Новелла «Бермуды», глава 127
Канал не пропагандирует ЛГБТ, для лиц строго старше 18
Глава 127
Это был вопрос, который Агризендро всегда держал в уме. Хотя ему и не хотелось об этом думать, полезные ископаемые полуострова Элдер Милли сулили прибыль, поэтому существовала вполне реальная вероятность, что кто-то внутри Совета сотрудничает с нелегалами, чтобы скрыть их деятельность, и что у этого человека достаточно высокий пост, чтобы покрывать масштабы происходящего.
Будто предвидя, что он и 1-й батальон явятся сюда, управляющие сбежали как раз перед тем, когда они появились. Если предположить, что это произошло из-за того, что кто-то заранее слил информацию, то это будет более убедительным объяснением, чем абсурдное предположение о простом совпадении.
Хотя Хьюго ещё не мог с уверенностью утверждать о существовании крота, если допустить даже малейшую возможность, эта гипотеза не могла быть исключена. Однако вероятность того, что оставшиеся здесь рядовые рабочие знают его личность, была крайне мала.
Судя по тому, что исчезли только некоторые высокопоставленные лица, а не все, и что остальные рабочие совершенно не подозревали об их исчезновении, можно предположить, что либо изначально планировалось бросить здесь простых шахтеров, либо же те собрали минимальное число людей, которых нельзя было оставлять, и ушли в большой спешке.
Увидев, что Командующий погрузился в раздумья, командир 8-го взвода на мгновение замялась, прежде чем заговорить:
— Ах, и ещё... один из членов команды «Дельта», расследующей следы тех двоих, вернулся с промежуточным докладом.
При упоминании «двоих» взгляд Хьюго мгновенно обратился к ней:
Агризендро опустил руку, которой потирал подбородок, и спросил, как будто только этого и ждал. В ответ комвзвода замялась, не зная, как преподнести информацию:
— Нет, это, скорее, не новость...
Поскольку содержание было не самым обнадёживающим, она запнулась и продолжила:
— От последнего места, где были обнаружены следы, в юго-западном направлении на некоторое расстояние тянулись только следы Кениса, а теперь и они полностью исчезли, что делает дальнейшее отслеживание затруднительным.
— Поэтому на данный момент мы отозвали часть людей и отправили ещё около двух взводов, специализирующихся на обнаружении маны.
Закончив говорить, она осторожно изучила лицо своего начальника. Хьюго некоторое время молчал. Хотя его выражение не изменилось, на лице читались разочарование и беспокойство.
Вскоре он слегка опустил взгляд и тихо вздохнул.
В уголках его глаз залегли глубокие тени, и повисла тяжёлая тишина.
Командир 8-го взвода на мгновение притихла, следуя за его взглядом. Затем она снова осторожно подняла голову.
Глядя ему в лицо, она спокойным голосом высказала мысль, которая невольно приходила в голову:
— Следует ли нам... рассматривать это как дезертирство?
Эти слова заставили брови Хьюго чуть заметно дрогнуть. Движение было столь минимальным, что его прикованный к одной точке взгляд и неподвижная голова никак не выдали перемен.
Затем, несколько раз моргнув, он наконец поднял на неё свои голубые глаза, и, медленно покачав головой, непоколебимо произнёс:
Даже в этой фразе сквозила скорее его собственная надежда, чем уверенность. Командир восьмого взвода молча смотрела ему в глаза, и Хьюго повторил ещё раз, на этот раз чётче и громче:
Слова прозвучали так, будто он пытался убедить в этом самого себя, а не её.
Вокруг ненадолго вспыхнула суматоха. Донеслись перебранки арестованных рабочих, которые обвиняли и спорили друг с другом, говоря что-то вроде: «Это ты напал на меня сзади» или что-то в этом роде, но всё быстро стихло — боец у входа резко пресёк беспорядок.
Командир взвода, мельком глянув в ту сторону, снова повернулась к Агризендро. Затем она слегка кивнула и так же спокойно произнесла:
Закончив доклад, комвзвода почтительно склонила голову и немедленно удалилась, чтобы продолжить осмотр оставшихся помещений убежища и провести дополнительные исследования.
Хьюго, ещё долго после её ухода погружённый в раздумья, невольно перевёл взгляд на свою левую ладонь.
