Верните миру смерть!




Этот рассказ о том, что новый мировой порядок — неизбежен. Водителей уже заменяют автопилоты, Пятёрочка открыла полностью роботизированный магазин, голограммы Высоцкого и Уитни Хьюстон выступают с концертами.

Скоро мы все станем счастливыми бездельниками. А с открытием технологий отмены старения — ещё и бессмертными.


В 2025 году Серёга Чуркин остался без работы. Тридцать лет он прослужил специалистом по анализу ДТП. Выезжал на место аварии, измерял тормозной путь, устанавливал степень вины участников происшествия. Но аварий больше не было, беспилотные машины их не совершали.

Вскоре закрыли и автосервис, где работал его кореш Вовка Чистяков, мастер по восстановительному ремонту автомобилей. Беспилотники, в отличие от людей, ездили исключительно аккуратно, годами оставаясь без единой царапины.

— Утешает только то, — вздыхал длинный, тощий Серёга, почесывая светлую лысеющую голову, — что этих козлов тоже вовсю увольняют.

Действительно, дорожные инспекторы почти исчезли. Штрафовать за несоблюдение ПДД стало некого, роботы правил не нарушали никогда.

И Вован, и Серёга жили теперь на безусловном доходе. Это было невыносимо скучно — целый день заниматься только собой. Раньше время незаметно пробегало в чём-то, навязанном извне, в чужих заботах и проблемах. А тут пришлось лицом к лицу столкнуться с самым невыносимым в мире человеком.

— Вот сволочи! — негодовал коренастый, смуглый Вовка, — это они нарочно заставляют народ скучать без работы. Даже денег на это не жалеют! Понимаешь, Серёга, им главное — намекнуть, что мы в душе — пустые, внутренней жизни у нас нет.

— Ага, все на БОДе изнывают, так они, вместо того, чтобы занять людей чем-нибудь, рекламную кампанию развернули:

"Гражданин, не скучай, пресс и интеллект качай!"

— Типа, раз тебе в безделье плохо, значит, ты — заурядная личность! Да идите вы к чёрту, умники! Как хочу — так и живу!

Но жить, как хочется, отвлекаясь от себя на незначащие делишки, стало теперь совершенно невозможно.

Правда, шанс снова выйти на работу у друзей был. Сейчас всем регулярно предлагали переобучение, требовалось много новых специальностей: программисты, инженеры-робототехники, разработчики искусственного интеллекта и т. д. Но Вован, который двадцать лет рихтовал киянкой покорёженные в авариях корпуса, сторонился креативных профессий.

Ему и здесь предлагали помощь. Используя нейрочипирование и ноотропы можно было значительно поднять интеллект, расширить сознание. Но Чистяков не признавал аугментацию. Он был не так воспитан, и с детства усвоил, что главное — в любой ситуации оставаться человеком.

— Понимаешь, я — русский! — говорил он, разливая по стаканам остатки водки, сохранившиеся с тех времён, когда в магазинах ещё не было искусственного интеллекта. — И не хочу терять образ бога, который есть на мне!

— Ну вот и всё, последняя бутылка, — вздохнул Серёга. — Теперь даже не выпьешь с горя.

Спиртное сейчас продавали только абсолютно здоровым людям, сверяясь с общей поликлинической базой, в которой были чётко зафиксированы хронические заболевания обоих друзей.

Их, конечно, без проблем можно было вылечить. Путём генной модификации у людей убирали чувствительность к любым патогенам, превращая их в подобие ГМО-картошки, которую не ест жучок. Но на столь явное попрание традиций соглашались пока только самые беспринципные.

— Довёл страну Путлер! — возмущался Вован, морщась от выпитого. — Двадцать пять лет уже правит, не слезая! Слышал, как он недавно на критику власти ответил? Плохому гражданину, говорит, политики мешают!

— На плохого танцора намекает, гад. Уничтожили водителей, как класс, а теперь кричат повсюду: слава техническому прогрессу!

— Да за что ему слава?!

— Ну, беспилотники, мол, остановили самую крупномасштабную войну двадцать первого века, каждый год уносившую более миллиона жизней по всему миру.

— Это какую же? — не понял Вова.

— Войну водителей против пешеходов! Ты понимаешь, какие сволочи? В общем, за что боролись — на то и напоролись.

Этими словами Сергей хотел выразить простую мысль. Со времен изобретения автомобиля, до участников дорожного движения пытались донести необходимость соблюдения правил. А вот не надо было! Ведь когда усилия, наконец, увенчались успехом, это стало настоящей катастрофой.

Беспилотники нанесли ущерб не только транспорту, но и многим другим отраслям, например, медицине. В больницах закрывались целые отделения травматологии. Аварии на дорогах всегда были для них главным поставщиком человеческого материала, и вот теперь этот источник иссяк. Сидя без работы, квалифицированные хирурги стремительно теряли навыки и спивались, ощущая свою ненужность.

— Рушатся семьи, страдают дети! — возмущался Серёга. — Хуже того, их просто никто не хочет рожать! На днях в Узбекистане...

