Перерождение в качестве пророка в фильме ужасов. Акт 6.1. Золотое сечение
Соджун не мог просто так взять и отмахнуться от этого. Честно говоря, Голден ворвался сюда, барахтаясь, как рыба, вытащенная на сушу, что было непросто сделать перед солдатом с оружием. Соджун почувствовал, как разглаживаются морщинки на его лбу. Он не хотел этого признавать, но в его душе росло это гнетущее, тревожное чувство. Он попытался вытеснить эти мысли, спрятав их глубоко в каком-то забытом уголке своего сознания.
Соджун был выживальщиком. Он прошёл через все возможные бури, чтобы просто продолжать дышать. Если бы это означало, что он сможет сделать ещё один вдох, он бы прошёл и через гораздо худшее. Умиротворение перед смертью не входило в его планы. Если для того, чтобы он мог ещё минуту держать глаза открытыми, нужно было выслушать истории золото-серебро-бронзы, то он был готов заплатить эту цену.
Он вытер рукой потрескавшиеся губы. Он чувствовал, что за ним кто-то наблюдает, но не обращал на это внимания.
Внутри старого общежития было темно, как в пещере ночью. Свет одинокого фонаря не мог осветить весь первый этаж, поэтому они сбились вокруг него, как мотыльки. Уильям держался поближе к Айри, а Кристина то и дело бросала настороженные взгляды на связанного солдата. Йохан стоял справа от Соджуна и даже не смотрел на того, кто говорил.
Фонарь с его мягким оранжевым свечением казался реликтом ушедшей эпохи, но его внутреннее устройство, несомненно, было ультрасовременным – обманчивое сочетание старого и нового.
Искусственный свет высвечивал отдельные черты лица Голдена, отбрасывая причудливые тени, которые вызывали чувство тревоги. Тонкая корка крови на его губах потрескалась, когда он начал говорить, продолжая историю, которую оборвал Соджун.
Старое общежитие было просто-напросто дырой. Брасс пнул дверь ногой, словно не мог вынести одной мысли о том, чтобы прикоснуться к ней. Петли протестующе заскрипели, открывая взору грязное помещение. Ричард скривился и закрыл нос, явно испытывая отвращение. Брасс лишь посмеялся над ним. Голден плёлся позади, еле волоча ноги.
Внутри и снаружи здание представляло собой зону бедствия. Зловещее болото у здания выглядело как декорации к фильму ужасов и так же ужасно пахло.
– Голден! Что за мрачные мысли? Иди сюда!
Брасс, жаждущий получить свою дозу кайфа от наркотиков и шпионящий за Кристиной и Айри, оттолкнул Ричарда и направился к двери. Голден бросил на самодовольную ухмылку Брасса горький взгляд.
– Ты уверен, что нас здесь не поймают? Мой чёртов старик сказал, что оторвёт мне голову, если меня снова застукают. Чёрт, да я лучше сбегу из этого дома. Меня уже тошнит от того, как этот ублюдок пилит, когда приходит домой. Зачем покупать мебель, если он целыми днями только и делает, что мастерит её сам?
– Расслабься, Голден. Это место – дыра, вот почему нам так легко удалось пробраться внутрь, – сказал Брасс, с усмешкой обнимая Голдена за плечи. – Смотритель, который присматривает за этим местом? Медлительный, как улитка, и не самый сообразительный. Вы видели его рябое лицо. Сомневаюсь, что он хоть раз в жизни хорошо справлялся со своей работой. Ему суждено просто чахнуть в этой захолустной дыре. Но если нас поймают, мы просто должны вести себя спокойно.
Брасс презрительно сплюнул на землю и растёр плевок ботинком.
– Давайте войдём и устроим там погром. Я уже бывал здесь, нашёл кое-что странное. Даже арбалет, представляете?
