уязвимость
— с ней точно всё хорошо? — занка, который забеспокоился о твоем самочувствии, поравнялся с энджином, который смотрел на тебя, хмыкая и хмыкая.
— знаешь, я не уверен, что хочу знать, — ниджику удивлённо поднял бровь. слышать подобные слова от блондина, который многим отца заменил, было крайне странно.
но парень не знал всей картины, которая была известна энджину. ну, как вся. процентов сорок пять ему удалось выхватить взглядом - по чистой случайности. его особенность появляться там, где совсем не ждут, играла на руку. но вот отчего ты уже минут двадцать колошматишь давно мёртвую груду мусора - загадка. может, вы с тамзи поссорились? а вы вообще насколько близки? а, может, потому что не близки ты загоняешь себя?
все эти вопросы в открытую читались на его смазливом лице, и занка уже совсем запутался.
— так, хватит. т\и! нам пора возвращаться! — крикнул тебе ниджику, и ты кивнула, простирая взгляд к небу. — поговори с ней.
словно он тут умный взрослый, толкнул энджина в плечо, уходя в сторону штаба. уборщик глянул на мальца через плечо и с моськой "почему я" тяжко выдохнул, поднимаясь с корточек.
— да иду я, иду, — буркнула, ожидая порицания от мужчины, но тот лишь встал рядом, опираясь ладонью на зонтик. — что?
— всё нормально? — ну и лицо у него было. ты даже бровь вскинула. — не то, чтобы с тобой что-то происходило, просто..
— энджин, всё хорошо, — прервала ты его бессвязный поток поддерживающих мыслей, делая шаги в сторону дороги.
— в последнее время ты какая-то нервная, — осторожно прощупывал почву, семеня за тобой, как курица-наседка. ох и не хотелось ему влезать в любые дела, в которых даже косвенно замешан тамзи. а тут - будто он вертится на пьедестале, на блюдечке с голубой каёмочкой. подслушал, дурак, ваш разговор в гостиной и теперь клеймо жилетки для себя урвал по скидке. чертова проницательность ниджику, чтоб ей пусто было.
— а сам-то? — обернулась, чуть креня голову вбок. — ходишь, трясешься весь. ты хочешь мне что-то сказать?
энджин волнительно выпучил глаза, язык прикусывая. да любой заметит, что ты как в воду опущенная ходишь последние пару дней. то сидишь безвылазно в своей комнате, то соглашаешься на любые миссии, выбивая дурь даже из мёртвых мусорных тварей. когда в последний раз на задание со своим отрядом ходила - фиг пойми. то к энджину, то к детям цепляешься дополнительным помощником, будто игнорируя миссии с кейнсом, который, между прочим, твой капитан. и он тоже хорош. молчит, как рыба, соглашаясь на все твои переводы, говоря, что он с делмоном справится и без твоей помощи. и все, кто причастен, просто спускают всё на тормозах, не желая лезть во внутренние разборки. только вот энджин знает куда больше остальных, и это видно по его обеспокоенной морде. но он совсем не понимает - а на кой чёрт это ему сдалось? за тебя переживает, только и всего.
— слушай, все знают, что тамзи бывает довольно резок и всё такое, но ты..
— воу-воу, — вскинула ты руки. в глазах скапливалось раздражение. — при чём тут вообще тамзи?
— ээ, — ох, энджину так трудно сейчас выложить то, что на душе, параллельно пытаясь оказать тебе поддержку. — ну, я просто подумал, что..
— энджин, — тяжко выдохнула, подходя ближе к другу. — со мной всё хорошо. бывают такие дни, когда просто нужно разгрузить голову. вот сейчас у меня одни из таких. хорошо?
— д-да. хорошо, — отступил, смотря на твою удаляющуюся спину. — зараза.
детки взрослеют. и проблемы становятся сложнее. такие не решишь вкусной конфетой и кроткой фразой перед сном. да и твой говенный характер подкидывает дров. хотя ты не выглядишь такой уж несчастной, чтобы беспокоиться сверх меры. ну поссорились, или что у вас там происходит - с кем не бывает.
