Инициатива наказуема
Триггерварнинг: Гематолагния (Blood drinking), Консенсуальная грубость (Consensual Rough Sex), Фиксация / Ограничение подвижности, Физические маркеры/Следы (Marking / Bruising), Борьба за контроль (Power struggle / Switching)
Настоящий вечер в их загородном доме начинался с мгновения, когда по стенам холодных цветов разливался густой янтарный свет от старого абажура, стирая границы комнат и укутывая гостиную в мягкий бархат полутеней. За толстыми панорамными стеклами мог шуметь, искриться неоном или замерзать любой город галактики, но здесь, внутри, неизменно царил идеальный, рукотворный уют.
Воздух был наполнен домашним теплом, едва уловимым ароматом заваренного травяного чая с сушеными ягодами и сладким, дразнящим запахом спелых фруктов. Рейко вернулась домой на пару часов раньше и уже успела превратить помещения в сказочную зону комфорта. Переодевшись в просторный домашний кардиган крупной вязки, она неторопливо нарезала салат. Голод её не тревожил. Тот, кому предназначалось фруктовое угощение ещё не явился. Кухонный нож ритмично стучал по тяжелой деревянной доске, заполняя кухонную зону ощущением абсолютного покоя, пока щелчок входного замка не нарушил эту тишину.
— Здравствуй, Кенна. Ты как раз вовремя, я почти закончила готовить ужин. – едва повернув голову крикнула с кухни вьюрн.
Кенна вошла на порог, принеся с собой шлейф уличной прохлады и невидимой, но осязаемой тяжести, которая всегда тянется следом после изматывающих деловых переговоров. По гладкому напольному покрытию прихожей уставше простучали каблуки женских туфель, сразу обозначая присутствие хозяйки дома.
— Привет, Дынечка. Я бы не сказала, что я пришла вовремя. Течение времени сегодня определённо играет не в мою пользу, – Кенна устало улыбнулась, прислонившись плечом к дверному косяку прихожей.
Она скинула жёсткие туфли, с облегчением ступив на подогретый пол, и зажмурилась, впитывая кожей обволакивающее тепло. Вся её строгая, выверенная до миллиметра деловая броня начала стремительно осыпаться в стенах этого дома.
— Хм, дела в КММ опять напряжны? – с издевательской ноткой в голосе негромко спросила Рейко, скидывая последние фрукты в большую тарелку. Ни для кого секретом не являлось, что девушка при всём своём большом сердце не испытывала тёплых чувств к алчной организации.
— О, даже не начинай, – наигранно застонала Кенна, проходя в глубь общего коридора. – Слово «напряжно» даже близко не описывает тот цирк, который мне сегодня устроили.
Она потянулась к воротнику своей строгой блузки, расстегивая верхнюю пуговицу, и наконец позволила себе глубокий, полноценный вдох.
— Если менеджеры из логистического центра ещё раз перепутают накладные и отправят контейнеры на жилой ярус вместо складского, я лично заставлю их разгружать платформы вручную.
Рейко отложила нож, вытерла руки полотенцем и неторопливо вышла в прихожую. Она остановилась в паре шагов, принявшись с мягкой улыбкой разглядывать любимую.
— И я бы с удовольствием на это посмотрела, – Рейко скрестила руки на груди, чуть наклонив голову набок. В движениях её хвоста проскочило скромное озорство. – Небожители из КММ, таскающие ящики вручную на глазах у всего отеля... Пожалуй, это лучшее, что могло бы случиться со светскими львами Корпорации за последний век.
— Мне и обидно стать может, знаешь ли. Я ведь тоже вхожу в число корпорационной элиты. – забубнила под нос вампирша.
— О, ну, ты совсем другое дело, – Рейко не удержалась от тихой усмешки. – Ты моя личная элитная элита, которой дозволено всё и даже больше.
Пока Кенна расщедрилась на детские ворчания, вьюрн скользнула кончиком хвоста по чужой спине и похлопала ту по плечу. Для блондинки это был знак снять пальто. Рейко аккуратно повесила пальто на вешалку и вернулась к любимой. Её ладони легли на плечи вампирши, мягко сжимая напряженные мышцы.
— Иди к столу, госпожа управляющая. Я приготовила твой любимый салат.
Кенна блаженно вздохнула, чувствуя, как под сильными пальцами Рейко начинает уходить дневное напряжение. Они вместе прошли на кухню. Девушка опустилась на стул, сразу же потянувшись к тарелке, где аккуратно исходил сладким ароматом свежий салат. Первая же порция сочной мякоти заставила её довольно зажмуриться.
— О, эоны, это лучшее, что случилось со мной за сегодня, – пробормотала Кенна, отправляя в рот еще один кусочек. – Я не устану каждый раз повторять, что ты чудесный повар.
— Один салат, а столько радости. Но рада, что тебе нравится. Я старалась.
Рейко лишь мягко улыбнулась, наблюдая за тем, как Кенна с явным удовольствием расправляется с угощением. Напряжение, которое вампирша принесла с собой, наконец-то начало таять, уступая место сонной, домашней расслабленности. Вьюрн обошла стол и опустилась на соседний стул. Она не стала бурно развивать тему, лишь спокойно подпёрла подбородок ладонью, давая любимой возможность просто насладиться моментом в тишине. Кончик её хвоста едва заметно, размеренно покачивался у самых ножек стула.
— Ешь, не торопись, – тихо проговорила Рейко, протягивая руку и аккуратно, едва касаясь, поправляя выбивающуюся светлую прядь у Кенны на виске. – В КММ могут сколько угодно перекладывать бумажки, но они никогда не поймут, что настоящая роскошь — это вот так сидеть вдвоём и получать наслаждение от размеренной жизни.
Кенна лишь согласно угукнула, не размыкая губ, и подцепила вилкой очередной сочный кусочек дыни. В некоторых нюансах она была всё ещё не согласна с Рейко, но лишние колкости в сторону ушлой корпорации, на которую она и её семейная чета работала годами, проскакивали мимо сторонним шумом. Всё-таки наслаждение вкусной пищей и обволакивающее тепло кухни действовали на неё получше любого успокоительного.
