Глава 20.
Разорванный
Руки Габриэля слегка дрожали, пока он готовил поздний ужин. Джаред всё ещё не вернулся с работы — медицинский персонал, по-видимому, задерживался на сверхурочной смене, — но время уже было немалое. Неужели Джаред скоро не придёт?
Он порезал палец и выронил нож, с тихим шипением отпрянув.
Опершись на край стола, он заставил себя сделать несколько глубоких вдохов. Это, увы, не помогло. Тревожное предчувствие не отпускало.
Ему не нравился тот взгляд, с которым Джаред ушёл тогда. Он выглядел как человек, принявший трудное, болезненное, но неизбежное решение. Неужели он действительно зашёл слишком далеко?
К тому времени, как ужин был полностью готов, Габриэль уже чувствовал себя почти больным от беспокойства.
Наконец, вдалеке послышался звук подъезжающей машины, и сердце Габриэля забилось с такой силой, что казалось — оно сотрясает всё его тело изнутри.
Он вытер руки, проигнорировав жгучую боль в пальце, бегло окинул взглядом накрытый стол — всё ли на месте, ничего ли не забыл, — и замер в ожидании, что Джаред сам его найдёт.
Входная дверь скрипнула и захлопнулась. Послышались шаги, ведущие наверх.
С нарастающей тревогой Габриэль вышел из кухни и тоже поднялся по лестнице.
Он нашёл Джареда в спальне. Тот только что вышел из душа и переодевался.
— Я выхожу, — сказал Джаред, натягивая тёмную рубашку.
— Я не голоден, — коротко бросил он, застёгивая джинсы. Он схватил куртку и решительно направился к двери, не глядя на Габриэля.
— Джей... — тихо сказал Габриэль, перехватывая его за руку.
Тот, наконец, обернулся и взглянул на него.
— Послушай, всё это начинает сводить меня с ума, — сказал он. — Наши отношения... это уже нечто непонятное, психологическая пытка. Слишком много и в то же время катастрофически мало. — Челюсть Джареда напряглась, по ней пробежала судорога. — Я хочу от тебя того, чего ты, вероятно, никогда не сможешь мне дать. И, если быть откровенным, я уже не уверен, что смогу держать себя в руках и не надавить на тебя, не заставить принять то, чего ты не хочешь. Нам нужны границы. Никогда бы не подумал, что скажу это, но мне было проще, когда я притворялся просто другом. Только другом.
Габриэль сглотнул. У него возникло сильное, жгучее предчувствие — он не услышит ничего хорошего.
Губы Джареда сжались в тонкую, напряжённую линию.
— Больше никаких поцелуев и этих твоих бесконечных прикосновений, — жёстко сказал он. — Я выхожу. И собираюсь заняться сексом. С кем-нибудь.
Он мягко высвободил руку из ослабевшей хватки Габриэля и, не оборачиваясь, вышел из комнаты, оставив того стоять, как вкопанного.
Когда внизу хлопнула входная дверь, ноги Габриэля подкосились. Он тяжело опустился на край кровати Джареда и остекленевшим взглядом уставился в пустоту.
Так. Нужно думать рационально. Всё в порядке. Именно так они и договорились, не так ли? Это же он сам предложил ещё тогда, в Штатах: он будет стараться делать Джареда счастливым, но вопрос секса останется за пределами их отношений. Джареду придётся искать близость на стороне. Это было его собственное условие — он настаивал на этом. И сейчас он по-прежнему хотел именно этого. Ему ведь было всё равно, с кем Джаред спит. Это не его дело. Одноразовые связи, в которых не было чувств, не могли у него Джареда отнять. Они не представляли угрозы. Он не должен был переживать.
И всё же внутри живота будто сжалась тяжёлая свинцовая глыба, болезненно царапая изнутри, будто пытаясь вырваться наружу.