Он то сжимал, то разжимал пальцы, вглядываясь в свою руку, и в конце концов крепко сжал её в кулак.
По оставленным следам можно было с уверенностью утверждать: двое не были в бессознательном состоянии. Длина шагов и размер отпечатков не указывали на проблемы с передвижением или признаки погони.
Среди прочих находок в пещере были обнаружены засыпанные землёй угли от костра. У них нашлось и время, и душевные силы, чтобы развести огонь и передохнуть. Причём следы эти были свежими — им не было и суток.
Но почему... Почему они не возвращались?
Если член Совета оказывался отрезанным от своих товарищей в ходе миссии в дикой местности, и Кенис не мог не знать этого, что главное правило — незамедлительно подняться на возвышенность и подать сигнал, будь то с помощью крика или магии, чтобы обозначить себя.
Эти базовые правила поведения вдалбливали новичкам с первых дней. Даже если поначалу тот и запаниковал, то то, что он не следует уставу даже сейчас, спустя столько времени, говорило лишь об одном — на то была иная, веская причина.
Леонардо же и вовсе не имел себе равных здесь по опыту реальных сражений и действий в непредвиденных ситуациях.
Так что он бы точно знал, как действовать в подобных обстоятельствах, и если бы он выпустил в небо хотя бы один маленький огненный шар, чтобы обозначить своё местоположение, Агризендро бы точно заметил.
Хьюго был уверен. Между ним и Леонардо развилось некое инстинктивное чутьё, позволявшее чувствовать друг друга.
Дело было не только в противоположности их стихий — огня и льда. Та яростная мана, та энергия, что они метали друг в друга во время погони и противостояния, навсегда врезалась в их плоть, в их чувства.
Точно так же, как Блейн почувствовал его под водой, он почувствовал его посреди ущелья.
Однако нынешняя ситуация, когда он не чувствует его энергии вовсе, всё больше склоняла к мысли: Леонардо намеренно скрывается, пытаясь ускользнуть.
Более того, парень был умен и сообразителен — он вполне мог быстро догадаться, что эти туннели имеют определённое свойство. И если тот, зная это, продолжит двигаться внутри, то найти его, если он намеренно скрывается, станет почти невозможно.
Чем дальше развивал свои мысли Хьюго, тем сильнее сжимался его кулак. Он подумал, что, возможно, придётся оповестить о ситуации все силы на полуострове, чтобы задержать Леонардо.
Однако спустя какое-то время Агризендро, до этого терзавший себя самыми мрачными предположениями, вновь разжал пальцы.
Он внезапно вспомнил данное им обещание:
Не делать поспешных выводов, не осуждать.
Хьюго медленно закрыл и вновь открыл глаза, отгоняя навязчивые мысли. Леонардо всегда оказывался куда более зрелым человеком, чем он предполагал. И все его опасения улетучились при мысли о том, что ещё не поздно всё исправить, если он сначала встретится с ним.
Агризендро тяжело вздохнул, приводя в порядок свои запутанные мысли. Затем он попытался отпустить тревогу.
Что он задумал? Куда направляется? С кем встретился? Не ранен ли? Вопросов была гора, но...
Сейчас всё, что он мог, — это доверять ему, искать его и ждать, пока тот вернётся целым и невредимым.
Голос из глубины пещеры заставил Хьюго обернуться. Это был боец 1-го батальона, который по приказу отправился на поиски офицера связи и теперь спешно возвращался. Но в отличие от ухода, теперь он был не один.
За ним следовал боец с нарукавной повязкой офицера связи приграничной зоны. Спокойно наблюдая за их весьма озабоченным видом, Агризендро дождался, пока связист, поравнявшись с ним, твёрдо встанет по стойке «смирно», отдаст честь и отрапортует:
— Слава Империи, я — Обри Мейсон, офицер связи временного штаба операции по покорению полуострова. Заместитель командующего Южным отделением Совета Бруно Амос, пользуясь делегированными Вами полномочиями, требует срочной явки всех командиров в южном секторе полуострова Элдер Милли, координаты 13, 206, 59.
Услышав это, Хьюго нахмурился и переспросил:
— Так точно. И он лично направляется к указанным координатам.