В моменте вампир отложила вилку, сделав небольшую паузу. Она лениво поводила пальцем по ребру тарелки, а затем перевела разнеженный, но все еще любопытный взгляд на Рейко. Обстановочка располагала к общению.
— Кстати, Дынечка, – негромко проговорила вампирша, чуть повернувшись к ней всем телом. – Как прошел твой день в университете? Ты ведь задерживаешься обычно, а сегодня дома подозрительно рано. Есть какой-то повод?
Рейко тихо рассмеялась, не убирая ладони от подбородка. Она не торопилась отвечать прямо, вместо этого сокращая расстояние между ними.
— О, мои студенты сегодня были на редкость шелковыми, – вкрадчиво протянула Рейко. – Будто знали, что их преподавателю сегодня жизненно необходимо освободиться пораньше.
Она сделала паузу, умышленно позволяя своему голосу стать тише, интимнее. Ее ладонь скользнула с подбородка на край стола, пальцы медленно двинулись вперед, едва заметно оглаживая мраморную поверхность стола по направлению к руке Кенны.
— Ну, а вообще, – Рейко перевела взгляд на расстегнутую верхнюю пуговицу блузки Кенны, задерживая на ней внимание чуть дольше, чем было бы прилично, – контролировать качество поставок — задача, конечно, ответственная. Но, признаться честно, мне бы хотелось, чтобы твоё внимание принадлежало не только рабочим обязанностям. Я не хочу, чтобы ты переутомлялась.
Она подалась ещё немного вперед, так, что Кенна почувствовала исходящее её дыхания тепло. В этот же миг длинный, покрытый щетинистой шерстью хвост Рейко, до этого мирно лежавший на полу, плавно скользнул вверх. Он медленно, с дразнящим, ощутимым нажимом обвился вокруг лодыжки блондинки, а его чувствительный кончик лениво пополз выше, щекоча кожу через тонкую ткань брюк и замирая у самого колена. Девушка-вьюрн при этом продолжала смотреть на вампира с самым невозмутимым, академически строгим видом, словно обсуждала геоморфологию планет, но в глубине её зрачков уже разгорался встречный, дразнящий вызов. Она прекрасно знала, на какую кнопку нажимает.
Кенна замерла, чувствуя, как к прохладной коже приливает приятное тепло – и дело было уже далеко не в салате. Непринуждённая расслабленность мгновенно улетучилась, уступив место хищному интересу. Огненный блеск в её глазах из уставшего превратился в горячий и властный.
— Рейко... – низким, предупреждающим тоном произнесла Кенна. – Ты ведь понимаешь, что я слишком устала для твоих намёков?
— Не понимаю, о чём ты, – тихо отрезала Рейко, пока хвост сделал короткое, упрямое движение, чуть сильнее сжав чужое колено.
Этих дразнящих манипуляций оказалось более чем достаточно, чтобы окончательно разрушить остатки делового самообладания вампирши. Кенна ловко перехватила тонкое запястье Рейко, лишая её возможности продолжать эту невинную игру, и одним сильным, уверенным движением потянула её на себя. Вьюрн, втайне ожидавшая именно такую реакцию, даже не вздрогнула – она послушно перешагнула через сиденье стула и плавно опустилась прямо на колени к партнёрше.
— Попалась, – бархатным голосом выдохнула Кенна. Её бледные ладони мгновенно легли на бедра Рейко, собственническим жестом фиксируя её на месте.
— И не думала прятаться, – в тон ей парировала Рейко.
Она подалась вперёд, сокращая последние миллиметры между ними, и доверительно упёрлась ладонями в грудь Кенны, чутко оглаживая пальцами жесткие, рельефные линии её корсета.
Но Кенна не собиралась тратить драгоценные мгновения на разговоры. Не выжидая лишних секунд, она властно обняла Рейко за талию и накрыла её губы глубоким, требовательным поцелуем. В этой близости Кенна вела увереннее медоеда в жаркой саванне, полностью подчиняя себе ритм и заполняя собой всё пространство вокруг. Рейко же, отбросив привычную профессорскую сдержанность, податливо раскрывалась навстречу, отвечая с той стойкой, глубокой страстью, которая всегда жила внутри неё. Её хвост от переизбытка чувств судорожно дёрнулся и ещё крепче, кольцо за кольцом, обвился вокруг поясницы вампирши.
Когда Кенна неохотно отстранилась, чтобы глотнуть воздуха, её дыхание на мгновение сбилось в тяжёлый комок – сочная сладость недавнего ужина подступила к горлу смешалась с внезапно вспыхнувшим возбуждением, заставив сердце биться запредельно часто. Но едва ли эта приятная тяжесть могла её остановить! Слегка откинув голову назад, Кенна потемневшим от желания взглядом окинула домашнюю одежду Рейко.
— Этот кардиган лишний, – коротко бросила она.
Пальцы вампирши, длинные и сильные, уверенно подцепили мягкие края объемной вязаной кофты Рейко, беспрепятственно стягивая её подтянутого тела. Вьюрн послушно приподняла руки, полностью доверяясь этим хозяйским движениям и позволяя без лишних слов избавить себя от слоёв одежды. Так она осталась сидеть на коленях у Кенны лишь в тонком, едва ощутимом на теле белье. Ненужную ткань небрежно отшвырнули куда-то в сторону.
Не теряя ни секунды, Кенна жадно припала горячими губами к обнажившейся изящной ключице партнёрши, оставляя на желтоватой коже влажный, обжигающий след. За ним по следовал резкий выдох, потом глубокий вдох. Вампир пробовала её на вкус, тая в ощущениях, как прожжённый опытом сомелье. Почувствовав это требовательное, собственническое прикосновение, Рейко прерывисто выдохнула сквозь плотно сжатые зубы и судорожно вцепилась в блузку Кенны, ощущая пальцами горячую кожу под тонкой тканью.
— Теперь твоя очередь, – едва слышно прошептала Рейко.