Габриэль подтянул колени к груди, обхватил их руками и глубоко вдохнул, пытаясь справиться с подступающей тошнотой. В груди жгло, и он не понимал, почему. Что с ним происходило? Он ведь никогда особо не волновался из-за мимолётных связей Джареда. Джаред любит его — разве это не главное?
Его взгляд упал на рубашку Джареда, небрежно брошенную рядом на постель.
Габриэль поднял её и, долго глядя на ткань, поднёс к носу. Запах. Больница. Джаред. Он жадно вдохнул, снова и снова, словно пытаясь впитать в себя каждую молекулу, пока не ощутил стыд. Отвращение к себе. Если бы Джаред только знал… Этого было уже достаточно, чтобы он с трудом мог смотреть ему в глаза после той ночи — той, о которой он изо всех сил старался не думать. Даже теперь, мельчайшее воспоминание о ней вызывало румянец. Наверное, это был просто сбой. Приступ желания. Просто он был чересчур возбужден в тот вечер. Возможно, тот случай, когда он застал Джареда... просто всё перепутал в его голове. Может быть.
Но теперь это уже не имело значения, не так ли? Джаред хотел, чтобы всё вернулось на круги своя. Просто дружба. И, вероятно, он был прав. Так было проще. Меньше путаницы. Меньше близости, меньше накала. Их отношения в нынешнем виде были далёки от нормальности и гармонии. Они застряли в этой странной, тревожной зоне между дружбой и любовью, между платоническими чувствами и романтикой. Нужны были перемены. И то, что Джаред захотел секса — это было логично. Он ведь не мог ждать от него монашества до конца жизни. Габриэль не мог быть настолько эгоистичным. Он не имел права.
Это ведь к лучшему. Никаких поцелуев. Никаких нежных прикосновений. Просто друзья. Джаред займётся сексом с кем-нибудь, вернётся домой — и всё станет проще. Без лишних осложнений. Без страсти и мук.
Ком в горле застрял намертво, отказываясь уходить. Казалось, внутри него что-то скреблось, вырываясь наружу, грызя его изнутри.
Глава 21: Обманутый
Джаред сидел у стойки бара, медленно потягивая пиво и стараясь не обращать внимания на слащавую любовную песню, доносящуюся из старого музыкального автомата. Он чувствовал на себе больше, чем просто пару заинтересованных взглядов — людей притягивало его обаяние, его внешность, но он никак не мог заставить себя сделать то, ради чего пришёл: подцепить кого-то, переспать и, наконец, избавиться от глупых иллюзий, которые почему-то всё ещё жили в нём, несмотря на все прожитые годы. Это было по-настоящему жалко. Жалко и смешно.
На соседний стул кто-то опустился.
— Долгий день? — раздался мужской голос, мягкий и чуть хрипловатый.
— Я — Гарри, — представился парень.
Он был симпатичным, но не слишком броским. На вид — чуть за двадцать. Светло-каштановые волосы, зелёные глаза. Достаточно похож.
— Хочешь уйти отсюда? — прямо спросил Джаред, не теряя времени на пустую болтовню.
Глаза Гарри удивлённо распахнулись, но затем он облизал губы.
— К тебе, — ответил Джаред, поставив почти нетронутое пиво на стойку.
Поездка до квартиры Гарри оказалась короткой. Парень пытался завести разговор, но Джареду было не до слов. Он вообще не был ни в каком настроении — ни для флирта, ни для секса, ни для чего-либо ещё, но это не имело значения. Некоторые вещи просто нужно было сделать.
Когда они оказались в квартире, Джаред грубо подтолкнул Гарри к кровати и бросил:
— Властный, — усмехнулся Гарри, подмигнув, но подчинился без лишних слов.
Джаред тоже начал снимать одежду. Но ощущение отстранённости не покидало его — будто он наблюдает за происходящим со стороны, находясь вне собственного тела. Всё происходящее казалось чужим, почти механическим.
