Реальность жизни поп-звезды.

Основано на личном опыте…

Быть поп-звёздой — это, как и любая работа в этом мире, сочетание плюсов и минусов. Но прежде чем рассказать о некоторых из них, хочу уточнить: во-первых, я не считаю то, чем занимаюсь, «работой». А во-вторых, я вообще не считаю себя исключительно поп-звездой — я просто использую этот термин специально для этого текста. Я всегда погружалась в разные творческие зоны, примыкающие к музыке. Выпуск альбома сам по себе означает погружение во множество разных сфер, но сейчас как никогда я чувствую притяжение в сторону чего-то иного, дальше от музыки. К сожалению, это означает, что я, вероятно, должна описывать себя словом «креатор» (фу) или, если говорить проще, артист. Однако для целей этого текста я сосредоточусь исключительно на реалиях того, что значит быть поп-звездой — потому что это была моя изначальная мечта, потому что именно эту роль в своей жизни я дольше всего осваиваю и потому что она же — самая нелепая.

Одна из главных реалий поп-звезды заключается в том, что на определённом уровне это чертовски весело. Ты катаешься на вечеринки в чёрном внедорожнике, можешь курить в машине, высовываться в люк и орать на всю улицу, всё это клишированное дерьмо. На этих вечеринках ты иногда встречаешь интересных людей, и они, что удивительно, тоже хотят познакомиться с тобой. Ты носишь роскошную одежду, туфли, украшения, и иногда у этих украшений есть собственный охранник, который ходит за тобой хвостом, чтобы ты не потеряла эти безумно дорогие серьги или не позволила случайному человеку, которого ты встретила в туалете, примерить колье, по стоимости сопоставимое с «сердцем океана».

Ты получаешь много классного бесплатного барахла: телефоны, ноутбуки, пластинки, поездки, конфеты с грибами, наушники, одежду, а иногда даже электрический велосипед, который потом пять лет будет пылиться в гараже. Ты заходишь в рестораны через чёрный вход и делаешь полулыбку шеф-повару (который, вероятно, тебя ненавидит) и официантам (которые, скорее всего, тоже тебя ненавидят), пока они изнывают в реальной сфере обслуживания, а ты с четырьмя лучшими друзьями, приехавшими просто развлечься, идёшь через кухню. Ты можешь чувствовать себя особенной, но иногда ты обязана почувствовать себя полной идиоткой — настолько всё это абсурдно.

Ты слышишь невероятную музыку, которая неизбежно изменит культуру и восприятие задолго до релиза (помню, как Аддисон впервые включила мне «Diet Pepsi» в машине, когда мы ехали по Нью-Йорку после ужина в Casino). Иногда ты можешь помочь своим друзьям-поп-звёздам: дать совет, выслушать, помочь принять решение, и это даёт ощущение взаимосвязанного сообщества людей, которых ты любишь и уважаешь. У тебя есть фанаты, и их преданность заставляет чувствовать, что они будут с тобой до конца времён, хотя в реальности это не так.

Ты стоишь на сцене и чувствуешь себя богом. Ты заставляешь людей плакать от счастья, становишься саундтреком их расставаний, восстановления, безумных тусовок, мести, любви, жизни. Ты путешествуешь по миру и видишь разные места, и тебе не нужно организовывать даже малейшую часть этих поездок — этим занимается отличный тур-менеджер. Ты можешь «взять больничный» когда угодно, не переживая, что сорвёшь работу в последний момент, потому что ты точно знаешь: существует ещё одна поп-звезда, куда менее надёжная и стабильная, чем ты. Спасибо ей за это.

Но ты также проводишь много времени в странных и бездушных переходных пространствах. Комната ожидания перед событием, лаунж в аэропорту, визовый центр, душный тур-бас, гримёрка без окон, пространство под сценой или декорации съёмочной площадки — ты постоянно где-то «между». Ты в пути, ты куда-то движешься, но само путешествие занимает большую часть твоего опыта. Когда Рэйчел Сеннот приезжала сниматься в наш фильм «The Moment», её буквально «доставили» на съёмку: прямо с первого ряда показа Balenciaga в Париже её ночью отправили в фургоне в лондонские доки, укутанную в подушки и одеяла, как посылку. Путь занял всю ночь, а на съёмочной площадке она пробыла около часа.