Взгляд Голдена метнулся к карману Брасса, во рту у него пересохло, а по телу пробежала дрожь предвкушения, отдавшаяся в паху. Когда наркотический дурман рассеивался, перед его мысленным взором возникала тонкая бледная шея с изящными ключицами, обычно скрытыми под блестящей завесой его иссиня-чёрных волос.
Он с трудом сглотнул, пытаясь избавиться от зловещего предчувствия, но волна удовольствия внизу живота была слишком сильной и затмила привычную эйфорию.
Когда день сменился вечером, Брасс наконец опустил бинокль, оставив на коже красные следы от слишком сильного давления. Он наблюдал за озером из окна третьего этажа старого общежития.
– Давай, Айри, снимай. Чёрт, да раздевайся уже! – пробормотал он себе под нос, мечтая о более активных действиях у озера.
Когда солнце опустилось ниже, оно окрасило лес в огненно-рыжий цвет, а озеро – в тёмно-алый. Это был потрясающий вид, но Брасса с его узким кругозором не интересовало световое шоу, устроенное природой.
Даже будучи не в себе, Брасс не забыл истинную причину, по которой он притащил сюда бинокль, – чтобы подглядывать за Кристиной и Айри у озера.
К счастью для них, его похотливый взгляд не задержался надолго. Троица была слишком пьяна, чтобы заметить главное событие. К тому времени, когда они протрезвели настолько, чтобы вспомнить о бинокле, девушки уже вышли из воды и разжигали гриль для барбекю.
Всё, что удалось разглядеть Брассу, – это Айри и Кристину, которые жадно уплетали мясо на гриле, набив щёки, как бурундуки. Но он не из тех, кто сдаётся без боя. Он опасно высунулся из окна, и старое дерево застонало под его весом.
Ричард, который больше не мог смотреть на это безобразие, с удовлетворением швырнул пустую пивную банку в затылок Брасса.
– Хватит уже, пей своё пиво. Или доставай заначку.
Ричард, глядя на него затуманенным взглядом, открыл ещё одну банку пива. Из банки вырвалась струя пены, но Ричард лишь усмехнулся и слизал с пальцев смесь порошка и пивной пены.
Брасс потёр затылок и выбросил пустую банку в окно, где она с тихим стуком упала в кусты. Он неторопливо подошёл к Голдену, который поправлял штаны.
– Слушайте, ребята. У меня есть хорошая идея. Она хороша и для вас, и для меня, – объявил Брасс, и на его лице появилась хитрая ухмылка.
Голден полураздражённо, полушутя толкнул Брасса локтем в бок.
– Ты так и будешь говорить «хорошо», пока это не зазвучит убедительно?
Улыбка Брасса стала ещё шире, когда он наклонился к Голдену.
– Да ладно тебе, Голден! Я видел, как ты пялился на девушек, верно? Вот почему ты такой взбудораженный.
– Оставь меня в покое, – рявкнул Голден, его щёки горели, когда он отталкивал Брасса, но он не собирался исправлять его заблуждение.
– Давай повеселимся с этими тупыми счастливчиками, а? Напугаем их?
Брасс размахивал арбалетом, управляясь с ним на удивление ловко для человека, который не должен был им владеть. Ричард, пытавшийся выжать последние капли из своей банки, подошёл к ним, слегка пошатываясь.
– А ты как думаешь? Мы хорошенько напугаем этого тявкающего пса Бобби, а потом, может быть, возьмёмся за Уильяма, у которого вместо мозгов, наверное, одни мускулы. Да, и не забудем про уродливую рожу Йохана.
Смех Брасса эхом разнёсся по комнате, когда он сделал вид, что стреляет из арбалета, а Голден лишь ухмыльнулся. О том, чтобы по-настоящему в них выстрелить, не могло быть и речи, но хорошенько напугать? Почему бы и нет? Троица, взвинченная адреналином, с трудом поднялась на ноги. Голден, спускавшийся по скрипучей лестнице, не мог сдержать смеха.
Их суждения, и без того сомнительные, теперь были полностью затуманены наркотическим опьянением. Может быть, именно поэтому, столкнувшись с чем-то странным, они просто стояли и глупо моргали.
