"Моя мечта — сделать клип, где мне нравится всё. Не знаю, возможно ли это вообще": Родион Чистяков про творческий путь, особенности работы с большими артистами и работе с бэкстейджем

Родион Чистяков — российский режиссёр, который получил широкое признание благодаря своим работам со Славой КПСС,DVRST,Три Дня Дождя,Мэйби Бэйби и многими другими интересными артистами. Несколько дней назад в сети появилась его новая работа “понятно” для пазнякс и BOOKER. В нашем интервью мы поговорили о начале его деятельности, особенностях работы с большими артистами и творческом кризисе.

— Расскажи, с чего начался твой творческий путь?
— В школе я рисовал мультфильмы в Macromedia Flash, потом это стало Adobe Flash. Это было где-то в 2006 - 2007 году. Делал мультики вместе с Даней Поперечным. Ещё с нами был художник из Эстонии, Дима Меньшиков. Дима выстрелил с «School 13», после чего студия 2x2 купила проект, и он делал для них «Игрооргии». Он переехал в Москву, а я влюбился и на анимацию забил — слишком много сил отнимало, всё приходилось делать одному.

— Когда ты понял, что хочешь заниматься кино и съёмками?
— Когда вышел из отношений, подумал: «Чем я хочу заниматься?» Пришел к выводу, что мне нужно масштабировать своё творчество и снимать кино. Начал в тупую смотреть фильмы из топ-100 IMDb, заценил корейское кино, пересмотрел всё подряд и понял: да, это моё. В школе я уже фотографировал всех, снимал блоги — всё к этому шло.

— Почему ты выбрал обучение именно в ГИТРе и пошёл на оператора, а не на режиссёра?
— Потому что там режиссёров, по моему мнению, плохо учат. Решил зайти через операторство — всё равно быть в съёмках, познакомиться с людьми, влиться в процесс. Отучился, снимал халтурки — интервью, подкасты, отчётные видео, всё, что приносило деньги, но не удовольствие.

— С чего начался твой путь в музыкальных клипах?
— Увидел на тусовке рэпера Illumate, который участвовал в Versus Battle и делал классные разборы на YouTube. Договорились снять клип. Над ним в итоге работала студия Spirit View — сейчас это топовые CG-шники в России, а тогда они только начинали. После успешной коллаборации Андрей пригласил меня на тусовку, где был рэпер Alphavite. Мы подружились, поработали вместе, после чего он позвал меня на свой день рождения. Там были участники Кубка МЦ — снял им сайфер. На их баттле в роли приглашенного судьи выступал рэпер Murovei, который писал биты для Гуфа. Сняли клип. С этого момента процесс был поставлен на рельсы.

— Что стало поворотным моментом в твоей карьере?
— Первый по-настоящему заметный клип — "МЕЛЬТЕШЕНИЕ ЖИЗНИ" для Славы КПСС и Замая. После него меня узнали в индустрии. С тех пор я перестал писать артистам сам, за редким исключением.

— Как ты считаешь, важно ли сейчас режиссёру или оператору иметь профессиональное образование? Ведь сегодня в России много самоучек, которые снимают круто, не имея профильного образования.
— Есть отличный пример – оператор Вадим Незрим. Он снимает кучу крутых клипов и рекламы, очень востребован. Он нигде не учился. Очень талантливый парень, и его пример показывает, что образование не обязательно. Что даёт учёба? Она ускоряет процесс входа в индустрию. Появляются контакты, знакомства, возможности. Я скорее интроверт, и мне было проще познакомиться с людьми именно через институт. То же самое с артистами – я уже приходил не с пустыми руками, а с портфолио, которое снял во время учёбы. Благодаря этому у нас был контакт. Если бы не снимал в институте, пришлось бы искать мотивацию и ресурсы делать это за свой счёт, а это сложно. Поэтому глобально – учиться необязательно, но образование сильно упрощает путь.

