Ричард Марсинко. Воин-разбойник. Часть 2. Глава 22. Окончание

Сезон сменился с теплого и дружелюбного на холодный и морозный вскоре после того, как мы вернулись из Мугу. На прощальной вечеринке в честь Эйса Лайонса я познакомился с его преемником, моим новым боссом в OP-06, сухопарым лысеющим вице-адмиралом по имени Дональд Джонс. Я немного знал Джонса. Будучи сотрудником объединенного комитета начальников штабов, он помог мне перевести одноглазого оперативного офицера из Коронадо в Шестой отряд SEAL. Джонс был неотъемлемой частью мафии Коронадо, которая включала офицеров, которым я нравился — таких как Боб Стэнтон, капитан первого ранга, который научил меня писать служебные записки, когда я получил первую штабную должность в COMPHIBTRALANT — и офицеров, которым я не нравился, таких как Катал «Ирландец» Флинн, злобный сукин сын, который был коммодором SEAL Западного побережья в то время, когда я формировал Шестой отряд. Джонс также был дружен с преемником Флинна, Ч-ч-чаком Леймоном, которому я нравился еще меньше чем «Ирландцу».
Мало было того, что «Ирландца» вот-вот должны были назначить руководителем Следственного Управления ВМФ (NIS) — по мнению Эйса, он был слишком жестким и недалеким, чтобы брать на себя такую ответственность. Но теперь OP-06 была передана приятному, но ни в коем случае не агрессивному адмиралу, летчику противолодочной авиации, чья почтительная личность была прямо противоположна тому, что требовала эта служба. Смысл жизни Эйса состоял в том, чтобы раскачивать лодку. Джонс был менее склонен поднимать волну.
Вечеринка Эйса проходила в офицерском клубе Форт-Майерса. Мы собрали несколько подарков — прощальным салютом Эйсу была заминированная бутылка водки — которые были преподнесены с большой помпой. После церемонии и речей наступило время ритуальных похлопываний по спине и горячих закусок.
Меня снова представили вице-адмиралу Джонсу. Он протянул мне руку для рукопожатия. Его хватка напоминала дохлую рыбу. Вместо приветствия он сказал: «Я удивлен, что Вы еще не в тюрьме».
Если бы я был проницательным, то понял бы, что работа на этого парня не станет одним из величайших удовольствий в жизни.
Я, однако, нашел разумный ответ и вернулся к своему «Бомбею».
Первый звонок.
Примерно через месяц, я совсем забыл о приветствии вице-адмирала Джонса.
- Кто-нибудь хочет провести отпуск в Европе?
Рука Дюка взметнулась вверх. Как и Малыша Рича и Хартмана.
- Очень жаль, задиры. Я уже составил список. Золотопыльные близнецы и Хо-хо-хо. Это будет короткая поездка, так что путешествуем налегке.
Мы летели военными самолетами. Первый рейс был в Лондон, где мы пересели на маленький двухмоторный самолет, чтобы сделать две остановки: в Сигонелле и в Неаполе. На этом рейсе у меня появился еще один друг, двухзведочный, который думал, что самолет в его полном распоряжении. Когда он увидел Ларри, Фрэнка, Хо-хо-хо и меня — одетых в джинсы, с длинными волосами и усами Фу Манчи, без единого «Айе-айе, сэр» - он пришел в ярость.
Адъютант осведомился, как обычно делают адъютанты, кто мы такие.
- Я выполняю поручение главкома ВМФ, - сказал я. - Пока.
Через минуту он вернулся.
- Где ваше официальное разрешение?
Я показал ему средний палец.
- Здесь. Чао.
Минутой позже он возник опять.
- Адмирал хочет видеть ваши удостоверения личности.
- Если адмирал хочет увидеть мое гребаное удостоверение личности, я буду счастлив, мать его, пойти и показать его нахрен. Но что касается остальных членов моей команды, то это не его дело.
Я назвал адъютанту имя и адрес вице-адмирала Джонса.
- Пожалуйста, все запросы отправляйте туда. А теперь, будь любезен, стань хорошим мальчиком и свали к черту?
Двухзвездочный больше не задавал вопросов. Но Джонс получил письмо. В отличии от Эйса, он не отправлял жалобы в мусорную корзину. Он цеплялся за них.