Её пальцы тут же соскользнули вниз, безошибочно находя плотную шнуровку на корсете Кенны. Действуя удивительно ловко и быстро, несмотря на охватившую её тело лёгкую дрожь, она принялась одну за другой распускать тугие петли, освобождая тело вампирши из тисков строгого офисного аутфита. Мгновение, и корсет с глухим звуком упал под стол. Плотная ткань блузки пуговица за пуговицей послушно разошлась вслед за корсетом, открывая взору аппетитные изгибы мягкой фигуры блондинки. Рейко с приглушённым вздохом скользнула ладонями под распахнутые полы одежды, согревая свои прохладные пальцы горячую кожу её боков. От этого Кенна что-то довольно промычала, ещё сильнее вжимаясь в ладони партнёрши.
Не выдержав этой пытки близостью, Кенна одним остервенелым движением приподняла Рейко за бёдра и усадила прямо на край кухонного стола. В спешке она бесцеремонно мазнула локтем по пустой тарелке – фарфор, или материал подобный ему, с громким, противным скрежетом покатился по гладкому столу, едва не полетев на пол.
— Кенна, аккуратнее! Посуду разобьёшь, – недовольно нахмурилась Рейко, чья врождённая практичность на секунду взяла верх над страстью. Её хвост возмущённо метнулся в сторону.
Такие тона поведения партнёрши эрудиту были знакомы, пожалуй, слишком хорошо знакомы. Рейко знала её буквально наизусть: когда вампирша поддавалась сильным, захлёстывающим её желаниям, весь лоск управляющей элитной сетью отелей слетал, как шелуха. В эти мгновения ей руководила первобытная страсть, от чего она становилась прямолинейной, требовательной и по-хорошему грубой. Она не терпела отказов, не обращала внимания на условности и уж точно не собиралась беречь посуду, когда внутри неё разгоралось голодное пламя. Рейко понимала, что спорить сейчас бесполезно — Кенна просто не способна была услышать доводы разума, пока не получит то, чего уже так отчаянно жаждала. Она – дикий огонь, которому не стоит давать лизать руки.
— Плевать на тарелку, новую куплю, – тем временем грубовато выдохнула Кенна, даже не повернув головы в сторону громыхания.
Она нависла над вьюрном, перекрывая ей весь обзор. Прохладный мрамор, в который Рейко упёрлась ладонями, хоть и приятно разжигал настрой температурным контрастом, на деле оказался слишком жёстким для того, во что стремительно перерастала их интимная близость.
— На кухне неудобно, Кен, – тихо, но с нажимом выдохнула Рейко в самые губы вампирши, прерывая очередной поцелуй. – Давай не тут. Не хочу собирать спиной углы.
Кенна на секунду замерла, тяжело дыша. Её огненный взгляд скользнул по оголившимся плечам Рейко, затем по краю стола. Привычка всё взвешивать на секунду столкнулась с чистой страстью, и здравый смысл победил.
— Справедливо, – коротко согласилась Кенна.
Она не позволила Рейко даже спустить ноги на пол. Обхватив вьюрна под бедра, Кенна легко подняла её. От такой резкой смены положения Рейко на мгновение растерялась: её обычно безупречный контроль пошатнулся, на щеках выступил яркий румянец, и она поспешно, почти суетливо обвила руками шею Кенны. Эта секундная неловкость, так несвойственная строгому преподавателю, заставила блондинку торжествующе усмехнуться. Высокий рост и сила вампирши позволяли носить любимую на руках без малейших усилий, и Рейко, уткнувшись носом в изгиб шеи любимой, пыталась скрыть, как сильно эта настойчивость выбивает её из колеи.
Они пересекли полумрак просторного коридора и зашли в спальню, где огромные панорамные окна загородного дома открывали вид на верхушки погруженных во тьму деревьев. Кенна аккуратно, но уверенно опустила Рейко на пуховое покрывало своей огромной кровати и тут же нависла сверху, запечатывая любые пути к отступлению.
Рейко вдруг остро ощутила собственную уязвимость. Поймав этот нечитаемый, интенсивный фокус, вьюрн смущенно отвела глаза в сторону, внезапно заинтересовавшись резным изголовьем кровати. Ей, несмотря на годы отношений, всё ещё бывало трудно безраздельно выдерживать такую откровенную, гипнотическую прямоту чужого внимания.
— Так лучше? – тихо спросила вампирша. Её низкий голос уже вибрировал от сдерживаемой страсти, когда она поймала пальцами ладонь Рейко, переплетая их на подушке и мягко фиксируя.
Эрудит сделала рваный вдох, отчаянно пытаясь нащупать внутри себя привычную точку баланса – ту самую ментальную броню, которая позволяла ей сохранять абсолютное хладнокровие в ситуациях, не отличающихся стандартностью. Наконец, смело приподнявшись навстречу вампирше, Рейко перехватила инициативу. Пальцы забегали по формам блондинки, приближаясь к воротнику расстегнутой блузки, которая после поспешных кухонных ласк всё ещё неряшливо висела на плечах Кенны. За пару секунд хлопковый верх одежды оказался на краю кровати.
Рейко не стала останавливаться. Оставшись в опасной близости с наглеющей хищницей, облаченной теперь лишь в кружевной бюстгальтер, она скользнула ладонями за её спину. Прохладные пальцы безошибочно нащупали застежку, и Рейко уверенно поддела эти крючки, ясно давая понять свои намерения. Мягкая, аппетитная грудь Кенны тут же освободилась от сдавливающего плена. В мыслях Рейко, завороженной этой близостью, проскользнула забавная ассоциация: эти роскошные, округлые формы напоминали ей запретные плоды, которые так и подмывает украсть из чужого сада змей-искуситель — тяжелые, спелые и совершенно точно не предназначенные для диетического меню.
— Знаешь, Кенна, раз уж ты так любишь жаловаться, что всё приходится делать самой, считай, что сегодня я официально забираю у тебя право на инициативу. Побудь хоть раз ведомой.
