Аарон Мурхед, Джастин Бенсон — «The Endless»

by Дугласовы Пихты 〰 Douglas Firs
Аарон Мурхед, Джастин Бенсон — «The Endless»


В 2017 году на экраны (и даже в российском прокате) вышел фильм «The Endless» от двух малоизвестных в широких кругах, но талантливых и заслуживших в среде кинематографа множество лестных слов инди-режиссёров: Аарона Мурхеда и Джастина Бенсона, также выступивших в ролях оператора и сценариста соответственно. Во-первых. А во-вторых, картина служит отличным примером, как с малым бюджетом ($1 млн) в наше время снимать хорошее кино, которое не оттолкнёт зрителя своим видом.



Мотивом для «The Endless» (в российской локализации фильм приобрёл название «Паранормальное») служат всевозможные аберрации, за коими сложно уследить, если делать это без должного внимания: множество игр с пространством, временем и памятью не дают такой возможности. Тут вспоминается сразу немецкий сериал «Dark», который также при малейшем отвлечении грозился свести понимание времени и пространства происходящего на нет. Такого рода подход в этих произведениях сам по себе является мотивом и делает их более иммерсивными.

Главные герои фильма — братья и бывшие участники секты, откуда они сбежали, — получают послание от своей бывшей «семьи», после чего решаются её навестить. Проблема в том, что секта не очень-то их и жалует после некоторых происшествий; но всё же относится без какой-либо враждебности: даёт им крышу над головой, еду и всячески проявляет доброжелательность. В какой-то момент братья (их имена, кстати, совпадают с именами режиссёров) осознают, что за сектой стоит нечто… паранормальное, что не захочет их отпустить просто так.



Начало фильма представляет из себя стремительную завязку сюжета, которая происходит чуть ли не до начала самой экспозиции, как это обычно принято делать. Одно другому не мешает, и именно такой подход вкупе с флешфорвардами в виде интервью с героями создаёт некоторое понимание общей атмосферы запутанности в фильме ещё в начале.

Интересно, что фильм в первую очередь всё же заявлен как хоррор. И страх возникает внутри не как чувство отвращения, а больше в экзистенциальном его понимании. Герои боятся, но не столько метафизического существа, которое служит причиной всему, сколько собственных воспоминаний, с которыми им приходится сталкиваться (при этом само существо можно и нужно расценивать, как метафору). И двойник в фильме не что иное, как оговорка по Фрейду (см. его эссе «Жуткое») — столкновение с самим собой, со своим прошлыми «я», от которого ты пытался бежать. А постоянно возникающие в кадре круги — символ бесконечности, — говорит о невозможности этих попыток.



Немного позади идёт мысль о ностальгии и интерпретации своей памяти, как о вещи, которой доверять нельзя. Человек волен воспринимать свои воспоминания, как ему вздумается в зависимости от желаний. Добавьте к этому его ужасные способности к предсказанию будущего, и вот зритель уже осознаёт, что доверять себе и своей памяти вообще нельзя.

Для того, чтобы подчеркнуть мотив аберраций памяти, режиссёры с самого начала и по всему фильму раскидывают множество средств хранения информации: от фотографий до касет и жёстких дисков. В итоге зритель становится этаким археологом, который по крупицам информации — через диалоги или записью на каком-либо носителе — собирает картину в единое целое. Одной из таких «раскопок» служит прямая отсылка к другому фильму режиссёров — «Resolution» (сцена, где один из героев пытается вылечить своего друга от наркомании, приковав того к батарее наручниками).



Фильм не столько о сообществе и связях, сколько о личности и внутренних трениях человека с самим собой. А значит, это больше психологический хоррор, чем социальный, который ещё и не застревает в тривиальном виденье поднятых вопросов.




Подписывайтесь на нас, чтобы хорошее кино было ближе к вам — teletype.in/@douglasfirs

Мы в Telegram — t.me/douglasfirs

April 14, 2019
by Tim Sedov
ревью