Даже если попадешь в историю о призраках, всё равно придётся идти на работу [328 глава]
При взгляде на разворачивающееся передо мной зрелище, у меня задёргался глаз.
— Переделаем условия в поезде!
Более нескольких десятков человек ворвались в первый вагон, размахивая плакатами и скандируя.
От розового цвета почти рябило в глазах.
На каждом плакате красовались странные надписи: “Идеальный плюшевый кролик”, “Пушистая благодать Его”, “Лапки Его милостиво нежны и мягки”, “Он ведёт нас туда, где больше не нужно прятаться”.
Одни обнимались за плечи, а на других красовались ободки с ушками кролика, грубо вырезанные из картона.
Это было шокирующе, но, судя по тенденции последних дней, я ожидал, что шоковой терапии не избежать, поэтому смог сдержаться.
Я в полной растерянности смотрел на заместителя Ын Ха Дже, которая, незаметно протиснувшись вперёд, выкрикивала лозунги, размахивая рукой и галстуком над головой.
Прямо перед началом операции “Культ поклонения плюшевому кролику” я в общих чертах объяснил мисс Го Ён Ын, агенту Бронзе и заместителю, что произойдёт.
— Внезапно начнёт плодиться огромное количество любителей плюшевых кроликов.
— Что?
Так что я, конечно, предупредил их, что в поезде начнётся беспорядок…
“Но зачем вам быть заводилой в нём?..”
Более того, заместитель Ын Ха Дже потихоньку влилась в толпу, подслушивая то тут, то там, и пыталась понять суть происходящего.
— А-а~ Мне показалось, вы делаете доброе дело, вот я и присоединилась, ха-ха-ха! То есть… Эта… особа, похоже, и есть та, что ведёт нас всех в хорошее место?
Заместитель Ын Ха Дже, вытягивая информацию из новоявленных адептов “Культа поклонения плюшевому кролику”, что раскалывались крайне быстро, в конечном итоге увидела и их “предметы с изображениями кролика” воочию.
Восклицания заместителя затянулись, когда она увидела милую головку кролика, выгравированную на позвякивающем металлическом брелке…
— Наша цель — даровать это удивительное чудо каждому жителю поезда, чтобы все без исключения смогли познать благодать Плюшевого Властелина.
— Ведь так, господин распространитель?
Только не начинайте смотреть на меня.
Но люди уже повернулись и глядели на меня сияющими глазами.
Я тоже стоял посреди этой толпы с плакатами…
Ещё этот чёртов титул “распространителя” прилип ко мне — люди сами начали называть меня “тот, кто начал раздавать плюшевых кроликов”.
“Я согласился, потому что это идеальная роль для подхалима.”
Делая вид, словно желал угодить самым громким людям, я с демонстративной улыбкой озирался по сторонам, пока в конце-концов не встретился взглядом с заместителем.
Но мой рот уже выдавал самые что ни на есть подхалимские речи.
— Конечно!.. Я же всего лишь дурак, продающий печенье, разве нет? Я всецело верю вашим словам, кто часто встречается с Плюшевым Властелином!..
Я увидел, как глаза заместителя Ын Ха Дже, переводившей взгляд с сувенирного кролика на меня и обратно, сузились, словно она что-то просекла, и я поспешно отвернулся.
Не приставайте сейчас, заместитель…
Но, судя по всему, “Хороший друг” в огромной бархатной шкатулке, которую я держал, был весьма впечатлён этой картиной.
[Друг, для артиста, умеющего отвечать на горячую поддержку зрителей, ситуация складывается весьма занятно! Мне даже хочется разыграть среди них какой-нибудь сувенир!]
[Верно, как насчёт продажи особых товаров в вашем прекрасном и скромном курорте?]
[Именно! О, это можно считать официальным предложением — коллаборация с “Ночным ток-шоу Брауна”.]
В голове пронеслась картина: оформленный в одном из отделов сувенирного магазина парка развлечений винтажный уголок в стиле ретро с надписью “Появление в популярной телепрограмме”.
Добавить в историю о призраках, которая и так затягивала людей, ещё и историю о призраках, которая затягивала зрителей…
“…Всё равно эти люди не смогут попасть в настоящий Весёлый Тематический Парк. Даже с коллаборацией им будет сложно купить того самого “плюшевого кролика”.”
“Для этого сначала нужно завершить историю о призраках в особом городе Сегван и обрести свободу!”