— Извини, — прервал Вован. — Со мной случай был недавно. Захожу я в "Бургер Кинг", заказываю эту их заморскую отраву и, между делом так, интересуюсь:

— Мясо-то у вас натуральное?

А девица мне и говорит:

— Конечно! Выращено из клеток, взятых у птиц.

— То есть, оно искусственное? — допытываюсь.

А она меня опять, как лоха, разводит:

— Наше сырьё полностью идентично мышечной ткани. Если его пересадить курице — начнёт сокращаться. Но клеточное мясо гораздо полезнее, никакого контакта с продуктами жизнедеятельности, оно стерильное!

— Короче, — говорю, — я не собираюсь жрать подделку. Даже если она чему-то там полностью идентична.

И тут эта хамка выдаёт:

— Значит, вам непременно надо, чтобы еда была убита?

— Докатились... — вздохнул Серёга. — Вот к чему привели все эти разговоры о жестокости к животным!

Невдалеке послышались шаги. К распахнутым воротам Вовкиного гаража шаркающей походкой приближался маленький запущенный человечек с копной седых волос на голове.

— Привет, мужики! — сиплым, весёлым голосом обратился к друзьям местный бомж, дядя Миша.

Он пришёл побренчать на расстроенном пианино, которое кто-то бросил за гаражами.

— Машины без водителей, котлеты без мяса, — перечислял Серёга, вручая прибывшему стакан. — А дальше что, секс без людей? Вон, роботам уже искусственные мышцы делают, никаких железок, на ощупь — как человек. Ну скажи, вот ты бы согласился на такое? — обратился он к дяде Мише.

— Ни за что! — покрутил своей нечёсанной головой мастер стрит-арта, — с людьми — всяко лучше.

Он пробежал пальцами по клавиатуре и повернулся на вращающемся табурете.

— Но если смотреть философски, у людей в сексе очень мало свободы. С женой, значит, — супружеский долг, а с точно такой же бабой по соседству — подлая измена. Можно подумать, они чем-то отличаются...

И образованный бомж наиграл известную песенку "Раммштайна":

"You've got a pussy
I have a dick
So, what's the problem?
Let's do it quick…"

— Ещё один момент: секс после шестнадцати — твоё личное дело, а до шестнадцати — состав преступления! Вон, глядите.

И дядя Миша указал кривым пальцем на симпатичную, развитую школьницу, прошедшую сейчас мимо гаражей, где они тусовались.

— Видали? А если у неё в 14 лет уже больше хотелок, чем у моей жены в 34 было, тогда как? За что тут сажать-то?!

В качестве музыкальной иллюстрации к сказанному прозвучал мотив судьбы из Пятой симфонии Бетховена:

"Та-да-да-даам!"

— Да прекрати ты стучать, и так тошно!

Дядя Миша захлопнул инструмент и взял с крышки пластиковый стаканчик с водкой.

— Понимаете, мужики, тут — дело тонкое! Вот все боятся тотального контроля. А ведь государство всегда нас тотально контролировало! Ну, видно же, что тёлка созрела, а нельзя, типа, маленькая. Или, например, тебе не должны нравиться чужие вещи, это воровство...

— Не, дядя Миша, нравиться — пожалуйста, а вот брать — не имеешь права.

— Дык, если нравится и не брать — болячку наживёшь на нервной почве.

— А ты воспитывай себя!

Бомжара хрипло расхохотался.

— Да как воспитывать, если мне хочется — и всё тут? Нет, Вова. Понимаешь, не должно быть у человека несбыточных желаний. Вредно это для здоровья. Вот для того кибер-шлюх и запускают.

— Ладно, чёрт с ним, с сексом без людей, — вздохнул Серёга. — Хуже всего, скажу я вам, эта новая жизнь без старения и смерти.

— Что, уже и такое выдумали? — не поверил Вован.

— А ты не видел? Все аптеки сейчас завалены этой дрянью. Ювенирующие препараты называются. Омолаживающие, то есть.

— Вот пиндосы сволочи! То была юстиция ювенирующая, теперь — препараты... Хотя, это, наверно, просто БАДы. Развод для лохов...

— Да какой развод? — горячился Сергей. — Моя Светка — страховой агент. Так у них компания — на грани банкротства. От несчастного случая уже давно не страхуются, из-за автопилотов этих долбаных. Потом, медицина прёт так, что и на случай болезни страховку почти не берут, нету их больше, болезней-то! А недавно, говорит, и от смерти перестали страховаться.

— Выходит, эти БАДы реально омолаживают?

— В том-то и дело! Люди видят, что у них морщины исчезают, седые волосы темнеют. У бабок восьмидесятилетних спина разгибается, месячные снова приходят. Поверишь тут! Вот народ и задумался: нафига платить взносы, ведь ты, возможно, и не умрёшь никогда! Ну, если не сядешь сдуру в машину с человеком за рулём.

— Скажи, пожалуйста! — развёл руками дядя Миша. — Придётся, значит, твоей Светке новую работу искать.