Не только ведь Кенне вести игру по своим правилам. Пусть женская инициатива и была на стороне её ненаглядной, но и она умела показывать зубки, когда было нужно. Настоящий вьюрн всегда знает, когда податливо уступить течению, а когда – смело бросаться в воду за рыбой. Рейко чуть победно сощурилась, наслаждаясь секундным замешательством в потемневших глазах блондинки, и скользнула ладонями ниже, к кожаному ремню на брюках женщины.
Когтистые пальцы едва успели коснуться металлической пряжки, намереваясь расстегнуть её с дразнящей медлительностью, как блондинка резко перехватила контроль. Вампирша не позволила ей довести задуманное до конца. Кенна одним молниеносным движением перехватила запястья Рейко жестко пресекая её попытку хозяйничать. С глухим стуком она прижала их к зелёному покрывалу, наваливаясь сверху всем своим весомым, аппетитным телом.
— Хорошая попытка, Дынечка. Но инициатива в этой комнате наказуема, – хрипло выдохнула Кенна в самые губы Рейко, обжигая их своим рваным дыханием. – Здесь всё делаю я.
Ей не нужны были чужие медленные церемонии. Удерживая запястья эрудита над головой, Кенна с резким щелчком освободила пряжку из фиксирующих пазов, молния на брюках с глухим шуршанием поползла вниз. Вампирша буквально вытряхнула себя из мешающей плотной ткани лишь одной рукой и небрежным, но точным движением спихнула брюки вместе с нижним бельём куда-то на пол спальни. Она осталась перед Рейко совершенно обнажённой. Казалось, это всё было спланировано заранее, дабы совсем не давать девушке почувствовать себя уверенным ведущим. Но до основных действий всё даже не дошло.
Взгляд блондинки потемнел до краев, медленно переместившись на точёную фигуру Рейко. Из одежды на той остались домашние шорты, да комплект красного нижнего белья. Кенна торжествующе улыбнулась, заметив, как часто вздымается грудь любимой после столь резкой смены ролей. Разыгравшееся озорство подсказало ей устроить из этого маленькое, показательное представление, чтобы хорошенько растопить остатки чужой сдержанности и как следует посмущать свою дерзкую партнершу.
Она начала сверху. Горячие ладони Кенны легли на плечи Рейко, и длинные пальцы уверенно подцепили тонкие бретельки её бюстгальтера. Не разрывая зрительного контакта, вампирша медленно сдвинула их вниз по прохладной коже рук, заставляя ткань соскользнуть. Рейко попыталась как-то прокомментировать эту безудержную наглость, но слова растворились с невесомым вздохом, когда Кенна безжалостно расстегнула застежку на спине и отбросила кружевной верх в сторону, полностью обнажая округлую грудь.
Затем Кенна плавно переместила ладони ниже. С намеренно тяжелым нажимом её пальцы очертили линию ребер Рейко, спускаясь к подвздошным косточкам. Каждое прикосновение заставляло девушку мелко, судорожно вздрагивать. Слегка приподняв Рейко за бедра, Кенна молниеносно стащила шорты, а потом, припавь своими собственными изгибами к телесам вьюрна, зацепила края трусиков и начала медленно, сантиметр за сантиметром, стягивать их вниз по гладким ногам. Она делала это нарочито неторопливо, буквально впиваясь взглядом в лицо Рейко, акцентируя всё внимание на этой интимной детали и ловя каждую мимическую черту.
Рейко не выдержала: розоватый румянец опалил её щеки, доползая до самых кончиков ушей, а дыхание сбилось на свистящий шепот. Контроля больше у неё нет, ей оставалось лишь беспомощно наблюдать за шоу. Судорожно метнувшийся по простыне хвост рефлекторно попытался прикрыть красоту хозяйки, свернуться кольцом, заслонить собой спортивное тело, но Кенна лишь хрипло хмыкнула, не тая своих истинных намерений, и безжалостно сдвинула змееподобный орган подальше. Последняя деталь одежды исчезла за границами кровати.
Рейко осталась абсолютно обнаженной под этим оценивающим взглядом. Прежде чем она успела вставить хотя бы одно веское, протестующее слово, Кенна перешла к прелюдии. Её ласки стали откровенными, властными, не оставляющими места для стыда. Ладони блондинки бесстыдно сжимали податливую кожу, оглаживали внутреннюю сторону бедер, заставляя Рейко выгибаться в спине и шумно ловить ртом воздух. Контраст между обжигающими, требовательными руками вампирши и прохладой просторной спальни сводил с ума.
В какой-то момент, окончательно захлебнувшись накатившим возбуждением и застарелым, глухим голодом, Кенна потеряла остатки контроля. Теряясь в запахах, она жадно припала к шее Рейко, покрывая её влажными, хаотичными поцелуями. В слепом порыве страсти её рот приоткрылся чуть сильнее, и острые, длинные клыки ощутимо цапанули нежную кожу девушки, готовые вот-вот проколоть пульсирующую вену. Кенна замерла, шумно втянув носом воздух. Тело задрожало от подступившего сладкого предвкушения, но она не смела броситься. Остатки здравого смыла держали от ошибки на предельно малом расстоянии.
Обе прекрасно знали об этой особенности. Легкая зависимость Кенны от свежей крови периодически давала о себе знать, обостряясь до предела в моменты сильных эмоциональных всплесков или тяжелых дней. Обычно они держали этот голод в строгих уздах. Всё-таки зависимость – вещь пагубная, а зависимость от крови для фруктового вампира – тем более, но сейчас, чувствуя, как дико и отчаянно бьется сердце вампирши в дикой борьбе с животным голодом, Рейко была готова пойти навстречу. В конце концов, в этой постели их доверие друг к другу было безграничным и это меньшее, что она могла сделать для той, кого собственноручно подсадила на эту вредную привычку на всю оставшуюся жизнь.
— Кенна... – тихо, но удивительно твердо позвала Рейко. Ей даже не бросилось в глаза, что блондинка не подняла головы. Она сама чуть подалась навстречу, приподнимая подбородок и полностью открывая беззащитную шею. – Я разрешаю, кусай. Только без фанатизма.