Возможно, я выглядел слегка капризным, когда я сообщил своим людям, что мы едем в Неаполь. Однако причина нашего визита была далеко не легкомысленной. В Италии существовала реальная террористическая угроза. В 1981 году «Красные бригады» похитили бригадного генерала Джеймса Дозье в Вероне. Его продержали сорок два дня, а потом освободили итальянские антитеррористические подразделения. В 1984 году они убили Лемона Ханта, американского начальника многонациональных сил, котролировавших мирное соглашение между Израилем и Египтом. Эти и другие действия вызвали у Эйса Лайонса большую озабоченность по поводу уязвимости трехзведочного адмирала военно-морского флота США в Неаполе, которого я буду звать Мотт.
Несмотря на то, что Эйс стал главнокомандующим Тихоокеанским флотом, и больше не курировал «Красную ячейку», он хотел, чтобы я со своим подразделением занялся Неаполем — и я согласился.
Когда мы приехали, я увидел что Неаполь был таким же оживленным, каким я его помнил. Я подумал о посещении нескольких мест, где бывал во время своего годичного тура, когда я служил под началом БигЖУК, или баров, где бывал с Эвом Барреттом во время пребывания во втором взводе UDT-22. Но у нас было всего пять дней, так что мы сразу приступили к работе.
Мы взяли напрокат две машины и мотоцикл, и поехали к дому адмирала, чтобы за ним понаблюдать. Мы слонялись по улицам, ведущим к дому адмирала, уворачиваясь от неаполитанских такси, автомобилей, автобусов и велосипедов. Мы пару раз обошли его по кругу, чтобы узнать планировку. Потом мы позвонили в дверь.
Дверь открыла мисс Мотт. Это была привлекательная женщина, лет тридцати, с уверенной улыбкой и непринужденными манерами. Я представился, представил Ларри, Фрэнка и Хо-хо-хо, объяснил кто мы такие и чем занимаемся. Казалось, она вздохнула с облегчением.
- Я говорила адмиралу, что мы уязвимы, - сказала она.
- Со всей этой активностью «Красных бригад» и похищениями мафии, я немного нервничаю. А теперь, когда захватили корабль - «Ахилл Лауро», кто знает что будет дальше. Но Следственное Управление ВМФ говорит, что мы здесь в полной безопасности. Дом обнесен высокой стеной, у нас есть два огромных сторожевых пса и нас повсюду возит вооруженный водитель.
- Для начала выглядит неплохо. Посмотрим, чем мы сможем помочь.
Адмирал спустился вниз и тепло приветствовал нас.
- Давай я вам все покажу, - сказал он.
Он вывел нас наружу.
- Мы на вершине холма, и это хорошо, - сказал он. - И мы часть комплекса — вокруг нас флотские, так что если что-то случится, мы можем позвать на помощь.
- Может быть, - сказал я.
- А?
Я подошел к серой коробке, прикрепленной к стене и открыл ее. Там был рубильник питания. Я повернул ручку вниз. Из глубины дома до меня донесся крик миссис Адмирал:
- Что случилось со светом?
Я снова включил рубильник.
- Вот тебе и электричество.
- NIS никогда этого не замечал, - сказал адмирал.
- Сценарий первый: они выключают Вам электроэнергию. Вы выходите чтобы ее включить. Они хватают Вас, запихивают в багажник своей машины, до автострады пять минут езды — и та-да-а-а — Вы еще один генерал Дозье.
Лицо адмирала Мотта явно омрачилось.
Хо-хо-хо вскрыл крышку люка прямо перед воротами адмирала Мотта. Он поддел один край и приподнял стальной диск, так, как будто это было папье-маше.
Ларри и Фрэнк посветили фонариками в темноту.
- Сценарий второй: десять килограмм пластида, чтобы удивить Вас, когда Вы войдете в свои ворота.
Лицо адмирала вытянулось еще на дюйм.
- Ваши водопроводные трубы тоже там. К ним легко получить доступ. Может быть, немного капнуть бактерий в водопроводную воду.
- Черт, — сказал адмирал — СУ тоже никогда мне об этом не рассказывало.
- Фрэнк, - сказал я, - покажи адмиралу, как легко нанести ему визит.
Фрэнк без труда перелез через стену, пересек лужайку перед домом, взобрался на увитую виноградом беседку и через тридцать секунд был уже в окне адмиральской спальни. Он помахал нам рукой.
- Но NIS утыкали битым стеклом верхнюю часть стены, чтобы никто не смог перелезть через нее.
