Глава 18
Саникс перестал жить, но продолжил существовать. Его тело было истерзано настолько, что мозг отключил возможность испытывать боль. Сознание словно оказалось в ином измерении, где не было мести Атлантиды, не было этой лаборатории, бесконечных пыток и боли.
Почему он не может впасть в беспамятство? Почему не может регенерировать? Почему Атлантида жива?..
Воспоминания о первой любви захлестнули Саникса. Неземная девушка в поле цветов, солнцеподобная улыбка и белое платье. Он был очарован ей. Наверное, тогда его сердце стало биться не ради него, а ради нее. Ради идеи воссоединения с его солнцем. Невозможно влюбиться в человека с первого взгляда. Но они и не люди, а значит законы человеческой любви на них не распространяются.
Саникс никогда не задумывался о том, почему полюбил Атлантиду. Что, кроме красоты, зацепило его. Просто любил. Знал, что должен любить ее, словно повязанный самой судьбой.
А судьба лишь пошутила над ним.
Не имея представления о любви, Саникс испытывал ее так, как мог только он. Неуклюже, порывисто, одержимо и неправильно.
Они страны. Человеческие чувства им непонятны и неподвластны. Не получая родительской любви, что, впрочем, среди них считалось абсолютно нормой, Саникс был зелен, как горох в вопросе отношений с кем-то.
У них не принято любить. Любовь — слабость, которую следует избегать, если не хочешь быть уязвимым. Политика требует холодного расчета.
Возможно ли, что полюбив однажды, Саникс сам обрёк себя на страдания?
Почему люди считают любовь великим счастьем, благословением и лучшим, что может случится? Для Саникса любовь — это боль. Не та, которую он испытывает сейчас. А та, которую он испытал, предав Атлантиду. Та боль, которая из приятной стала будто ударом лицом об стену.
Он сам во всем виноват. И сейчас он надеялся, что смог искупить свою вину через страдания.
Чёрные глаза окончательно потеряли блеск, а, и без того бледный Саникс, стал белее мела, особенно на фоне кровавых пятен по телу, которое уже не было похоже на живой организм.
— Атлантида, п… — еле шевеля губами, без голоса проговорил Саникс
— Помоги?! — прокричала Атлантида.
— Прости… — и, несмотря на все попытки Гения держать страну в сознании, замер, будто бы замертво.
Так подумал бы каждый, но только не Гений, который удивлённо хмыкнул и отвернулся, чтобы, на основании полученных ранее данных, приступить к усовершенствованию формулы для поддержания страны при жизни. Гений знал, что Саникс живее всех жив, о чем хотел предупредить Атлантиду. Но стоило ему поднять на нее взгляд, как он замер от неожиданности.
Атлантида стояла с занесенным перед собой кинжалом, чтобы нанести очередной удар по телу Саникса, а по левой щеке медленно стекала слеза из практически серого глаза. Она замерла, словно статуя. Радужка правого глаза резко меняла цвет от бледно серо-зеленого, до неестественно ярко-зелёного, а зрачок то расширялся, то сжимался до точки.
Правая рука с кинжалом задрожала, напряжённая будто камень. Выглядело так, будто Атлантиду разрывает что-то изнутри. Или кто-то?
Вместе со звоном упавшего клинка о плитку пола, по лаборатории разнёсся душераздирающий крик Атлантиды, упавшей на колени.
Гений вскинул брови, вместе с тем с живым интересом наблюдая уже за Атлантидой. Геном дёрнулся вперед, но остановился в нерешительности, а Кристиан бросился к ней, возможно, единственный понявший, что произошло.
— Госпожа!.. — крикнул прерывисто он и упал на колени рядом с Атлантидой, позволив себе её приобнять.
Атлантиду трясло как в припадке. Но это был не он.
— Саникс… Саникс! — уже громче, срывающимся голосом, позвала Атлантида, из серо-зеленых глаз которой ручьем текли слезы. — Кристиан! — словно в безумии, ничего не видя перед собой, обратилась она к тому, кого узнала бы в любой ситуации. — Что… Что здесь происходит? Где я? Почему, почему Саникс…
Девушка захлёбывалась в рыданиях, а Кристиан крепко обнял её, прижимая голову Атлантиды к своей груди, в отчаянии глядя перед собой. Он сам не мог вынести того, что видел, а его госпожа, его бедная госпожа точно не в состоянии осознать происходящее.