— Я не голодна… – явно обманывая и себя, и Рейко прохрипела та. Отчаянную попытку скрыть подступающий голод проигнорировали настойчивым движением руки.
Вывернув руку из чужой хватки, вьюрн подтянула голову Кенны ближе к своей шее.
— Не ври, ты практически ничего не съела. Это не обсуждается. Если не сделаешь этого, мы не сможем продолжить. Сама знаешь, чем твой голод грозит...
Вампирша поморщилась, но уговаривать лишний раз её всё-таки не пришлось. На почве дневного истощения, запаха любимого тела и бешеного возбуждения Кенна издала глухой, утробный хрип и жадно вонзила клыки в кожу любимой.
Тело Рейко пронзила неприятная боль. На глазах мимолётно выступили слёзы, а пальцы мертвой хваткой впились в отвердевшие плечи блондинки, сминая кожу. Специфическое, ошеломляющее чувство – смесь острой, пульсирующей боли и мгновенно разливающегося по венам дурманящего жара – затопило её сознание. Но даже в этот момент врожденная потребность в контроле заставила Рейко вернуть себе бразды правления. Она строго следила за тем, сколько и как интенсивно вампирша пьет из нее кровь, не позволяя Кенне полностью потерять голову от этого экстаза.
— Спокойно... эй, полегче на поворотах, – сдерживая дрожь и хрип, властно прошептала Рейко. Она плотно прижала ладонь к затылку вампирши, мягко, но непреклонно регулируя глубину и частоту чужих глотков бормотаниями. – Медленнее. Вот так... умница. Аккуратно, я тебе не шведский стол. Наедаться до отвалу не стоит.
Кенна повиновалась этому давлению, её глотки стали глубже и не такими судорожными. И всё же она пила жадно, шумно вздыхая носом, пока её тело буквально впитывало жизненные силы Рейко, восполняя каждую каплю энергии. Когда приятное покалывание в шее Рейко сменилось тяжелой, слишком явной слабостью, а пульсация стала невыносимой, девушка вцепилась пальцами в светлые волосы вампирши на затылке и резко потянула вверх.
— Всё, хватит, Кенна. Ты увлекаешься, – с нажимом отрезала Рейко, окончательно останавливая и отстраняя голову любимой от своей шеи.
Вампирша неохотно подчинилась несильному отталкиванию. Она отлипла, тяжело дыша; на её припухшей нижней губе блестела яркая, аккуратная капля крови, которую она тут же слизнула кончиком языка. С лазурных радужек её больших глаз сошёл сверхъестественный огнёк экстаза. Трапеза между делом пошла ей на пользу, Кенна ощутила колоссальный прилив сил. Вся дневная усталость испарилась, уступив место волне бодрости.
— О, эоны... какая же ты сладкая. Мой лучший энергетик, – выдохнула Кенна вибрирующим от избытка сил голосом, но тут же осеклась. – Но тебе всё-таки не стоило идти навстречу моим нездоровым хотелкам, Рей-Рей.
— Давай так, я бы не успела дойти до кухни и принести тебе фрукты. Ты ведь такая…быстрая. – пересиливая пока незатихающее жжение в области шее, усмехнулась эрудит.
— Оправдывайся теперь, сколько влезет, – Кенна попыталась вернуть на лицо привычную дразнящую ухмылку, но в её голосе внезапно проскользнуло отчетливое волнение. Она замерла, вглядываясь в бледное лицо Рейко. Взгляд вампирши лихорадочно метался от пульсирующей ранки на шее к потяжелевшим векам девушки. – Но, если серьезно... Рей-Рей, лучше лишний раз так не делай. Я же могла не остановиться. Знаешь, когда не ешь целый день, можно и быка живьём съесть... ты хоть понимаешь, как рискуешь, когда так просто подставляешься под мой голод?
Она шумно хмыкнула, стыдливо потерев руками переносицу, и в этом всём читалось искренний, почти панический страх причинить любимой вред. Всё-таки животный инстинкт – опасная штука, и Кенна по-настоящему испугалась того, как легко её разум едва не смирился перед запахом чужой крови.
— Ну что я могу поделать, вижу это грустное голодное личико. – Рейко закатила глаза, выражая притворное сожаление, хотя в глубине её взгляда сквозила безграничная, теплая нежность. Она приподняла свободную руку и коснулась щеки Кенны, мягко поглаживая согретую кожу большим пальцем. – К тому же, я прекрасно знаю, на что иду. Работа у меня такая, красивых вампиров подкармливать. Перестань рефлексировать, от твоей заботы у меня голова кружится сильнее, чем от потери крови. Лучше займись делом.
Этот спокойный, принимающий тон эрудита и её открытый вызов подействовали на Кенну как детонатор. Тревога и стыд мгновенно переплавились в дикую, яростную и совершенно неуправляемую страсть. Сверхъестественная бодрость, разливающаяся по венам после экзотической трапезы, требовала немедленного выхода.
— О Эоны... ладно. Ты сама напросилась, – выдохнула Кенна, и в её потемневших глазах зажегся похотливый азарт.
Вместо того чтобы отстраниться, она опустилась обратно к шее Рейко. На этот раз её движения лишились всякой осторожности и деликатности. Кенна припала к свежей ранке горячим языком, жадно, почти грубо зализывая след от своих клыков. Она прошлась по пострадавшей коже влажным, широким мазком, а затем с силой зафиксировала ртом плоть, оставляя поверх укуса багровый, наливающийся гематомой засос. Рейко судорожно выгнулась под ней, с шумным мычанием ловя ртом воздух от этого тянущего вечность острого чувства на грани между болью и чистым удовольствием.
— Раз уж ты сама назвала меня быстрой... – Кенна резко перехватила её бедра, сминая упругую плоть пальцами так крепко, что на утро там гарантированно останутся темные отпечатки. – Придется соответствовать.
Она обрушилась на Рейко всей своей обновленной, запредельной силой, стирая последние крохи напускной сдержанности. Кенна грубо, по-хозяйски развела её колени в стороны, устраиваясь между ними своим тяжелым телом и лишая эрудита малейшего пространства для маневра. Горячие ладони вампирши бесцеремонно скользнули по внутренней стороне бедер, с силой потянув вверх и заставляя Рейко раскрыться перед ней максимально пошло и уязвимо.
