Даже если попадешь в историю о призраках, всё равно придётся идти на работу [368 глава]
Среди звонких переливов гонга и колокольчиков, наполнивших пространство крыши, чужеродно прозвучало нечто новое.
Десятки глаз разом уставились на разорванный лист в моей руке.
На очень знакомый для неё лист.
Ведь на нём было написано следующее.
Договор
Настоящий Договор регулирует отношения между Чон Даль Рэ (далее “Хранитель”) и контрагентом (далее “Носитель”) по нижеследующим вопросам.
Носитель безвозвратно и в полном объёме передаёт Хранителю все исключительные права на Ядро, включая право использования и распоряжения. С момента подписания Договора Носитель утрачивает все права на использование Ядра любым способом, прямо не предусмотренным Договором.
В связи с передачей прав Хранитель назначает Носителя на новую должность, и Носитель обязуется соблюдать Правила внутреннего трудового распорядка и добросовестно исполнять трудовые обязанности в объёме, установленном должностной инструкцией.
Пункты, совершенно не соответствуя своей юридической форме, граничили с насильственными действиями.
Стандартный договор, который директор Чон каждый раз использовала для изъятия ядра у дракона.
И в нём уже был указан объект.
Ядро Золотого Дракона, обладающее “авторитетом договора”.
Он и являлся источником той абсолютной власти, который директор Чон использовала во всех своих контрактах.
Словно в подтверждение, что этот договор нёс в себе авторитет того самого “ядра Золотого Дракона”, на бумаге виднелся слабый круглый узор.
Таким образом выстраивалось логическое умозаключение.
1. Договоры директора Чон имеют силу, основанную на ядре Золотого Дракона.
2. С помощью Вики я изменил свой договор, превратив его в договор Золотого Дракона, подтверждающий саму его власть...
3. Следовательно, все договоры, которые есть у директора Чон, в настоящий момент являются недействительными.
И в этот самый миг с небес за происходящим наблюдал глаз директора Чон.
Гневный гул обрушился на крышу.
Зрачки внутри прозрачного хрусталика метались туда-сюда, безудержно скакали, вздуваясь, словно бугристые воспаления.
То были ядра драконов, потерявшие основу своей силы.
Вернитесь! Ко мне все те, у кого не■ ■■куда пойти! Вер■итесь, займите свои места!
Звук, невыносимый для человеческого уха, разносился вокруг.
Разлагающийся Синий Дракон укрывал своим телом людей на крыше, всеми силами желая их защитить.
Я чувствовал, как агент Чхве, изо рта, носа и ушей которого текла кровь, схватил меня, пытаясь как можно скорее вернуться на крышу.
Но моя нижняя половина тела окончательно разрушилась, растаяв, как и грудная клетка вместе с содержимым.
Поэтому он должен был сделать прямо сейчас вовсе не это.
Рукой, от которой остались лишь кости, я ударил по шесту, который держал агент Чхве.
Агент Чхве на мгновение, совсем ненадолго, замер, а затем поднял голову.
И на свой ритуальный предмет, которым должен был подвести обряд к финалу.
Стараясь не смотреть на огромный глаз, из которого во все стороны, вздуваясь, выпячивались десятки зрачков, он с трудом сделал шаг вперёд...
И встряхнул колокольчик на конце шеста.
В тот миг, когда с него слетели капли воды и коснулись хрусталика.
(Не поддающийся интерпретации звук)■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■
Великое бедствие уходило прочь.
Глазное яблоко, внутри которого катались десятки зрачков, постепенно теряло чёткие очертания.
Агент Чхве, истекая кровью, потерял равновесие.
Синий Дракон раскрыл пасть и устремился ввысь.
Его когти крепко сжали исчезающий огромный глаз.
Поверхность хрусталика слегка треснула, и изнутри, не выдержав давления, вылетел один или же два зрачка.
Ядро некого дракона со странным золотистым отливом, являющееся волшебной жемчужиной, исчезло в пасти Синего Дракона, словно ведомое туда силой притяжения.
В наступившей тишине все на крыше осознали.
Ритуал “Изгнание Кванчхори” удался.
Я и агент Чхве соскользнули с его мягко опустившегося на крышу тела.
Нечто священное сверкнуло в вышине.
После того как его обтекаемое тело, переливающееся золотистым, индиговым и синим светом, плотно обвилось вокруг крыши кольцами, огромная драконья морда приблизилась к находящимся на ней людям.
...Это была треснувшая золотистая жемчужина.
Чон Даль Рэ могла хранить собранные ею ядра и их власть в виде папок благодаря этому зрачку.
Однако по некой причине тот вылетел из огромного хрусталика наружу и был притянут к телу своего истинного хозяина.
