Айрис Ноктейл
«Звезда не меркнет от того, что её не замечают. Она продолжит сиять, потому что это её природа.»
Имя и фамилия: Айрис Ноктейл
Прозвище: Мун
Роль: Командный психолог Волков
Описание персонажа
В её внешности нет ничего, что приковывало бы внимание, но невозможно отвести взгляд. Словно сама её хрупкость притягивает, заставляя хотеть защитить. Или открыться.
Телосложение у Айрис легкоатлетическое, стройное, с отлично развитыми мышцами, особенно в области ног и таза, что позволяет хорошо развивать скорость и воплощать дерзкие рывки. Благодаря прошлым упорным тренировкам современными танцами девушка может казаться довольно ловкой и проворной, даже если в её нынешней жизни это не особо важно.
Несмотря на наличие тренированных мышц, у Айрис они не имеют большой массы. Из-за этого она выглядит довольно хрупкой — ширина плеч примерно равна ширине бедер, при этом талия четко очерчена, а руки тонкие, утончённые. Всё её худощавое тело покрыто фарфорово-белой нежной кожей с небольшими оттенками человеческого бежевого.
Лицо всегда было с изящными, пропорциональными чертами, что лишь подчёркивало нежность Айрис. Её глаза хрустально-ледяного цвета всегда отображают искреннюю надежду. Взгляд девушки каким-то чудом может проскользнуть внутрь, заглядывая прямиком в душу. Она никогда не отводит глаза в сторону во время беседы, понимающе и добродушно глядя на собеседника.
Волосы только дополняют странность всей внешности Айрис. Они большой длины, сильно пышные, вьющиеся и даже пушистые. Её локоны скорее не блонд, а намного светлее, призрачно-белого окраса. Словно на свету играются мелкие отблески луны сверкающими блёстками.
В гардеробе девушки можно найти открытые, но не слишком откровенные вещи: лонгсливы, удлинённые топы с сетчатыми футболками, лёгкие накидки, широкие джинсы или карго с частыми узорами звёзд в нежных и приглушённых цветах. Сразу можно понять, что Айрис предпочитает некий стиль 2000-х, называющийся Y2K.
Походка Айрис бесшумная и плавная, словно она скользит, а не идёт. Танцевальное прошлое выдаёт шаг с носка и прямую спину без напряжения. В жестах присутствует мягкость и точность: никакой суеты, только осознанные движения. В разговоре часто чуть наклоняет голову, слушая собеседника. Она не занимает лишнего пространства, но и не прячется — держится на краю, откуда видно всех. В её пластике читается бывшая танцовщица, которая научилась быть незаметной.
Биография
«Свет не объясняют. Им наполняют.»
На просторах Франции, где жемчужный свет покрывает собой долины тихой Нормандии, родилась на свет маленькая Айрис. Как же счастливы были родители, увидев впервые своего ребёнка. С её рождением семья расцветала, будто иначе быть не могло. Этьен, отец, был дипломатом. Он умел держать лицо при любых переговорах, и эта привычка скрывать себя понемногу проникла в домашнюю жизнь — иногда Айрис казалось, что даже с ними он остаётся чуть-чуть на расстоянии. Но Селестина, мать, всегда знала, как вернуть его обратно. Добрая, понимающая, она умела дарить миру краски там, где другие видели только серость. Они отлично смотрелись друг с другом, и были готовы растить дочь в этой тихой гармонии.
И действительно, детство Айрис шло беззаботно и радостно. Она была спокойной, послушной девочкой, всегда любящей своих родителей. Как же можно их не любить, когда те только показывали своей милой дочке этот свет в довольно интересных тонах. Пока Этьен был всегда рад открывать ей новые места, наполненные живописной, полной жизни и процветания природой, Селестина воплощала всю человеческую мораль, уча доброте и справедливости дочери. А младшая сестрёнка Клэр со своим взрывным характером разбавляла жизнь семьи смешными проделками или простым баловством.
