о. Андрей Зверев: «Быть российским греко-католиком очень сложно»
Из неопубликованного интервью с о. Андреем Зверевым (записано в 2010 году)
– Каково быть греко-католическим священником в России?
– В принципе быть российским католиком византийского обряда очень сложно. С одной стороны, когда человек ищет католический храм, для него образ католичества – что-то совсем не русское, точнее, римский обряд. А когда он узнаёт, что есть русское католичество, восточное, это у него в голове не укладывается. Часто мне приходилось встречаться с таким явлением: приходит человек к нам с ошалелыми глазами и спрашивает: «Так вы мне объясните, вы всё-таки католики или православные?» И когда начинаешь что-то объяснять, в голове не укладывается у людей – как огонь и вода: или вода затушит огонь, либо огонь высушит воду.
– То есть развитие Российской Католической Церкви византийского обряда (РКЦВО) в основном зависит от православия?
– Конечно, влияют на наше развитие и отношения с католиками римского обряда. Есть понятие традиции. Православие воспитало менталитет, русскую душу. И годы безбожия полностью это вытравить не смогли. В итоге приходящие в католичество люди по сути своей католики византийского обряда, даже если не крещены в православии. Их предки – восточные славяне, православные славяне. Это не совсем то, что РПЦ именует «генетически православными россиянами».
Проблема «традиции» в том, что она замалчивается. Вот только митрополит Павел Пецци повелел приглашать в кафедральный собор на катехизацию священников византийского и армянского обрядов – чтобы представить катехуменам всю полноту Католической Церкви, разнообразие обрядов. К сожалению, это почти единственный пример, в других приходах так не делается.
– В чём главная проблема РКЦВО?
– Я считаю, что у нас не развита концепция российского католичества византийского обряда. Все ставят акцент на разные моменты, а единства нет… Назрела такая концепция, но её пока нет.
Возникают тоже проблемы юридического характера – с тем же ординариатом. Идеально было бы возродить экзархат, но и вариант с апостольской визитатурой, как в Казахстане, очень был бы хорош.
Конечно, это мало реально или даже нереально вовсе. После учреждения епархий в 2002 г. с визами возникали проблемы, со стороны государства усложнилась очень сильно жизнь (так, в одном зарегистрированном приходе было аж 4 проверки в год!).
– Вероятно, возникают и проблемы с регистрацией приходов?
– Конечно, нам не отказывают напрямую: «Вы греко-католики, поэтому мы вас не зарегистрируем», нет, власти идут по другому пути – постоянно выискивают что-то недоделанное. Я на регистрацию прихода в Копейске подавал 5 или 6 раз. Делается это очень хитро: есть пакет документов, который они рассматривают около месяца. Находят ошибку, несоответствие, указывают на него (причём госпошлина за регистрацию религиозного объединения при официальном отказе сгорает) и предлагают не писать официальный отказ, вы это переделайте и тогда госпошлина сохранится. И так постоянно… Кроме того, несколько раз уже поменялись пакет документов и установленные формы, о чём никто никого не предупреждает.
Отказывают тоже потому, что нет единой структуры. Мы это обговаривали на встрече с Апостольским нунцием. Когда была апостольская администратура, вероисповедание было «католическое», после учреждения епархий вероисповедание уточнилось и стало римско-католическим. Возникает казус: как могут римо-католики основывать греко-католические приходы. И кодекс канонического права Восточных Церквей, где всё хорошо прописано, для них не документ, поскольку российским законом это не предусмотрено. О проблемах в отношениях с государством можно говорить долго и много…
Вообще, развитие католических общин в России может быть только при активном участии прихожан, только если будут серьёзно относиться. У нас невозможно поступать как в православии – просто придти, постоять, свечку поставить, деньги положить и уйти. У нас надо этим заниматься.
А получается, что зачастую всё делает священник, но один-то он горы не свернёт.
У наших людей отношение к Церкви потребительское – мне надо товар, пойду в магазин, заплачу деньги за него, а кто доставляет-заказывает-фасует, меня не волнует, я деньги заплатил…
Поэтому у нас общины слабо развиваются. И это касается обоих обрядов.
Нужно активизировать прихожан.
– Какова численность вашего прихода?
– Вместе с семьёй порядка 25-30 человек. Но вообще, количество прихожан считается по числу крещёных. И если посмотреть, сколько на Южном Урале западных украинцев, получается, что у меня большой приход. (улыбается)
– Всех западных украинцев автоматически считаете греко-католиками?
– После раздела Польши в XIX в. Уния была ликвидирована на территории так называемой Левобережной Украины, а то, что осталось в Австрии, там Греко-Католическая Церковь сохранилась и там она развивалась. Хотя, конечно, Брестскую унию заключал киевский митрополит и подписали её все епископы Украинско-Беларусской Церкви, даже Львовская епархия присоединилась к унии только через 100 лет – это исторический факт, Львов дольше других оставался православным.
Традиционно выходцы из Закарпатья, Буковины, Галиции – это греко-католики.
– Получается, тут идёт конфессиональная самоидентификация на базе национальной: если западный украинец, то греко-католик.
– Безусловно, это обусловлено историей данного народа, этого региона. К тому же, в Австрии и Польше греко-католическое духовенство было национально сознательным, тогда как интеллигенция ополячилась и перешла в римский обряд. Церковь являлась защитницей народных интересов, даже поговорка была: кто остались? – Поп и хлоп. То бишь холоп.