Вся прежняя мягкость блондинки испарилась под действием выпитой крови. Одной рукой она жестко зафиксировала подбородок Рейко, заставляя ту смотреть прямо на неё, ловя каждую эмоцию, а пальцы другой руки, влажные от слюны, без каких-либо церемоний скользнули вниз, к самому интимному центру существа девушки.
— Кенна... подожди, ты слишком... – попыталась вставить слово Рейко, но голос девушки сорвался на рваный, беззащитный стон, когда длинные пальцы вампирши грубо, с влажным шуршанием вклинились между её складками, сразу надавливая на самую чувствительную точку.
— Тише, Дынечка. Ты сама отдала мне инициативу, помнишь? – прошептала по-издевательски Кенна, и в её словах звенела властная, пьянящая жесткость.
— Честно, я не помню, чтобы я подобное го-
— Помолчи. – бросила Кенна, пропуская мимо ушей возмущения партнёра.
Она начала двигаться внутри неё – резко, напористо, совершенно не заботясь о плавности ритма. Ладонь Кенны с силой вжималась в лобок Рейко, заставляя ту судорожно цепляться пальцами за простыни и глухо, надрывно стонать. Каждое движение Кенны было дразнящим, грязным и глубоким; она намеренно изводила партнершу, заставляя её тело вырабатывать ещё больше собственной, сладкой влаги, которая теперь тягуче размазывалась по их бедрам.
Рейко полностью потеряла контроль, о котором так пеклась. Её длинный хвост в панике намертво обвился вокруг талии Кенны, судорожно сжимаясь с каждым новым, резким толчком пальцев вампирши, выдавая всю глубину её запредельного, порочного наслаждения.
Рейко была уже на эмоциональном пределе, её тело выгибалось навстречу каждому резкому толчку, а пальцы безжалостно сминали шелковую простыню, когда Кенна вдруг резко остановилась. Пальцы вампирши, скользкие и горячие от выделившейся смазки, нехотя покинули её лоно, заставив Рейко глухо, разочарованно застонать от внезапно прерванного ритма. Но Кенна не собиралась сбавлять обороты. В её потемневших глазах горел ненасытный голод — ей хотелось ещё более постыдного, глубокого подчинения от этой обычно такой сдержанной женщины.
— Рано расслабляться, Дынечка, – хрипло выдохнула она, окинув жадным взглядом тяжело вздымающееся тело Рейко.
Сменив позу, Кенна с кошачьей грацией скользнула ниже, разводя её ноги ещё шире и практически укладывая их себе на плечи. Рейко, застигнутая врасплох этой резкой переменой, попыталась было инстинктивно свести ноги, но вампирша жестко пресекла эту попытку. Перехватив щиколотки девушки, она с силой зафиксировала их, полностью открывая её перед собой и заставляя принять максимально откровенную, пошлую позу.
Рейко вспыхнула до кончиков ушей, прикрывая лицо ладонью от этого невыносимого, интимного стыда, но Кенна лишь плотоядно ухмыльнулась.
Не давая девушке опомниться, она припала к её лону уже горячим ртом.
Первое же прикосновение языка Кенны – широкое, влажное и требовательное – заставило Рейко судорожно вскрикнуть, сорвавшись на высокий, дрожащий стон. Вампирша ласкала её без тени прежней деликатности: язык двигался глубоко и нагло, слизывая скопившуюся влагу, а затем Кенна начала с силой втягивать губами самую чувствительную точку, дразня Рейко на грани легкой боли. Контраст между обжигающим дыханием блондинки и прохладой комнаты от сквозняка, просачивавшегося через открытое окно, сводил эрудита с ума.
Кенна буквально упивалась своей властью, чувствуя, как мелко дрожат бедра Рейко у неё на плечах. Чтобы сделать этот момент еще более грязным и невыносимым, вампирша во время ласк запустила один палец обратно внутрь Рейко, растягивая её и заставляя выгибаться в спине, пока губы и язык продолжали безжалостно терзать клитор. Рейко отчаянно закусила губу, пытаясь сдержать рвущиеся наружу крики, а её длинный хвост в этот момент судорожно, в безумном экстазе хлестал по матрасу, то и дело пытаясь обвить сильное бедро Кенны в безрезультатной попытке обрести хоть какую-то опору в этом захлестнувшем их обеих омуте порочной страсти.
Рейко больше не могла оставаться исключительно в роли беззащитной жертвы. Накатившая волна запредельного удовольствия переплавилась в отчаянное, упрямое желание вернуть себе хотя бы крупицу контроля над собственным телом. Пересилив вязкую слабость в мышцах, эрудит резко убрала ладонь от лица и вцепилась пальцами в светлые волосы Кенны, сдерживая её слишком эгоистичный, яростный напор.
— Погоди… – хрипло, со свистом выдохнула Рейко.
Используя остатки сил, она настойчиво потянула вампиршу за волосы вверх, вынуждая её оторваться от влажного лона. Кенна неохотно приподняла голову, тяжело дыша; её подбородок и губы блестели от чужих интимных соков, а в потемневших глазах горело искреннее недоумение пополам с досадой от того, что её так бесцеремонно прервали на самом интересном месте.
Но Рейко не дала ей времени возмутиться. Воспользовавшись секундным замешательством блондинки, она скользнула ладонями вверх по её бедрам, перехватила инициативу и потянула Кенну на себя, заставляя ту сменить положение и едва не лечь на неё всей грудью. Хвост Рейко, до этого панически бивший по простыням, теперь уверенно и крепко обвил поясницу вампирши, фиксируя её на месте.
Прежде чем Кенна успела выговорить хоть слово, Рейко сама пошла в атаку. Она приподнялась навстречу и впилась в губы блондинки глубоким, голодным поцелуем, слизывая с них вкус собственной влаги, смешанный со шлейфом недавнего укуса. Но настоящая месть эрудита крылась ниже. Свободная рука Рейко безжалостно спустилась к обнаженным бедрам Кенны и безошибочно скользнула к её собственной, уже изнывающей от долгого ожидания интимной зоне.
