BlackRock — хозяин всех технологий
Технологические гиганты при помощи денег инвестиционных фондов контролируют всё большую часть новых разработчиков и продуктов, перекрывая тем самым путь для новых программ и новых технологий в отрасли новых разработок.
Сегодняшние лидеры САПР-индустрии: Autodesk, Hexagon, Nemetschek, Bentley, Trimble — хорошо готовятся к будущим угрозам: стандартной тактикой больших корпораций стал агрессивный захват новых рынков и поглощение возможных конкурентов на ранних стадиях развития.
В результате вся САПР-индустрия* стала похожа на олигополию, в которой доминирует группа из нескольких компаний. И их положение на вершине становится всё более непоколебимым.
* Рынок систем автоматизированного проектирования (САПР) — это рынок специализированного программного обеспечения для разработки проектов, которое используется в архитектуре, строительстве, машиностроении, электронике и других отраслях. САПР помогают сократить время на моделирование и конструирование, избежать ошибок при проектировании и снизить производственные затраты.
Основа олигополистической структуры в проектировании — это большая пятёрка САПР-вендоров: Autodesk, Hexagon, Trimble, Bentley, Nemetschek. Эти компании выходили с середины 90-х на IPO (initial public offering), распродав большую часть своих акций среди крупнейших инвестиционных фондов Соединённых Штатов и распределив тем самым ответственность за будущее компаний среди держателей акций.
Главными бенефициарами (и держателями акций) от выхода САПР-компаний на биржу стали три американских инвестиционных фонда: The Capital Group, Vanguard и BlackRock, которые на протяжении последних 30 лет скупали акции технологических компаний напрямую или через свои банковские филиалы.
Акционеры крупнейших CAD-компаний*
* CAD-компании — это организации, занимающиеся разработкой и внедрением систем автоматизированного проектирования (CAD). Также для обозначения подобных систем широко используется аббревиатура САПР
Мало кто слышал о BlackRock, но эта фирма является крупнейшей инвестиционной компанией, под управлением которой находятся активы стоимостью в $8,7 трлн в 2021 году (в 2015 году — $4,6 трлн). На 2021 год BlackRock, штаб-квартира которой расположена на Манхэттене, имеет отделения в 100 странах, и она тесно связана с крупнейшими финансовыми регуляторами, такими как министерство финансов США, Федеральная резервная система (ФРС) США и Европейский центральный банк (ЕЦБ).
Как только какой-либо крупный экономический субъект попадает в поле зрения таких фондов, как Vanguard и BlackRock, они предлагают ему возможности выгодных инвестиций. Пользуясь своей надёжной репутацией, связями и огромными средствами, Vanguard и BlackRock скупают активы субъекта и начинают заниматься его управлением.
Например, только в Германии в 2014 году BlackRock принадлежало 4% акций BMW, 5,2% акций Adidas,7% акций Siemens, 6% акций Daimler. В целом BlackRock является акционером (почти всегда самым крупным) всех предприятий, входящих в индекс DAX (важнейший фондовый индекс Германии). Гигантская платформа Aladdin, созданная BlackRock для управления активами, ежесекундно отслеживает стоимость акций, облигаций и других активов, находящихся под управлением компании, а также рассчитывает, как влияют на их котировки различные события, такие как рост цен на нефть или алюминий.
BlackRock является мажоритарным акционером почти во всех технологических компаниях мира. Какое отношение к строительству и проектированию имеют инвестиционные корпорации BlackRock и Vanguard (Vanguard/Windsor)?
BlackRock и Vanguard принадлежат почти все САПР-компании и технологии в мире строительного проектирования и BIM решений.
Доля владения акциями BlackRock и Vanguard в компаниях САПР
На графике владения акциями заметно, что особым смыслом здесь обладает цифры — 7-10%. До таких цифр инвестфонды доводят долю владения любой компанией, чего хватает, чтобы полностью контролировать целые корпорации.
На следующем графике видно похожее распределение владения акциями крупнейших компаний мира — Big 5.
Доля владения акциями BlackRock и Vanguard в компаниях Big 5
Из-за того, что 70% акций компании после выхода на биржу распределены между тысячами инвесторов, контрольный пакет составляет всего 7—20% акций, что даёт держателю “небольшого пакета” полномочия по принятию всех решений в компании.
Степень контроля (X — сила голоса) в компании в зависимости от величины пакета акций (Y — процент капитала)
Таким образом, если у вас есть 7-20% акций нескольких основных компаний-монополистов, то вы почти полностью влияете на развитие всей отрасли.