На мгновение он мигнул, а затем проник в моё разрушенное тело.
И растворился в неизвестном месте.
Агент Хэгым попыталась поддержать меня, но я растекался.
Я видел глаза Синего Дракона, взирающие на мою разрушенную плоть.
Взгляд задержался, словно он хотел помочь ещё чем-нибудь, хотел что-то сказать... но в конце концов ему пришлось поднять голову.
Синий Дракон поднялся с крыши в небо.
Однако вид его разложившегося тела был уже не таким, как раньше.
Плоть с чешуёй восстанавливались на глазах, озарённые ярким сиянием.
Словно возвращая существу прежний, целостный облик
Синий Дракон, вернувший своё ядро, рассекал падающие с неба капли, запечатлевая в воздухе подобающий ему святой и величественный образ.
Сверкающий и струящийся водный поток в конце концов вернулся в водную гладь, покрывшую дороги особого города Сегван.
Не издав ни всплеска, ни шума от брызг.
Воды аквапарка “Голубая Мечта”, исчезая, словно при отливе, втянулись обратно в пожарные гидранты.
Остался лишь тихий шелест дождя.
Это, несомненно, должно было казаться настолько священным и трогательным зрелищем, что слёзы бы наворачивались на глаза.
Моя последняя попытка удалась.
У директора Чон Даль Рэ теперь не будет возможности испортить жизнь участникам ритуала.
Потому что ей понадобится время, чтобы вернуть себе власть над контрактами, то есть полный контроль над зрачками — над ядрами драконов, которые она стабильно хранила в виде папок.
Потому что все контракты, заключённые ранее с подчинёнными ей работниками, потеряли свои принудительную силу и эффект.
Ей потребуется время на восстановление.
Несомненно, директор Чон Даль Рэ сможет найти другой способ, но до тех пор этой отсрочки будет достаточно.
— Говоришь, справился? Ким Соль Ым. Ты…
Способность мыслить осталась, но она постепенно приобретала форму чего-то нечеловеческого.
Выступы индивидуальности и эмоций сглаживались, плавно таяли, оставляя лишь бледную тень прошлого.
Я не чувствовал страха перед гибелью личности, которую так пытался сохранить, удержать до самого конца.
Всё, что осталось, — так это распознавание паттернов, способность анализировать ситуацию, смутное сознание.
Даже столкнувшись лицом к лицу с чем-то неописуемо великим или ужасным, я больше не сойду с ума и не понесу физические потери.
Потому что всё, что могло быть ранено, исчезло.
Я сам стал чем-то неописуемым.
Начальник отдела Ли Джа Хон смотрел на меня как “мы”.
В этом инопланетном коллективном множестве я читал намерение обменять ядро Золотого Дракона.
Но я знал, что лишь благодаря его существованию моё тело проявляло признаки жизни даже после почти полного разрушения…
Ради своего выживания я не мог пойти на эту сделку.
Тем не менее, один из индивидуумов “нас”, воплощённый в личности начальника отдела Ли Джа Хона, не уходил.
Все конечности, кроме правой руки, растаяли.
Я попытался утвердительно кивнуть, но понял, что у меня не было позвоночника, чтобы удержать голову.
Она тут же упала на поверхность крыши.
Звук нефритового колокольчика.
Он не мог дать мне просветления.
Чтобы вернуться по пройденному пути, нужно иметь сам путь.
Потому что если бы я оставил хоть что-то, то не смог бы изменить Вики.
— Очнись, Ким Соль Ым! Очнись и…
Рука хватала разрушающуюся плоть — сквозь пальцы вниз стекали костяные осколки, заражённые золотистые сгустки крови и ткани внутренних органов.
Чёрная пелена сгустилась и поднялась выше.
Я оттолкнул дымом того, кого мог заразить.
Из-за чёрной завесы донёсся голос.
Я уловил последнюю каплю силы воли — крошечный осколок чувств размером с песчинку, оставшийся после того, как весь песок уже высыпался, обнажив дно.
И с его помощью, словно щелчком пальцев, выбил что-то из кармана пиджака, лежавшего рядом.
Маленький цилиндр. Собиратель снов.
Моя последняя надежда вылетела из кармана и покатилась по поверхности крыши.
Сверхъестественная катастрофа особого города Сегван завершилась, а директор Чон Даль Рэ была изгнана.
Возможно, за один раз было произведено такое огромное количество высококонцентрированной эссенции снов, что лишь её хватило бы на детский сироп “Рай”.
Так и не стала чем-то большим.
Потому что эссенцию снов мог собрать только человек.
Моё тело полностью разрушилось.
