«Конец начала»: что осталось на дне ларца Пандоры и почему у нас есть ключ
Июнь 2026 года. Санкт-Петербург. В заключительный день XXIX Петербургского международного экономического форума глава «Роснефти» Игорь Сечин выступает с традиционным докладом на энергетической панели. Название говорит само за себя: «Начало конца или конец начала: что осталось на дне ларца Пандоры».
Диагноз, поставленный одним из самых информированных представителей российской экономической элиты, предельно откровенен. Год назад, напоминает он, развитие мировой экономики сравнивали с опасным путешествием Одиссея. Сегодня более точная параллель — миф о сосуде Пандоры, из которого вылетели беды, болезни и страдания.
«Это ещё не конец. Это даже не начало конца. Но, пожалуй, это конец начала», — приводит Сечин слова Уинстона Черчилля.
В этих словах — точная фиксация момента. Эпоха, когда программно-целевая экономика работала, завершилась. «Порядок, основанный на правилах», где правила диктовались непререкаемым гегемоном, рухнул в результате действий самого его создателя. Ларец Пандоры открылся — и вылетевшие из него беды и напасти в ларец не вернутся никогда.
Но означает ли это, что выхода нет?
Что нам остаётся только запасаться тушёнкой и ждать коллапса?
Нет. У нас есть ключ. И этот ключ — не новая технология, не очередная финансовая схема и не политический маневр. Это технология, которая была разработана - по государственному заказу, признана государством и сегодня ждёт своего часа.
Диагноз: что не так с мировой экономикой?
Сечин в своём докладе рисует картину, от которой невозможно отмахнуться.
- Первый контур кризиса — финансовый. За последние 15 лет объём мирового долга фактически удвоился. По данным Вашингтонского института международных финансов, долг большинства стран сегодня не обеспечен реальными финансовыми активами. Даже физическое золото, находящееся в хранилищах США (более 14 тысяч тонн), покрывает лишь 5% от 39 триллионов американского долга. Капитал перетекает из реального сектора в виртуальный. Сегодня его объём превышает 500 триллионов долларов — почти в 5 раз больше мирового ВВП.
«Очевидно, мир стоит на пороге крупнейшего в истории пузыря на финансовом рынке со времён железнодорожного бума в США в XIX веке», — констатирует Сечин.
- Второй контур — энергетический. Мировая энергетика глобально недофинансирована. За 10 лет инвестиции в ископаемое топливо упали на 20%, а в нефтяном секторе падение достигло 35%. Между тем глобальный спрос на мощности дата-центров может вырасти почти втрое в ближайшие 5 лет, а они уже сейчас потребляют больше энергии, чем целая Франция. Илон Маск ожидает дефицита электроэнергии уже через год, дефицита полупроводников — на горизонте трёх-четырёх лет.
На дне ларца Пандоры, по словам Сечина, человечество с неизбежностью обнаружит глобальный дефицит электроэнергии, дефицит продовольствия, дефицит меди и других металлов, дефицит воды. Именно эти вызовы будут определять новый облик мировой экономики.
- Третий контур — милитаризация. На протяжении 11 лет оборонные расходы США, составляющие треть мировых, выросли в полтора раза и в прошлом году достигли почти 1 триллиона долларов. К 2027 году мировые военные расходы должны увеличиться ещё на 50%. Расходы европейских членов НАТО растут самыми высокими темпами с 1953 года. Германия, где военные расходы выросли за три года в два раза, приступила к переводу экономики на военные рельсы.
«Цивилизации не убивают, они сами совершают самоубийство», — приводит Сечин слова историка Арнольда Тойнби.
- Четвёртый контур — антропологический. Новые технологии формируют переход к новому социально-экономическому укладу, когда на смену людям приходят роботы.
«Демография и человек как личность могут потерять своё значение перед лицом армии машин, если мы будем просто наблюдать. Необходимо четко осознавать, какого джинна мы выпускаем из лампы», — предупреждает докладчик.
Корневая проблема: темпы превысили возможности
Все перечисленные кризисы — финансовый, энергетический, военный, антропологический — не случайны. У них есть общий корень. И этот корень мировое профессиональное научное сообщество обозначило ещё полвека назад.
В 1970 году ЮНЕСКО признало: образование в мире находится в кризисном состоянии. Филипп Кумбс, директор Международного института планирования образования, издал монографию «Кризис образования в современном мире: системный анализ», где сформулировал суть проблемы:
система образования не успевает за быстрыми темпами научно-технического развития, которые приводят к взрывообразному росту объёма информации. На уровне индивида проблема заключается в том, что предлагаемой к освоению информации становится так много, что учащиеся не в состоянии её воспринять.
Прошло 16 лет. В 1986 году Кумбс пишет новую книгу — «Кризис мирового образования: взгляд из 80-х». Решения так и не найдено.
В том же 1986 году выступает президент Академии наук СССР академик Александров. Он говорит: «Академия наук ведёт фундаментальные и прикладные разработки. Мы сегодня разработали более 300 прикладных технологий, которые надо внедрять в практику и которые сегодня не внедряются. Вот причина этого кризиса».
Видео выступления академика Александрова тут
Он был прав. Разработки были. Технологии были и есть.
Политической воли не было.
Сегодня, 40 лет спустя, мы слышим от руководителей крупнейших корпораций и государства то же самое — только уже как констатацию совершившегося факта. Кризис не грядёт. Кризис наступил.
И вот здесь начинается самое важное.
В отличие от многих докладчиков, которые ограничиваются констатацией проблем, у нас есть основания говорить о выходе. Потому что решение этой корневой проблемы было найдено. Оно было найдено ещё в 80-е годы XX века в ответ на прямой государственный заказ.
