Футацу Цугумо
Характер
Футацу с детства усвоил простую вещь: любовь не выдают просто так, её нужно заслужить. Правда, заслужить её у него так и не получилось. Похвала дяди была ровной, как палуба, и такой же безжизненной. Мальчик тянулся к нему, старался, ждал хоть какой-то перемены в голосе, но получал одно и то же, словно зачитывали по бумажке. Тогда он перестал тянуться. Не сломался, не замкнулся, а именно перестал – как отрезал. С тех пор он не ждёт тепла от людей и не предлагает его сам. Внимание других он воспринимает спокойно, даже с некоторым удовольствием, но не путает его с привязанностью. Ему льстит, когда перед ним заискивают, это он признаёт без стеснения, однако уважение к человеку у него вызывает не тот, кто гнётся, а тот, кто держится ровно.
Он рано понял, что правила существуют не для всех, а точнее – для тех, кто не умеет их обходить. Собственная неприкосновенность как наследника была для него не поводом расслабиться, а инструментом. Он вообще мыслит инструментами: люди, обстоятельства, даже собственная репутация – всё это он раскладывает по полочкам и смотрит, где что можно применить. Хитрость у него не показная, без театральности, он не строит из себя интригана. Просто замечает слабые места и давит туда, где получится. Заговорить, подмять, договориться – это у него выходит само собой, без натуги. Совесть при этом молчит, потому что он давно решил: мораль – вещь удобная, но необязательная.
Он не жестокий ради жестокости и не злой по складу. Скорее равнодушный к чужим границам, пока они не мешают ему самому. Чужую боль он понимает умом, но не чувствует нутром, и потому легко переступает, если это выгодно. При этом он не любит грязи напоказ, не любит грубости без нужды. Всё делает чисто, аккуратно, с холодной улыбкой. Если его прижали к стенке, он не станет биться в истерике, а начнёт искать выход – и найдёт, потому что верит в свою неуязвимость почти до самоуверенности.
Его самомнение – отдельная история. Он искренне считает, что ему позволено больше, чем остальным, и что последствия его не достанут. Это не поза, это убеждение, вросшее в него с подростковых лет. И чем дольше жизнь это подтверждает, тем крепче он в этом убеждается. Катастрофа, в которую он попал, стала первой трещиной, но пока он воспринимает её не как урок, а как досадную случайность, которую кто-то другой должен был предусмотреть.
К делу он относится серьёзно, но не из любви к ремеслу, а из расчёта. Наследство он хочет, компанию хочет, и это желание у него спокойное, без страсти. Он не мечтает о море, он просто знает, что это его путь, и идёт по нему. Ответственность за других его не тяготит, потому что он не привык считать людей своими. Команда для него – это экипаж, фигуры на доске, а не близкие. Он вежлив, держит дистанцию, не повышает голоса без надобности, но тепла в этой вежливости нет – только форма.
Он умеет быть обаятельным, когда нужно. Улыбка, лёгкое слово, умение слушать – всё это у него в арсенале, и он пускает это в ход без колебаний. Но за обаянием ничего не стоит, кроме расчёта. Если человек перестаёт быть полезен, Футацу не станет устраивать сцен, просто отойдёт в сторону, как будто так и было. Обиды он не держит долго – не потому что прощает, а потому что это нерационально. Месть тоже не его стиль: зачем тратить силы на тех, кто уже не важен.
Принципы у него есть, но они гибкие. Он не станет лгать там, где правда проще, не станет подличать без выгоды, не станет вредить тем, кто ему не мешает. Но если понадобится, переступит и через ложь, и через подлость, и сделает это с ровным лицом. Единственное, чего он по-настоящему не выносит – это когда его недооценивают или пытаются поставить на место. Тогда он становится упрямым, холодным и мстительным, и уже не ради выгоды, а из уязвлённого самолюбия.
В целом он человек расчётливый, спокойный снаружи и пустой внутри там, где должны быть привязанности. Он не злодей по природе, но и не добряк. Он просто идёт по жизни, собирая своё, и не оглядывается на тех, кто остался позади.
Биография
При описание этого парня нужно начать издалека. Сильно издалека…
Еще в 1900-х годах, на побережье Флориды, пожилой старик, фамилия которому была Микадзуки, основал свою компанию и назвал ее "Jade Tiger". Это была небольшая портовая группа людей, которая объединилась в одном деле — Судовождение и перевозка груза на торговых суднах. Дружелюбная и семейная атмосфера в компании моряков привлекала все больше и больше людей — обычных работников, которые на собственных кораблях начинали принимать заказы на перевозку под именем Тигра.
Прошло менее 30 лет, прежде чем имя Jade Tiger стало известно по всей Америке среди морских транспортных компаний. Крупные сделки с начинающими корпорациями, которые к нашему времени станут мировыми гигантами. Тигр распространился по всему миру, став одними из ключевых транспортных компаний в Канаде, Китае, Японии, России, нескольких приморских странах Западной и Южной Европы.
И вот, прошло чуть больше ста лет с момента создания. Основатель наказал своим детям передавать бизнес лишь в руки семьи, не позволяя сторонним чрезмерно вмешиваться в их дело.
Какое отношение к этому имеет молодой Тацу?
Вот правда… Мать Футацу, примерно когда была в том же возрасте, что сейчас парень, сбежала из дома, отказавшись от наследства семьи. Она выбрала любовь с тем, кого выбрала сама – не могла мириться с браком, который ей назначил ее отец, дедушка Тацу.