—Как ты находишь визуальный образ песни? От чего отталкиваешься, когда начинаешь придумывать концепцию клипа?
— Обычно процесс создания концепции клипа выглядит так: артист скидывает трек или несколько треков на выбор. Например, со Славой и Замаем мы работали именно так: они присылали 3–4 трека, на которые потенциально видели клипы. И когда я услышал «МЕЛЬТЕШЕНИЕ ЖИЗНИ», выбрал его среди других, более «хайповых» и весёлых.

Затем я слушаю трек много раз, пытаюсь уловить атмосферу, представить, что вижу перед собой в момент, когда он играет. Например, клип «Мне стыдно жить» для Славы – там мотив из «Кин-Дза-Дзы», и у меня сразу возникли ассоциации со сценой, театром. Я подумал: круто будет нанять настоящего актёра. К тому же, Слава умеет рэповать в кадре, но сложные эмоции ему тяжело даются, поэтому я решил, что эту роль должен исполнить кто-то другой. Предложил кандидатуру Славу Копейкина – они похожи, и у него уже был опыт съёмок в клипах. Он идеально вписался, и всё сработало. Так что мой принцип простой: слушаю трек до тех пор, пока не визуализирую его у себя в голове. Потом предлагаю артисту своё видение. Если попадаю в настроение – всё, мы двигаемся дальше.

— Возникал ли у тебя творческий кризис или моменты, когда ты сомневался в себе?
— Конечно, это происходит постоянно. Например, недавно был случай, который я не могу полностью раскрывать, но скажу в общем. Был запрос на новый клип для Славы КПСС, и мой тритмент проиграл другому режиссёру, потому что решение принимали не артисты, а продюсеры — проект коммерческий. Меня это задело. И вот ты неделю сидишь без работы, настроение на нуле, кажется, что всё рушится. А потом вдруг за пару дней приходит миллион запросов — Три дня дождя, Букер, другие проекты. И ты снова в потоке. Такие качели — обычная часть этой профессии. Это нервная работа, ты как будто постоянно сдаёшь экзамен. Нет стабильности, живёшь от проекта до проекта, и это выматывает. Когда проектов нет, становится особенно тревожно. Но чем дольше ты в профессии, тем меньше таких пауз — запросов становится всё больше, и чувствуешь себя увереннее.

— Есть ли у тебя работа, которую ты считаешь близкой к идеалу?
— Что касается уже вышедших работ — я не доволен ни одной на сто процентов. Всегда что-то идёт не так: время, бюджет, обстоятельства. Тем не менее, ближе всего к идеалу — «Мне стыдно жить». Там почти всё совпало с тем, как я это видел. Но и там были идеи, которые не удалось реализовать.

В одной из своих последних работ для Три дня дождя мы планировали сцену в узком коридоре. Я хотел, чтобы Глеба сдавливали стены — получилось бы очень эмоционально, но мы вылетели по времени и не сняли это.

Во всех клипах есть детали, которые хотелось бы улучшить, поэтому я ими не до конца доволен. Моя мечта — сделать клип, где мне нравится всё. Не знаю, возможно ли это вообще. Даже «МЕЛЬТЕШЕНИЕ ЖИЗНИ» — классный клип, но есть нюансы. Фломастер в рецензии отметил, что у Замая и Славы повторяются локации. Я сам хотел, чтобы весь клип состоял из разных мест, без повторов. Поэтому Флом попал в точку. Это редкий случай, когда я с ним полностью согласен.

— В чём заключается твой личный подход к работе? Есть ли какие-то правила или методы, которых ты придерживаешься?
— Сейчас мне интереснее всего снимать клипы, где есть лейтмотив, идея, которая развивается на протяжении всего видео. Нравятся работы, где режиссёр пытается показать что-то новое, в каждом клипе решить новую задачу. Строгих правил у меня нет — есть только желание удивлять.

