Перерождение в качестве пророка в фильме ужасов. Акт 6.7
Пока Соджун нёсся вниз в этом головокружительном падении, его охватило сожаление. Его мысли метались, воспроизводя в памяти противостояние с Противогазом, наполненное «а что, если» и сомнениями.
Во-первых, Соджун никак не мог знать, что было под этим длинным плащом у Противогаза. Была ли это просто рубашка или что-то более защитное, вроде бронежилета? Эта неопределённость давила на него, особенно когда дело доходило до использования его единственной пули.
А как насчёт того, чтобы целиться в голову?
Но эта идея была отвергнута почти сразу. Материал противогаза убийцы был неизвестен – возможно, он был пуленепробиваемым. Попадание было бы идеальным вариантом, но промах мог обернуться катастрофой.
Конечно, маска Противогаза не закрывала всю его голову, спина оставалась открытой. Но, судя по ракурсу, Соджун не был уверен в своём выстреле. Поэтому он выбрал руку, в которой было оружие.
Но в глубине души была и другая причина – не столько логическая, сколько инстинктивная, связанная с его ролью пророка. Услышав голос Противогаза и увидев, как его спутники, в том числе Кристина, суетятся, готовясь к бою, Соджун убедился в своей правоте.
Кристина, которая вдохновляла своих друзей и не пасовала даже перед лицом страха, была настоящей героиней этой истории. Соджун верил, что если кому-то и суждено убить Противогаза, то это будет она.
Эта вера, возможно, более обнадёживающая, чем рациональная, повлияла на его решение. Наблюдая за тем, как убийца водит рукой по человеческой коже, в которой запутались волосы, Соджун решил целиться в пальцы Противогаза. Это решение было продиктовано страхом, слабостью и, возможно, трусостью. В отличие от других, Соджун не смог заставить себя совершить убийство.
И теперь, из-за этого выбора, он падал вместе с Противогазом, а земля стремительно приближалась.
Соджун падал, и сила, тянувшая его за ноги, грозила жестоко разбить его голову о безжалостную землю внизу. В этот краткий миг он ощутил во рту вкус крови.
Но падение внезапно прервалось.
– А-а-а! – закричал он, когда кто-то схватил его за запястье, остановив падение. Йохан героическим рывком схватил Соджуна за руку мёртвой хваткой.
Резкая остановка вызвала у Соджуна шок, ему показалось, что плечо вот-вот вывихнется. Руку пронзила боль, как будто её разрывали на части.
Он застонал, чувствуя во рту вкус крови и слюны. Йохану тоже приходилось нелегко: его налитые кровью глаза не мигали, он стиснул зубы и держался из последних сил.
Соджуна, худощавого, но на удивление крепкого, должно было быть легко поднять. Но Противогаз, прилипший к его ноге, как упрямая пиявка, оказался совсем другим делом. Его тело, по весу сравнимое с телом Соджуна, было тяжёлым и неподатливым, как мешок с кирпичами.
Йохан, наполовину высунувшись из окна, другой рукой держался за раму, чтобы не упасть. Соджун вцепился в запястье Йохана, отчаянно пытаясь удержать его.
– Йохан, не смей отпускать! – бесстыдно выкрикнул Соджун.
Йохан в ответ весело ухмыльнулся, что казалось неуместным в такой напряжённый момент.
– Не отпущу, поверь мне! Я никогда не отпущу...
Собрав все силы, Йохан держался стойко, несмотря на то, что крошечные осколки стекла впивались ему в ладонь. Кристина и Айри могли лишь беспомощно наблюдать за происходящим, их положение было слишком шатким, чтобы они могли предложить помощь. Они едва удерживались на ногах, когда легли, чтобы поддержать Соджуна, и любая попытка помочь Йохану могла привести к тому, что они сами сорвутся с крыши.
Если так пойдёт и дальше, Йохана тоже могут вытащить.
В отчаянии Соджун начал яростно пинать Противогаз, который вцепился в его ногу, как решительный хищник.
– Чёрт возьми! Отстань от меня!
Но это было всё равно что пытаться выбраться из медвежьего капкана. Противогаз, не останавливаясь, начал целенаправленно раскачиваться, ещё сильнее высовывая Йохана из окна, подвергая опасности их обоих.
Лоб Йохана, обычно такой выразительный, теперь блестел от пота. Его мышцы напрягались от усилия, пальцы соскальзывали с оконной рамы.
Уильям, превозмогая собственную боль, бросился к Йохану. Но прежде, чем он успел до них добежать, Противогаз потянулся к талии Соджуна, и лицо Йохана исказилось от ярости.
В этот критический момент Йохан принял решение за доли секунды. Как в сцене из боевика, он выпрыгнул из окна.
Соджун резко вскрикнул, внезапно почувствовав себя легче. Йохан схватил его сзади и притянул к себе. Используя силу инерции от прыжка, Йохан с тошнотворным стуком ударил пяткой по голове Противогаза.
Противогаз наконец сорвался и отлетел от ноги Соджуна. По сравнению с силой удара Йохана предыдущие пинки Соджуна казались лёгкими шлепками.