— вот же мелкий.. — вспомнил тихим словом ниджику. — если так переживает, пусть сам и разговаривает с ней!
энджин вытащил из внутреннего кармана пачку сигарет, и она тут же упала в мокрую лужу.
тамзи, тем временем, переживал третий чих по счёту. усмехаясь, он то и дело отвлекался на вид за окном, вертя в длинных пальцах ручку, которой заполнял отчёты о миссиях.
небо заволакивали серые тучи, делая яму более привычной на вид. яркое солнышко и прохладный ветерок совершенно не шли этому городу. бесконечный смрад, тучи и дождь из отходов - вот суровая реальность. парень скучающе подпёр ладонью щеку, но взгляд переменился, как только ты с командой энджина вошла в ворота штаба. тамзи, насколько позволяли глаза, рассматривал твою фигуру и лицо, пытаясь сфокусироваться на последнем. шла отстранённо, смотрела только себе под ноги, и кейнс хмыкнул, пытаясь разгадать причину этого твоего настроения. улыбнувшись, отогнал эгоистичные мысли. глупо во всём видеть свое участие, но ему казалось, что лишь на него ты реагируешь вот так. будто тебе весь мир не мил.
— досадно, — тихо произнёс, отворачиваясь от окна, когда ты скрылась из виду за дверью.
буквы не шли ровным рядом, как пять минут назад. в мысли залезли ты и твоя хмурость. кейнсу, отчего-то, дико не понравилось то, что твои глаза теряют привычную бойкость. вспомнился тот ваш диалог в гостиной. тогда ты показала ему на что способна, когда пытаешься вести игру по-своему. дерзко уселась на его бёдра, совершенно забыв о базовых потребностях мужчины и женщины. ну, конечно, когда вспомнила, то лицо на помидор стало похоже, но промежуточный момент тамзи воодушевил. настолько, что он опрометчиво решил пустить тебя "за руль". и похоже зря, ведь который день подряд ты яро избегаешь встреч. хотя от мыслей, что ты, на манер его шалостям, прижмёшь к стенке, лезла ухмылка. кролик всегда останется кроликом, сколько мясом не корми.
— тц, — тамзи отбросил ручку на стол, откидываясь на спинку стула. выдохнул как-то уж слишком удрученно, прикрывая молочные глаза.
у него столько дел и забот, а вместо важного - мыслит о тебе. как заведённый, каждый день ищет твою макушку глазами. хочет прикоснуться, почувствовать запах, дрожь тела, увидеть блеск глаз. ему стало мало обычных гляделок и кротких фраз. даже не доволен уже тем, что может в любую минуту просто зайти к тебе в комнату. кейнс хочет узнать все твои мысли. хочет быть их глашатаем, ведя вперёд все твои настроения. желает, чтобы ты сама пришла к нему в комнату и сказала чего хочешь. ведь ты хочешь, он уверен в этом так же, как и в том, почему сейчас опять тесно в брюках и горят щеки.
но он терпелив. и он подождёт.
выдохнула облегчённо, закрывая дверь своей комнаты. все отчеты написаны, ужин съеден и даже ванну смогла принять. горячая вода и пар приятной тяжестью всё еще оседали на перенапряженных мышцах, и ты улыбнулась, сбрасывая тапочки. залезла под одеяло, нежась под слоем мягких перьев. но как только полностью расслабилась и отпустила гиперконтроль - лицо кейнса перед глазами вспыхнуло в моменте. и ты открыла их, чтобы прогнать образ мерзавца.
— аахг-хгрх! — рыкнула, колошматя пятками по матрасу. но даже если гневные брови и раздутые ноздри принято считать за истину - у тебя совсем другая история.
ты злилась из-за того, что тело отчаянно нуждалось в его прикосновениях. тогда, в гостиной, тело будто двигалось само. будто просило его не останавливаться. но ты сбежала, как дурочка, почувствовав желание кейнса, что настойчиво упиралось тебе в бёдра. а теперь вот уже сколько дней только об этом и думаешь. что стало с той забившейся в угол девчонкой, которая дрожала как лист, когда тамзи проявлял хоть толику внимания? если бы сейчас он привычно лишил тебя воздуха, зажимая к стене - ты бы и не думала о побеге.