В 1983 году главой государства было дано поручение — найти решение задачи: создать новую систему образования, которая позволит каждому человеку успевать за темпами развития технологий и производства новых знаний. Систему, в которой приоритетом становится не просто передача информации, а развитие способности человека к осмыслению, творчеству и опережающему принятию решений.
Эта система была создана. Она получила название «Антикризисная модель непрерывного образования». С 1990 по 2010 год она проходила экспериментальную апробацию в условиях государственной экспериментальной площадки — в Центре образования № 1804 «Кожухово» (Москва).
Видеоархив эксперимента здесь:
Результаты эксперимента были впечатляющими:
- В 2002 году проект получил «Грант Москвы».
- В 2009 году модель была выдвинута на Всероссийский профессиональный конкурс «Инноватика в образовании», удостоена звания лауреата и статуса «Жемчужина российского образования».
- До 2010 года система доказала свою эффективность на практике: она показала, что при такой системе образования экономических кризисов можно избежать, потому что человек, освоивший ценностно-смысловое мышление, способен адекватно и своевременно реагировать на любые вызовы.
Но в 2010 году вектор государственной политики изменился. Вместо дальнейшего внедрения было принято решение: «Творцы больше не нужны, нужны квалифицированные потребители». Была введена болонская система.
В 2023 году болонскую систему в России официально признали ошибкой. Но ценностно-смысловая система образования, доказавшая свою состоятельность, так и не была внедрена на государственном уровне.
Что такое ценностно-смысловые технологии?
Сегодня говорят: «ИИ против человека», «армия машин», «человек теряет своё значение». Но давайте задумаемся: какой именно человек теряет значение?
Человек-потребитель — да. Тот, кто живёт по принципу «деньги ради денег», кто не развивает свои творческие возможности, кто ждёт, что кто-то другой решит его проблемы — такой человек действительно становится расходным материалом в мире, где темпы развития технологий превышают его возможности по их освоению.
Но есть и другой человек — человек-смыслообразующий. Тот, кто освоил ценностно-смысловое самоуправление. Кто понимает, что деньги — это не цель, а инструмент. Кто умеет управлять своей жизнью осознанно.
Ценностно-смысловые технологии — это не абстрактная философия. Это точные гуманитарные науки, которые позволяют человеку:
- Управлять своей ценностной динамикой — то есть осознанно выбирать свои ценности и не попадать в ценностно-смысловую неопределённость.
- Соблюдать «режим ограничения нагрузок» — работать с максимальной эффективностью, не выгорая и не создавая аварийных ситуаций.
- Принимать решения на основе ценностно-смыслового мышления — быстро, адекватно, с минимальной ценой ошибки.
- Реализовывать свой внутренний потенциал — тот самый «неограниченный потенциал каждого гражданина России», о котором говорится в национальных целях развития.
И самое главное: эти технологии работают не в теории, а на практике. Они были апробированы, признаны, получили государственный статус «Жемчужины российского образования» и международное признание. Они никуда не делись. Они работают сегодня в негосударственной сфере — через гражданское общество, через семьи, через предприятия и организации, которые сделали выбор в пользу осознанного управления своей жизнью.
Лучше сотворить, чем не дождаться
Сечин завершает свой доклад цитатой из Екклесиаста:
«Конец дела лучше начала его; терпеливый лучше высокомерного».
«До настоящего конца системного кризиса и формирования новой нормальности ещё очень далеко. Дождутся его далеко не все.»
В этих словах слышна усталость и горечь. Но мы можем перевернуть эту логику.
Мы не обязаны ждать новую нормальность. Мы можем сотворить её прямо сейчас.
Для этого не нужно ждать, пока государство решит все проблемы.
Не нужно ждать, пока поменяется политическая воля наверху.
Не нужно сидеть сложа руки в надежде, что ситуация разрешится сама собой.
В России есть концепция развития наставничества, которая определена как миссия гражданского общества, ответственная за развитие и увеличение человеческого капитала.
Это официальный документ стратегического планирования.
Государство сказало: «Гражданское общество, действуй!»
И гражданское общество действует. Чем больше людей осваивают ценностно-смысловые технологии, тем быстрее формируется «критическая масса» осознанных, творческих, ответственных людей, для которых новая нормальность — это не далёкое будущее, а настоящее.
Мы стоим на пороге эпохи, которую можно назвать «концом начала» — окончанием иллюзий, что можно жить по-старому, что всё само собой образуется, что кто-то придёт и спасёт.
Но этот «конец начала» — не приговор. Это приглашение к действию.
Да, программно-целевая экономика исчерпала себя. Да, мыльный пузырь виртуальных денег рано или поздно лопнет. Да, милитаризация нарастает, и экзистенциальные угрозы реальны.
Да, человек-потребитель рискует потерять своё значение перед лицом армии машин.
Но у нас есть то, чего не было у предыдущих поколений: проверенная, апробированная, государством признанная технология, которая позволяет каждому человеку стать смыслообразующим — и тем самым неуязвимым для кризисов.
Эта технология называется ценностно-смысловое самоуправление (технология ЦССУ).
Она доступна каждому.
Она не требует специальных условий.
Она даёт гарантированный результат.
Лучше сотворить новую нормальность для себя, своей семьи, своего дела — чем её не дождаться.
В любой ситуации главное — уловить момент.
На дне ларца Пандоры — не только пустые надежды, но и ключ.
Ключ к ценностно-смысловой цивилизации, где ресурсов хватает на всех, потому что главный ресурс — это сам человек, его творческий потенциал и осознанное управление своей жизнью.
Как сказал президент Академии наук СССР академик Александров в 1986 году — у нас есть всё, чтобы быть лидерами. У нас есть технологии. У нас есть кадры. У нас есть понимание.