Мёртвый кролик
Я пошевелила ногами под тяжёлым одеялом, будто в надежде наткнуться на чьи-то теплые ступни. В горле пересохло, только это и заставило меня подняться с кровати. Пока вода из фильтра наполняла стакан, собирала в памяти по кусочкам сон, который снился мне уже не первый раз. Место действия во сне менялось, действующие лица меняли облик, но события оставались тем же.
Человек открывал красную шкатулку, в которой мирно лежал детеныш черепахи. Я смотрела на него и думала, что очень хочу взять его в руки. Но человек каждый раз злился и закрывал шкатулку, прятал ее от меня.
Потом появлялся ты, держа белого кролика в руках. Кролик мне отчего-то нравился больше, и я тут же забывала о черепахе. Ты мне давал его подержать, но как только я брала кролика на руки, он тут же умирал. Каждый раз.
Когда я увидела этот сон впервые, мне очень хотелось тебе рассказать. Но передумала, ведь еще сама не разобралась, что он значит. Казалось, подсознание хочет сказать мне что-то важное, но не может выразиться иначе, нежели символами. И эти размышления запустили необратимый процесс. Процесс самоуничтожения.
Я вспомнила все наши встречи, каждую неаккуратную фразу, сказанную тебе, каждое необдуманное действие. Больнее всего было вспоминать твои объятия. Осознала, что историю можно переписать только на бумаге. Это я тоже сделала, конечно же. Написала второсортный рассказ о том, где у нас все сложилось. Хэппи энд. Овации. Занавес.
Чем больше я погружалась в эту пучину сожалений и искаженных воспоминаний, тем сильнее мне казалось, что кролик из сна – это твои чувства. Как только я к ним прикасалась, они умирали.
Вот только все это происходило у меня в голове, а размышления не оказывают влияния на действительность. По сути, мысли сами по себе не имеют никакой ценности. Поэтому я взяла телефон и начала печатать сообщение. Попытка перевести мысли в действия.
«При каждой встрече мы будто подстраиваем свои слова под ожидания друг друга. Хотя на самом деле понятия не имеем, что это за ожидания. Неловко улыбаемся, вдруг начинаем говорить на серьезные темы, а затем замолкаем, когда случайно задерживаемся взглядом друг на друге больше, чем положено.
Будто бы прячем что-то личное и хрупкое, очень хотим это показать, но боимся последствий. Становимся марионетками своих же мыслей, которые скачут словно взбесившиеся блохи и не дают сосредоточиться на главном.
И каждый раз, каждый чертов раз, мы будто ничему не научившись продолжаем играть в этот маскарад. Я все вижу в твоих глазах, но делаю вид, что не замечаю. Ты понимаешь, что я притворяюсь, но продолжаешь подыгрывать. Потому что слишком поздно.
Эта игра и настоящая жизнь — две параллельные линии на карте координат времени. Мы продолжаем двигаться по инерции. Импульс задают непредсказуемые события, которые не дают нам видеться слишком часто, но потому они и поддерживают жизненную энергию этой игры. Что нужно сделать, чтобы линии пересеклись?
Не хочу так больше. Хочу говорить только искренне, хочу понимать тебя. И пусть эти параллельные линии, которые я выдумала только для этого письма, могут никогда не пересечься, то пусть хотя бы остановятся. На секунду. Чтобы мы могли посмотреть друг другу в глаза и озвучить все то, что было не сказано.
Ты мне часто снишься и, кажется, все это из чувства вины. Мне страшно представить, что ты тоже испытываешь нечто подобное. Перезвони мне. Давай встретимся в нашей любимой кофейне? А еще лучше, где-нибудь в прошлом. В самом начале этой истории».
Когда дописала до конца, почувствовала себя девочкой подростком, которая подписывает валентинку. Поэтому и не отправила его тебе, конечно же. Сон мне перестанет снится, я точно буду в порядке, а у тебя — своя жизнь.
И меньше всего мне хочется вмешиваться в нее своими странными снами про кролика и черепаху.