Не успел Соджун прийти в себя после того, как они чудом избежали смерти, как почувствовал резкий удар, от которого у него, каким бы хрупким он ни был, по спине побежали мурашки. Йохан, проявив невероятную смелость, каким-то образом сумел ухватиться за край старого общежития и, точно рассчитав время, сбросил Противогаза прямо в воздухе. Благодаря этому безумному трюку Соджун и Йохан избежали худшего сценария – падения с третьего этажа.
Но, конечно, не всё прошло гладко. Они цеплялись за стену старого здания, которое не было приспособлено для скалолазания. Не имея удобных выступов, Йохан отчаянно впивался пальцами в любую щель, какую только мог найти. Его реакция была поразительной, но ногти и кожа на пальцах слетели, не выдержав трения.
С губ Йохана сорвался стон, его нос сморщился от боли. Несмотря на мучения, он лишь крепче прижал к себе Соджуна, не желая издавать ни звука.
На мгновение Соджун застыл в благоговейном трепете, глядя на Йохана. Его губа, которую он кусал, опухла и покраснела. Соджун почувствовал, как его лицо заливает странная смесь восхищения и нетерпения. Но он не мог позволить себе медлить и разбираться в этих чувствах.
Не успел Соджун опомниться, как широкая грудь Йохана закрыла его лицо, и они рухнули на землю, при этом Йохан принял на себя основной удар. Они перекатились пару раз прежде, чем остановиться. Не успел Соджун отдышаться после падения, как его окутал невыносимый запах пота и крови.
У него было такое чувство, будто его пропустили через блендер. После их бурного приземления на его спину пролилась прохладная ночная роса. Он лежал в полубессознательном состоянии, его ресницы медленно вздрагивали, пока он смотрел на луну поверх крепкого плеча Йохана. В её холодном, почти жестоком свете блестел пот Йохана.
Соджун запаниковал и принялся яростно бить Йохана по щекам. Йохан мог вести себя как супергерой, но на самом деле он был обычным парнем.
Но ждать, пока Йохан придёт в себя, было некогда. Противогаз, находившийся всего в нескольких шагах, уже поднимался. Соджуну пришлось проглотить свой страх, проклиная всё на свете.
Чёртов серийный убийца из фильма ужасов! Чёртов Противогаз!
Противогаз упал с меньшей высоты, зацепившись за ногу Соджуна. И если для кого-то другого такое падение стало бы плохой новостью, то для злодея из фильма ужасов это была лишь незначительная неудача.
Соджун был напуган до смерти, но, к счастью, Йохан быстро пришёл в себя.
Йохан, теперь уже без оружия и с несколькими вырванными ногтями, сжал кулак. Соджун понял, почему Йохан так легко справился с Противогазом.
Тем временем Противогаз зловеще возвышался над ними, его плечи подрагивали от сдерживаемого смеха, а в руках он держал пистолет, который Соджун слишком хорошо знал. Быстрый обыск подтвердил его подозрения: его собственный пистолет пропал.
Слегка откашлявшись, чтобы прочистить горло, Соджун смело встал перед Йоханом, который, казалось, был готов к драке, несмотря на то, что ему приходилось опираться на плечо.
– Подождите секунду, сэр. Как насчёт того, чтобы опустить пистолет и поговорить? Мы многое пережили с момента нашей первой встречи, но разве мы не можем просто оставить это в прошлом? Я имею в виду, что под этой маской сложно понять, что у вас на уме. Вы позеленели от зависти или, может быть, посинели от печали?
Голос Соджуна был лукавым и немного кокетливым, но при этом каким-то искренним, что странным образом делало его очаровательным. Но Противогаз не был настроен на разговор. Вместо этого он просто указал на свою ногу, напомнив Соджуну об их не самой дружелюбной встрече меньше суток назад.
Соджун тяжело сглотнул. Притворяться, что ничего не произошло, было трудно, ведь он до сих пор помнил, как замахивался топором на эту ногу. В конце концов, это случилось меньше суток назад, и так быстро забыть было непросто. Однако он не терял надежды и продолжал облизывать губы.
– Послушайте, если вам нужны деньги, они все ваши. Я даже могу сделать вид, что сегодняшнего дня не было. Клянусь, никаких копов. На самом деле нам нужно в больницу, а не в полицейский участок, верно?
Судя по всему, Противогазу доставило огромное удовольствие звук отчаянного торга Соджуна. Он поднял пистолет, целясь в Соджуна и Йохана. Не нужно было выбирать, в кого стрелять первым. Спусковой крючок начал разжиматься, а рот под маской исказился в садистской ухмылке.
– Чёрт возьми, ты, придурок, помоги мне! – закричал Соджун.
В этот момент подул ветер, и листья зашуршали. Сквозь шепот ветра почти не было слышно, как лезвие рассекает плоть. К шуму добавился отчаянный крик Соджуна.
Противогаз резко развернулся, застигнутый врасплох. Там стоял парень с золотистыми волосами, сквозь которые просвечивали тёмные корни. Его волосы развевались на ветру. На его лице читалась странная смесь эмоций, подбородок дрожал, пока он смотрел на Противогаза.