Но и тут судьба не позволила ей стать счастливой. И хотя женщина прожила с избранником самые счастливые 10 лет, родила от него сына и мечтала открыть маленькую пекарню в Орегоне, смерть настигла ее вместе с супругом.
Жуткая авария забрала жизни пары. И маленький Футацу, которому было всего 5 лет, остался один. В силу возраста, он даже не понимал, куда ушла мама и когда вернется папа. Он помнил теплую улыбку, мягкие пепельные волосы матери и, хоть и строгие, но всегда с любовью смотрящие на него, глаза отца.
Из Орегона Футацу забрали сразу же. Он вернулся во Флориду вместе с людьми в костюмах и черных очках. Там его встретил он…
Микадзуки Рё. Родной дядя Тацу, старший брат его матери и нынешний Генеральный Директор "Jade Tiger".
у него были такие же пепельные волосы, как у матери парня. Семейное отличие семьи Микадзуки. Но у самого Тацу волосы были русые. Он слишком выделялся.
Нельзя сказать, что дядя относился к нему как к любимому племяннику. Скорее как к дорогому наследнику. Он был вежлив и щедр. Но чувство любви – семейной любви – Тсумо забыл навсегда.
С первого же дня его режим дня изменился. Ежедневно он учился, посещал различные кружки и занимался различными хобби. В деньгах он не нуждался. Но лет до 13 всеми силами пытался добиться внимания со стороны дяди. Ребенок был голод на любовь. Сначала он прилежно учился, ведь Рё часто хвалил мальчика за успехи. Но после того, как Тацу достиг более менее осознанного возраста, ему это наскучило. Похвала всегда была однотипной, словно по скрипту, а голос дяди даже не менял интонацию.
Тогда то парень принял другую позицию – подростковое бунтарство. Переходный возраст тоже сыграл своё. Учеба и занятия сразу же были посланы. Как и вскоре послан был Футацу – в обычную школу. Ранее он учился лишь на дому, с частными учителями и репетиторами. А теперь его отправили "познавать жизнь". Но лучше не стало. Наоборот, у Тацу уже сложилось сильное самомнение: он был единственным наследником крупной компании, а значит выгнать и лишить наследства его не смогут, ведь тогда некому будет отдавать компанию в будущем.
** Поскольку Тацу все еще имеет фамилию биологического отца, его не могли узнать в обычной школе как наследника – ведь он еще не Микадзуки.
В первый же год Тсумо установил в средней школе свою первую монополию. Хитрость и умение заговаривать людей позволили ему подмять под себя нескольких ребят, которые начали работать на него. Сначала они присвоили себе права на школьный буфет: взымали налог, хотя товар был даже не их. Затем по нарастающей пошли списывание домашки, гардероб. И к более старшим классам – наркотики.
Вскоре его выгнали из школы, а дядя вновь перевел его на домашнее обучение. Было бессмысленно наказывать парня – он придумывал как выбраться из любой ситуации.
По окончанию средней школы он пошел в престижный университет. Выбора у него не было, да и все же компанию унаследовать он хотел. 4 года обучения и вот – в 21 год он получает диплом. Полгода стажировки в компании дяди проходят как рай: его уважают, и хотя он был обычным помощником капитана – к нему относились как к царю. Это льстило. Но и дядя пока не собирался уходить с должности директора, поэтому отправил племянника набираться опыта туда, где ему не лизали бы жопу.
Так Тацу очутился на Costa Marea Nera. Это был первый круиз, первое плавание. И первая серьезная катастрофа.
Внешность
Выглядит он так, словно сам решает, кем ему быть в этот день, и мнение окружающих его при этом мало волнует. В нём сразу читается порода, но подана она не через дорогой костюм, а через небрежность. Русые волосы, которые он красит в тёмно-красный, постоянно падают на глаза – то ли отросшая чёлка, то ли нарочитый беспорядок, но убирать их он не спешит. Взгляд тяжёлый, чуть исподлобья, с ленцой и холодком. Он смотрит прямо и не отводит глаз, будто заранее знает, что собеседник сдастся первым. Лицо чистое, черты правильные, без мягкости. Пиирсинг – мелкие гвоздики на скулах и в губе – не украшение ради красоты, а скорее метка, что он делает с собой что хочет. Серебро в ухе, пара колец на пальцах, всё сдержанно, без лишнего блеска.
Он худой, но не хрупкий. Жилистый, с чётким рельефом рук, словно привык к физической работе, хотя по нему и не скажешь, что он рвётся в трюм. Одевается просто до аскетизма: чёрная майка, тёмные штаны, ничего лишнего. Цвет в одежде он почти не использует, будто оставил всю яркость для волос и татуировок. А татуировки у него – отдельная история. Руки и плечи покрыты крупными чёрно-белыми узорами, сплошным полотном без просветов. Линии жёсткие, графичные, без романтики. Они не про искусство, а про закрытость – он прячет кожу под рисунком так же, как другие прячут мысли. На публике он держится ровно, плечи расслаблены, руки в карманах или скрещены на груди, поза закрытая, но не напряжённая, а именно отстранённая.
Привычки у него тоже въелись в облик. Сигарета в зубах, дым в сторону, взгляд мимо собеседника – это его способ держать дистанцию, не произнося ни слова. Он не сутулится, но и не тянется вверх, занимает ровно столько места, сколько считает нужным. Он не прячется, он просто не пускает. Внешне он выглядит как человек, который может быть обаятельным, если захочет, но сейчас тратить силы на это не намерен. И это ощущение – главное в его виде.
