Даже если попадешь в историю о призраках, всё равно придётся идти на работу [362 глава]
Нежный и тёплый солнечный свет окрасил крышу в золотистый цвет.
Неотъемлемый элемент интерьера Консультационного офиса Лиса.
Место, где даже если за окном ничего не было, сквозь шторы всегда лился мягкий солнечный свет ясного дня.
Пространство, предназначенное для клиента.
Дверь консультационного кабинета внутри была широко распахнута.
В отличие от приёмной, дверь в сам кабинет обычно была закрыта.
Открывалась она только во время консультации или когда консультант приглашал человека, так что я сам заходил туда всего несколько раз.
Уютное пространство с мягким диваном и зеленеющим садом за большим окном.
Изумрудные листья растения с лисьими бусинами в горшке колыхались на ветру.
Консультант, наблюдавший за этим вместе со мной, улыбнулся.
— Среди посетителей много тех, кому трудно передвигаться, так что кабинет сам выйдет им навстречу.
— Господин Косуля. Можно ли теперь впустить клиентов?
Пространство Консультационного офиса Лиса заполнило крышу.
Безмятежный солнечный свет коснулся лица мутировавшего Ким Соль Ыма в разорванном коконе.
Вскоре он полностью проступил наружу.
Жители особого города Сегван, слипшиеся в массу под его верхней половиной, бесчисленные деформированные формы человеческих тел — все они мягко, словно обнимая друг друга, вошли внутрь Консультационного офиса Лиса.
Скрытая от чужих глаз, маленькая комната консультанта для заражённых, куда можно войти только после стука.
Пространство охотно приняло все те искажённые сущности, скрывавшиеся под крышей, как посетителей.
Отныне как клиентов, которые останутся внутри на долгое время.
Рядом со мной фигура консультанта полностью таяла.
Словно упаковка, в которую запихнули невыносимо много вещей. Словно узелок, туго набитый так, что вот-вот лопнет, искажаясь и вздуваясь, затем проявляя очертания содержимого.
История о призраках в виде консультанта, поглотившая влияние Ким Соль Ыма в коконе, “отвергающего все иные истории о призраках”, и массу заражённых им жителей Сегвана, разрушалась.
Она окончательно размывалась, как акварельное пятно, разбавленное водой...
— М-м, только вот… принимать прежних клиентов станет сложнее. Это меня беспокоит. Ведь... наступит момент, когда я понадоблюсь.
Словно он больше не мог оставаться в реальности.
— Основываясь на опыте полученных консультаций, они все найдут то, что ищут...
— Вы возвращаете мне мои же слова.
— Верно. И я сделал выбор, так что пойду встречать этот долгожданный миг.
Тёплая атмосфера консультационной, наполнившая крышу, начала исчезать в тот момент, когда последний житель особого города Сегван вошёл внутрь...
— Нет, возможно, это выражение не совсем уместно. Ведь мы продолжим проводить консультации вместе с вами.
— Просто господин Косуля в своём нынешнем облике не будет этого осознавать.
— Если бы я сейчас вытащил вас из консультационной...
— Как так? Нельзя же отказываться от клиента, который больше всего нуждается в помощи. Неужели господин Косуля считает меня консультантом, что способен на такое? Грустно слышать...
Мягкий голос доносился едва слышно.
Хо Ю Вон улыбнулся и протянул руку.
— Мой первый клиент, и... мой последний клиент.
Я тоже протянул руку навстречу.
Форма Хо Ю Вона полностью растаяла.
Консультант, исчезающий под моей хваткой, втянулся в кабинет и рассеялся...
И вот дверь Консультационного офиса Лиса закрылась.
Сквозь медленно сужающийся дверной проём, возможно, лишь на мгновение... мне показалось, что я увидел хвост маленькой лисы, переступающей с лапки на лапку...
Аварийная дверь на крыше мягко захлопнулась.
Повешенная мной табличка, словно обычное деревянное украшение, упала вниз по инерции от толчка.
Табличку, от которой больше не исходило никакого волшебства.
Местами красноватый, тёплый жёлтый свет, словно солнечные лучи из Консультационного офиса Лиса, пробивался сквозь облака и ложился на крышу.
На разбитый инкубатор снов, на погасшую панель замершего и потухшего устройства для изготовления зелий...
Здесь, в особом городе Сегван.
Внизу под крышей показались разрушенные дороги и тротуары — опустевший городской пейзаж.
Город, будто очнувшись от долгого сна, ощутил на себе тяжесть прожитых снаружи лет и бросился догонять уходящее время.
Но его жители, что успели заразиться сегодня, будут в безопасности.
Вместо продолжения бесчисленных смертей в плену 4 мая, они получат консультации и придут в себя.
Благодаря одному консультанту, который так ждал этого момента.
И увидел человеческую фигуру с головой ящерицы, выходящую из двери на крышу.
Фигура, прежде выглядевшая как исследователь без лица, снова стала привычным начальником отдела Ли Джа Хоном с головой ящерицы.
