Даже если попадешь в историю о призраках, всё равно придётся идти на работу [327 глава]
Через несколько дней после начала “Великой операции по захвату убежища поезда” Ким Соль Ыма.
Один из жителей поезда во втором вагоне нервно швырнул потрёпанный журнал в сторону.
Глянцевый журнал с примадонной на обложке уже истрепался.
И этот день был таким же беспросветным.
До того, как всё “началось”, он был студентом выпускного курса. Стресс из-за поиска работы достиг предела, и он даже думал, что лучше бы мир рухнул.
Но когда мир действительно рухнул, он до безумия затосковал по прежней жизни.
Хотя бы короткие видео можно было поглядеть.
Он поднялся и осмотрелся, пытаясь вновь убедить себя в том, что его жизнь была лучше, чем у 99% этого города.
Вагоны похуже — третий и четвёртый.
И совсем паршивые вагоны сзади.
А за пределами поезда — разве не было полно монстров?
Пока он находился в этом поезде, способ выбраться обязательно найдётся. Он ведь слышал об этом от создателя убежища.
И раз он состоял в переднем вагоне, то попадёт в приоритетную группу и будет в безопасности.
— Этот поезд ведь не ваш! Да вы просто нашли поезд чуть раньше нас!
Кстати, того, кто так сказал, вышвырнули, даже при наличии в убежище свободных мест.
Он считался отъявленным засранцем, так что это было естественно. И даже как-то приятно.
“Если лезешь в уже занятый поезд, будь поскромнее? Это же мы тебя облагодетельствовали.”
Бывший “студент”, тут же забывший, что и сам попал сюда лишь благодаря удаче и помощи своего старшего товарища, принятого до него, вышел из второго вагона.
Ему было так скучно, что он отправился бродить в поисках чего-нибудь интересного.
Между четвёртым и пятым вагонами.
В тамбуре, разделяющем передние и задние вагоны, люди толпились, перешёптываясь и смеясь.
Обычно жители передних вагонов за спиной унижали обитателей задних.
Студент не осознавал, но это было похоже на выжимание дофамина из чувства превосходства в ситуации, когда все заперты в поезде и вынуждены жить в страхе и скуке.
Но сейчас странным образом этого было меньше.
Старшеклассник из заднего вагона с сияющим лицом беседовал с женщиной средних лет из переднего.
Потом они что-то показали друг другу, кивнули, и подросток вернулся в задний вагон.
А женщина средних лет сделала безразличное лицо, словно пытаясь что-то скрыть, и зашагала прочь…
Студент тут же прилип к женщине и заговорил.
— Тётя, о чём это вы с “задневагонным” говорили?
— А? Да так… о делах спросила…
Он отчётливо увидел в глазах собеседницы, пытавшейся отделаться невнятицей, мелькнувшие и тут же с усилием подавленные эмоции.
Эти чувства слегка перелились через край, едва показались, как были насильно загнаны обратно.
Настроение студента резко испортилось.
Одновременно он забеспокоился.
Когда в поезде происходило что-то, способное изменить иерархию, разве не стоило побыстрее в это влиться?
Если он не успеет за общими настроениями и останется позади, ему, возможно, тоже придётся выполнять опасную и тяжёлую работу — выходить наружу и искать пропитание.
А вдруг при попытке выбраться он безнадёжно отстанет от большинства!
В итоге он, никогда не опускавшийся до такого, сгибаясь в три погибели, прилип к женщине, льстя и выпытывая информацию.
А она, твердившая что-то вроде “Ой, да ничего особенного”, в конце концов с видом, будто делала одолжение, дала намёк.
И поэтому студент направился назад.
Дверь открылась, показав седьмой вагон.
Раньше он редко сюда ходил, разве что в крайнем случае — это было место для обмена припасами с посторонними. Тут бывали и потасовки, даже люди гибли.
Но сегодня здесь царило другое безумие.
— Давайте быстрее, не задерживайте!
Перед самым неприметным и узким проходом, где раньше складывали вещи, толпилось больше десятка человек.
Среди них он узнал несколько лиц из передних вагонов.
Хотя “задневагонным” почти негласно запрещалось ходить вперёд, “передневагонные” под разными предлогами частенько наведывались назад.