С ранних лет Айрис понимала много чего, если сравнить с обычным ребёнком, что пройдёт мимо не глядя. Ведь ещё с детства её учили всегда видеть в людях хорошее, доказывая, что её внимание к человеку это не подвиг, а маленький шаг, который может изменить чужой день, а иногда и жизнь.
«Эта вода слишком глубокая для тех, кто не умеет плавать.»
Приближалось подростковое время для юной Айрис. Многие её сверстники уже начинали пакостить и всячески шалить под влиянием собственного возраста. Пробовать курить, мешать алкоголь, принимать наркотики и прочая ерунда, видимо, сильно привлекала молодёжь благодаря обострённому желанию рискнуть, и попробовать что-то новенькое. Айрис же, в свою очередь, смогла оставить свою голову на плечах, зная последствия. Но она не была скучной занудой, которая в это прекрасное время не занималась такими интересным событиями. Нет, у неё были друзья, и девушка действительно участвовала в сумасшедших прогулках, или же походах в торговые центры и кинотеатры, которые оставляли ей целое море впечатлений.
Всё чаще Айрис ловила себя на том, что её утомляют разговоры друзей. Обсуждение новых брендов, сплетни о том, кто с кем встречается.. Ей казалось, что они слепы, не замечая по-настоящему важных деталей. Она пробовала делиться тем, что волновало её: вопросами, на которые нет простых ответов, мыслями, в которых можно было утонуть действительно надолго. В ответ она лишь слышала:
— Ты всё слишком усложняешь, Айри. Расслабься!
Эти разговоры стали для неё невыносимы. Ей хотелось глубины. Такой, чтобы можно было думать бесконечно, где нет предела идеям и замыслам. Но рядом не оказалось того, кто разделил бы это с ней. И чтобы не стать изгоем, Айрис сделала единственное, что казалось тогда разумным: научилась притворяться. Она улыбалась сплетням, кивала обсуждениям, задавала правильные вопросы и молчала о том, что было внутри. Оставалось только терпеть, даже если это было мучительно мерзко. Это можно было сравнить с волком среди овец, который так хорошо надел овечью шкуру в попытках выжить, что сам почти забыл, кем был на самом деле.
«Музыка, подобно дождю, капля за каплей просачивается в сердце и оживляет его.»
Однажды Айрис заметила, насколько сильно может влиять на человека музыка. Как простой набор звуков может обладать не воображаемой силой исцеления души. И стоило девушке хоть немного углубиться в неё, она мгновенно осознала, какой музыка на самом деле. Она бывает разная: от тяжёлого агрессивного рока вплоть до лёгкой классической музыки. Айрис заметила, как с приходом новых песен в её жизнь проблемы стали менее значительными.
Чаще и чаще можно было увидеть девушку в наушниках. Она чувствовала каждый бит, все тонкости мелодии, каждое сочетание звуков песен. Айрис уже не слышала музыку — она ею жила. Хотя она даже и не подозревала, что её жизнь так тесно свяжется с ней. Ей удалось найти и понять себя снова, и уже намного глубже. Тут Айрис задумалась: а не стоит ли попробовать себя в роли танцора?
Это решение было одним из лучших в её жизни. Присоединившись к одной группе, которая занималась современными танцами, девушка стала ещё больше ощущать себя собой. Мало того, Айрис встретила замечательный коллектив, где она почувствовала себя как дома. Команда пламенно поприветствовала её, готовые быть открытыми для любых разговоров. Наконец-то появились те люди, которые знают настоящую Айрис, и не ту, что в школе, с радостью принимая её любой. Наконец появилось то место, где она может видеть в своём отражении зеркала не чужого человека, а себя саму. На душе Айрис стало окончательно спокойно и счастливо, спустя стольких школьных лет, она нашла путь, как справиться с её "подростковым кризисом", приходя в тренировочный зал. Она определённо нашла своё место, своих людей и своё призвание.