— Да. Сразу после пробуждения за пределами особого города я отправился сюда.
— ...Изоляция, значит, подходит к концу.
— Да. В настоящее время возникли разрывы и трещины, потому существует более двадцати путей для входа.
Взгляд начальника Ли Джа Хона устремился вниз с крыши.
— Изоляция скоро полностью спадёт.
Таким образом особый город Сегван снова станет частью реальности.
Я сделал глубокий вдох и выдохнул.
— ...Вы прибыли очень быстро, вам помогли “мы”?
Кончики морды ящерицы слегка приподнялись, словно в намёке на улыбку.
— Существование в качестве отдельной сущности, не являясь “нами”, было уникальным опытом.
— Да, это так. ...Действительно.
Я почувствовал, как моё сознание, поглощённое курортом, медленно стабилизировалось.
Моё тающее тело вернулось в норму.
И я снова обрёл свою человеческую идентичность, которая была полностью погребена под Талисманом Золотого Цветка.
Несмотря на давление разросшегося заражения Талисмана, моя личность сохранила шаткий баланс.
Словно кто-то наблюдал за моим состоянием и постоянно успокаивал любые колебания.
Даже если сознание Хорошего друга, на которое не проецировалось безумие, не могло этого воспринять.
Словно я осознавал, что кто-то до сих пор проводил со мной консультацию.
Я осторожно убрал табличку Консультационного офиса Лиса за пазуху.
Я понял, что функция татуировки-инвентаря восстановилась, но не стал ею пользоваться...
“Не стоит слишком увлекаться.”
Благодаря кое-кому я восстанавливался.
Сейчас было необходимо позволить себе прочувствовать это как можно глубже.
Я сделал глубокий вдох и выразился чуть бодрее.
— ...А другие в порядке? Заместитель и агент.
— Да. У всех наблюдались признаки пробуждения.
Действительно, какое счастье...
Глубокое чувство облегчения разлилось по телу.
“Теперь нужно выпустить людей из второго филиала курорта.”
Конечно, я как Талисман знал, что все они были в порядке...
Я крепко сжал пустую руку, которая только что держала табличку консультационной, и посмотрел вниз.
Начальник отдела Ли Джа Хон, внимательно наблюдавший, как я убираю табличку, спросил.
— Сверхъестественную катастрофу ранга “уничтожения” особого города Сегван завершил Хо Ю Вон.
— Но то, что директор Хо смог добраться сюда, — заслуга мистера Косули.
— Эта попытка — исключительный случай завершения тьмы, произошедший благодаря выбору и усилиям мистера Косули.
Я с трудом выдавил из себя еле слышный ответ.
Затем снова попытался говорить как можно спокойнее.
— И, кажется, в Консультационный офис Лиса больше не получится попасть. Потому что туда приняли... очень много клиентов. Я слышал, он временно закрылся. Теперь прежний способ входа не сработает.
Сколько ни вешай табличку и ни открывай дверь, приёмная консультационной с тёплым солнечным светом больше не появится...
— Понятно. Я понял, почему, проснувшись, оказался не в палате длительного пребывания, а во внешнем пространстве.
И надо же, в это время он выпустил всех клиентов, которых “хранил” в палатах.
— Хотя как директор проекта Хо Ю Вон был не очень-то приятным начальником.
— Но для клиентов он был действительно хорошим консультантом, правда?
Ветер пронёсся мимо, касаясь головы.
Пустая оболочка кокона на крыше постепенно рассыпалась и исчезала.
Когда я покину город, эта история о призраках бесследно исчезнет прямо здесь.
— Проект директора Хо завершён.
Озвучил я, повернувшись к начальнику отдела Ли Джа Хону.
— Ведь исчез и ответственный за него директор Daydream Inc., и тьма, которую нужно было исследовать.
Но я ни капли не жалел об этом.
Неясная грусть, то ли облегчение, то ли одиночество, острой болью разливалась в сердце.
Я постарался думать о хорошем.
О том, что могло бы успокоить.
“Будут ли родители мисс Ён Ын в порядке?”
Хорошо, если да. Хотя, судя по всему, мисс Ён Ын выбежала из курорта, как только я открыл для неё ворота.
Наверное, она сразу же отправится искать своих родителей.
Я видел, как из разных зданий выходили прятавшиеся люди.
А смогу ли я теперь вернуться домой?
Если я уйду отсюда и благополучно извлеку полученную эссенцию снов, смогу ли с её помощью сделать детский сироп “Рай” и вернуться домой...
“Рабочий инкубатор снов есть.”
И у меня был попсокет, который станет его кнопкой.
[О, надежда подобна неиссякаемому роднику движущей силы. Поздравляю, друг!]
[Я прибыл аккурат к открытию вашего курорта. О, вы приготовили для меня билет предварительного посещения. Друг, у вас премилый вид, монокль вам очень идёт.]