Если Церковь в умеренной форме поддерживает национальные чувства, в этом нет ничего плохого. Посмотрите на католиков из Караганды: они ведь уникальны! И наверняка в первую очередь себя самоидентифицировали как немцы-католики, чем граждане СССР и жители Караганды.
Ломать всё это трудно и не всегда полезно. Например, в Копейске я служу на украинском языке, с одной стороны, это хорошо для бабушек, но, с другой стороны, это непонятно для молодёжи. А какая альтернатива? Церковнославянский?
– Русского перевода нет и, скорее всего, не будет, слава Богу. Не наше это дело. Мы не являемся главными хранителями этой традиции. По совести мы, русские греко-католики, не имеем права этого делать. Вот если бы сделали такой перевод православные, можно было бы принять. У нас этот вопрос поднимался, много дискутировали… Даже начинали переводить, но заглохло это дело как-то.
– Но если Литургии служатся по-церковнославянски или по-украински, обычным людям, которые в первый раз заходят в храм, это всё непонятно. Более того, им проще быть как все и пойти в православную церковь, чем быть таким вот «странным» католиком.
– Да, это так. Повторюсь, быть русским греко-католиком непросто. Тут надо иметь идею, как наш экзарх блаженный Леонид Фёдоров. Нужна, нужна концепция.
– Каким вы видите будущее греко-католических приходов в России?
– Про будущее говорить сложно, потому что у нас есть и свои проблемы – российские, византийские. Но мы, как и все христиане, подвержены общим проблемам. И есть проблема глобальная – массовый отход людей от веры во Христа, от Церкви. Мы тоже этому подвержены. «Оскудел преподобный, не стало праведника», говорит Писание. Люди всё меньше интересуются верой, спасением души. Потому динамичного роста никто и не ждёт.
Конечно, Церковь созидается Святым Духом. Нельзя всё время говорить о человеческом факторе или о собранных пожертвованиях, о харизматичности священников и т.д. Но нужно сказать, что наши общины созидаются очень медленно.
Священник Андрей Зверев родился 12 июня 1974 года в Новосибирске. В юном возрасте в нём проявилось искреннее желание посвятить свою жизнь служению Богу — призвание к священству. Андрей принял крещение в католическом приходе Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии из рук о. Павла Битаутаса. Движимый любовью к византийскому обряду, после окончания средней школы в 1991 году он из Новосибирска отправился во Львов, где вскоре поступил в греко-католический новициат редемптористов — конгрегации Святейшего Искупителя.
В 1993 году, поняв, что его путь не в монашестве, поступил в Ивано-Франковскую духовную семинарию Украинской Греко-Католической Церкви.
В 1997 году женился. В этом браке родились трое дочерей и сын.
11 октября 1998 года ординарий Ивано-Франковской епархии УГКЦ епископ Софроний Мудрый рукоположил Андрея Зверева во священники.
Так, на 6 курсе семинарии, отец Андрей начал своё служение. Он был ответственным за исполнение богослужебного устава в семинарской часовне. По завершении обучения молодой священник возвращается в Новосибирск и по благословению епископа Иосифа Верта приступает к служению.
Отец Андрей вначале служил викарием в Омске, Саргатском. Параллельно организовал общину восточного обряда в Томске.
В 2001 году он вместе с семьёй переехал в Челябинск. В соседнем городе Копейске, также благодаря его усилиям, уже сформировалась община верующих католиков восточного обряда, настоятелем которой стал отец Андрей. И в Челябинске также начала собираться община, отец Андрей обустраивал домовой храм.
В последние годы кроме своего пастырского служения отец Андрей занимал должность секретаря при ординарии для католиков византийского обряда в РФ, что предполагало большую занятость и частые поездки.
Отец Андрей Зверев скончался 8 августа 2018 года в возрасте 44 лет. Похоронен на католическом участке кладбища в его родном Новосибирске.
Его вдова Юлия Павловна (в 2010-х работала бухгалтером католического прихода в Челябинске) умерла 18 июля 2021 г. в 48 лет. Похоронена рядом с мужем.
Печально разнеслась по всей Украине весть о преждевременной смерти о. Андрея Зверева.
Поблагодарим Господа за дар жизни и за 20-летнее священническое служение отца Андрея. Сегодня он предстоит перед Господом и, созерцая Его лик, получает обещанную добрым пастырям награду.
Наш Спаситель призвал отца Андрея к особому служению в Своей Церкви. Через святое таинство священства Он приносил в Евхаристии Христову жертву благодарения, подобно Ему, отдавая свою жизнь за тех, кого Господь ему поручил. Поэтому представляем Господу нашими словами благодарения и мольбы сего ревностного душпастыря, и сопровождаем его молитвами. «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (ср. Мф 5:16).
Прежде всего хотел бы выразить искренние соболезнования супруге отца Андрея — Юлии и его детям – Григорию, Анне, Софии и Марии. Ваш супруг и отец, откликаясь на призвание Христа, отправился вместе с Ним в путь, а вы были его ежедневными сотоварищами. Пусть Воскресший Христос наполнит ваши сердца миром, утишит вашу печаль и придаст мужества.
Выражаю соболезнования также прихожанам приходов Святого Иосафата Кунцевича в Копейске и блаженного священномученика Леонида, экзарха Российского в Челябинске. И пусть пример и служение отца Андрея станет для вас всех зерном, из которого произрастут новые ростки призваний для служения нашим верным.
Верховный архиепископ УГКЦ Святослав Шевчук