Хоть как, но нужно заручиться его поддержкой…
[Отлично! Тогда позволим событиям развиваться в таком ключе, мистер Косуля.]
Хотя облегчение от того, что один кризис миновал, было недолгим.
Я снова встретился взглядом с заместителем, по глазам которой было тяжело понять, о чём она думает.
— Хм. Господин распространитель… вы глава этой группы?
Я поспешно съёжился и низко склонил голову.
— Я всего лишь один из многих, кто выполняет определённую функцию, а настоящий глава… а, вот он идёт!
…Новоявленный “патриарх” под этим фальшивым титулом с подобием достоинства рассекал толпу позади.
Люди сами расступались. Среди них были и верующие, почтительно снимавшие надетые кроличьи ободки.
Мне хотелось и смеяться, и плакать.
Откуда только взялось такое приветствие? Я точно не подсказывал…
[О, это уже больше похоже на классический культ!]
“Глава Ассоциации плюшевого кролика” выглядел так же, как и раньше.
Только на его куртке красовался золотой значок с розовым кроликом. Это был значок, вырезанный ножницами из принесённой мной сувенирной клейкой ленты.
Он обвёл толпу взглядом, полным умиления, затем повернулся ко мне и поднял руку.
Хоть это и смущало, но я не мог бездействовать.
Я, изобразив подхалимскую улыбку, поспешно двумя руками поднял и почтительно открыл бархатную шкатулку.
Несколько десятков человек с плакатами смотрели в неё взглядами, полными обожания, зависти и счастья…
[Рад вас видеть, дамы и господа!]
Но их взгляды преградил глава.
Поднеся своё лицо вплотную к игрушке, глава обвёл её серьёзным взглядом и кивнул.
[Чёрт возьми, он суёт своё лицо сюда, неприлично нарушая один фут моего личного пространства! Это дистанция, вызывающая дискомфорт. Он в своём уме?]
— И сегодня ваш облик совершенен и ослепителен.
[Похоже, он не в своём уме, но у него прекрасное зрение!]
— Мне бы хотелось лично нести вас…
[О-хо, сон о взыскании ввиду причинённого ущерба! Понятно…]
Меня покрыл пот, лившийся ручьями из-за этой ситуации.
Натянуто улыбаясь, я потихоньку отодвинул Брауна назад. Как всегда почтительно дав понять, что требовать подобного от главы совершенно непозволительно.
— Я, рискуя жизнью, сделаю всё возможное, чтобы нести его. А вы, глава, с этого момента будете вести нас…
Эффектно запахнув куртку, глава вышел вперёд.
Но в процессе куртка задела Брауна по лицу. Я сдержал крик.
[Мистер Косуля. Вам не интересно узнать, как этот Браун поступает с теми, кто врывается на сцену во время прямого эфира и загораживает камеру?]
[Верно! О, в честь правильного ответа этот эпизод будет сейчас же воспроизведён…]
“В-всё в порядке! Я уже представил это в голове!”
[Великолепное воображение, друг.]
Я снова бережно поднял шкатулку с Брауном двумя руками.
— Пройдём маршем до самого начала первого вагона!
И, чувствуя, как дёргается глаз, я медленно последовал за людьми с плакатами, которые с решительными лицами снова устремились к кабине машиниста.
Люди, ещё не присоединившиеся к “Церкви Плюшевого Властелина”, смотрели на эту картину с растерянным видом, словно наблюдая за съёмками какого-то странного короткого видео.
“Я ведь планировал таинственную мелкую секту.”
Сны, утешающие уставших людей, тайное распространение этого культа в поезде, пока он не достигнет большинства, и в итоге — беспорядки из-за рассеивания власти в кабине машиниста…
…Но текущая ситуация — протест в стиле “Вы занимаетесь хорошим делом, вперёд!”.
[Как насчёт того, чтобы оглянуться на пройденный путь, друг? Возможно, на распутье вы выбрали другое направление!]
Я оглянулся на события последних дней.
Во-первых… момент, когда всё начало идти не по плану…
Это началось с того, как я стал вкладывать послания в сны о парке развлечений.
Танец “Будьте добры ко всем!”.
“Я же создал его из-за личности кандидата в патриархи.”
Но люди, присоединившиеся к неясному и весёлому танцу, где маскот танцевал с плюшевым кроликом, начали сами придумывать трактовки.
— Объект — все люди! Разве под “добротой” здесь не подразумевается акт передачи символа плюшевого кролика?
