Перерождение в качестве пророка в фильме ужасов. Акт 15.8
Низкий, раскатистый голос медленно приближался. Тим сам того не заметил, как сглотнул. Если бы он был настоящим Тимоти из своей выдуманной истории, он бы ни за что так не поступил, но его напряжённое горло двигалось само по себе. Когда Йохан осторожно потрогал свои крупные желваки, он заговорил.
– Автостопщик оказался гораздо более хитрым, чем думал убийца. Убийца, наверное, рассуждал так. Если убить и этого человека, разве не будет слишком очевидно? Схватить убийцу – страшное дело. Хм, что бы сделал Толь?
– А, а? Я... ну... Если бы это был я... я бы, наверное, просто проигнорировал и прошёл мимо? В конце концов, если в багажнике действительно труп...
В этот момент зрачки Тима забегали. Это было бессознательное движение. Он крепко зажмурился и открыл глаза, но не смог осознать даже собственный взгляд. Вместо этого Тим прикусил сухие губы языком. Слабый металлический привкус поднялся к горлу. Вкус был не очень хороший.
– Водить машину с незнакомцем – слишком опасно.
Закончив ответ, Тим только тогда понял, что Йохан назвал его имя неправильно. Но он не мог его исправить. Его губы, казалось, покрылись инеем, и он не мог их разлепить. Йохан легко рассмеялся. Он был так же невозмутим, как когда слушал историю автостопщика.
– Верно. Убийца тоже сначала так думал. Он считал, что немного неаккуратная езда, чтобы сбить автостопщика, – это выгодно. Но он подумал и так. Труп в багажнике, а. Прости. Я перепутал имя. Да, Тим. Трупа звали Толь.
Уста, произносившие «Толь», были естественны, без тени фальши. Это был странный звук, будто он звал старого друга с искренней привязанностью.
– Толь и убийца на самом деле не были близки. Они встретились в тюрьме.
Тим ответил тоном, больше похожим на утверждение, чем на вопрос. В его голове промелькнула картина, как жёлтая машина въезжает в тюрьму, словно в гараж. Вскоре из припаркованной машины вышел Йохан. Молодой человек, умеющий стирать с лица улыбку, разделил приветствие с кем-то. Дружеское пожатие руки делало незнакомцев беззащитными.
– Единственным недостатком было отсутствие камер. Персонал был приветлив, а убийца и Толь, обмениваясь мелкими разговорами, прошли вглубь тюрьмы. Там было временное здание, и, облокотившись на него, они разговаривали.
Постепенно из рассказа Толь обретал плоть. Толь. Тим получил имя из его уст. Имя Толь напоминало пожилого мужчину. Упрямая лысина и мешки под глазами, уныло свисающие усы и взгляд.
– Это был пустой разговор. И убийца понял, что Толь – человек, страдающий от одиночества.
Одновременно Тим тоже понял. Одиночество означало, что рядом нет людей. Если Толь исчезнет, никто не узнает об этом сразу. Не было близких, которые могли бы его искать. В голове Тима прозвучал тревожный звонок. Убийца, похоже, обнаружил в Толе привлекательную добычу. Тим сжался, чтобы спрятать дрожь в руках. И всё же его тощие плечи стали ещё меньше.
Он погрузился в сиденье, как в кресло. Из-под бледных век медленно вращались зрачки. Возможно, это был трюк, чтобы напугать его. Но он тоже убивал, поэтому знал, что за этим подозрительным поведением скрывается знакомое тело.
Действительно ли руки Йохана были такими чистыми? Можно ли было с уверенностью сказать, что между его сильными пальцами никогда не просачивалась кровь? Если подумать, он прекрасно знал, что Тим сел в машину. Тогда зрачки Тима дрогнули. Тогда... видел ли Йохан спину? Что было? В голове прояснилось воспоминание.
Тим нашёл в своих воспоминаниях то, что Йохан проверял его спину, когда он сидел на пассажирском сиденье. Теперь его лицо было бледным, как у неизлечимого больного. На побледневшем лице, сквозь которое просвечивали голубые вены, пот стекал каплями. Хотя перед ним спокойно лежал третий труп вороны, которого так ждал Тим, он не мог искренне радоваться.