- Я предполагаю, они пропустили одно или два места.
- Хорошо. Собаки остановят любого, кто перелезет через стены.
- Ларри…
Ларри достал из сумки на плече 9-мм пистолет с глушителем.
- Экспансивные дозвуковые пули, - сухо ответил он. - Смертельно опасны для собак.
Адмирал Мотт наморщил брови.
- Что вы предлагаете, капитан первого ранга?
- Я составлю Вам длинный список предложений, сэр, после того, как мы проведем полное обследование — через пять дней. Но сейчас, почему бы Вам не поставить всех в боевую готовность и NIS не взять ваш дом под охрану. А мы пока попытаемся взять Вас в заложники. И таким образом мы проверим остальные меры безопасности, которые предпринимает NIS.
Он пожал мне руку.
- Звучит заманчиво, каперанг. Я с интересом буду ждать вашего доклада. Я надеюсь увидеть Вас и ваших людей до того, как вы уедете.
- Думаю, Вы можете на это рассчитывать, сэр, - сказал я с понимающей улыбкой.
И база НАТО и база ВМС в Неаполе уже были приведены в полную боевую готовность из-за инциеднта с «Ахиллом Лауро», который произошел во время нашего пребывания в Неаполе. Но безопасность все равно была шуткой. В первую же ночь мы похитили адмирала Мотта. Он выступил с хорошо принятой речью в офицерском клубе на базе НАТО — событие освещалось по телевидению, не меньше. Его жена с гордостью наблюдала за происходящим. Мы следили за ним настолько пристально, что даже египтяне бы почувствовали неладное. NIS щелкали клювом. Мы фотографировали; мы задавали вопросы; мы просто вредили сами себе. Ничего. Ни единого укуса.
Вооруженный и опасный водитель адмирала Мотта тоже нас не видел. Мы прошли в офицерский клуб не предъявив удостоверений личности, говоря жестко и действуя так, будто владеем этим местом. Охрана нас пропустила.
Мы последовали за машиной Мотта на базу и как только она свернула в холмы, столкнули ее с дороги, прижав к деревьям.
Ларри и Фрэнк выскочили из машины, натянув балаклавы на лица. Они усмирили вооруженного водителя, вытащили адмирала через дверь, связали и завязали ему глаза, а затем бесцеремонно швырнули в багажник своей машины.
Миссис Мотт совершенно обезумела. Это не было развлечением, на которое она подписывалась.
Хо-хо-хо вежливо помахал ей рукой, развернулся и умчался прочь.
- Чао, миссис Мотт — крикнул он.
Они отвезли адмирала к его дому — он на самом деле, приехал раньше чем его жена — и высадили его. Ларри сказал мне, что он был ошарашен, но храбро улыбался и бормотал злые слова о NIS, когда он шатаясь вошел в свои ворота.
В ту ночь Ларри и Фрэнк устроили засаду в саду Мотта, спрятавшись среди деревьев за высокими стенами. Ларри даже заглянул во двор и подружился с двумя огромными сторожевыми бульмастифами. Он привязал им на шеи записки, в качестве доказательства того, что он играл с ними. Затем, точно в 07.30 подъехала машина адмирала, чтобы отвезти его в офис. Водитель посигналил. Адмирал Мотт вышел из своей парадной двери и направился к воротам.
Ларри спрыгнул с дерева.
- Bon giorno, Ammiragho. (Доброе утро, адмирал — итал. прим. перев.)
- О нет, только не это.
- Si, Ammiraglio, ripetutamente. (Да, адмирал, опять — итал. прим. перев.)
Он ткнул адмирала пистолетом под ребра и они двинулись к машине, не отставая друг от друга. Водитель и человек из военно-морской службы безопасности сидели на переднем сиденье. Ларри был вежлив. Они с адмиралом немного поболтали. Никто даже косо не взглянул.
Они вместе приехали на военно-морскую базу, миновали ворота, морских пехотинцев и поднялись на лифте в командный центр.
- А теперь откроем Ваш сейф и я посмотрю все оперативные коды, - предложил Ларри.
- Может быть, ты предпочтешь чашечку замечательного эспрессо?
Ларри отрицательно покачал головой.
- Нет, сэр. Но может быть, у вас найдется морская чайка?
Позже, в тот же день, Ларри и Фрэнк «отстреливали» офицеров.
