Под навесом
В конце огорода, в доме стоит летняя комната с небольшим крытым навесом. Это помещение выстроили специально для д. Лени, чтоб он жил там в теплое время года. В доме слышен шум машин от дороги. Да и летом не очень хочется день и ночь в четырёх стенах оставаться. Слишком однообразен вид вокруг, даже при сильной умственной загружености. Намного богаче предстает взору вид из-за навеса — маленький огородик, четыре дерева молодых...
Это скудно, конечно, в сравнении с горами Чардары или Кавказа. Я знаю, что туда часто уезжал д. Леня подкрепить здоровье. Пейзажи тех мест все описывают да описывают писатели, поэты, художники. Но они до сих пор не могут передать все штрихи необъятной природы.
В сравнении с тем никак нельзя предложить две пары дерев на маленьком клочке земли, да редких птиц, случайно залетающих в сад. Но, это только днем.
А ночь хранит в себе другой мир — небо. И оно для каждого уголка земли одно. Практически не важно — в дервне ли ты, в городе-миллионнике, далеко в горах или в пустыне. Даже — на Южном полушарии или на Северном. Не важно, потому что небо одно, просто разные его части. Но даже самая тусклая и не заметная звездочка может рассказать слишком о многом.
Я не уверенна в своем выводе, постараюсь переспросить у родных и очевидццев дорогого д. Лени, но сегодня одни обстоятельства предложили вариант вдохновителя красивых строф знакомого псалма. Далеко за вечер я вышла во двор. Захотелось пару минут побыть там — под навесом. Я знаю — здесь стояла кровать д. Лени. Знаю, что на стене напротив весит та же картина с природой, как раньше, при жизни. Знаю, что часто здесь, под навесом д. Леня писал. Бывало, здесь проходили деловые встречи братьев, тли творческие кружки, поэтические занятия. И все. Знаю, но без подробностей, без личностей, без чувств... Стою, думаю о чем-нибудь. Погрузиться особо в воспоминания не получается, от этого немного грустно. Мне жаль, что я не встретилась с Великим Человеком. И жаль, что так мало рассказывают о нем.
На небе давно горят звезды. Смотрю, какая-то яркая, очень яркая, но за деревом. Предпологаю, не отпуская своих тоскливых дум, — одна из звёзд какого-то созвездия. Обошла дерево, чтоб увидеть больший клочек. Да — Лира. А яркая Вега... Сразу внутри зазвучали строки псалма:
В ночном эфире тишина и нега,
Утихли звуки летнего труда.
Над головою ярко светит Вега –
В созвездье Лиры первая звезда.
Красиво как, думаю. Раньше не ложились так нежно на слух, не представлялись в таких красках эти строчки.
А ведь и сейчас лето, и сейчас уставшая после работы, и сейчас тихо, хорошо, свежо и звездно. А вдруг, так же было тогда, когда появились эти строфы псалма? Может д. Леня в один из летних ночей отсюда из под этого навеса сморел на небо, где пела Лира, горела Вега. И этот маленький кусочек огромного мироздания вдохновил его...
А почему бы нет? Надо только узнать, где и когда этот псалом был написан. А лучше — не надо. Мне просто хочется верить, что было все так, как показалось сейчас и сегодня)