Италию и был прооперирован в одной из французских клиник. После операции он благополучно вернулся домой. Власти оправдывались: у них, как оказалось, не было четкого представления о том, как Провенцано выглядит. Все фотографии преступника, которыми располагали следователи, изображали молодого человека 20-25 лет. Чтобы иметь хоть какое-то соответствующее действительности изображение Провенцано, которому к тому времени перевалило за семьдесят, полицейским пришлось воспользоваться компьютерной программой, которая моделирует внешность человека в старости. Другим источником информации о внешности Провенцано и его занятиях были показания бывших мафиози.
Время от времени в руки полиции попадали записки Провенцано, напечатанные на пишущей машинке, но почти все они были шифровками, смысл которых полицейским иногда так и не удавалось разгадать.
"Провенцано превратился в символ непобедимости мафии. Его называли Фантомом из Корлеоне, а понятия 'мафия бессмертна' и 'Провенцано неуловим' стали для сицилийцев синонимами",— говорит Карло Мори.
Провенцано дважды объявляли умершим. В первый раз это случилось в 1992 году, когда из подполья вышли жена и дети мафиозо. Они ничего не говорили о муже и отце, однако по Сицилии быстро распространился слух о том, что Провенцано умер. Слух, впрочем, опровергли мафиози-перебежчики, сообщавшие, что хоть и не видели Провенцано живым и здоровым, однако получали от него руководящие указания. Второй раз Провенцано объявил умершим его собственный адвокат — буквально накануне ареста. Это была последняя попытка Бухгалтера отвести от себя преследователей.
По словам Карло Мори, определенную роль в поимке Провенцано сыграла и его реформа мафии, задуманная, кстати, исключительно для того, чтобы снизить риск поимки. Традиционную иерархию сицилийской мафии — "купол",— предполагавшую представительство каждого клана и каждого региона, заменила четверка боссов, ответственных непосредственно перед Провенцано. Число людей, которые могли хоть что-то знать о Провенцано, сокращалось до минимума. Следовательно, снижался и риск быть пойманным. Единственное, чего не учел «Бухгалтер»,— так это то, что если бы следствие случайно вышло на одного из немногочисленных людей, связанных с ним непосредственно, то и выслеживание становилось гораздо более простой задачей.
Однако, как подчеркивал прокурор Микеле Престипино, на верный путь сыщиков навели не сообщники, а пакеты, которые выносились из дома родственников. Путь следования посылок прослеживался с помощью телекамер, установленных на расстоянии нескольких километров друг от друга.
Так и произошло. По словам сотрудников прокуратуры, участвовавших в операции по поимке самого опасного преступника Италии, Провенцано выдала чистоплотность. В руки следователей попала записка, в которой "босс боссов" просил привезти ему свежее белье.
Пакет с чистым бельем вынесли из дома его жены, проживающей в Корлеоне. После нескольких промежуточных пунктов, пакет был доставлен на ферму, расположенную в двух километрах от города. За маршрутом посыльного следили люди из управления по борьбе с организованной преступностью и полицейские из мобильной бригады.
Спецоперация по поимке босса проходила в Корлеоне, в одном из старых заброшенных деревенских домов с овчарней. Следователи под руководством представителя управления по борьбе с организованной преступностью Ренато Кортезе и прокурора Палермо Джузеппе Пиньятоне в момент начала операции не были до конца уверены, что человек, скрывающийся в доме, действительно тот самый легендарный босс мафии.
Только в тот момент, когда человек, находившийся в доме, забрал лежавший на пороге пакет, полицейские поняли, что дело сделано. Всего несколько секунд потребовалось полицейским, чтобы ворваться в дом. Из всех обитателей их интересовал только один — пожилой человек в спортивной одежде. Один из полицейских попросил его предъявить документы и назвать себя. Тот отказался. Однако уже через пару минут, когда в комнату вошел врач, чтобы сделать мгновенный анализ ДНК, старик признался: "Я Бернардо Провенцано".
Так был задержан "босс боссов", который пробыл в розыске 43 года.
О дальнейшей судьбе самого влиятельного босса в истории клана Корлеонезе известно мало. Содержался в тюрьме города Терни в условиях особо строгого режима, установленного специально для него: круглосуточное видео- и аудионаблюдение, общение только со своими адвокатами, а раз в месяц — свидания с женой Саверией и сыновьями Анджело и Паоло.
Умер от рака мочевого пузыря в миланской больнице Святого Павла 13 июля 2016 года.