Она даже наткнулась на одного паренька, пытавшегося сделать одно из движений на занятии. Айрис, помогая тому, увидела в нём что-то особенное. Она не могла сказать что именно, но что-то в нём было.
«Ты называешь себя монстром, пока я вижу в тебе свет.»
Ноа. Его звали Ноа. С того момента жизнь Айрис решила снова перевернуться с ног до головы, начиная с самого знакомства. Частенько девушку уже можно было встретить не только в наушниках, но и с этим человеком. Постоянные встречи, совместные прогулки по просторам всего города всё сильнее сближали их. Какое же это чудесное чувство, любовь, особенно в таком юном возрасте, когда подростки постепенно начинают получать черты взрослых? В то время молодые люди только поступали в университеты, девушка же решила попробовать для себя психологию.
Спустя месяц таких отношений, Айрис узнала о несчастной истории любимого: жестокие, вечно пьющие родители, что поднимали руку на того при малейшей оплошности. Как тревога разъедала его каждую ночь, не щадя, а переполненные эмоции рождали самые ужасные мысли, навязчиво крутясь вокруг его головы. Айрис с любовью и пониманием поддерживала его. Парень впервые почувствовал это. Эту ласку, понимание, поддержку, что обхватывала его со всех сторон, успокаивающе гладя его раненую душу. Ему казалось, что это всё сон. Дивный, сладкий сон. Ноа увидел, на что способна сама Айрис, понял, кто она такая.
Отношения шли идеально: оба обменивались милыми подарками, предлагали места для встреч, взаимная любовь. Айрис доверяла Ноа все свои глубокие мысли, она отдавала всю себя, открывая для того что-то новое в этой жизни. Она чувствовала, что её слышат, она была настолько счастлива, находясь с ним. А Ноа было приятно осознавать, что его понимали и принимают таким, какой он есть, будь то неуклюжим и неталантливым.
Но в один миг будто что-то поменялось. Раньше он мог надуться, уйти в себя, не разговаривать день. Но в тот вечер он впервые закричал. Прямо посреди улицы. На глазах у прохожих. Айрис тогда подумала: "Ему просто очень плохо". Она не знала, что это станет новым нормальным.
Как обычно, прогуливаясь вместе с Ноа после тренировок, он внезапно взбунтовался, стал говорить про мучительную ревность. Что ей лучше с другими, что он сам никуда не годится, как он сам ненавидит её друзей до чёртиков. Айрис видела, как его эмоции менялись от гнева до печали, она не стала оправдываться. Это было нечто иным, по сравнению с остальными его срывами, которые можно было оправдать. "Его можно понять, — думала она. — Ему сейчас сложно. Нужно лишь помочь ему с этим справиться."
Ссоры в любой дружбе и отношениях всегда будут, это надо просто пережить, разбирая каждую обиду. Это должно пройти. Айрис сглатывала обиду и в сотый раз начинала сначала, в надежде, что такого больше не повторится.
Так почему это не проходило? Спустя столько времени. Каждый совместный вечер становился адом для обоих. Стоило девушке сделать хоть что-то не так, что не понравится Ноа, она мгновенно чувствовала гнетущую атмосферу между ними, в ожидании серьёзных разговоров. Любые мелочи могли задеть парня до самого сердца настолько, что мало не покажется. Ревность, сомнения в любви, обесценивание — любая мелочь могла привести к очередному скандалу.
— Я вижу, что ты стала холоднее ко мне относиться.. Ну и иди к своим друзьям!.. Тебе с ними лучше, чем со мной. Как же я ужасен..
Может, это и звучало как чистая манипуляция, но Айрис не могла его бросить просто так. Она чувствовала эту тяжесть. Будто сама несла его тревогу на своих плечах. Она понимала его внутреннюю тревогу, его проблемы, его мысли. Девушка видела его насквозь. И она не видела в нём жестокого человека, она видела в нём бедного ребёнка, который просто хочет быть счастливым и иметь беззаботную жизнь. Поэтому Айрис старалась исцелить его. Помочь разобраться в собственных чувствах, направить на правильный путь. Она это делала не ради себя, чтобы тот поменялся исключительно ради неё. Девушка это делала ради самого Ноа. Ведь таким людям, как он, будет сложно жить в этом мире, если обижаться на каждое невинно сказанное слово или ненавидеть всё и всех, включая себя.