На поверхности крыши медленно оседала масса.
Человечность, которую я обрёл и взрастил после бесчисленных попыток и прозрений, словно обнаживший дно сосуд, явила истинную сущность моего настоящего тела.
Переработанный труп Золотого Дракона.
Вселившееся в него сознание индивидуума, читавшего <Записи исследований тьмы>.
Жителя “мира без историй о призраках”.
Даже так я не чувствовал страха, гнева или скорби.
Не чувствовал радости или облегчения от того, что теперь людям на крыше ничего не угрожало.
Я просто лежал как бесформенная масса.
Следовательно, Ким Соль Ыма больше не существовало.
Агент Хэгым смотрела на растаявшую кучу плоти перед собой.
То, что было “агентом Виноградом”.
Агент, бросившийся на Кванчхори, теперь утратил свою форму.
Куча багровой плоти и костей, подёрнутая золотисто-чёрным заражением, из которой при пробегавшей по поверхности пульсации шёл чёрный дым.
Странная, неестественная лужа.
...В ней не осталось и следа от человека, который когда-то был сотрудником Daydream Inc. и младшим агентом команды Хёнму-1...
Лишь лежавшие внизу и перемешавшиеся с останками костюм и маска свидетельствовали, что ещё мгновение назад “это” было человеком.
У агента Хэгым перехватило дыхание, но она с трудом подавила мимолётный импульс.
— С настоящего момента агент Виноград… переопределяется как объект, находящийся в состоянии полного заражения, иными словами, сущность из истории о призраках.
Сорванный голос агента Хэгым звучал на залитой дождём крыше.
— Используя призрачный огонёк... сначала изолируйте “агента Винограда”, а затем переместите в безопасное место.
— Прямо сейчас... погодите, там!
Начальник отдела Ли Джа Хон отсоединил резервуар от разрушенного устройства для изготовления зелий и начал зачерпывать в него развалившиеся останки Ким Соль Ыма.
Агент Хэгым, хотевшая было окликнуть его, чтобы остановить, вскоре с тяжёлым выражением лица промолчала.
...Потому что она не могла не понять чувств человека, что был сокомандником этого агента.
Начальник отдела Ли Джа Хон, успешно поместивший всю массу в резервуар, тихо спросил.
Словно веря, что с ней можно говорить.
— Вам нужна помощь? Обозначьте дымом.
Тем не менее, начальник отдела Ли Джа Хон продолжил действовать.
Он обыскал пиджак Ким Соль Ыма и нашёл конфету “Ностальгия”.
Затем, порывшись в массе внутри резервуара, обнаружил пищеварительный орган и впихнул в него конфету.
Эти ветераны, много раз исследовавшие истории о призраках, понимали...
Восстановление не представлялось возможным.
После определённой черты трансформация становилась необратимой, и они сделали всё, что могли.
Пустой цилиндр, катившийся под дождём по крыше из-за бушевавшего ветра, задел массу и ударился о чьи-то ноги.
Предмет, который Ким Соль Ым так отчаянно берёг.
— Точно. Ты ведь хотел собрать эссенцию сюда, не так ли? Чтобы изготовить зелье, исполняющее желания, и вернуться домой.
— Соль Ым, я тут кое-что обдумал.
Агент, у которого изо рта и носа текла кровь, не вытирал её, смотря на пустой цилиндр.
— Ты сам говорил. “Для меня вся эта ситуация — одна большая история о призраках и сверхъестественная катастрофа”...
Дождевая вода лилась на чёрный дым, идущий из резервуара.
Под дождём агент озвучил массе следующее.
— Знаешь что? Когда поступает запрос о помощи из сверхъестественной катастрофы, довольно часто это проделки истории о призраках.
— Нет, на самом деле, такое даже более вероятно. Редко когда граждане в здравом уме запрашивают помощь.
С головы агента падали капли воды.
— Либо это ловушка, либо уже слишком поздно.
— Но... иногда действительно бывают случаи, когда кого-то можно спасти.
— Я о том моменте, когда нужно поверить, что это действительно гражданин.
— Нужно уметь отличать таких людей, а если отличить не получается — то при возможности попытаться вернуть их.
Агент смотрел на Ким Соль Ыма.
Он изо всех сил пытался его разглядеть.
Человек в синей куртке запустил руку в свой карман.
Предмет, похожий на тот, что был у Ким Соль Ыма.
Внутри блестел золотистый свет.
Жидкость, собранная тем, кто прошёл через Золотой Цветочный Курорт, катастрофу ранга “уничтожения” особого города Сегван и “изгнание Кванчхори”.
— Тебе ведь нужно домой. ...Соль Ым.