— Верно, похоже, Он хочет делиться своей пушистостью и теплом с большим количеством людей!
— Наверное, Он появился, увидев, как нам трудно быть запертыми в поезде. Он утешает тех, кто в заточении и кому тяжело!
— Тогда нам не следует ссориться между собой, нужно жить в мире и не презирать других.
— Верно!
— Именно так. По воле господина Плюшевого Властелина — все в этом поезде встретят Его. Разве может быть иначе!
Так самостоятельно зародилось учение, которое я не планировал и не создавал.
1. Мы признаём, что все находятся в трудной ситуации.
2. Мы добры ко всем окружающим, кому тяжело.
3. Все получают по плюшевому кролику, становясь счастливыми.
“Последний пункт как-то резко выбивается из общего тона.”
Но, как говорится, все дороги ведут в Рим.
Так или иначе, беспорядки действительно случились…
— Каждому по плюшевому кролику!
Я, ради “безопасности Плюшевого Властелина”, нёс бархатную шкатулку с Хорошим другом в самом конце процессии, когда ко мне, немного понаблюдав за ситуацией, незаметно пристроилась заместитель Ын Ха Дже.
— Ты… разве не насмотрелся вдоволь на это сектантское шествие?
Хотелось сквозь землю провалиться.
Однако вскоре взгляд заместителя, прочитавшей на плакатах лозунги вроде “Пушистость плюшевого кролика спасёт нас”, стал нечитаемым.
— Но всё же, это скорее не секта… а просто какая-то фанатская группа, перешедшая черту.
До такой степени, что остальные жители передних вагонов вместо того, чтобы чувствовать угрозу или бежать в ужасе, просто смотрели на происходящее с растерянными или ошеломлёнными лицами.
Похоже, дофамин у них просто зашкаливал.
Или они думали, что это просто нереальная ситуация, подобная какому-то дурацкому сну.
Марш нескольких десятков человек был весьма заметен, и, встав прямо перед кабиной машиниста, они снова начали скандировать лозунги.
…Решил довольствоваться тем, что мог спрятать лицо за шкатулкой с Брауном.
Я незаметно втиснулся в задние ряды толпы, чтобы избежать взглядов.
— Э-это что ещё за безобразие?!
Из кабины машиниста выскочил начальник поезда.
Он, вытирая холодный пот и смахивая следы печенья с брюк, яростно надвинул на голову фуражку машиниста, словно это был его символ власти.
Но, увидев несколько десятков человек, он явно растерялся.
Беспокойно водя глазами и осмотрев состав толпы, он словно нашёл точку опоры, и на его лице наконец появился румянец.
— Да нет, если жители передних вагонов чем-либо недовольны, то естественно, их нужно выслушать, да? Ведь я должностное лицо. Однако…
Увидев среди толпы лица из задних вагонов, начальник поезда пожал плечами.
— Ну, просто среди них затесались паразиты, что только требовать и умеют.
— Давайте отправим этих людей назад, а сами спокойно поговорим. Я знаю, что жители нашего вагона разумны.
Тот самый мужчина в куртке, который когда-то пытался оттеснить меня, тоже стоял в этом строю. И начальник поезда высказался с намеком, в особенности глядя на него.
— А что плохого в том, что они из заднего вагона?!
— Мы все люди, переживающие один и тот же опыт!
На людей это не произвело ни малейшего впечатления.
Потому что их групповая идентичность уже изменилась!
— В такие трудные для всех дни каждый имеет право на утешение!
Будь ситуация иной, это было бы даже трогательно.
— И Плюшевый Властелин — лучший друг, утешающий людей!
Вдруг появилось описание, близкое к истине.
— А таким, как вы, кто вместо того, чтобы делиться хорошим, монополизирует ресурсы, дискриминирует других и живёт припеваючи, этого не понять!
Глава указал на начальника поезда.
— Даже такой человек, как вы, может измениться вместе с плюшевым кроликом. Как и я.
Заместитель Ын Ха Дже пробормотала.
— Кажется, это оказывает какое-то социально-положительное влияние…
— Разве это не полезная черта религии? Почему всё развернулось вот так?
[Любопытно, друг. Разве этот заурядный и неприятный тип не возгордился, получив особое обращение, будучи избранным вами в качестве главы?]
[Но сейчас он, напротив, выступает против чьего-то особого обращения. О, эта нелогичность почти напоминает театр абсурда!]