— Был ли момент, когда ты задумался, что начинаешь повторяться? Есть ли страх самоповторения в творчестве?
— Нет, наверное. Наоборот, я считаю, что у режиссёра иметь своё УТП — это круто. Вот, например, ophitae — режиссёр, которая снимала madk1d, Kai Angel. Она быстро выстрелила, при этом всегда работает в одной дарковой эстетике. Или оператор Незрим — он может снимать в разных жанрах, но если открыть его социальные сети, сразу видно, что ему близка эта мрачная картинка. Есть Михаил Пашкульский — включаешь любой его клип и с первых секунд понимаешь, что это именно он. И это круто, потому что артисты знают, к кому идут. Они выбирают режиссёра под конкретный вайб, под узнаваемый стиль. У меня такого нет. Мои клипы достаточно разные. Да, в них часто прослеживается меланхоличный мотив, но при этом в портфолио есть и Voskresenskii, и Антоха МС — они максимально цветные, яркие, жизнерадостные. Наверное, единственное, что объединяет все мои работы — это большое количество статичных кадров. Это идёт от моей операторской базы: люблю работать с композицией, люблю выстраивать кадр так, чтобы он дышал. Но в целом клипы у меня очень разные, поэтому повторений я не боюсь. Наоборот, мне нравится, что у кого-то есть свой жёсткий стиль, а у меня его нет. Это освобождает.

— Всегда ли артисты согласны с твоим видением? Бывает ли, что музыкант приходит и чётко говорит, что он хочет видеть? Как ты с этим работаешь?
— Все артисты очень разные. Есть супер-лояльные, а есть наоборот, которые хотят быть глубоко в процессе. Если честно, я больше люблю тех, кто даёт свободу. Если уж ты пришёл к режиссёру, нужно доверять и воспринимать его не как ремесленника, а как соавтора, художника, который помогает раскрыть идею. Когда есть доверие — коллаборация получается самой удачной.

— Интересно узнать про бэкстейджи, которые ты выкладываешь. Как ты вообще относишься к этому процессу и что для тебя значит работа с бэкстейджем?
— Пару лет назад я сделал Телеграм-канал. Сначала писал туда рецензии на фильмы, потом стал больше рассказывать про индустрию. Постепенно канал начал расти — артисты репостили какие-то тексты и клипы, и люди начали приходить.

Я подумал, что нужно разнообразить контент и радовать зрителей, и решил постить бэкстейджи. Мне самому интересно смотреть закулисье съёмок: всегда, если есть возможность, изучаю, как работают другие. Так что я стал делиться этим и у себя. На каждой съёмке стараюсь организовать человека, который снимает процесс.

Один из бэкстейджей у меня на YouTube набрал около семидесяти тысяч просмотров — это при том, что у канала всего три тысячи подписчиков. Так что это работает.

— Хотелось бы подробнее узнать про клип «Катафалка». Как ты к нему относишься и как проходила работа над этим клипом?
— Там всё было очень сложно. Я заранее договорился с операторской группой, но за неделю до съёмок выяснилось, что мы не влезаем в бюджет. Пришлось срочно менять оператора, и новый, конечно, слетел за день до смены из-за рекламного проекта. Представь: вечер накануне, всё готово, и вдруг целая команда отваливается. Я был в шоке, не знал, что делать. И тут буквально в тот же момент мне звонит оператор, которого я звал самым первым, и говорит, что освободился, готов работать. Не верю в судьбу, но было похоже. Мы собрали весь проект буквально за сутки: нашли лес, купили гроб, решили все организационные вопросы на ходу. Из-за этой суматохи съёмка прошла тяжело. Было к тому же жутко холодно — около минус двадцати. Команда и артисты сильно мёрзли, поэтому мы сняли материала меньше, чем планировалось. Например, должны были быть кадры с копанием земли, но земля промёрзла.

Потом был досъём в Питере: Саша и Слава снимались в студии на чёрном фоне. Артисты обычно ненавидят досъёмы — всегда недовольны, что надо снова куда-то ехать, что-то делать.