Вроде бы, у Айрис даже что-то получалось, ей удавалось сгладить конфликт так, чтобы хорошо было всем. Она продолжала верить в лучшее, ища новые выходы, новые лазейки и пути, что смогли бы как-нибудь помочь парню. Айрис вкладывала всю свою душу, чтобы сделать всех счастливыми. Но стоило снова не то сказать или всячески задеть чувства Ноа, все старания девушки шли насмарку. Всякий раз она удивлялась его радостной, полной любви улыбке, когда вчера тот кричал, что она довела того до слёз и он ненавидит её всем сердцем.
Сама Айрис не заметила, как тихо стала подстраиваться под Ноа. Как она стала насильно отказываться от того, что она когда-то так любила. Она снова перестала чувствовать себя собой, несмотря на то, что оба продолжали ходить на тренировки. Девушка пока что чувствовала себя только скованной собакой на цепях, которая кое-как пытается сопротивляться. Она всегда была свободолюбивой, а в итоге вышло всё наоборот. А музыка стала просто лишним задним фоном, которая лишь мешала её попыткам всё исправить. На Айрис всё сильнее давила беспричинная вина, указывая на все её неудачи и промахи. Непонятный гнев исподволь стал пожирать её, а стыд нашёптывал, что Ноа — самая настоящая тварь. То ли девушка хотела орать от того, что люди всё-таки наглые эгоисты, то ли ныть, что она сама виновата и у неё ничего не получается.
Казалось, можно было высказаться любимой команде. Но Айрис было слишком страшно это делать. Мало того, что она не совсем доверяла им такую информацию, девушка опасалась, что об этом узнаёт сам Ноа. Она уже могла представить, что было бы. Девушка только подведёт их обоих.
Айрис продолжала верить. Надеяться до самого конца, что всё когда-нибудь закончиться и всё встанет на круги своя, продолжая встречаться в безмятежных, спокойных отношениях. Она не винила его за то, что он такой плохой, она не возненавидела его за это время. Ведь девушка видела в нём нечто особенное, нечто хорошее. Она продолжала принимать его таким, какой он есть, прощая его за всё. Он не виноват в том, что он такой.
Она не сдавалась. Но каждый день сдавалась она сама, по кусочку, незаметно, пока однажды не поняла: внутри уже почти ничего не осталось.
«Любовь не умирает. Она высыхает, когда её поливают чужими слезами.»
Прошло несколько лет, когда Айрис окончила университет психологии, они оба продолжали пытаться выжить вместе. И в один момент вся её любовь к Ноа куда-то пропала. Испарилась. Айрис неожиданно перестала видеть в парне того самого любимого человека. Ей хотелось бежать от него, прятаться и никогда не попадаться ему на глаза. Она даже смотреть на него не могла. Это было странно, девушка не намеренно хотела такого. Но она тухла всякий раз, когда находилась с ним вместе. Айрис даже не сгорала, она словно отключилась от всего мира. Но почему она чувствует себя просто невыносимо, находясь рядом с Ноа? Из-за этого она становилась с каждым днём всё холоднее и холоднее, думая, что и этот период пройдёт.
Но, как и все конфликты между парой, это странное ощущение не прошло. Айрис стала тихо, незаметно исчезать из жизни парня. Постепенно она исчезала с контактов соцсетей Ноа, всё реже стали приходить от неё сообщения, а позже и вовсе девушка таинственно пропала на танцах, чтобы больше не видеть его никогда.