— Атлантида!.. — очнулся Геном, бросившись к ним, но был перехвачен не сильной, но уверенной хваткой брата.
— Не лезь туда, — отстраненно сказал Гений и принялся ещё быстрее записывать что-то неразборчивым почерком в блокнот.
— Да как ты можешь!? — вспыхнул Геном, чувствуя панику и волнение за Атлантиду.
— Не мешайся, — лишь повторил Гений.
От досады Геном с силой пнул Саникса, с чувством проклянув его.
— Нет! — крикнула вдруг Атлантида, почувствовав рядом движение, но по прежнему ничего не видя перед собой. — Не трогай его! — она кричала так громко, что оглушала всех присутствующих.
Трясущимися руками она обняла Саникса за ноги, не в силах подняться.
— Умоляю, не трогайте его. Вы разве не видите, ему же больно! Не трогайте… Больше не нужно… — громко всхлипнув в последний раз, Атлантида замолчала, прижавшись к израненному её руками Саниксу так, чтобы больше никто не мог приблизиться к нему.
Геном замер в нерешительности. Он искренне не понимал, что происходит. Это Атлантида с ума сошла или всё пошло не по плану, и вторая личность вернула контроль над телом? Но почему сейчас? Как? И главное, почему она защищает этого мерзавца?
После череды криков то Саникса, то Атлантиды, тишина, повисшая сейчас, почти оглушала.
Геном запустил пальцы в свои красные волосы и растрепал их, чтобы прийти в себя. Ругнувшись себе под нос, он отошёл и, поджав губы, скрестил руки на груди. Они все так долго ждали этого дня, столько приготовлений и лет, методичного подавления второй личности, чтобы настоящая Атлантида смогла свершить месть, чтобы сейчас всё закончилось так нелепо. В данный момент Геном даже жалел, что Саникс повязан с Атлантидой узами брака, а значит не может умереть, пока она дышит, иначе он бы собственными руками убил его.
Кристиан ещё пару раз предпринял безуспешные попытки достучаться до госпожи, прежде чем понять, что она сейчас где-то не здесь. Муж с женой стали словно бы единой неразлучной мраморной скульптурой.
— Интересно… — пробормотал Гений, закончив делать записи и захлопнув блокнот одним движением руки. Его и без того неестественные газоподобные зелено-фиолетовые волосы колыхались активнее обычного, а видимый глаз был прищурен в предвкушении настолько, что его было почти не видно.
— Интересно? — вспылил на этот раз Кристиан, которого трясло последние несколько часов, но сейчас особенно сильно. И непонятно от чего больше: страха, волнения или злости. — Что вам интересно? Сделайте же хоть что-нибудь!
— Да, я с ним согласен, — подал голос Геном и посмотрел на брата.
— Их нужно разделить, — уверенно сказал Гений и ткнул пальцем в Генома, как самого сильного среди них. — Сделай это, а потом разведи по разным комнатам. И лучше по своим покоям.
— Что? Зачем? Не лучше ли их оставить в лаборатории? — искренне не понял Геном, уже приступивший к принудительному разделению молодожёнов.
— Им нужно прийти в себя в местах, которые пропитаны их энергетикой. А ещё лучше запереть их там.
— Так они же могут телепортироваться, какой смысл? — всё ещё не понимал Геном.
— Во-первых, в таком состоянии они ничего не могут, а во-вторых, это нужно, чтобы люди к ним не приходили, — раздражённо объяснил Гений, глядя на Генома как на неразумное дитя.
— Ладно-ладно, я понял, — огрызнулся великан, и, приложив массу усилий, отцепил Атлантиду от Саникса. Передав временно её Кристиану, Геном стал отцеплять Саникса от места пыток.
— Я могу пойти вместе с госпожой? — спросил Кристиан у Гения, который выглядел тут главным.
Даже сидя сейчас на коленях, Кристиан видел, что ростом Гений был не очень большого. Особенно на фоне Генома. Складывалось впечатление, что между ними может еще один человек поместится. Странно было осознавать, что Генома остановила хватка такого миниатюрного Гения. Тем не менее, тут он был действительно главным.
Гений махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху. Этот жест Кристиан принял как указание к действию. Прижав к себе посильнее Атлантиду, Кристиан услышал, как цокнул языком Геном. Закончив расковывать Саникса, тот исчез вместе с ним, но через непродолжительное время вновь был рядом.
— Пойдем, — кинул Геном и помог подняться Кристиану, который, держа на руках Атлантиду, удивился её лёгкости.