Был ещё интересный момент: мы с оператором пошли в лес и ночью снимали фоны для кадров с зеркалом заднего вида. Это было нужно, чтобы движения в кадре совпадали — например, если персонаж в отражении двигает рукой влево, фон за ним тоже должен двигаться влево. Таких мелких деталей там много, и они сильно добавляют глубины. Было много хаоса, спасений, досъёмов, но в итоге всё сложилось. Не мой любимый клип, но я доволен результатом.

— Как в этом клипе появилась низкополигональная анимация? Это вдохновлено актуальным трендом или связано с твоим личным опытом?
— Графику в стиле PSX мы планировали изначально. Я увидел похожие работы в социальных сетях и понял, что это идеально мэтчится с музыкой. Музыка по настроению и по времени совпадает с эпохой тех игр.

Мы вместе с CG-шником докручивали идею, где-то полмесяца придумывали конкретный стиль, как именно хотим его преподнести. Низкополигональная графика сама по себе может быть очень разной: от максимально грубой до более сглаженной. Мы реализовали классические артефакты старых игр — искажения, дрожание, «дребезжащие» формы. Многие художники не используют эти эффекты, а зря — они добавляет изображению жизни и ностальгии. Конечно, где-то мы прибегли к условности: например, машина в «Катафалке» входит в повороты слишком плавно, реагирует на кочки — в старых играх такого не было, она бы ехала как танк. Но мы решили немного это разнообразить, чтобы смотреть клип было интереснее.

— Нашей команде очень нравится клип DVRST, aysi - wings. В нем чувствуется дух Dark Fantasy игр и даже немного ностальгии по старым заставкам Tekken. Расскажи, что тебя вдохновило и на что ты опирался при создании.
— Валера DVRST фанат handycam-эстетики, поэтому вопрос в каком стиле снимать был закрыт. Хотелось, чтобы изображение было немного «грязным», неидеальным, с этой домашней, ностальгической текстурой.

Идея клипа строилась на двух мирах: реальном, где подростки гуляют по заброшке и фантазируют, и воображаемом — где они превращаются в ангела и рыцаря. В финале эти два мира должны были объединиться: герои уже в своих фэнтезийных образах гуляют по той же заброшке. Песня как раз про то, что мечты должны сбываться — и в клипе они буквально сбываются.

Среди референсов у нас была китайская певица Lexie Liu — её клипы MAGICIAN и FORTUNA. В этих клипах доминируют мечи, крылья, нео-готика — то, что стало модным в последние годы.

Сильно вдохновил Lil Peep: его съёмка на фоне готического здания, где он в ушанке. Вот эта смесь готики, меланхолии и подростковой уязвимости — то, что легло в основу нашего визуала.

— В чём особенности работы с крупными артистами? Какие плюсы и минусы ты можешь выделить, и с какими сложностями чаще всего сталкиваешься?
— Когда артист слишком большой, то ты почти не общаешься с ним напрямую — вся коммуникация идёт через менеджеров или представителей лейбла. Это, пожалуй, главный минус. Теряется живой контакт, ощущение совместного творчества. С артистами «среднего уровня», которые уже популярны, но при этом не зажаты контрактами и бюрократией, работать гораздо приятнее.

Например, с Федей Букером мне очень комфортно: он открытый, доверяет мне, при этом у него есть бюджет, чтобы позволить себе качественный визуал. Это идеальный вариант — когда я могу реализовать свою идею, а артист получает то, что хочет.

А вот с большими артистами сложнее: у них масса ограничений — что можно, что нельзя, как они должны выглядеть, как быть представлены. В таких случаях это уже не совсем творчество, а больше похоже на съёмку рекламы. Мне это не особо близко, но понимаю, что иногда так нужно.

С DVRST было классно: у него большой бюджет, и при этом он не вмешивался в работу, доверял мне полностью. Я придумывал идею, мне выделяли деньги, я снимал — это, наверное, лучший формат работы.

