РАБОТА ИЛИ НЕСВОБОДА? интервью с Майей Широковой
В связи с трагическим происшествием, связанным с гибелью в Абхазии гражданина Конго Джереми Меканда, мы обратились к Майе Широковой, юристу общественной приёмной по правам человека Центра гуманитарных программ, куда часто за помощью обращаются мигранты. Она рассказала о том, как выходцы из Африки попадают в Абхазию и как в дальнейшем складывается их судьба.
«ОКНО»: Известно ли вам что-то о трагическом инциденте, произошедшем в Абхазии со студентом из Конго Джереми Меканда?
Майя Широкова: Всё, что мне известно, – это то, что уже публиковалось в СМИ. В нашей приёмной мы работаем только с теми, кто непосредственно обращается к нам за помощью, поэтому объём информации, которой мы располагаем, ограничен этой группой людей.
«О»: Обращаются ли к вам уроженцы Африки?
М.Ш.: Да, обращаются. Чаще всего это абитуриенты или студенты российских вузов, которые приезжают в Абхазию, чтобы продлить российскую визу, но по разным причинам не могут вернуться обратно. Это может быть связано с длительным процессом получения визы в посольстве России, истечением срока действия паспорта или наложением запрета на въезд в Россию. Еще одна категория – это люди, которые приезжают сюда в качестве трудовых мигрантов.
«О»: Есть ли у вас данные о количестве африканцев, приехавших и остающихся в Абхазии?
М.Ш.: Нет, таких статистических данных у нас нет. Мы можем говорить только о тех случаях, когда люди сами обращались к нам за помощью. За последние пять лет в нашу приёмную обратились 30 граждан африканских государств. Чаще всего их волновали вопросы, связанные с оформлением и продлением документов, подтверждающих законность пребывания в России, особенно в период пандемии, а также проблемы, возникавшие в связи с нарушением прав иностранных граждан в ходе их трудовой деятельности в Абхазии.
«О»: Каков их путь в Абхазию?
М.Ш.: Некоторые из них прибывают в Абхазию самостоятельно. При этом в нашей стране есть и коммерческие организации, которые занимаются наймом рабочей силы, в том числе в этих странах. Эта практика распространена, поскольку мигранты из африканских государств, к сожалению, часто воспринимаются как дешёвая рабочая сила.
Мигранты, которые впервые оказываются в Абхазии, не знакомы с местными реалиями и потому особенно уязвимы: они нередко становятся жертвами нарушений прав. В нашей практике были случаи, когда работодатель ограничивал право человека на свободу передвижения (физически удерживая человека, либо удерживал документы, удостоверяющие личность).
«О»: Каким образом они легализуются здесь?
М.Ш.: Те, кто долго жил в России и хорошо владеет русским языком, лучше ориентируются в наших реалиях. Они знают, как легализоваться, и могут самостоятельно найти жильё. Главная проблема для них – ускорить процесс получения визы Российской Федерации.
Если человек прожил в России недолго и не владеет русским языком, он часто не знает, как действовать в Абхазии и какие документы необходимы для легализации.
Легализация происходит через получение рабочей визы и разрешения на работу. По прибытии в Абхазию иностранные граждане обращаются в Государственную миграционную службу, где становятся на учёт, проходят обязательные медицинские обследования и оформляют рабочую визу. После этого подаются документы на получение разрешения на работу, включая трудовой договор и регистрацию по месту проживания.
Наша работа заключается прежде всего в предоставлении подробной информации обо всех этих процедурах и сопровождении мигрантов при обращении в Государственную миграционную службу, поскольку для людей, впервые оказавшихся в Абхазии, этот процесс часто бывает сложным и непонятным. Мы всегда настойчиво рекомендуем пройти все официальные процедуры – прежде всего в целях их собственной безопасности и свободы передвижения.
«О»: Что вам известно о том, как они живут в Абхазии? Сколько времени они могут находиться на её территории?
М.Ш.: Люди, приехавшие самостоятельно обычно находят здесь соотечественников или знакомых, которые уже имеют опыт проживания в Абхазии, и те помогают с поиском работы и жилья. В случаях, когда люди приезжает по приглашению работодателя, как правило, предоставлением жилья и оформлением миграционных документов занимается местный работодатель, который организует заезд трудовых мигрантов.
В нашей практике была сложная ситуация с гражданами Египта. На протяжении почти двадцати лет в Абхазию завозили группы работников из Египта и других стран, которых использовали на самых тяжёлых работах – на стройках, буровых и других объектах. Работодатель изымал у них паспорта и миграционные документы, фактически ограничивая их свободу передвижения. Мы обращались по этому поводу в прокуратуру, и документы людям были возвращены. Также мы взаимодействуем с Миграционной службой, которая занимается выявлением иностранцев, находящихся на территории Абхазии нелегально.
В целом, тема миграции остаётся крайне серьёзной. Для профилактики нарушений прав людей миграционной службе важно пересмотреть подходы и принять дополнительные меры, направленные на их защиту.
Для самих мигрантов крайне важно находиться здесь легально: чтобы при необходимости иметь возможность выехать, не быть задержанными на границе и не сталкиваться с ограничениями в передвижении. Со временем многие из них понимают, что наличие регистрации по месту жительства и разрешения на работу существенно повышает уровень безопасности.
Трудовые мигранты могут находиться на территории Абхазии столько времени, на сколько заключён трудовой договор. Максимальный срок легализации составляет один год с правом продления в случаях, предусмотренных трудовым соглашением.
«О»: В случае с Джереми Мекандо, какие нарушения могли привести к его гибели?
М.Ш.: Сейчас главный вопрос заключается в том, что именно должна установить проверка, которую проводит прокуратура Очамчырского района. В частности, необходимо выяснить, на каких основаниях гражданин Конго был привлечён к работе, был ли с ним оформлен трудовой договор, проходил ли он обязательный инструктаж по технике безопасности, и кто нёс ответственность за условия его труда.
Если человек фактически оказался на опасном производстве без надлежащего оформления и контроля, это уже указывает на серьёзные проблемы с соблюдением требований охраны труда. Кроме того, важно понять, почему информация о гибели иностранного гражданина длительное время оставалась закрытой и не сопровождалась понятными публичными разъяснениями.