Личный состав военно-морского флота постоянно предупреждали о тяжелых последствиях ношения униформы на работе и использования номерных знаков НАТО на своих автомобилях. Но униформа была дешевле, чем цивильная одежда, а номера НАТО означали легкую парковку в запретных зонах.
Итак, Ларри и Фрэнк взяли свои мотороллеры и стали ждать у ворот военно-морской базы. Они следовали за автомобилями с номерами НАТО, управляемыми мужчинами в бежевых тужурках военно-морского флота — со знаками различия и всем остальным, поверх их гражданских рубашек. Они останавливались рядом на светофоре и приклеивали наклейку на стекло водителя. А потом с ревом выруливали на проезжую часть. На наклейках были дырки от пуль и надпись: «Вы еще один мертвый военно-морской придурок. Любим-целуем, Красные бригады». Кстати, эти наклейки было чертовски сложно отодрать.
Мы провели пять плодотворных дней. Но поговорим о взволнованных адмиралах. К тому времени, как мы вылетели из Неаполя в Лондон и вернулись домой, адмирал Мотт проделал своим людям из службы безопасности новые дырки в заднице и послал шквал «молний» в штаб-квартиру Следственного управления ВМФ по поводу идиотов, якобы отправленных для обеспечения его безопасности. Возможно, он был доволен нашей работой, но офицер, отвечающий за этих «идиотов» в NIS, с другой стороны, был решительно не в восторге от нашего выступления. И как назло, главным офицером был никто иной как «Ирландец» Флинн — старый и дорогой друг нашего нового босса, адмирала Джонса.
Второй звонок.
Моя карьера умерла в тот день, когда Эйс уехал на Гавайи, но я этого не знал. Другие — да. Но только не я. Одурманенный собственным бессмертием, я продолжал играть в свою версию хардбола. Мой брак распался и «Красная ячейка» стала моей жизнью, моим существованием, моим смыслом жизни. Кроме того, у меня было все. Я носил четыре «полосы». Я собрал то, что считал самой лучшей командной воинов неконвенциональной войны в мире. Мы работали там, где и как я хотел работать; мы делали то, что я хотел чтобы мы делали.
Впервые в моей карьере никто не дергал меня за поводок, никто не надевал на меня намордник и не привязывал.
Затем, Эйс ушел, чтобы стать главнокомандующим Тихоокеанским флотом и толстая защитная стена, прикрывавшая мою спину и фланги, исчезла.
Бывший заместитель Эйса, Фил Дур, пытался мне что-то подсказать, но я не слушал. Не прошло и недели после моего возвращения из Неаполя, как я столкнулся с Филом, когда шел по коридорам OP-06, пытаясь что-то найти. Я давно его не видел — по крайней мере, с тех пор как Эйс уехал в Перл-Харбор.
Мне нравился Фил. Крупный, круглолицый парень, который двигался как поляк, таскающий снасти в Пенсильвании, он усердно и преданно работал на Эйса. Он хлопнул меня по плечу и спросил как идут дела. Я в две минуты изложил ему нашу операцию в Неаполе, которая заставила его подавлять смешки. Тот факт, что мы дважды за двенадцать часов похитили адмирала Мотта, заставили его зарычать.
Затем он отвел меня в сторону.
- Дик, сделай себе одолжение.
- Конечно.
- Уматывай из города.
- Что…
Он ткнул большим пальцем в сторону двери OP-06.
- Они больше не хотят тебя видеть. Ты их позоришь. Ты их огорчаешь. Адмиралы пишут на тебя жалобы и новичок воспринимает их всерьез. Эйс мог прикрыть твою задницу. А теперь этого не будет.
- Я уже большой мальчик, Фил.
- Они достанут вас. Они начинают расследование, инициированное вашими старыми «друзьями» с Западного побережья.
- Это все полная чушь. Кроме того, мне нечего скрывать. Я могу ответить на все, что они выдвинут против меня.
Он прижал меня спиной к стене коридора.
- Ты можешь быть самым крупным парнем во всей чертовой общаге, но это ни черта не будет значить. Поверь мне, Дик, они подвесят тебя сушиться.
- Ерунда.
- Тебе потребовалось много времени, чтобы получить свои четыре нашивки. Хочешь их сохранить? Уматывай к чертовой матери из города.
Но я знал лучше.
- К черту их всех, - сказал я ему. - Я остаюсь.
Третий звонок.