Джи-н-Ти

Большая часть текста была написана 29.10.2020, сейчас же только были сглажены углы, вырезана грязь и добавлено окончание. Я не писака, это просто пара историй и мыслей о моём горячо любимом в те времена напитке.

Один стакан – тебе спокойно…
После третьего ты в порядке…
Пятый – ты на седьмом небе.
Седьмой, и ты в говно

Полина говорила "Нахуй джин", у неё на то есть свои причины. После него она делала те вещи, которые хотелось бы вспомнить наутро, но при всём желании она не могла. Даже писала в конфу нашей группы в поисках знакомых гипнологов, которых у нас, само собой, не оказалось. Разве что Илона, участница секты свидетелей иеговых, прислала ей пару ободряющих статей, подкреплённых наивными словами типа "Молодец, что решила отказаться, это большой шаг!" Фу, пиздец, звучит как в Американских фильмах со сценам АА, где все настолько отчаянные и липовые, что при всём желании не верится. В общем вернёмся к делу. Первое моё знакомство с Джи-н-Ти произошло в виде слабушки Манчестер, которая по силе действия была как немного не мало, но полноценный коктейль, ну разве что да, облегченный. Его мне от всей души посоветовал Денис, за что ему большое спасибо, у меня наконец-то появилась альтернатива пиву, а за неимением денег на вино – она не казалась такой уж и глупой. Мы пили его сидя на лавочке перед мастерской тёплым августовским днём, пили один за другим. Дойдя до дна третьей банки я был в той животной кондиции, когда понимаешь что ещё чуть-чуть и ты будешь блевать, но тебе всё равно неймется заливать глотку дальше и дальше, потому что иначе тело хоть и будет обмякшим от бессилия, мозг этого не осознает, потому что вроде бы ещё осталось незаполненное место, так хули оно должно пустовать? Раньше я спокойно обходился без крайностей, эта алкоголическая чакра открылась незадолго до этого, когда я сдавал сессию и целый месяц был в беспробудном запое, что, как мне казалось, помогало мне с рисованием скучнейшего академизма.

Да, на дне третьей банки я уже было собрался идти за четвёртой, но на горизонте появился Назар со своей сияющей, довольной лыбой и тремя сиськами разливного пива. Отличный вариант, а главное в перспективе бесплатный! Наверное я сказал что-то вроде "я скину деньги потом", но конечно же упился до такого состояния, что даже не вспомнил как в мастерскую начали приходить новые люди, некоторые из которых мне не нравились. Тогда меня это не колышело, я был готов, был в порядке.

Тогда, лёжа на Настиной ляжке и наслаждаясь моментом я полюбил. Полюбил Джи-н-Ти.

В последующие месяцы Манчестер во всех его видах сопровождал нас с Фоксом достаточно часто. Мы пили его на вечерних посиделках, пили на прогулках к Луганке. И вот он я, покинутый всеми и покинувший всех, кроме Фокса, мы сидим на Луганке в компании с Джи-н-Ти. Только он не предаёт, всегда рядом. Всего 60 рублей и вечер в порядке. Мы пьем сидя на пне с видом на проходную завода и остаток речки, яркий прожектор бьёт в глаза. Играет Моби, уже изрядно заебавший, но от этого не менее атмосферный. А вот мы лезем на пьедестал тысячного послевоенного паровоза. Фокс подталкивает меня под сраку, а затем я тяну ему руку помощи, и вот мы сидим отуплённые, и всё вроде бы хорошо. Но признаюсь честно, я не хотел пить только для веселья, всего должно было быть понемножку, святой баланс. Мне хотелось как следует загрустить. Не чувствовать ничего порой хуевее, чем чувствовать боль. Мне это было нужно, я хотел делать хорошие картины, но когда нет эмоции, любой, от праведного гнева до глубокой печали, ничего путного не получается… При том это очень тонкая грань, когда хуевые настроения переваливают за черту апатии делать не хочется ничего. И при том когда в жизни всё хорошо – оно тоже как-то не рисуется. Хочется поплакаться миру в плечо, ни с кем не хочется разделять своё счастье, его и так слишком мало, а вот грусть… Да пожалуйста, всем хватит, берите с добавкой! Вот потому я и пил. Чтобы сначала повеселиться, а затем утонуть в своей пучине, поискать там немного сюжетов. Всё к этому и шло. Мы взяли по второй, решили сесть на Донбассе за магазином техники "Европа". Там я первые разы свои дегустировал пиво. Это было пиво Тинькофф, или, как мы его называли, "Тэшка". Все отзывались о нём нелестно, обзывая "Ослиной мочой", но мне нравилось, по другому и быть не могло, мне было пятнадцать, запретный плод, плод взросления. И вот, спустя пять лет я снова сижу здесь, снова тёплая осень, рыжий свет фонарей по прежнему освещает дорогу, а мы сидим, укрывшись в тени деревьев и коробки здания, пьём Манчестер, но уже без подросткового азарта, мы пьём его потому что так нам легче жить. Не помню что мы слушали, но думаю в плей-листе была In Cold Blood от Alt-j.