— Как ты считаешь, молодым артистам, которые только начинают путь и набирают первые цифры, стоит ли уже вкладываться в клипы или лучше направить деньги на другие вещи?
— Думаю, начинающим артистам не стоит снимать клипы до хайпа. Сначала нужно набрать аудиторию, получить фидбэк, понять, что людям вообще откликается. Проще говоря, сначала «настрелять» тиктоков, сделать шум, а потом уже реализовывать себя через клипы. Вот пример — пазнякс. Он сначала выстрелил во всех соцсетях, а теперь ему уже логично снять клип, чтобы закрепить образ артиста.

Клип в России — это в первую очередь имиджевая история, а не инструмент продвижения. Как промо это работает, но не настолько, чтобы оправдать большие бюджеты. Нет смысла вкладывать, условно, три миллиона в клип, чтобы просто продвинуть один трек. Это не окупается. Клип должен иметь дополнительный смысл — инфоповод, тогда вложение оправдано.

Вот недавний пример — тёмный принц. Он сначала хайпанул треками, всё выстроил по контенту, а потом снял клип — явно недорогой, но с умом. В итоге при небольшом количестве подписчиков на канале у него около 800 тысяч просмотров. Всё логично и работает. Так что, если говорить прагматично — клипы нужны, когда уже есть внимание, а не когда ты только ищешь его.

— Как тебе живётся в эпоху, когда вертикальный контент захватывает почти все визуальные сферы? Как, по-твоему, ощущают себя большие режиссёры, которые привыкли работать с крупными проектами, имеющими контекст и фундамент, в мире, где всё уходит в вертикальные форматы?
— Я вообще не переживаю из-за этого. Клипы — это полноценные короткометражные фильмы, и они никуда не исчезнут. Вертикальный контент существует параллельно, это просто другой формат. Новая ветвь развития, не замена.

— Твои работы очень лаконичны. Это выражается и в форме, и в цвете. Сейчас часто делают перенасыщенные клипы — с бесконечным движом, вспышками, цветами. А у тебя, наоборот, всё очень сдержанно и аккуратно. Это твой личный стиль или отражение того, как ты вообще подходишь к визуалу? Может, это даже некая философия?
— Это, скорее, результат обстоятельств. Первые клипы я снимал с очень маленьким бюджетом и каждый раз, когда думал, как сделать круто при минимальных средствах, приходил к одному выводу — спасут статичные, выверенные кадры. Если, например, мы снимаем город, как в МЕЛЬТЕШЕНИЕ ЖИЗНИ, я не хочу, чтобы мы видели рекламные билборды или случайных прохожих. Всё это рушит ощущение волшебства, магии, делает съемку документальной. А хочется, чтобы даже обычная улица выглядела лаконичной. Решается это просто — выставляешь красивую композицию и убираешь из кадра всё лишнее. Так и сложился мой визуальный почерк: чистый, аккуратный, немного минималистичный. Он родился не как философия, а как практическое решение ограничений. Но со временем я к нему привык, и теперь это естественная часть моего условного стиля. При этом, начиная работать с новыми операторами, я стараюсь давать им свободу. Если у нас расходятся взгляды — я позволяю сделать так, как они видят. Верю, что оператор — не просто «руки», а такой же художник, как режиссёр. Поэтому клипы меняются вместе с командой.

— Какие режиссёры повлияли на твоё видение и стиль? Есть ли для тебя какие-то знаковые работы?
— Не могу сказать, что есть один конкретный человек, на кого я прямо ссылаюсь, но на меня точно повлияли корейские режиссёры. Мне нравится сочетание красоты и жестокости.