При таком многократном перекрестном владении и при наличии долей практически во всех крупных корпорациях — как этим инвестиционным фондам удаётся следить за темой BIM или, например, развитием AR в строительстве, да и вообще за всеми технологиями мира одновременно?
Олигополия на рынке САПР
Олигополия в первую очередь означает скоординированность и взаимосвязь в действиях на рынке, что осуществляется Vanguard и BlackRock через глав компаний, утверждаемых на собрании акционеров.
Процент доли BlackRock в компаниях САПР
С выходом на биржу большие САПР-компании фактически убили конкуренцию на рынке САПР тем, что основные стратегические решения теперь принимаются не агрессивными руководителями компаний, которые борются за выживание и место на рынке, а пролоббированным советом директоров, который контролируется извне финансовыми специалистами, интересующимися отраслью строительства только как цифрой в годовом отчёте Annual Revenue.
Политолог Jan Fichtner из Амстердамского университета, исследуя этих основных финансовых игроков, утверждает: «Влияние в основном осуществляется через фоновые дискуссии. Вы ведете себя на поводу у BlackRock и Vanguard, потому что знаете, что однажды вам может понадобиться их благосклонность. Для руководства компаний и корпораций рационально действовать в интересах основных держателей акций».
Все, кто работает в развитии технологий строительной отрасли, постепенно попадают в жернова этой плановой экономики, созданной акулами капитализма при поддержке богатых династий запада, пенсионных фондов и печатного станка ФРС.
BlackRock управляет активами централизованно и строго следит за соблюдением всех формальных предписаний. Но сверх этого BlackRock и Vanguard практически ничего не делают. А между тем для функционирования рыночной экономики чрезвычайно важно, чтобы акционеры постоянно держали руку на пульсе событий в своих предприятиях и критически оценивали политику менеджмента.
В итоге сегодня все мировые САПР (и вообще все технологические) компании принадлежат инвестиционным фондам, которые на бумаге занимаются управлением стратегией компании, а де-факто — только соблюдением формальных предписаний для отчётов, которые позже попадают в красивый PDF документ для ежегодного собрания совета директоров.
«Плановая экономика в масштабах сколько-нибудь крупной промышленной системы требует значительной централизации, а следовательно, и бюрократического аппарата, способного управлять этой централизованной машиной. Если планирование сверху не будет сочетаться с активным участием снизу, если поток общественной жизни не будет постоянно восходить снизу вверх, плановая экономика приведет к новой форме манипулирования народом.» “Бегство от свободы”, Эрих Фромм
Как сегодня Trimble будет соперничать с Autodesk или Hexagon на одном рынке, если CEO этих компаний отчитываются ежеквартально перед одними и теми же инвестиционными фондами с WallStreet, которые, в свою очередь, не заинтересованы в резких изменениях на тех рынках, от которых зависят их годовые отчёты и, как следствие, их личные бонусы.
Таким образом, у управляющих фондами нет финансовых стимулов, чтобы компании в их портфелях яростно конкурировали друг с другом. Если например активный инвестор, который владеет, скажем, акциями Coca-Cola Co., но не PepsiCo Inc. может захотеть, чтобы Coca-Cola пошла на большой риск, чтобы сокрушить Pepsi, и для этого инвестирует капитал в новые продукты и рынки, то с другой стороны, инвестор, владеющий и тем, и другим, предпочел бы, чтобы Coke и Pepsi избегали ценовых войн.
Такие отношения не всегда могут быть добрыми. Исследование 2018 года показало, что, когда одни и те же институциональные инвесторы являются крупнейшими акционерами компаний, производящих брендовые лекарства и производителей дженериков, компании-производители дженериков с меньшей вероятностью будут предлагать более дешевые версии брендовых лекарств. В результате потребители могут платить более высокие цены на лекарства.
Нет здоровой конкуренции — не будет и новых технологий. Отчасти поэтому все крупные корпорации в мире строительного проектирования фактически не имели отношения к разработке новых продуктов в последние 20 лет.
Если ещё десять лет назад такие крупные компании, как Autodesk, Nemetschek, Trimble имели репутацию уже не новаторов, а скорее имитаторов, когда было достаточно просто скопировать новый популярный продукт и выпустить свой клон, то сегодня необходимость в клонировании продуктов отпала. Сегодня стартапы и целые компании скупаются за любые деньги, которые предоставляют своим подопечным BlackRock и Vanguard.