Но чтобы их было так много — впервые.
Студент попытался протиснуться через толпу, но, почуяв неодобрительные взгляды “передневагонных”, встал в очередь.
И лишь спустя несколько десятков минут, уже вконец измотанный, он увидел “товар”.
Так гласила надпись на обшарпанной вывеске из картонных коробок, но выставленные предметы блестели и выглядели изысканно.
Шоколадные батончики, наборы печенья, попкорн… даже салат со свежей зеленью и хот-доги.
На всех упаковках красовались яркие рисунки в стиле тематического парка.
На вопрос студента в стиле допроса человек, устроивший лавку, пожал плечами.
Спутанные волосы и очки мешали разглядеть его лицо.
— Э-это, в телемагазине, на станции с ним… недавно открыли точку… я случайно зашёл…
Похоже, на станции День появилось новое место, где можно было раздобыть еду.
Конечно, с тех пор, как его приняли в убежище поезда, он и не думал ходить на станции за “таким”.
Так или иначе, похоже, он стал сотым покупателем и получил кучу всяких снеков.
Даже такие позиции, которые не выставляли на продажу, поэтому они не доставались всем подряд.
Студент скривился и бросил на собеседника косой взгляд, а тот ещё ниже опустил голову.
“И в глаза смотреть не может?”
Удивительно, как такой неудачник вообще выжил. Наверное, на станции у него был не лучший вид.
“И что, он хочет втереться в доверие к жителям поезда с помощью этих штук?”
Тогда ему следовало бы всё “пожертвовать на нужды убежища”, а он тут торговлей занимался.
Но, судя по всему, ума ему не хватило, ведь на вывеске красовалась лишь скромная надпись.
[Принимаем пропуска на ночлег]
Похоже, его цель — задержаться хоть немного дольше в восьмом вагоне.
Перед слабым легко стать сильным, и студент тут же заговорил развязно.
— М-меня… можно звать Виноградом.
В любом случае, студент, жадно глядя на снеки, продолжил.
— Я повыбираю и возьму немного, а пропуск найду и принесу потом. Договорились?
— Я же говорю, принесу. А, не веришь, да? Не веришь жителям поезда, но торговлю здесь устраиваешь?
Собеседник поёрзал, но в конце концов кивнул.
— Две пачки снеков за один пропуск…
Безразлично бросив это, студент быстро выбрал снеки.
В переднем вагоне не то чтобы голодали, но вкус оставлял желать лучшего.
Ведь то, что удавалось раздобыть, было ограничено!
В ход шло всё подряд — от странных вещей, которые и едой-то назвать никто не мог, до грубых, неприготовленных овощей, которые не лезли в горло.
Для людей, привыкших к такой жизни, новые снеки были стимулом, выходящим за рамки просто еды.
Перед глазами валялись и какие-то брелоки, и магниты, но он даже не взглянул.
Обменявшись на шоколадный батончик и попкорн, студент поспешно сунул их во внутренний карман куртки и отправился подыскать подходящий пропуск.
В заднем вагоне, где избегали конфликтов с “передневагонными”, стащить один такой даром было легко.
Он быстро вернулся к лавке этого дурачка “Винограда” и протянул его.
В тот момент, когда “Виноград” склонив голову, протянул две руки, чтобы взять пропуск…
— Эй, если благодарен, сделай скидку.
Быстро выхватив пропуск обратно, студент тут же ухватил несколько конфет с лотка.
— Думаю, этого будет достаточно.
Но когда он с победной улыбкой посмотрел на собеседника, не способного как следует сопротивляться…
…Люди в очереди зашумели, останавливая его.
Среди них были и “передневагонные”.
Что это за атмосфера тут витала?
Раньше такое спокойно спускали с рук.
Но в итоге, считав настроение, он отпустил кучку конфет.
В тот момент, когда из-за неловкости внутри начала зарождаться неприязнь к Винограду…
— Э-это… сейчас, если вы купите у меня снеков, я дам вам лотерейный билет…
Виноград перевернул вывеску, показав “Список призовых товаров”.
6-е место – Идеальная пуговица
5-е место – 1 маленькая упаковка попкорна
А первое место, украшенное довольно вычурно, было таким.
