Идеальная язва. Том 1. Глава 6: Горечь правды.

Эшли сделала несмелый шаг вперед и присела на самый край кровати. Матрас под ней слегка прогнулся. Виа отошла к окну, скрестив руки на груди, и замерла, продолжая недовольно сверлить журналистку взглядом, словно безмолвный страж.
Номер Два выглядела спокойной, но в воздухе всё ещё отчетливо пахло чем-то металлическим и сладковатым — запахом фиолетовой крови. На её коже действительно не осталось ни ссадин, ни синяков, только ткань её простого черного топа была слегка испачкана.
— Ты смелая, раз пришла сюда после того, что увидела у кабинета, — тихо произнесла Номер Два. Голос у неё был на удивление мягким, без той злобы, с которой она вылетела от капитана. — Как тебя там... Эшли?
— Да, — Эшли сжала в руках свой блокнот, который сейчас казался ей совершенно бесполезным щитом. — Я... я знаю, что капитан солгал мне. Он сказал, что вы поспорили из-за отстранения от заданий. Но я видела его руки. И его обувь.
Виа у окна издала короткий, горький смешок, но промолчала.
Номер Два опустила голову, разглядывая свои колени. Обычная серая комната, две кровати, тумбочки — всё выглядело слишком буднично для того кошмара, который здесь скрывался.
— Капитан всегда держит лицо перед гражданскими, — негромко сказала Вторая. — Для него важно, чтобы в твоих отчетах отряд выглядел безупречно. И мы выглядим безупречно. На поле боя. Но здесь...
Она сделала глубокий вдох и посмотрела прямо на Эшли. В её глазах не было слез, только какая-то выжженная, глубокая пустота.
— Тебе, наверное, интересно, за что лучший командир этой базы превращает собственного солдата в боксерскую грушу?
Эшли сглотнула вязкую слюну и медленно кивнула. Ей очень хотелось встать и уйти, вернуться в свою безопасную комнату, но ноги словно налились свинцом.
— Всё дело в том, как я появилась, — Вторая горько усмехнулась и откинулась спиной на стену. — Виа — первая. Чистая наука, военные технологии. А когда создавали меня, у лаборатории возникли проблемы. Нужен был мощный источник жизненной силы, иначе проект бы закрыли. И тогда вызвалась Элиза. Жена капитана.
Эшли нахмурилась, внимательно слушая.
— Она сама согласилась отдать свою силу на благое дело, — подала голос Виа от окна, её тон стал непривычно глухим. — Она понимала, на что идет. Догадывалась, что это её убьет, но всё равно приняла решение. Капитан... капитан был категорически против. Он умолял её отказаться, но перечить ей в итоге не стал. Не смог.
— В итоге она умерла на операционном столе, так и не увидев результата, — тихо подхватила Номер Два, и её пальцы судорожно сжали одеяло. — Её сила пошла на мое создание. Я появилась на свет уже после её смерти. Капитан просто остался один с этой катастрофой внутри. И теперь его гложет дикая, удушающая вина. Он ненавидит себя за то, что отпустил её туда. Но вымещает всё это на мне.
В каюте повисла тяжелая, удушливая тишина. Было слышно только, как за стеной гудит вентиляция базы.
— Каждый раз, когда он смотрит на меня, он вспоминает, какую цену пришлось заплатить за мое существование, — тихо продолжила Вторая, и в её голосе впервые прорезалась дрожь. — Для него я — живое воплощение смерти его жены. Он ненавидит меня за то, что эта сила теперь течет во мне, а не в ней. Он зовёт меня к себе и бьет, просто потому что не может справиться с собственной болью. Из-за того, что я жива, а Элиза — нет.
— А ты? Почему ты не дашь ему отпор? Ты ведь сильнее его! — не выдержала Эшли, подавшись вперед.
Вторая посмотрела на свои руки, на которых фиолетовая кровь уже полностью восстановила ткани.
— Потому что я понимаю его. И потому что без силы Элизы этот отряд не сможет побеждать. Если я отвечу ему, меня спишут. Капитан знает это. Я для него — одновременно и величайшая ценность, спасенная ценой жизни его любимой, и самый ненавистный кошмар на свете.
Вторая замолчала, переводя взгляд на пустой блокнот в руках журналистки.
— Ну что, пташка? — негромко спросила Виа от окна, и в её голосе уже не было прежней агрессии, только усталость. — Запишешь это в свой репортаж? Об этом ведь страна хочет знать?