Как ни странно, но Айрис почувствовала внезапную свободу. Ей больше не надо волноваться за мелочи, за которые могли бы случиться разногласия. Больше можно не беспокоиться, проявляет ли она достаточно любви. Можно было общаться с остальными в неограниченном количестве, и за это девушке ничего не будет. Это ощущалось как настоящее облегчение, осознавая насколько большими перемены могут быть. Музыка вновь стала оживлять усталую душу Айрис, приводя её в те былые времена, когда всё было беззаботно. Где мелодичные звуки, собравшись воедино, создавали мощное умиротворение внутри неё. Но возвращаться к танцам она не стала.
«И всё-таки любовь это не всегда спасение. Любовь иногда способна оказаться мучительным приговором.»
Во время всей этой эйфории, на телефон пришло уведомление. Оно оповещало о смерти Ноа. Увидев пугающие новости, у Айрис прошло чувство лёгкости. Она вспомнила про бедного парнишу, что из-за неё совершил суицид. Только сейчас девушка осознала, насколько тот был привязан к ней. Как сильно он страдал в одиночестве, ведь других друзей у него нету. Как сильно скучал он по ней, Айрис даже ощутила на себе эту мучительную тоску, которая свела бы с ума каждого.
Снова вина нахлынула на неё, словно змея обвила своим скользким телом её шею, сжимая с каждым вздохом. Это всё из-за неё. Из-за неё умер человек. Не надо было этого делать. А получив и прочитав записку от Ноа, девушка чуть ли не обезумела от этого, погрязнув в позоре перед самой собой. Может, она не сломлена, но что-то внутри пытается её это сломать.
Франция осталась за спиной, как старая, выцветшая фотография. Айрис любила её: тихие долины Нормандии, утренний свет над Луарой, говорливый Париж, где она училась и теряла себя. Но после всего.. После тишины в наушниках, после смерти Ноа, после записок, которые она так и не смогла выбросить, оставаться здесь стало невыносимо. Каждая улочка напоминала. Каждое кафе. Даже запах дождя.
Клэр, младшая сестра, рассказывала про экси. Про этот жёсткий, выплёскивающий эмоции спорт, про людей, которые выходят на арену, чтобы не сгореть изнутри. Где-то далеко, в другой стране. Айрис слушала и вдруг поняла: она хочет увидеть это сама. Не ради сестры, а ради себя. Ей нужно было место, где её никто не знает.
Айрис хотела понять. Понять, как можно было помочь. Как не допустить этого снова. И когда Клэр рассказала, Айрис поняла: вот оно. Место, где её знания, её эмпатия, её вина могут обрести смысл.
Мюнхен пришёл в её голову случайно, или не случайно. Город, который не спрашивает о прошлом. Чёткие линии улиц, серое небо, полная анонимность. Никто не оборачивался на её белые волосы. Никто не спрашивал, почему она так долго молчит. Здесь она могла начать заново, не забывая, а наконец пытаясь понять.
Характер
«Падать, вставать и верить в прекрасное.»
На вид Айрис может показаться слишком мягкой и доброй, даже великодушной, хотя так она обращается ко всем. За подобным характером скрывается нечто иное. Она человек, который видит глубже, чем говорит, и чувствует больше, чем показывает. Она не стремится быть в центре внимания, но ощущается её спокойное, устойчивое присутствие, словно она знает что-то, что другие только начинают угадывать.
Главная внешняя черта — тихая устойчивость. Айрис не поддаётся панике, не срывается на крик, не принимает решений сгоряча. Её спокойствие это не холодность, а результат долгой работы над собой: она знает, как выглядит хаос изнутри, и предпочитает держать дистанцию.
Айрис привыкла думать. Не просто решать задачи, а разворачивать их, рассматривать со всех сторон, искать скрытые смыслы. Это началось ещё в подростковом возрасте, когда она чувствовала, что сверстники живут на поверхности, а ей хотелось нырять. И осталось с ней навсегда.