"Бассейн, лето, лето, бассейн, бассейн, лето,
Поцелуй меня."

Эту песню я узнал давно, но не вдавался в смысл строк, их я узнал потом, когда мы с Фоксом потеряли своих женщин в начале сентября и здорово от этого загрузились. Из-за того решили, что лучше загрузиться Джин-Тоником и пойти к нему в беседку, послушать музыку на колонке, выпить, спеть и тем самым разбавить случившиеся плохие настроения. Я пил, скорее всего, грейпфрутовый красный Манчестер, Фокс взял зелёный. Зелёный скорее для начинающих ценителей этой слабоалкоголки, он постепенно подводит к непривычному горькому вкусу, в нём его ещё немного, в основном приторный лайм. В классическом же только терпкая горечь, она мне начнёт нравится позже, пока что я был на промежуточном красном варианте. Мы пили и пели, заиграла Ин Колд Блад:

"Бассейн, лето, лето, бассейн, бассейн лето"

Никогда не вслушивался в эти строки, я в них не отражался, сейчас же они описывали всё. Нахлынули тёплые воспоминания о лете. Мы тусили здесь, в этой же беседке, в этом, ещё не убранном каркасном бассейне. Тусили с Ирой, смотрели Коня БоДжека, а потом все вместе плескались в ледяной воде. Я как раз едва успел выйти из больницы с больным горлом, мне нельзя было лезть в воду, но желание веселиться превышало страх. Такого рода веселье в то время было единственным доступным. Я не пил уже 20 дней, потому что боялся последствий. Именно из-за перепоя, как сейчас помню, с шестого на седьмое июня, я отравился дерьмовым пивом из шести литрового бутыля и как следует проблевался. Утром было не то что похмелье, утром был полнейший пиздец, а затем возникший на этом фоне паратонзиллярный абсцесс, который сложил меня в больницу, которую я регулярно посещал ещё чуть ли не до августа. Поэтому я боялся любых резких выпадов в сторону бухла, боялся повторения событий.

Но воспоминания о лете всё же остались приятные, мозг уже успел вытеснить дурные воспоминания.

В этом бассейне сидели и мы с Настей, сидели как два эмбриона, неподвижно, плотно прижавшись друг к другу, чтобы было теплей, пока Фокс снимал нас на плёнку. Из-за неопытности он сделал два кадра, потому что не понял что сигнализирует о том, что снимок сделан. Возможно, это решение спасло момент, после проявки плёнки кадр был только один, а кто знает какой из этих двух проявился?

Песня продолжалась, я начал эмоционально проводить параллели трека с нашей жизнью, на душе стало теплее. Всегда приятно находить себя в каком-либо художественном произведении, это не даёт быть одиноким.