Кристиан еле удержался на ногах после стремительного перемещения. Он не отошёл ещё от прошлого раза, как тут второй переход. Лишь чувство ответственности не позволило ему упасть или уронить Атлантиду. Геном хотел было взять её из рук Кристиана, но тот не позволил этого сделать и, совладав с собой, сделал несколько шагов к кровати Атлантиды, осторожно уложив её на неё.
— Запри двери, — отдал распоряжение Геном и исчез.
Именно сейчас Кристиан позавидовал всем тем, кто владел магией. Сделать и нескольких шагов, чтобы закрыться изнутри, казалось непосильной задачей. Его всё ещё тошнило и, казалось, рискни он хоть посмотреть куда быстрее положенного, его, вывернет же на месте. Несмотря на свое состояние, Кристиан не без труда закрылся. Теперь-то он отдохнёт, насколько то позволяла ситуация и компания.
Лишь оказавшись в относительном покое и и безопаности, Кристиан огляделся. Если прежде они были в замке Саникса, то сейчас располагались в привычной комнате Атлантиды в её владениях. Только настроение в нём сильно поменялось. И всё, вроде бы, на своих местах, но после пережитого, знакомые стены не вызывали ничего, кроме недоверия и страха. Словно мрак окутал помещение.
Кристиан подумал о том, что он настоящий счастливец, раз смог пережить межпространственный переход из Саникса в лаборатории, которые вряд ли находились на территории его страны. Но где же тогда? Кристиан терялся в догадки касаемо расположения того ужасающий места. Вряд ли на территории другой страны. Значит в Атлантиде? От самой убедительно теории из всех возможных по коже бежали мурашки. Всё это время подобное место было спрятано внутри страны, и, неужели, никто не смог его обнаружить?
Кристиан вздрогнул от внезапно брошенных Атлантидой слов. Кажется, его госпожа вновь исчезла, уступив место другой себе. Он сглотнул ком в горле, который образовался то ли от страха, то ли от тошноты.
— Вы уже очнулись? — осторожно подал голос Кристиан, посмотрев в ярко-зеленые глаза.
Атлантида хмыкнула и встала, решив, что отвечать на глупый вопрос ниже её достоинства. Кристиан осознал, что она уже какое-то время сидела, наблюдая за ним, а он даже не заметил. Получается, она очнулась почти сразу же после перемещения сюда? Ужасающая способность к восстановлению. Интересно, а Саникс тоже?..
— Вы убьёте меня? — задал другой вопрос Кристиан.
— Зачем? — Атлантида, кажется, искренне удивилась.
— Разве я не знаю слишком много?
— Возможно, — не стала отрицать Атлантида, поправляя одежду. Она нахмурилась, увидев пятно, потому щёлкнула пальцами и сменила платье на парадную военную форму.
— Нет, — отрезала Атлантида и посмотрела на Кристиана. — Ты мне нравишься. Годы, которые мышка провела с тобой, она считает лучшими. Тем более ты очень хорошо справляешься с работой и умеешь держать язык за зубами, — спокойно перечислила Атлантида достоинтсва Кристиана, введя его в состояние шока.
Госпожа правда так думает? Жаль это слышать не от неё, хоть и ее голосом. До сих пор мурашки бегут от того, что в теле Атлантиды есть кто-то ещё. Да и Атлантида какая-то очень откровенная с ним. Она не выглядит как та, кто стал бы раскрывать свои замыслы и вообще долго разговаривать с человеком. Кристиан никогда не считал себя особенным, но сейчас это чувство неприятно по нему било. Он не любил выделяться.
— Почему вы можете использовать магию, а госпожа нет? — решил попробовать задать ещё один вопрос Кристиан, пользуясь разговорчивостью Атлантиды.
Кристиану показалось, что его вопрос развеселил Атлантиду, несмотря на то, что она снисходительно на него посмотрела.
— Потому что эта магия — моя, а твоя любимая госпожа всего лишь паразит в моём теле. Опережая твой следующий вопрос, она слабая ещё и потому, что все её силы подавляла и забирала я, чтобы осуществить свой план и вернуться в это тело. Кстати, можешь её больше не ждать. Теперь, когда я полностью восстановилась и получила силу Саникса, выйдя за него, я вернула себе контроль над телом.
У Кристиана словно почву из-под ног выбили. Он не мог поверить в то, что больше не увидит Атлантиду. Ту, свою, которую он знал, по-своему любил и уважал. Вся его жизнь с детства крутилась вокруг Атлантиды. Он словно смысл жизни потерял в одно мгновение.