Благодаря счастливому детству родители научили Айрис понимать людей на уровне, который трудно объяснить. Она просто понимает. Она замечает то, что другие пропускают: дрогнувший голос, напряжение в плечах, паузу, в которую кто-то прячет боль. В последнее время девушке стало всё интересней наблюдать за окружающими в тишине, молча делая выводы где-то в своих мыслях. Но она не использует чужую уязвимость против других, а наоборот. Айрис становится тем, кто может выслушать, не перебивая, и не бросить фразу "Всё будет хорошо" просто так.
Может, в прошлом Айрис уже потухала, тонув в собственном сожалении, но она всё равно продолжала верить. Она не могла иначе, это уже часть её самой. Надежда — самое сильное в девушке. Она всегда верит в самое лучшее, надеется, что когда-нибудь обязательно настанет время, когда все будут счастливы, в полной уверенности, что на любой случай обязательно должен быть выход, каким бы сложным он ни был. Она стойка в том, что обязательно сможет сделать то, чего не смогла раньше. Даже если она не верит так наивно, как раньше, но всё ещё верит. Поэтому если девушка говорит "Я верю в тебя", то это не просто слова, которыми она разбрасывается туда-сюда.
Всё же порой можно заметить, как тревожно девушка относится к словам "Я ревную", "Завидую тебе", "Я не доверяю тебе" и подобное всего лишь из-за прошлого. Айрис поняла, насколько сильно она ценит свою независимость и свободу, хотя ей такого не светит. Даже если она ведёт себя со всеми достаточно тепло, она незаметно держится на расстоянии, без желания сближаться снова. Айрис боится до ужаса любой эмоциональной близости. Она не может принять её, и дело не в смущении. Ей становится просто не по себе. Иногда она может даже запаниковать от такого. Лишь поэтому девушка любит держать дистанцию между людьми.
Понимание людей действует на Айрис и в обратную сторону. Это тоже можно принять как часть её самой. Она чует атмосферу, веющую от человека, поэтому с лёгкостью может настроиться на ту же волну. Скорее, она не надевает маски. Она и есть социальный хамелеон, это и есть сама Айрис. Но иногда благодаря этому ей удаётся скрывать многое. Она привыкла не показывать свои чувства, даже если выглядит эмоционально.
Айрис пришла в экси не ради спорта. Она пришла, потому что увидела в нём шанс. Шанс понять то, что не смогла понять раньше: как работают люди, чьи эмоции кипят через край, как быть рядом, но не растворяться, как помогать, не пытаясь спасти. Она хочет верить, что теперь, с новыми знаниями и выжженной опытом осторожностью, она сможет сделать то, что не вышло тогда. Не закрыть чужую боль собой. Не ждать, что любовь всё исправит. А просто быть рядом. Смотреть. Понимать. И, может быть, кому-то из этих сломанных, кричащих, вечно срывающихся людей действительно помочь. Не ради того, чтобы искупить вину. Она знает, что её не искупить. А потому, что иначе она просто не умеет.
Интересные факты и дополнения
- С юности у Айрис осталась привычка носить наушники на своих плечах, даже если она их не использует.
- Не смотря на то, что девушка бросила танцевать, её всё равно можно было увидеть танцующую в свободное время.
- Айрис состояла в профессиональной, и даже немного известной танцевальной группе.
- Она привыкла записывать все свои мысли и наблюдения в один единственный блокнот. Это один из способов справиться в потребности глубоких разговорах с людьми.
- Странно, но с детства Айрис не могла заснуть в простой тишине. Обязательно должен был быть фоновый звук: спокойная мелодия или раслаблюящий стук каплей дождей о стекло.
- Не смотря на прошлое, девушка обожает сильно эмоционально открытых людей. Она любит следить, как в порывах эмоций меняется выражение лица. Главное не перегибать палку.
- Девушка идеально рисует стрелки. Это у неё осталось с танцевальных лет, когда макияж был частью образа.
Три песни вайба персонажа
3 weeks & 7 days — yungatita
The perfect girl — Mareux
Bleach — Vandalism