Я услышал стук начищенных туфель ведущего, доносящийся неизвестно откуда, и почувствовал, как маскот, поприветствовал его и выделил этому почётному гостю персональный монорельс.
А также ощутил чувство благодарности к существу, что помогало мне всё это время.
[Это моя радость, мистер Косуля!]
С лёгким шорохом и поскрипыванием ткани он слегка отряхнул ладони в джентльменских перчатках, затем неспешно поднялся в монорельс…
Когда агенты доберутся до крыши, я передам им полномочия и уйду отсюда...
[Пришло время вспомнить то, что вы позабыли.]
[М-м. Возможно, это прозвучало слишком серьёзно. Да, пожалуй, лучше подойдёт “упустили из виду”!]
[Прямо как после просмотра фильма, который пробрал до глубины души, вы, погружённый в его послевкусие, возвращаетесь домой, даже не вспомнив о сегодняшней вечерней встрече.]
[И уже в метро осознаёте: “Вот чёрт! У меня же были планы!”]
[Ну же, раз кульминация миновала, давайте подумаем.]
[Пересмотрим подсказки, которые даны вам под самый финал!]
— Насчёт того, что проект… завершился.
— Тогда, назначенные на проект сотрудники... сейчас в компании останутся без обязанностей и прикрепления к отделу?
— Они должны... вернуться к своей прежней работе?
С неба особого города Сегван на меня уставился гигантский глаз. Будто подглядывающий за мной через контракт, он завис прямо там.
Его огромный, вертикально вытянутый зрачок — чёрный, блестящий, с языками пламени — был наполнен бесчисленным множеством глаз.
Мне доложили, что ответственный за проект исчез, как и источник поставки — тьма.
В таком случае, работа, которую ты выполнял в проекте директора Хо, тоже завершена.
И, похоже, известна причина исчезновения источника поставки эссенции снов по данному проекту, вина за это...
Все эти радостно изогнутые зрачки… ониониони смотрели на меня из-под века.
Придётся взять ответственность за возмещение ущерба.
Ну что ж, возвращайся и проходи дисциплинарную процедуру.
Я очень великодушно и рационально рассчитаю сумму и выставлю счёт.
Меня пытались вернуть с помощью трудового договора, которому я не мог отказать из-за огромного давления на разум! Снова… снова попал в ту же ловушку, в 130666...
Нет, всё же лучше остаться в человеческом облике.
Я-я-я пытался сохранить человеческий облик и образ мыслей. Сосредотачивался и вновь расплывался. Всего мгновение — и я смог. Тяжело дыша, в человеческом облике я упал на крышу.
Что я мог сделать? Что у меня было?
Я должен успокоиться, но как? Нет, точно было что-то, что можно сделать. Подсказки, подсказки, информация, полученная до сих пор, обо мне, о директоре Чон...
— Я не могу следовать вашим приказам.
— Директор Чон, пожалуй, ставит правила этой компании на самое первое место.
Директор Чон — существо, которое заботится только о правилах Daydream Inc.
— Вы ставите корпоративные правила, правила компании Daydream Inc., превыше всего.
И соответственно, трудовой договор имел ужасающее влияние.
— Поэтому вы и упустили из виду.
Что даже у самого сильного контракта могли быть предпосылки, что имели куда большую силу.
Неопровержимая логика, которую нельзя ослушаться, как рыба не может дышать вне воды.
— Но прежде чем заключить с вами трудовой договор, у меня уже было правило, которое я неизбежно должен был ставить превыше всего на базовом уровне.
— По своей сути, я — Хороший друг Весёлого Исследовательского Института.
Истина, которую невозможно было отрицать, даже если попытаться.
И как Хороший друг Весёлого исследовательского института, я не мог делать то, что вредило Весёлому Исследовательскому Институту.
Я такое существо по своей природе, поэтому я и есть “Хороший друг”.
Как Браун, проецируемый через Хорошего друга, действовал выгодным и дружественным для меня образом.
Всё это было ужасным ограничением и жестокой истиной.
Отчаянным фактом, который только что приносил мне невыносимые страдания.
[У всего есть две стороны, друг.]
Я смотрел на бесчисленные зрачки.
— Ведь вы предали Весёлый Исследовательский Институт.
Весёлый Исследовательский Институт будет ненавидеть Чон Даль Рэ и ни за что не станет с ней сотрудничать.
— Раз уж я узнал этот факт, значит, что по своей сути я — существо, для которого сотрудничать с вами невозможно.
— Раз я — Хороший друг, ваш трудовой договор недействителен.
Огонь, сера и мор обрушились на землю. Я почувствовал, как начальник отдела Ли Джа Хон поймал моё тело, которое отбросило назад и едва не скинуло с крыши, затем удержал на месте.
Всепоглощающеедавящееощущениедоминируетнадчувствамииболевойпорогисчезает.
Тогда, может, сделать так, чтобы ты перестал быть Хорошим другом?