– Я что, схожу с ума? – невнятно произнёс Ричард, щурясь.
Но нет, его зрение его не подводило. Фигура двигалась, извивалась. Брасс первым нарушил тишину.
– Это что, какое-то игровое шоу ужасов? Типа «Выжить в ночь с монстром Икс» или что-то в этом роде?
Брасс не испугался, ни в малейшей степени. Он резко вдохнул, а затем разразился хриплым смехом и так сильно хлопнул Ричарда по спине, что тот чуть не упал. А потом, в типичной для Ричарда манере, он споткнулся и с грохотом рухнул на землю.
Из мутного болота к Ричарду подкралось призрачно-белое щупальце. Его движения были пугающе плавными, и троица отнеслась к этому скорее с любопытством, чем с тревогой. Это было странно, конечно, но не особенно пугающе. По крайней мере, пока.
Ричард, всё ещё витавший в облаках, небрежно коснулся щупальца, обвившего его талию. Оно было скользким и холодным, с отчётливым болотным запахом.
– Чёрт возьми, сфоткай это, а?! – заорал Ричард, его щёки пылали от возбуждения.
Брасс, быстро сообразив, что к чему, выхватил телефон. Голден, всё ещё пребывавший в эйфорическом тумане, выглядел почти заворожённым. Возможно, этим объясняется то, что его слова звучали тяжело и невнятно.
– Ричард, подожди. Эта штука...
Голден указал на извивающуюся массу. К первому щупальцу присоединилось второе, плотно обвив талию Ричарда. Это новое щупальце, усеянное множеством маленьких присосок, пульсировало, словно жило своей жизнью.
С каждым ударом волосы Ричарда развевались на создаваемом им ветерке, и Голдену пришла в голову сюрреалистическая мысль, что существо каким-то образом обнюхивает его...
Это был момент, когда всё прояснилось. Несмотря на туман в голове, глаза Голдена улавливали каждую ужасающую деталь.
– Ух, аргх! Подождите, помогите МНЕ! ПОМОГИТЕ МНЕ!
То, что поначалу показалось Ричарду смешным, вскоре переросло в настоящую панику, когда щупальце начало сжиматься. Но прежде, чем он успел закричать, другое щупальце уже проникло ему в рот.
Это щупальце, в отличие от своих более толстых собратьев, было пугающе тонким и растянуло рот Ричарда в беззвучном крике. Его глаза были широко раскрыты от ужаса, но Голден и Брасс стояли неподвижно, словно их ноги приросли к болотистой земле.
Щупальце во рту Ричарда забилось в агонии. Возможно, Ричард кричал от боли, но Голден ничего не слышал. Щупальце поглотило его крики и, казалось, все его внутренности.
– Что, чёрт возьми, происходит?
Голден застыл в ужасе, его глаза были широко раскрыты от страха, а ноги Ричарда бешено дёргались. Мочевой пузырь подвёл его, и моча потекла по штанам. Полупрозрачное щупальце с отвратительной жадностью начало пожирать лёгкие Ричарда. Оно вытягивало их, оставляя за собой кровавый след из тканей.
Тело Ричарда содрогалось и дёргалось, его нервная система была перегружена болью, но он не издал ни звука. Затем щупальце переместилось к его поджелудочной железе, из-за чего его живот прогнулся внутрь. Кровь брызнула из всех его отверстий, её металлический запах смешался с резким аммиачным ароматом.
Голден чувствовал себя отстранённо, как будто его чувства дали сбой, и он оказался в сюрреалистичном, приглушённом мире, хотя по-прежнему стоял на твёрдой земле. Тишину нарушил влажный стук чего-то круглого и мокрого, упавшего на землю у его ног. Он посмотрел вниз и увидел глаз Ричарда, который смотрел на него с немым упрёком. Взгляд Голдена медленно поднялся вверх, и его осенило жуткое осознание...