Ну… всегда так: у меня — обстоятельства, а у них — коварство.
“И вообще, от возрастания числа сторонников сам лидер становится более избранным человеком.”
Но всё же особенность этой ситуации заключалась в том, что, судя по обстоятельствам, представитель, выдвигавший великую цель, был лучше, чем начальник поезда, подобный стоячей, протухшей воде.
— Давайте вместе испытаем Его пушистость и Его тепло.
И, кстати, это действительно те фразы, что распространял я…
Странно было похоже на рекламу матрасов? Не дайте себя обмануть.
В любом случае, начальник поезда наконец начал выходить из себя.
— Да вы все просто сумасшедшие!
Чтобы сохранить натиск, наступил самый подходящий момент.
Я, надев маску беспардонности, с серьёзным выражением лица, как у того, кто “боится, но должен сказать”, ответил.
— Мы… все мы люди, помешанные на плюшевых кроликах!..
— Глава ведёт нас к идеальному плюшевому кролику!
Начальник поезда выглядел так, словно у него отняли дар речи.
С сумасшедшими обычно не спорили.
Напротив, глава со всё более уверенным и смелым выражением лица продолжал речь.
У людей вообще была странная склонность.
“Если люди, поддерживающие тебя, продолжают соглашаться, ты и сам начинаешь сильнее верить в свои утверждения.”
Даже если они не соответствуют твоим собственным убеждениям.
— Поэтому, пожалуйста, разрешите обеспечить плюшевым кроликом каждого жителя поезда!
— Переделайте условия в поезде, чтобы все могли в равной степени наслаждаться общим пространством!
Начальник поезда, услышав лозунги, скривил лицо, будто говоря без слов: “Чего, чёрт возьми, хотят эти сумасшедшие?”.
И в конце концов выкрикнул следующее.
— Я-то, понимаете, несу огромную ответственность за управление этим поездом, разве можно болтать со мной о таких мелочах?! А? Все должны сначала спросить у сотрудницы станции…
Тут начальник поезда сбежал в кабину машиниста.
Люди попытались схватить его, но начальник поезда уже юркнул в кабину и запер дверь.
Я остановил людей, пытавшихся сломать дверь.
— Это же будет большой бедой, если с убежищем что-то случится. Давайте подождём, пока он выйдет?.. Вряд ли он долго продержится…
— Давайте подождём, пока начальник поезда выйдет.
Ситуация, было накалившись, снова утихла.
Отчасти потому, что по мере приближения времени сна атмосфера среди людей из “Культа поклонения плюшевому кролику” становилась всё более расслабленной и счастливой.
Ведь вероятней всего они скоро насладятся рекламой парка развлечений во сне.
— Пусть плюшевая лапа будет с вами.
“Культ поклонения плюшевому кролику” разместился в первом вагоне и начал подогревать атмосферу, раздавая различные снеки как жителям этого вагона, так и зрителям.
Всё, что выглядит привлекательно, легче соблазняет людей.
Остальные жители убежища, неожиданно попав под эффект агрессивной рекламы, втягивались один за другим.
Дошло до того, что люди из других вагонов заходили в первый, и никто не злился, не затевал ссор — вместо этого все устроили дофаминовый пир со снеками.
Чем меньше люди бывали в седьмом вагоне, тем больше их глаза разбегались от новых угощений.
“Численность и атмосфера пугают.”
А люди из “Культа поклонения плюшевому кролику” по очереди ложились спать.
— Всё в порядке. Сегодня я буду охранять Плюшевого Властелина!..
Я, улыбаясь, отказывался от уговоров и продолжал, как дозорный, наблюдать за атмосферой в первом вагоне.
“Всё идёт не так, как планировалось, но гладко…”
Теперь, воспользовавшись этими беспорядками, оставалось лишь приблизиться к кабине машиниста.
Я продолжал скандировать лозунги и, с мастерством опытного промоутера, раздавал снеки, обдумывая различные варианты.
— Обеспечьте плюшевых кроликов! Вот, возьмите печенье…
Начальник отдела Ли Джа Хон в маске держал протянутые мной снеки и безразлично смотрел на меня.
Я увидел безразличный взгляд ящерицы.
Багровые глаза, смотревшие на различные сувениры с Брауном в руках у людей, снова обратились ко мне.
— Вы верите в плюшевых кроликов?
Я в панике огляделся, затем понизил голос и тихо сказал.
Кажется, он понял мой намёк, что это всё операция…