— Чёрт, ты, наверное, самый горячий парень, которого я когда-либо видел, — сказал Гарри, проводя взглядом по телу Джареда, задержавшись на его пахе. Взгляд, полный откровенного восхищения, приятно тешил эго. Хотя бы кто-то смотрел на него с таким голодом. Габриэль так не смотрел. Никогда не смотрел. И не посмотрит.
Стиснув зубы, Джаред попытался вытолкнуть эту мысль из головы. Это было бессмысленно. Габриэль никогда не сможет дать ему этого. Для Гейба он всегда останется просто близким другом и чем-то вроде опекуна. Безопасным. Безобидным. Объектом желания он для него никогда не станет.
А для Гарри — станет. Его глаза, почти как у Гейба, только тусклее, были затуманены вожделением.
— Господи, да ты просто огонь. Похоже, мне сегодня очень повезло. Давай, трахни меня. Не переживай, я подготовился заранее. — Парень широко развёл ноги и начал трогать себя. — Ну же.
Джаред мысленно застонал. Парень болтал слишком много. Голос был не тот. Слишком громкий, слишком назойливый. Он раздражал, как наждачная бумага по коже. От этого даже эрекция начала спадать, и Джареду пришлось самому привести себя в порядок, чтобы хоть как-то сохранить возбуждение.
Раздражённо оттолкнув посторонние мысли, он потянулся за презервативом—
— Не обращай внимания, — нетерпеливо произнёс Гарри.
— Не могу. Я врач. Это может быть важно, — отрезал Джаред, вытащил телефон из кармана куртки и уставился на экран, где высветился идентификатор вызова.
Джаред подумывал проигнорировать звонок, но кого он пытался обмануть? Он никогда не смог бы проигнорировать Габриэля. Он ответил.
— Джей, вернись, — сказал Габриэль, его голос звучал странно.
— Что-то не так? — спросил он, пытаясь разобраться в тоне друга.
— Мне плохо. Живот болит, — наконец, прошептал Габриэль.
Сердце Джареда ускорилось. Он схватил свои джинсы.
— Как болит? Остро, как при коликах? Тянет, как спазмы? Есть ещё какие-то симптомы? Температура? — его голос звучал так, как если бы он сам был доктором, хотя уже давно не практиковал.
— Я... мне плохо, тошнит, и я начинаю паниковать. Просто вернись. Это больно, — ответил Габриэль, отчаянно и с болью.
— Может, тебе стоит вызвать скорую помощь? — Джаред предложил, ощущая, как паника растет в груди.
— Я не хочу скорую помощь. Я хочу тебя, — сказал Габриэль с нестерпимой просьбой в голосе.
Джаред вздохнул и надел футболку. Он знал, что спорить с Габриэлем бесполезно: тот был настоящим ребёнком, когда заболевал, и ненавидел, когда его лечил кто-то, кроме Джареда.
— Ладно, я вернусь через час. Но если станет хуже, вызывай скорую, ясно? Это приказ, понял?
— Да, — тихо ответил Габриэль и бросил трубку.
— Серьёзно? Ты собираешься уйти? — недовольно пробормотал Гарри.
— Да, — коротко ответил Джаред, застёгивая джинсы. — Извини, — сказал он рассеянно, хватая куртку и направляясь к выходу.
— Ублюдок! — крикнул Гарри, когда Джаред уже был в дверях.
Наверное, он это заслужил, но Джареду было всё равно, когда он уселся в машину и рванул с места. Может быть, это аппендицит?
На полпути домой он попытался позвонить Габриэлю, но тот не отвечал. Это только усилило его тревогу.
Шины визжали, когда он резко свернул на подъездную дорожку и затормозил перед домом. Джаред выскочил из машины и помчался к двери.
— Габриэль? — крикнул он, входя в дом. Гостиная была пуста, и он направился в спальню Габриэля. Тот тоже не был там. — Гейб? — позвал он ещё раз.