Похоже, Йохан тоже на мгновение потерял концентрацию из-за разговора. Жёлтая машина замедлилась, но не резко. И тут раздался звук – щёлк. Это был звук из багажника. Звук чего-то тяжёлого, скребущего и издающего стон. Удачливый автостопщик беззаботно издал сдавленный крик.
Йохан с удивлением посмотрел на Тима, что выжимал весь воздух из лёгких. Покрасневшие глаза и дрожащие губы, синеватый оттенок. Он был явно напуган. Йохан не выдержал этого преувеличенного выражения эмоций. Он расхохотался. Если бы он не держал руль, то, возможно, хлопал бы себя по коленям от смеха.
– Ха-ха, ха-ха-ха! Тим, чего ты так нервничаешь? Это же просто страшилка... Ты что, поверил?
От того, как сильно он смеялся, в уголках глаз Йохана выступили слёзы. Его слишком весёлое поведение ошеломило Тима. Лицо, искажённое ужасом, медленно успокоилось. Йохан, потирая плечо, заговорил с нотками смеха в голосе.
– Я не думал, что ты так удивишься. Это просто выдуманная история. Тим тоже то и дело рассказывал, так что я хотел рассказать одну. Но ничего интересного не приходило в голову. Поэтому я экспромтом сделал одну. Похоже, у меня неплохой талант рассказчика?
Лицо Тима покраснело. Кожа, которая была близка к пепельной, теперь налилась кровью и стала ярко-красной. Решимость убить Йохана и подражать маньеризму давно ослабла. В глазах Тима Йохан не был нормальным. Если бы он просто изощрённо лгал, это было бы понятно, но он был физически здоровым человеком. Тим отказался от мысли убить Йохана. Такое тело было опасно.
Похоже, неудача первой попытки сильно его обескуражила. Тим вспомнил мужчину с длинными руками и ногами и широкими плечами. Слабого духом было легко подчинить. Хотя неудача была досадной...
– В багажнике просто коробка с инструментами, которую дал друг. Перед приездом сюда я разок проверил и забыл. Надо было снова достать.
Йохан пробормотал что-то себе под нос. Тим всё ещё не мог полностью избавиться от подозрений и крепко прижимал рюкзак, лежащий на коленях. На его губах играла жалкая улыбка. Если бы дело дошло до физической драки, Тим никогда не смог бы победить Йохана. Тим всё ещё нервно покусывал сухие губы.
Он был удачлив, но не имел исключительно выдающегося телосложения. Конечно, сейчас это не было большой проблемой. Тим был достаточно умён, чтобы правильно использовать вещи.
– А, Тим. Не мог бы ты достать одну бутылку воды из моей сумки на заднем сиденье? Я за рулём, поэтому мне трудно.
На самом деле, если бы он пригрозил ножом в кармане, это была бы опасная просьба. Но Йохан, казалось, оказывал доброту, потому что сам получил помощь. Тим повесил рюкзак на правое плечо и протянул левую руку назад. Сумка Йохана была открыта, и бутылка с водой торчала наружу. Достать её было нетрудно.
Когда Тим схватил крышку бутылки, сумка покачнулась. Доставая бутылку, из сумки, висевшей на заднем сиденье, что-то маленькое выпало на пол машины. Тим с любопытством посмотрел на это.
Это был маленький кошелёк. Кошелёк, на котором были следы от рук и не было особых примет. Но он был приоткрыт, возможно, из-за того, что пряжка ослабла. Тим извинился и поднял его. Его взгляд всё ещё был прикован к полу.
Из кошелька вывалились не деньги, не бумаги и не карты. Светло-коричневая, почти жёлтая обложка, грубо сшитая вручную и распускающаяся по краям. И эта обложка была знакома Тиму. Кожа, кожа и ещё раз кожа. Обложка, которая изначально была ярко-красного цвета. Это была кровь.