Ещё одна вещь насчёт поп-звёзд: ты неизбежно сталкиваешься с людьми, которые просто решили доказать, что ты тупая. Меня это всегда удивляет, и я думаю, это связано с проекцией. Поп-звезда — это частично фантазия, и эту фантазию в основном формирует зритель. Маркетинг, стратегия, подача могут направлять восприятие, но в конце концов потребитель решает — секс-символ ли ты, или анархии, интеллекта или чего-то ещё.

Некоторым не нравится быть частью общего мнения, им нравится идти против него, и тогда рождается полностью противоположная, дерзкая позиция. Вместо «она секс-символ» — «она шлюха». Вместо «она анархична» — «она наркоманка». Вместо «она умная» — «она претенциозная и несёт чушь». Так и рождается нарратив «тупости».

Я всегда думала, почему успех других вызывает такую ярость. Думаю, дело в том, что патриархат по-прежнему успешно промывает всем мозги. Нас до сих пор тренируют ненавидеть женщин, ненавидеть самих себя и злиться на женщин, если они выходят за рамки маленькой аккуратной коробочки, в которую их помещает общество. Люди всё ещё подсознательно верят, что женщине «положено» быть только определённой, и если она заявляет о себе как о чём-то одном, она ни в коем случае не должна развиваться, меняться, трансформироваться.

Ну и, конечно, людям нужны клики, а противоположное мнение больше их приносит.

Когда я пришла на Substack, появилось множество аналитических статей: зачем? Одни предполагали, что мне нужно писать лонгриды и усиливать связь с фанбазой; другие просто радовались; третьи думали, что это совет лейбла ради «вездесущности», а кто-то удивлялся, как у меня вообще хватает мозгов писать, с учётом всех вечеринок (!).

Правда же в том, что я всегда любила писать, так почему бы и нет? В целом меня приняли тепло, но была и небольшая волна раздражённых людей, которым не нравилось, что я «выламаюсь» из коробки, в которой они упорно пытались меня удержать, коробки, или, точнее, бренда, «девочки-вечеринки», которая курит, нюхает, любит зелёный и неспособна ни на что большее. Для них я глупая маленькая дурочка, потому что им хочется, чтобы я была такой. Наверное, иногда это часть сделки.

Иногда быть поп-звездой очень неловко, особенно среди старых друзей или семейных знакомых, которые знают тебя с детства. Разница в образе жизни становится всё более резкой по мере того, как ты становишься успешнее и параноичнее. Как британка, я замечаю: чем дольше живёшь в Лос-Анджелесе, тем сильнее теряешь связь с реальностью, но именно поэтому роль поп-звезды может и отрезвлять, особенно когда старые друзья высмеивают тебя за то, что ты переживаешь из-за какой-нибудь нелепой ерунды.

Иногда это заставляет задуматься: кем я была раньше и кем стала сейчас? Чем эти версии меня отличаются? Или я всё ещё та же? Недавно Янг Лин приходил ко мне на ужин, и мы обсуждали знакомых из индустрии: изменились ли они после успеха? На следующий день я заварилась с мыслями и написала ему, спросив, изменились ли я. Я знала, что он будет честен, потому что он всегда честен. Он видит всё насквозь, все фасады, все маски. Он один из самых мудрых людей, которых я знаю.

Я сидела, глядя на экран, где появлялись и пропадали три точки набора текста, и это сводило меня с ума. Когда сообщение наконец пришло, он написал, что не считает, что я изменилась, и не думает, что изменюсь. Но добавил, что вокруг меня точно есть «те люди», которые мне льстят. Я ответила, что в этом есть доля правды, но он уточнил, что я, будучи слишком британской и самокритичной, всё равно не верю в эти дикие комплименты, так что, вероятно, я в безопасности.

И последнее: от поп-звезды многие почему-то ожидают абсолютной честности. В последние годы люди как будто связали славу и моральную ответственность, что мне никогда не было понятно. Все мои любимые артисты — абсолютно не ролевые модели, и я не хочу, чтобы они ими были. Возможно, это только я, но я хочу от артистов гедонизма, опасности и дерзкого вызова системе, потому что в детстве мне хотелось сбежать через них. Мне всё равно, говорят ли они правду или лгут, играют ли роль, создают ли персонажа или выдумывают целые миры. В этом суть. В этом драма. В этом веселье. В этом — ФАНТАЗИЯ.

Заканчиваю текст ссылкой на одно из моих любимых интервью Лу Рида. Это перформанс? Правда? Ложь? Да какая, к чёрту, разница. На мой взгляд — просто смешно и круто.

Перевод был выполнен командой Charli XCX World. Перевод и использование его без указания источника строго запрещено, иначе вас настигнет судьба «XCX WORLD»