1-е место – Идеальная плюшевая игрушка
Что за дурацкую “идеальную” серию он придумал?
Видимо, из полученных призов несъедобное не продавалось, вот он от них и избавлялся.
Молясь, чтобы выпали снеки, студент засунул руку в подставленную Виноградом коробку и вытянул бумажку.
В его руке оказался золотистый брелок.
Металлический брелок с изображением милой головы розового кролика выглядел совершенно бесполезным.
Снова послышался шёпот из очереди…
Более того, хозяин лавки “Виноград” смотрел на него с удивлением, будто перед ним был совсем другой человек.
Словно увидел кого-то великого, и у него аж дух захватило.
А когда студент обернулся, несколько человек в очереди смотрели на него с жадностью в глазах.
Студент тут же сунул брелок в карман и вернулся во второй вагон.
Однако потом, тайком от знакомых раздумывая, как бы съесть один шоколадный батончик целиком, он почти забыл про этот золотистый брелок.
В ту ночь студенту приснился сон.
Сон о том, как он проводил весёлый день в потрясающем золотом парке развлечений.
Курорт был старомодным и роскошным, а также невероятно приятным.
Что-то странное носилось вокруг, немного на любителя, но разве не в этом была вся суть тематических парков?
Он бродил по уголкам золотого парка. Это был сон, поэтому детали расплывались, но радость оставалась несомненной…
Словно по волшебству, невероятно реальная и чёткая вещь возникла перед глазами.
Закусочный набор в форме кареты.
Из ларька, где мягко сочетались светло-розовый и золотой, какое-то существо смотрело на него, маня к себе.
Заворожённо приблизившись, он увидел протянутую пухлую круглую лапку…
Только оно было видно с невероятной чёткостью.
Милый стилизованный сахарный пряник с аккуратно прорисованным по шоколадному контуру розовым кроликом.
И в тот миг, когда он попытался схватить пушистую лапку существа, протягивающего печенье…
Ни роскошного тематического парка, ни весёлой музыки, ни дофамина.
Только снова умеренно освещённый, убогий и душный вагон поезда.
На мгновение, не различая реальность и сон, он резко сел, и его дыхание участилось.
В этот момент что-то выпало у него из кармана.
Изображённый на нём розовый кролик с улыбкой смотрел на него…
Точно такой же, как тот, что протягивал печенье, увиденное во сне.
Студент сглотнул слюну и вскочил.
Он тут же побежал в седьмой вагон.
Грубо распахнув дверь, он увидел, что в седьмом вагоне время торговли, видимо, закончилось. Было пустынно, без каких-нибудь лавок в поле зрения.
Но Виноград сидел рядом со своим закрытым лотком и по виду тихо спал.
Ещё до того, как студент окликнул его, он вдруг открыл глаза.
Виноград казался не таким, как раньше.
Исчез прежний жалкий вид, теперь он смотрел с уверенной, сияющей улыбкой.
Казалось, в его взгляде даже сквозило благоговение.
Студент не успел хоть что-то сказать, а тот уже протянул ему… пропуск на ночлег!
— Купите на это снеков, пожалуйста.
— Выберете снеки и вытянете лотерейный билет, хорошо?
Будто это была не торговля, а какой-то священный ритуал.
Студент почему-то напрягся, словно должно было произойти нечто грандиозное. Быстро выбрав два набора печенья, он сглотнул.
Затем снова засунул руку в поднесённую коробку для лотереи…
Может, ему показалось, но бумажка тут же прилипла к руке.
Будто этому было суждено случиться.
Студент вынул руку и дрожащими пальцами развернул бумажку.
Рядом раздался радостный и потрясённый возглас.
— Я так и знал. С того раза, как вы пришли, я почувствовал что-то!.. Мне казалось, что Плюшевый Властелин направляет вас!..
— Вы видели Его тело? Такое мягкое…
Но тут же его голос понизился, словно от смущения.
— Честно говоря, мне такое редко снится. Говорят, один старшеклассник из пятого вагона видит эти сны почти каждый день…
В тот миг в голову студента, как молния, ударила догадка.
О чём говорили жители передних и задних вагонов.