Пальцы Рейко действовали расчетливо и удивительно умело – она прошлась по горячим складкам Кенны, мгновенно пачкаясь в её тягучей, обильной смазке, а затем без предупреждения ввела сразу два пальца глубоко внутрь вампирши, одновременно сильно надавливая большим пальцем сверху.
Кенна от такой резкой смены ролей захлебнулась собственным вздохом. Из её горла вырвался громкий, неприлично высокий и сладострастный стон. Глаза вампирши на мгновение закатились от накатившего блаженства, а тело судорожно вздрогнуло, полностью подчиняясь этой внезапной, точной ласке. Кенне чертовски, до безумия понравилось то, как уверенно Рейко сжимала её изнутри, заставляя её собственные бедра мелко дрожать от подступающей судороги.
Но это пьянящее чувство уязвимости продлилось недолго. Первобытный эгоизм и бурлящая в венах кровь, сделавшая Кенну слишком энергичной в этот вечер, не позволили ей надолго остаться ведомой. Нетерпение взяло верх над удовольствием.
Едва Рейко сделала еще несколько глубоких, дразнящих толчков пальцами, заставляя Кенну позорно выгибаться в её руках, как вампирша протестующе замычала. Грязно выругавшись сквозь зубы, она резко перехватила запястье Рейко и с силой выдернула её пальцы из своего истекающего лона, грубо пресекая эту ответную ласку.
— Слишком долго… – сбито дыша, прорычала Кенна, прижимая руку Рейко к матрасу и буквально нависая над ней грозовой тучей. На её щеках горел лихорадочный румянец, а грудь вздымалась так сильно, словно она пробежала марафон. – Очень хорошо, Дынечка… невероя-я-ятно хорошо, но у меня нет сил терпеть твои медленные игры. Я хочу всё и прямо сейчас.
Она больше не собиралась отвлекаться на церемонии. Вновь подчинив себе растерявшую силы партнершу, она грубо вернула свои пальцы в её изнывающее, горячее лоно. В этот раз её ритм стал по-настоящему яростным и грязным – вампирша двигалась глубоко, до упора, заставляя Рейко надрывно и часто стонать куда-то в потолок, окончательно теряя остатки рассудка.
Но Кенне этого было мало. Обуреваемая сверхъестественной энергией, она всё искала, как ещё сильнее разжечь этот порочный пожар. Вдруг свободная рука скользнула по бедру Рейко и наткнулась на её длинный хвост, который в экстазе судорожно бился по простыням. Кенна ухмыльнулась – пошло и хищно. Она жёстко перехватила красивый орган эрудита у самого основания, с силой сжав его в кулаке и начав медленно, с тяжелым нажимом вести ладонью вверх, оглаживая чувствительную шерсть против роста.
Для Рейко это стало сокрушительным ударом. Чувствительность хвоста была запредельной, и это запретное, грубое прикосновение мгновенно отозвалось электрическим разрядом в самом низу живота.
— К-Кенна!.. А-ах! – громко, сорвавшись на крик, вскрикнула Рейко, её глаза остекленели, а тело в судороге выгнулось дугой. Хвост в ладони вампирши панически дернулся, инстинктивно пытаясь вырваться, но Кенна лишь крепче сжала пальцы, дразняще потянув его на себя и одновременно делая резкий, глубокий толчок пальцами внутри неё.
Рейко оказалась на самом краю. Она поняла, что ещё секунда в таком положении – и она просто сгорит, так и не утолив кричащее внутри чувство собственного достоинства. Эрудит упрямо рванулась вперед, преодолевая сопротивление, и мертвой хваткой вцепилась в крепкие плечи вампирши, притягивая её к себе.
— Нет… вместе. Мы сделаем это вместе, – приказным тоном выдохнула Рейко прямо в губы Кенны, и в её помутившемся взгляде промелькнула педантичная властность. – Не лишай меня удовольствия закончить вместе с тобой, непослушная невыносимая девчонка.
Кенна, глядя на её пунцовое, мокрое от пота лицо и безумный взгляд, лишь согласно гмыкнула. Собственное нетерпение уже выжигало её изнутри. Больше не разрывая интимного контакта, Кенна навалилась на Рейко всем телом, вжимаясь своей изнывающей, мокрой плотью прямо в её бедро, и начала тереться о неё в такт движениям своих пальцев.
Они переплелись ногами и руками в один сплошной, дрожащий узел страсти. Рейко, сообразив, что нужно делать, судорожно подалась навстречу, ловя этот безумный ритм, подрагивая бедрами и помогая Кенне находить нужное трение. Хвост девушки, зажатый между их телами, теперь упрямо и крепко обвил бедро Кенны, сжимая его до синяков.
Становилось очень жарко. Вьюрна прошибал то сильный жар, то лёгкий холодок, пробегающий от копчика до спины волной мурашек. Комнату заполнили уже далеко не сдавленные стоны, хлёсткие звуки столкновения тел и влажное шуршание. Кенна легонько кусала Рейко за плечи, оставляя новые розоватые отметины, а Рейко в ответ до крови царапала её спину, полностью отдавшись этому совместному безумию. Ритм стал не человечески быстрым. Моментом эрудит пожалела о своих словах, сказанных ранее. Её девушка действительно была очень быстрым вампиром, ей едва удавалось угнаться за её мыслями и движениями.
В какой-то момент обе они одновременно замерли, натянувшись как струны. Накатившая волна оргазма оказалась настолько мощной и сокрушительной, что в глазах померк свет. Рейко громко, запрокинув голову, закричала, захлебываясь удовольствием, пока её лоно судорожно, частыми толчками сжимало пальцы вампирши. Кенна сорвалась следом – с хриплым стоном она уткнулась в шею Рейко, содрогаясь всем телом от мощнейшей разрядки, которая волнами прошибала её сверху донизу, пока она изливалась на чужую кожу.