подняла одеяло до самого носа, хлопая ресницами. и рукой потянулась к губам, большим пальцем очерчивая их контур, представляя, что это вовсе не твои касания. но пальцы кейнса совсем другие. холодные, уверенные, будто он наперед знает как нужно. спустила руку ниже, оглаживая венку на шее. сглотнула, чувствуя слегка шершавую кожу от его веретена. усмехнулась, чуть прикусывая нижнюю губу. даже в твоих мыслях он наглец. смотрит с издёвкой, ожидая когда расплавишься. вот ты уже коснулась ключиц и вершинки груди и хмыкнула, улыбаясь. здесь его руки еще не успели побывать в полной мере, но ты в красках представила, как бы он это делал.
как легко, почти невесомо бы приподнял футболку, очертил пальцами мягкую выпуклость, провёл по возбуждённому соску, играя. горячо выдохнула от своих же действий, сглатывая вязкую слюну. но продолжила, спуская руку ниже. то, как он трогал твой живот, помнишь в красках. как игриво заставлял холодную мазь растекаться по коже. как пересчитывал рёбра, как задел край домашних шорт.
— а-ах, — тихо на выдохе застонала, запуская дрожащую ладонь в домашние шорты и взмокшее от собственных фантазий белье.
нашла горячий пульсирующий комочек нервов, размазывая смазку по всей длине мягких складочек, и завертелась на простынях, другой рукой сжимая грудь сквозь тонкую майку. под закрытыми глазами - лишь он. лицо кейнса было так близко и так же горело желанием. он шептал тебе на ухо глупости, пока его касания подделывала собственной рукой, доводя себя до такой нужной разрядки. заёрзала по кровати еще сильней, когда ладонью нашла нужную точку, ускоряясь. дышала через раз, а в голове был только его мурчащий пошлости голос.
— т-тамзи, — тихо произносила его имя, забывшись. — пожалуйста, там-тамзи..
говорила с ним, будто вы были в одной комнате. шептала его имя, забываясь в страстном моменте.
— тамзи! — вскрикнула громче, тут же прикрывая рот ладонью, содрогаясь от невообразимо приятных судорог, пронзивших тело оргазмом. и устало развалилась звёздочкой на мятых простынях, пытаясь привести в норму сбившееся дыхание. — чёрт.
тихо засмеялась, вновь накрываясь одеялом с головой. и так каждый вечер. всякий раз, как приходишь в комнату, делаешь подобное, тихо мыча его имя в момент наслаждения. вся такая смелая, раскрепощенная. ведешь себя так дерзко с кейнсом, которого придумала себе сама. а как только встречаешься взглядом с настоящим - дрожишь как осиновый лист. так дело не пойдёт. а как пойдёт? подойдёшь к нему и скажешь прямо, что спишь и видишь, как он делает с тобой всё то же самое и больше? ты будто подсела на иглу и больше не можешь без его прикосновений. как хомячок - желаешь, чтобы кейнс разгонял твое сердце до двухсот - без передышки.
— это ты во всём виноват, — упрямо винила парня во всех своих наваждениях, не желая принимать факт, что сама, как дура, хочешь его и боишься признаться.
а уже и не надо. потому что он слышал каждый твой вздох и выдох. каждый раз, как звала его по имени, утопая в приятной неге. стоял у твоей двери, прислонившись спиной и улыбаясь, слушал всё от начала до конца. хотел зайти, поговорить. но, видимо, выбрал не удачный момент для беседы. глупая ревность на самого себя всплыла в сознании, и он улыбнулся, проводя пальцами по губам. смеешь вот так вот развлекаться с ним в мыслях, пока он живой стоит за дверью?
— и какое же наказание мне для тебя сочинить, м? — тихо прошептал, медленно уходя по коридору.
то, что ты вот так нагло избегала его днём, чтобы развлекаться с собой ночью - он не мог принять. для его эго это был как удар под дых. он захотел реванша. и что-то ему подсказывало, что ты будешь только рада, если он случится.