— А как же произошедшее в лаборатории? — в отчаянном крике зацепился за последнюю надежду Кристиан.
Атлантида недовольно поморщилась.
— Осечка. Такого больше не повторится.
Кристиан медленно осел на пол, так как ноги вовсе отказались его держать. Неужели это конец? Перед глазами мелькали все моменты, которые он провёл бок о бок с Атлантидой. Он даже не попрощался с ней… По щеке скатилась скупая слеза. Почему всё вовсе должно было закончиться?
Атлантида бросила взгляд на Кристиана и на секунду даже посочувствовала ему. Но это чувство быстро исчезло, и она пошла к выходу из покоев, оставляя Кристиана сзади.
Решив пока оставить Саникса, Атлантида направилась в кабинет. Нужно созвать всех министров и распустить совет.
— Кристиан… — начала было Атлантида, по привычке, обратившись к нему, чтобы дать поручение, но быстро вспомнила, что его нет рядом и вряд ли когда-то ещё будет.
Почему она вообще привыкла к его присутствию рядом? Из-за воспоминаний мышки — это единственное объяснение. И скорее всего её привязанность к нему тоже из-за неё. Сколько же проблем.
Злясь на саму себя, Атлантида, чеканя шаг, шла по коридору, пока не встретила первого попавшегося человека.
— Созови совет министров, — приказала Атлантида.
— Но, я слуга… — вздрогнул молодой человек, побледнев.
— Быстро, — блеснув зеленью глаз, угрожающе добавила Атлантида.
Слуга испарился быстрее, чем мог бы передвигаться человек при виде хищника в голом поле.
Не желая терять времени, Атлантида направилась в залу, где должны вскоре все собраться.
Придя раньше всех, Атлантида окинула взглядом помещение. Так и не поймешь, кто тут главный. Атлантида подошла к одному из концов длинного стола и по щелчку пальцев поменяла обычное непримечательное кресло, на более массивное и узорчатое. Небольшой и простенький, но трон. Как же она устала играть в демократию.
Заняв своё место, Атлантида принялась ждать министров, которые не очень-то и спешили. Судя по всему вообще ждали друг друга за дверью, чтобы вместе войти. Атлантида встретила их скептическим взглядом, под которым все поежились.
— Стадо баранов, — прокомментировала Атлантида. Никто ничего не ответил. Они даже дышать боялись. — Я вас надолго не задержу. Скажу в двух словах: вы уволены.
В помещении и так царила тишина, но теперь она стала гробовой.
— Компенсаций не будет. Думаю, награбленного за годы отсиживания на постах вам хватит до конца жизни. Надеюсь, она будет короткой. Свободны.
Атлантида действовала быстро и уверенно, не желая тратить свое драгоценное время. Она поднялась и вышла, таким образом поставив точку в разговоре.
Сколько у неё есть времени, прежде чем дать официальный ответ о случившемся в зале бракосочетания? Если отвлечься сейчас на Саникса, успеет ли?
— Чего тебе? — нахмурилась Атлантида, замедлив шаг, а потом и остановившись, посмотрев на Ранву. — Как ты сюда вообще попала?
— Легче, чем залось бы.ты думаешь, — усмехнулась Ранва, смерив взглядом Атлантиду.
За прошедшие сутки Атлантида привыкла видеть страх и ужас во взглядах всех вокруг, но Ранва смотрела на неё иначе. Не было ни того, ни другого, скорее интерес.
— Судя по всему, браку ты не очень-то и рада была, — начала издалека Ранва, — Саникс зазнался, и все это понимают. Может я и не могла выступить в открытую против него, дабы не погружать весь континент в войну, но, если тебе нужна помощь, я готова оказать всестороннюю поддержку. Думаю, мы с тобой на одной стороне, — Ранва протянула руку Атлантиде для рукопожатию.
Атлантида смерила Ранву холодным взглядом.
— Мне не нужна помощь, — отрезала Атлантида, пройдя мимо Ранвы. — И союзники. Мои и Саникса дела касаются только нас двоих.
Ранва сжала зубы и повернулась на пятках лицом к спине удаляющейся Атлантиды, опустив протянутую руку и сжав её в кулак.
— Стоите друг друга. Оба падонки.
Атлантида улыбнулась и, не оборачиваясь, удалилась. Надо бы заняться защитой дворца.