Тишина загородного дома медленно возвращалась в спальню, нарушаемая лишь двумя сорванными голосами. Первые несколько минут они обе не могли даже пошевелиться. Бурлящая сверхъестественная энергия Кенны, вспыхнувшая после глотка крови, наконец-то улеглась, оставив после себя приятную, глубокую истому, а Рейко и вовсе казалась обессиленной. Белый хвост, до этого судорожно сжимавший бедро вампирши, безвольно соскользнул на простыни, лишь изредка едва заметно подергиваясь на самом кончике. Она понятие не имела было ли тому виной энергозатратное игрище или на ней так вдобавок сказалась частичная потеря крови, но разбираться в причинах дефицита сил откровенно не хотелось.
Постепенно пелена безумного экстаза начала спадать с разума Кенны. Протрезвев от вспышки страсти, она медленно приподнялась на локтях, переводя взгляд на лежащую под ней девушку. В полумраке комнаты отчетливо проступили последствия её недавнего нетерпения: на влажной шее Рейко багровел глубокий, наливающийся засос прямо поверх следов от клыков, на тонких запястьях, бедрах и грудях уже проступали красноватые отпечатки её сильных пальцев и следов зубов, под спиной уставшего эрудита на одеяле темнело мокрое пятно пота.
В груди вампирши мгновенно укололо чувство вины. Вернувшийся рассудок напомнил ей, насколько грубой, эгоистичной и напористой она была всего несколько минут назад, как практически проигнорировала чужие попытки перехватить контроль и бесцеремонно подчиняла Рейко своей воле, жёстко зажав её чувствительный хвост.
— Эй... Рей-Рей... – непривычно робко позвала Кенна. Она аккуратно убрала руку Рейко со своего плеча и бережно перенесла свой вес в сторону, укладываясь на бок, но не разрывая контакта. – Прости, я... я вообще не сдержалась. Переборщила, да? Как ты себя чувствуешь? Хвост... сильно болит? Шея не ноет?
Она заглянула в лицо партнерши, и в её синих глазах, ещё недавно горевших похотливым огнем, считалось только преданное беспокойство. Кенна по-настоящему испугалась, что в порыве этого сытого, пьянящего угара могла причинить Рейко настоящую боль.
Рейко медленно приоткрыла потяжелевшие глаза. Лихорадочный румянец подсвечивал её щёки как взлётную полосу, а на губах блуждала слабая, сонная, но абсолютно довольная усмешка. Она нашла в себе силы слегка повернуть голову в сторону блондинки.
— Рейко, мне не смешно, – проныла блондинка, совсем выгибая в беспокойстве брови. –Ты выглядишь слишком неважно.
— Да живая я... почти, – тихо прошелестела эрудит. – Но…Ты сегодня действительно устроила мне испытание на прочность. И я выгляжу “неважно” из-за этого. Но... всё в порядке, Кенна. Мне... понравилось. Правда.
Слукавить немного всё же пришлось. Рейко не была фанатом резких заходов, но прекрасно понимала, что виной такому была её же кровь, а никак не прихоть Кенны. Услышав это, Кенна облегчённо выдохнула, словно у неё с души свалился огромный камень. Желая искупить свою временную грубость, вампирша бережно притянула ослабевшее тело Рейко к себе, укладывая её голову к себе на грудь и укрывая их обеих до самого подбородка сбившимся шелковым одеялом.
— Ну и дурочка же ты, Дынечка... так разбаловать меня, – ласково, едва слышно проворчала Кенна, утыкаясь носом в растрепанные, влажные волосы девушки. Одна из рук сама потянулась к рожкам вьюрна, которым за сегодняшний день внимания ещё не уделяли. Большой палец вампира заскользил по шероховатому основанию одного из чёрных отростков, что заставило партнёра выдать подобие урчания.
— Я тоже считаю, что слишком часто даю тебе поблажки, Кен…–щурясь усмехнулась девушка. – Кто ещё, кроме меня простит тебе столько наглости, м?
— Но у меня же сейчас получается заглаживать свою вину?
Рейко глубже зарылась носом в мягкую кожу на груди вампирши, полностью отдаваясь этому новому, убаюкивающему ритму. Напряжение, державшее её тело в тисках последние полчаса, окончательно растаяло под ленивыми, монотонными движениями пальцев Кенны. Шероховатое основание рожек всегда было её нежным местом, а сейчас, после такой дикой встряски, эти ласки ощущались как настоящее спасение. Вибрация, родившаяся где-то в груди эрудита, стала отчетливее, превращаясь в сонное и глубокое урчание довольного вьюрна.
— А, по-моему, я неплохо справляюсь, – придурковатенько хмыкнула Кенна, чувствуя эту ответную реакцию всей грудью. Тревога в её голосе окончательно сменилась нежностью. Она чуть сместила ладонь, теперь бережно очерчивая кончиками пальцев изгиб черного отростка, а затем плавно спустилась ниже, запуская пальцы в густые, растрепанные волосы на затылке Рейко. – Делаю предположение, что твои урчания – признак твоего хорошего расположения.
— Хорошо, пусть будет так... – едва слышно отозвалась Рейко, не открывая глаз. От тепла Кенны и её размеренных движений веки окончательно налились свинцом, а мысли путались, превращаясь в приятный вязкий туман. – Только не останавливайся. На сегодня лимит твоей грубой силы исчерпан, так что... отработай нежностью немного.
— Тебе всё что угодно, Дынечка. Слушаюсь и повинуюсь, – Кенна мягко улыбнулась, прижимая девушку к себе ещё чуть ближе, словно пытаясь полностью спрятать её от всего мира под этим тяжелым пуховым одеялом.
Её пальцы продолжали с бережной интенсивностью перебирать темные пряди, то и дело возвращаясь к основанию рожек и ласково поглаживая шероховатую поверхность, пока Рейко совсем не провалилась в эти ощущения. В полумраке спальни, под мерный, синхронный стук двух сердец, они медленно, рука об руку, уходили в восстанавливающий сон, окончательно смывающий остатки безумного шторма.