К вопросу диктатуры пролетариата и социализма
Во втором «разоблачении» Чемпион уже открыто фиглярствует, приписывая нам извращённый им же самим тезис Ленина (см. картинку ниже), который он вряд ли не знает, но судя по всему, просто не понимает.
«Социализм — это обернувшийся на благо пролетариата государственно-монополистический капитализм, который тем самым перестаёт быть государственно-монополистическим капитализмом».
В. И. Ленин, «Грозящая катастрофа и как с ней бороться», 1917 г.
Есть ли это утверждение того, что социализм — это капитализм под другим названием? Такое может выдать либо намеренный лжец, либо книжный ребёнок, напрочь лишённый диалектического мышления. Далее, на основании этой собственной выдумки, приписываемой нам, артист делает умозаключение, ни много ни мало, аж в нашей предательской сущности. Конечно, мы самые злодейские злодеи! Пытаться же убедить свою несчастную аудиорию, что Ленин утверждал о какой-то диктатуре пролетариата при капитализме (см. оригинал) — это просто первое место по кринжу, чемпионом которого деятель и является.
Видимо, Чемпион ошибочно полагает, что диктатура пролетариата предшествует социализму, то есть устанавливается ещё при капитализме, например, в истории, между февралём и октябрём 1917 (хотя там было двоевластие), в период военного коммунизма 1917–1922 годов и во время НЭПа. Возможно, кто-то сейчас скажет: «Ну как же, НЭП — это общественное устройство, существовавшее на капиталистическом базисе, это переходный период между капитализмом и социализмом, где уже рабочие являются господствующим классом, но ещё нет социализма, всё верно сказал!»
Но это типичный пример метафизирования комнатного левака, который открыл книгу, но увидел там только комбинацию из трёх пальцев. Во-первых, НЭП — это историческая необходимость в тех конкретных условиях, когда социализм победил в аграрной стране и ей требовалось создание индустрии. Во-вторых, социализм есть целенаправленное движение и ряд условий, но не набор статичных критериев. Это, как и всё с точки зрения диалектики, есть процесс. В данном случае — процесс укрепления и расширения власти рабочих, слома старых производственных отношений и буржуазных предрассудков в общественном сознании. Это положение, когда страны победившего социализма (надеемся, никто не тешит себя иллюзиями, что социализм по щелчку пальцев наступит разом и повсеместно?) представляют из себя крепость, одновременно обороняющуюся от экономической и даже, возможно, военной агрессии со стороны буржуазных стран и ведущую политическое наступление, демонстрацию рабочим и мелким предпринимателям других стран преимущества новой общественной формации с целью перетянуть их на свою сторону (см. работу Ленина «Выборы в Учредительное собрание»).
Следует понимать двойственность социализма и его внутренние противоречия. Говоря языком Гегеля, есть в-себе-бытие социализма, сам процесс развития, и бытие-для-иного — коммунизм, то есть социализм, достигший своего наивысшего качества. Первое — это социализм как диалектическое стремление к коммунизму, процесс его построения, второе — первая фаза коммунистической формации. В первом значении НЭП определённо был социализмом, во втором — ещё не приобрёл качества, к которому стремился.
Так, НЭП — это не отдельная общественно-экономическая формация и не переходный период, представляющий из себя диктатуру пролетариата и капиталистические производственные отношения, а инструмент социализма, вызванный к жизни конкретными условиями. Почему именно это уже не капитализм с диктатурой пролетариата, а именно социализм, зачаточная форма коммунизма? Потому что любая антогонистическая формация, связанная с отчуждением труда, существует по формуле «человек для производства», коммунизм же как неантогонистическая формация — это «производство для человека», господство последнего над миром вещей вместо подчинения им. Новая экономическая политика советской власти и есть целенаправленная деятельность в этом направлении.
И как бы то ни было, необходим НЭП или нет, появление первых очагов социализма провоцирует не угасание, а обострение классовой борьбы и выводит её уже на мировой уровень. Диктатура пролетариата — это государство вчерашних наёмных работников, которое при социализме только усиливается путём вовлечения в его деятельность максимально широких масс трудящихся и таким образом достигает такого состояния, когда государство растворяется в обществе, исчезая как явление, и тогда можно сказать, что наступил коммунизм. Это знает каждый мало-мальски грамотный марксист, но для догматиков, которые за печатным слогом не видят мысли, это, как видно, остаётся загадкой.