Чтобы не конкурировать друг с другом на одном рынке, каждая компания из big5 САПР выбирает для себя отдельные технологические ниши и скупает постепенно программы и любые технологии в этом направлении.
Основные стартапы, приобретенные за последние 20 лет
Для примера John Walker (будущий CEO Autodesk) предлагал Mike Riddle купить Autocad в 1982 году всего за $15 тыс. (изначально за $8 тыс.), но Mike настоял на условиях продажи Autocad за 1$ и 10% c продаж продукта. В 2020 году Revit стал самым продаваемым продуктом Автодеск, который она купила в 2002 году за 133 млн долларов. А уже в 2018 году Autodesk заплатил за Plangrid (стартап-приложение для планшета) почти миллиард долларов ($875 млн), где одним членом из совета директоров, за несколько лет до покупки, стала бывшая CEO Autodesk — Carol Ann Bartz.
Таким образом, на данный момент весь мир проектирования и вообще все технологии мира разделились на тех, кто принадлежит Blackrock и Vanguard, и тех, кого эти фонды через свои САПР-филиалы ещё купить не успели. Ни одна организация с высокими денежными показателями не имеет возможности избежать встречи с такими финансовыми гигантами, в какой бы стране она ни находилась.
Сегодня уже невозможно построить новый Autodesk или Trimble в нашем мире, где с такими ресурсами, которыми располагают сегодня инвестфонды, можно купить целые страны, не говоря уже о талантливых командах разработчиков.
Мы убрали с рынка всех конкурентов, но почему мы не движемся вперед?!
Нельзя ни в коем случае демонизировать структуры, которые были построены BlackRock и Vanguard: любая организация и скорее всего каждый человек на земле, имея такие “бесплатные ресурсы и доступ к печатному станку”, воспользовались бы этим и поступили бы на месте Blackrock точно так же, скупая всё на своём пути.
В противовес монополиям, только мир open source решений мог бы сегодня составить конкуренцию таким олигопольным конгломератам.
Заключение
Времена настоящей конкуренции “благодаря” финансовым фондам уходят в историю. Отсутствие конкуренции сказывается на развитии технологий в нашей, и без того отсталой, отрасли строительства.
Старые корпорации, такие как Autodesk, Hexagon, Nemetschek Group, Trimble, построившие отличную инфраструктуру в 90-е, пытаются подстраиваться под быстрые изменения рынка. Разработка Legacy программ, например, Revit и Archicad, тормозится. Небольшие CAD и BIM стартапы или уничтожаются, или покупаются за пару миллионов (или как Plngrid, Aconex уже миллиардов) долларов — и уходят в бюрократическую систему дедлайнов и костылей; а к самостоятельной разработке новых идей и инструментов у корпораций, кажется, нет ни интереса, ни творческих способностей.
Кризис программного обеспечения в САПР и в других технологиях носит также системный и поколенческий характер. Проблема в том, что сейчас у руля BlackRock, Vanguard, Oracle, Autodesk и других компаний стоит поколение X или Baby-Boomers, которые ещё помнят деколонизацию доминионов и карибский кризис в 60е.
И, конечно, мы не можем не испытывать уважения к этому поколению (наших родителей), но очевидно, что технологии развиваются слишком быстро, чтобы отдавать управление новыми технологиями людям из BlackRock или Autodesk, которые родились в то время, когда человек ещё не изобрёл пульт от телевизора, а компьютеры были размером с дом.
В целом укрупнение капитала и монополизация рынка с дальнейшими построениями олигополий или прямых монополистов — это естественный ход капитализма. Таким образом, капитализм на стероидах создал бюрократию управления или, другими словами, плановую экономику на мировом уровне.
Только если в Советском союзе при плановой экономике получаемая прибыль принадлежала всем членам общества, то в мировой плановой экономике прибыль получают только акционеры основных инвестиционных фондов.
Плановая экономика тогда и сейчас
Ни в коем случае нельзя обвинять в алчности структуры, построенные BlackRock и Vanguard: на их месте любая организация и возможно любой человек поступил бы точно так же. Мы можем быть благодарны им за то, что конкретно этот тупиковый путь выбрали именно они.
Возможно, из-за таких фондов-конкистадоров, которые на корабле Vanguard плавают сегодня по континентам (как это уже было в 13-18 веке) и скупают самые интересные и важные источники знаний, — местные разработчики-аборигены (например из Азии) смогут сплотиться за независимость от этого протектората больших денег. Поэтому, чем сильнее будет становиться давление фондов, тем, возможно, мощнее станет симметричный ответ децентрализованного мира.