— Обычно сны приходят не сразу, но если носить с собой предмет, связанный с Плюшевым Властелином, шансы повышаются…
Студент старался говорить об этом как о чём-то незначительном, словно почти не интересуясь.
— А мне приснилось сразу после того, как я взял это.
Студент почувствовал, как в сердце поднимается чувство превосходства.
Одновременно он ощутил некую близость к этому жалкому собеседнику.
Потому что они делились этим особым опытом.
И его сердце забилось сильнее.
Сегодня он, возможно, родится заново как совершенно другой, избранный человек…
— Тогда, похоже, эта победа действительно была волей Плюшевого Властелина.
Кивнув, Виноград очень-очень осторожно достал что-то из коробки, стоявшей рядом.
Словно специально отобранное и аккуратно положенное на самый лучший и мягкий лоскут ткани, оно было чуть больше ладони…
1-е место – Идеальная плюшевая игрушка
Это был действительно пушистый, мягкий на вид, роскошный плюшевый кролик.
Глаза, как чёрные пуговицы, нос, покров, будто из бархата, и пухлое тело нежно-розового цвета.
— Это самый идеальный облик Плюшевого Властелина.
Охваченный чувством нахождения в эпицентре чего-то великого, студент пристально уставился на игрушку.
А Виноград, смотрящий на неё с обожанием…
“Наверное, у него сейчас дофамин зашкаливает.”
Вот что происходило на самом деле.
Я, несколько дней подряд высматривавший жертву, — одновременно наивную и обладающую дурным характером — сейчас внутренне ликовал от того, что наживка сработала.
Но на моём лице по-прежнему играла заискивающая улыбка, а взгляд изучал собеседника.
На самом деле парк развлечений во сне был не настоящим… а своего рода рекламой!
“Правильнее сказать — я устроил воспроизведение рекламного ролика во сне с помощью мерча.”
Но даже мерч, созданный с максимально сниженной функциональностью, чтобы не заражать людей, воспринимался гораздо ярче, чем я ожидал.
Отчасти это, наверное, было связано с влиянием телеведущего Брауна, который вышел на первый план…
В любом случае, я успешно выполнил все пункты чек-листа “Типичные признаки удачного вступления в культ”!
2. Возможность почувствовать себя избранным.
3. Заблуждение в том, что ты сам всё осознал.
“Внутри этого поезда уже поддерживалось нечто вроде псевдорелигии.”
Особенно это избранное положение у людей в передних вагонах.
Одним словом, сейчас я просто накрывал один привилегированный статус другим!..
Даже этот тип перед нами как-то придрался к старику из шестого вагона и выгнал его на станцию День за провизией, что привело к гибели человека, а теперь…
Тараторя, я быстрым движением поднял Брауна обеими руками, словно в сцене из “Короля Льва”.
Браун возвышался над студентом и уже был готов обрушить свою ярость на тщательно найденного кандидата в лжепророки.
— Перемещение священного изваяния — дело таких слуг, как я! Для избранного просто присутствие здесь уже имеет смысл!
[Конечно, имеет. Смысл раздражать мои глаза.]
Но студент, не слышавший нашего разговора, лишь кивал, упоённый мыслью об “избранном” себе.
— Так… что же ты от меня хочешь?
Я, немного подумав, решил, что так это оставлять нельзя.
Конечно, цель была создать хаос для проникновения в кабину машиниста, но всё же не стоило наносить ущерб убежищу поезда.
“Раз уж я назначил такого типа на роль, похожую на главу культа, нужно его как-то обуздать.”
Как бы я ни раздувал в нём дух последователя, нужно задать и другое направление.
И в тот день студенту приснился неясный сон, где он в тематическом парке во сне кричал “Будьте добры ко всем!” и танцевал.
Я услышал, как студент со слезами на глазах твердил: “Плюшевый Властелин подчёркивает важность характера…”
Как я и хотел, перед кабиной машиниста поезда "Культ поклонения плюшевому кролику" устроил переполох…
Но сначала был зачитан манифест.
— Каждый человек имеет право на своего собственного плюшевого кролика!!! Переделайте условия в поезде!
Выкрикивали совсем не те лозунги, что я ожидал. И…
Впереди всех стояла заместитель Ын Ха Дже!..