"Виски с содовой, пожалуйста,
Твой Джи-н-Ти пуст"

Воу, Джи-н-Ти, мы же как раз его сейчас пьём, как же всё так совпадает в этой песне. Да и к тому же отличное, пафосное название для этого чудо-напитка.

В общем, как я уже и говорил, Джин-Тоники не покидали нашу жизнь. Вернёмся в момент сидения за магазином "Европа". Снова всё та же музыка, снова всё тот же верный компаньон. Тогда я расстался со своей второй женщиной, с которой всё как быстро началось, так быстро и закончилось. Не знаю что это было, подлинные чувства или я пытался убежать. Или может захотел почувствовать себя обожаемым? Не знаю, что-то было, да, но вот в чём я могу быть уверен, так это в том что я поступил как мудак, влюбил в себя неопытную семнадцатилетнюю третьекурсницу, практически вынудил её открыться мне, и в итоге скоропостижно сгорел. Вот это молодец, я понимаю.
Теперь мы сидим и рефлексируем, плана на поздний вечер не было, но всё и так было ясно, после второй понадобится третья, мы зарулили в «Донбасс», родной магазинчик с тогда ещё прежними владельцами. Игорь окрестил нас «Продиджи», не знаю что в нас от них было, мы вроде бы не выглядим как фрики и никто из нас не чёрный, но сравнение всё же приятное, да. Мы взяли ещё по баночке зелёного манчестера. Было две проблемы: был только он, самый невкусный из всех, а помимо этого ещё и тёплый, а поскольку на улице ещё не успело сильно похолодать — он был не кстати. Справедливости ради нам уже было всё равно, что пить, как минимум потому что едва выскочив из магазина мы встретились с брошенной кем-то открытой бутылкой «Туборга». Мы даже без особых совещания подрезали её и вернулись на наш спот для осушивания краденного.

Третья банка подошла к концу. Что же дальше? Правильно! По четвёртой. Вечер было решено заканчивать у Фокса, время близилось к 22 часам, мы двинулись в путь дорогу. Двум пьяным свиньям идти спокойно было не в кайф, поэтому включив «Lust for Life» мы начали то ли бежать, то ли идти Йен Кёртисовской походкой, кружась в эпилептичном танце, порой останавливаясь, чтобы передать банку с Джи-н-Ти. Уже смутно помню чем всё закончилось, вроде бы мы подкрепились макаронами с мясом, я лёг на кухонный диван и моментально отошел в мир пьяных сновидений. Моё пробуждение случилось в три часа ночи, дислокацию я поменял сам не помню как, видимо Фокс всё-же решил меня прогнать, чтобы его отец не был сильно удивлён видом залитого лаймовым пойлом тюленя, почивающего на его кухне. Проснулся я в ужасе, надо мной светились синяя и красная лампочки и я изо всех сил не мог понять почему они так ярко светят и за что мне всё это. При этом я буквально не мог пошевелиться чтобы встать и выкрутить их. Да, именно выкрутить, просто такие лампочки иногда остаются включенными при выключенном свете. Мой пьяный мозг ничего не понимал. Я лежал в опожаренной постели, чувствовал как алкоголь выходит вместе с потом, в своём дыхании ощущал остатки паров алкоголя, это было неприятно, но я мог всё простить. Прощаю тебя, Джи-н-Ти, скоро встретимся снова.

P.S. — про наши Джин-Тоник тусовки сложно всё рассказать в одном тексте, там воспоминаний, при большом желании, хватило бы и на несколько небольших томиков (хотя пивным тусовкам они всё же уступят), поэтому здесь я описал лишь первые шажки к первой пробе настоящего Джи-н-Ти, но об этом как-то в другой раз (а может и никогда), сейчас же меня рубит похмелье, мозги уже давно превратились в желеобразную кашицу, а руки трусятся, как мы под Ласт фо Лайф, печатать становится тяжко. Я всё.