— Что — Светка? Помнишь, Вован, я про детей говорил? Не про тех, что уже родились, а про новых, которых никто рожать не хочет? Так вот, вчера по новостям передали: в Ташкенте повесился главный врач родильного отделения какой-то там больницы. Я даже имя его непроизносимое запомнил, Бензоил Атауллахеров.

— А чего тут запоминать? — вставил дядя Миша, — бензин херов, вот и всё.

Друзья поржали, и Серёга продолжал.

— Короче, при нём нашли записку. Что-то в том смысле, чтобы вернули в мир старение и смерть. Не помню в точности...

— Сейчас прогуглю, — сказал Вован. — Ага...

"... и подаёт нам яркий пример смертнического отношения к жизни".

— Эт чё за слова такие? Дядя Миша, давай лучше ты.

Музыкальный бомж прищурился в экран телефона, который передал ему собутыльник.

— Да тут всё понятно!

"Вот какую записку, на самом деле, должен был оставить наш доктор, если бы он был честен сам с собой..."

Дядя Миша равнодушно зевнул.

— Каких только идиотов нет на свете... Это ж надо, самого себя убить! Да как можно меня, моё величество, лишить жизни?! Ладно, слушайте, мужики:

"Люди! Я надеюсь, мой поступок заставит вас одуматься. Прошу, остановите эпидемию бессмертия, иначе прекратится эволюция!

Я всегда гордился тем, что помогаю новым жизням прийти в этот мир. И вот, с появлением препаратов от старения, случилось ужасное: женщины перестали рожать.

Такого следовало ожидать, ведь кто не умирает — тому незачем и продолжать род. Но поймите, одни и те же люди — это плохо, мы должны постоянно вызывать из небытия молодых и давать им дорогу! Неужели вы хотите, чтобы вечно жили только те, кто уже родился? Представьте, что в мире никогда не появится новый Илон Маск, Эйнштейн, Моцарт, а всегда будете жить только вы, унылые потребители и бездарности!

Надо, пока не поздно, вернуть всё обратно. В прежние времена каждый был на своём месте. Пешеходы гибли под колёсами, полицейские ловили пьяных водителей, механики чинили разбитые машины, могильщики хоронили жертв ДТП. А из земли вырастали цветы, и счастливые отцы несли их в роддом своим жёнам, радуясь рождению новых пешеходов и водителей. Вечное вращение колеса жизни! Старый, добрый мир, где люди рыдали на могилах, молились богу, который всё может, но ничего не делает, где с верой и надеждой целовали руки священникам, передавая друг другу коронавирус и кишечные инфекции.

Смертные люди были лучше нас. Зная, что скоро уйдут в небытие, они стремились поскорее оставить след: родить детей, написать "Войну и мир", построить колонию на Марсе, изобрести новый сорт прокладок с защитой от протекания.

Бросайте же свои фантазии о бессмертии! Подумайте, как приятно дряхлеть в окружении внуков, которые, в отличие от тебя, с каждым днём набираются сил! Как радостно пережить приступ Альцгеймера, всё забыть и помнить только одно: что миллионы людей по всему миру читают твои книги! А сколько оптимизма вселяет мысль, что благодаря тебе люди теперь умирают не только на Земле, но и на других планетах! И как, в конце концов, здорово лежать овощем после инсульта, чувствуя приятную сухость в промежности!

Впрочем, к чему все эти разговоры? Я прекрасно знаю, что меня никто не услышит. Людей ослепило собственное эго, они больше не желают приносить священных жертв на алтарь продолжения рода. Вы избавились от боли, страха и даже самой смерти, чтобы наслаждаться теперь вечным потреблением. Но вам недолго осталось. Надеюсь, вас всех скоро кто-нибудь съест, как колонию бесполезных клеток.

Если же нет... Но я боюсь даже думать об этом. Не хочу оставаться в таком ужасном, эгоистичном мире. Прощайте!"

— Ну, прощай, прощай, старик Хоттабыч, — задумчиво сказал дядя Миша, возвращая Вовану телефон. — Кстати, мужики, я ведь со вчерашнего дня тоже на безусловном доходе. Так что, денежки появились, пойду радоваться жизни. Водку мне, конечно, не продадут, с учетом моей печени. А вот ювенирующими препаратами закинусь.

— Сколько тебе уже, дядя Миша? — улыбнулся Вовчик. — Пятьдесят шесть?

— Пятьдесят четыре мне только, сопляк!

— Вот и мне почти столько же, — вздохнул Серёга. — Нам с тобой уж к земле привыкать пора!

Развязно виляя бёдрами, культурный бомж подошёл к ним вплотную.

— Я не пойму, вас этот узбек вдохновляет, что ли? Следом за ним собрались? Тогда в добрый путь!

— А ты-то куда намылился? — насмешливо осведомился Чуркин.

— Я, — гордо сообщил дядя Миша, — скину себе годиков сорок, и тогда весь мир — мой.

Он игриво подмигнул друзьям и добавил:

— Ну, не посадят же меня за секс с ровесницей?

Игорь Тарасенко

https://vk.com/igortarasenko

Приходите к нам на конкурс имморт-фантастики

https://vk.com/cont_if