В целом, азиатская визуальная культура мне очень интересна: неон, контрасты, иероглифы, урбан. Я хотел бы со временем интегрировать это больше в свои работы. Мечтаю снять клип в Азии, например, в Гонконге — там визуал сам по себе вдохновляет, каждая улица выглядит как кадр из фильма. Это пока звучит как сказка, но я надеюсь, что получится реализовать. Если коротко, то мой главный ориентир — это именно корейское кино.

— Чья музыка сильнее всего вызывает у тебя визуальные образы? Неважно, СНГ или запад — чья музыка рождает в голове целостную картину?
— Точно Frank Ocean. Его альбом Blonde — мой абсолютный фаворит. Особенно трек Nikes — но, если честно, любой трек с Blonde вызывает у меня визуальные ассоциации.

— Какая съёмка запомнилась тебе как самая эмоциональная и приятная?
— Наверное, съёмка клипа Murovei — Trushka. Мы полетели в Калининград с оператором и артистом с очень небольшим сетапом: штатив, камера, один объектив. И всё прошло удивительно гладко, во многом потому, что Антона там воспринимают почти как легенду. Он же работал с Гуфом, и только из-за этого факта нас встречали как королей — возили по локациям, показывали красивые места, угощали, помогали с организацией. Бюджет у съёмки был крошечный, но атмосфера — невероятная. Всё сложилось само собой. И результатом я до сих пор доволен. Вообще, я обожаю съёмки в командировках — они всегда особенные. Ты одновременно открываешь для себя новое место и создаёшь результат, который с ним навсегда связывается.

— Я часто рассуждаю о теме везения, от этого в целом и пошло название «КЛЕВЕР». Есть позиция, что большая часть вещей в мире происходит из-за случайностей и стечения обстоятельств. Ни в коем случае не принижаю значимости труда, но, по моему мнению, всё складывается в совокупности. Как ты считаешь, играет ли везение важную роль в твоем пути?
— Мне всегда казалось, что мне не везёт. Я часто наблюдал, как мои сверстники быстро растут, получают внимание, а у меня это не получалось. Но, если честно, дело не в везении — чаще дело в твоем скиле в общении. Многие талантливые люди не состоялись не потому, что они плохие художники, а потому что не умеют коммуницировать.

Отчасти из-за этого мой путь в режиссуре получился долгим. Я мог добиться успеха лет на пять раньше, если бы просто был более открытым — ходил на мероприятия, знакомился с артистами, не сомневался в себе. Поэтому я думаю так: если ты талантливый и умеешь выстраивать связи — вот тогда тебе действительно повезло.

Если говорить про моё везение — оно в людях, с которыми я работаю. У меня отличная команда, почти всем я доверяю на сто процентов. Да, операторов иногда меняю — кто-то лучше снимает стритуху, кто-то постановочные сцены, — но в целом у меня собрались очень сильные ребята. С другой стороны, они тоже не с неба упали, это результат отбора: я сам искал, пробовал, отсеивал, с кем-то работал, с кем-то переставал.

А еще мне повезло, что я сразу знал, чем хочу заниматься. У многих людей на это уходят годы, а я понимал это с самого начала. Оставалось только идти к цели.

— Что можешь сказать тем, кто уже знаком с твоими работами, и людям, которые, возможно, сейчас впервые о тебе слышат?
— Наверное, у меня есть одно напутствие для всех творческих людей. Я долго не верил в себя и из-за этого потратил много лет на дела, которые мне были неинтересны. Когда наконец поверил и начал заниматься тем, что действительно люблю, стал счастливым человеком. Так что главное — верить в себя, без этого ничего не получится.

Мне было страшно уходить из съёмок интервью и отчётных видео в творческую сферу. Я думал: «А как я буду зарабатывать?» И, честно, до сих пор бывает по-разному — то густо, то пусто. Но теперь я занимаюсь тем, что люблю, и чувствую, что я на своём месте. Если ты не на своём месте — ты просто существуешь, а не живёшь.

Поэтому да — верить в себя и идти туда, куда реально тянет. Это единственный путь, который делает жизнь настоящей.