Хотя загадок здесь на самом деле никаких нет. Данное лицо — типичнейший представитель рода книжных детей, о которых мы рассказывали в своём недавнем видео, который прекрасно демонстрирует свою деструктивную сущность. Вместо того, чтобы принять наше приглашение на публичные дебаты, он трусливо трёт комментарии. Вместо того, чтобы совместно установить истину, он бросается обвинениями чёрт знает в чём и отвечать за свои слова, скорее всего, не собирается. В то время как Эра налаживает практику и теорию, ищет друзей и союзников, объединяет коммунистов, обучает их, вселяет в них веру в себя, Чемпион провоцирует срачи с целью покрасоваться перед публикой: он одиночка, а мы коллектив. Смотрите на дела и их последствия, и сразу будет ясно, кто самозванец, а кто большевик.
И вот, что касается дел. Ещё одна претензия Чемпиона, которая заслужила наше внимание, — это использование нами серпа и молота в качестве символики. На первый взгляд, придирка, с одной стороны, мелкая, с другой стороны, даже в чём-то справедливая. Господин Чемпион приводит обоснование: поскольку общество реакционно, основательно промыто антимарксистской пропагандой и у широкого обывателя серп и молот вызывает в лучшем случае равнодушие, то использовать его нельзя. Скрывая свою сущность, коммунисты как бы могут втереться обывателю в доверие, донести до него свои мысли, при этом не провоцируя негативную реакцию специфической символикой, поскольку обыватель мыслит стереотипами. Так марксистская пропаганда будет иметь ощутимые успехи, поспособствует развитию классового сознания и запустит процессы возникновения рабочего движения.
Всё вроде стройно и логично. Вот только один нюанс упускает сей господин: главным стимулом роста рабочего движения являются сами условия жизни рабочего класса; никто так хорошо не толкает рабочих на борьбу, сперва экономическую, а затем и политическую, как те противоречия, которые порождает капитализм, обостряя их с каждым новым витком своего развития. Первые же, кто осмысляют своё положение, превращаются из класса-в-себе в класс-для-себя, систематизируют свои исследования и ищут пути разрешения противоречий — это и есть коммунисты. Поэтому никакие правильные слова, как бы вы к обывателю ни подходили, с серпом и молотом или без них, не подействуют, пока капитал окончательно не задушит его и он не начнёт самостоятельно искать выход. Вот тут и выступают в качестве точки сборки коммунисты, которые и есть рабочее движение, его авангард, со всеми своими атрибутами и символикой, которые как пламя в ночи привлекают к себе тех, кто открыл глаза. Чемпион же предлагает нам потушить факел, чтобы шептаться в темноте с обывателями, вести с ними благопожелательные беседы, а они, хоть и будут соглашаться, однако никак своим согласием рабочее движение коммунистов не укрепят — ни кадрово, ни финансово, ни организационно.
И снова пример магического мышления комнатного левака: на чем более широкую аудиторию он будет вещать, тем больше, якобы, у него будет сторонников. Но это самообман — человек, которому нравится спать, не захочет открывать глаза, как его ни убеждай в этом. Так Чемпион в качестве целевой аудитории коммунистов видит спящих обывателей, самый хвост рабочего класса, и вместо того, чтобы привносить марксистское знание там, где для этого созрела почва, вместо того, чтобы поднимать до своего уровня тех, кто уже проснулся и ищет ответов, структурировать их в коллективы, ковать будущие партийные кадры, он предлагает опуститься до уровня наиболее бестолковых и пассивных. А чтобы случайно не напугать их, он предлагает убрать со знамён известный во всём мире символ борьбы рабочего класса.
На основании всего вышеизложенного, а также прочих наших наблюдений за пациентом, мы делаем вывод о том, что это либо сознательный враг, делающий дело рассеивания коммунистов, подмены их боевой теории и практики снобизмом (что вряд ли, но в наше время и конспирологические теории очень любят сбываться), либо просто дурак с раздутым самомнением, прочитавший несколько книжек, возомнивший себя очередным гуру и купающийся в славе среди своей крошечной аудитории. На примере оной, кстати, не видно практических результатов того, что он спрятал серп и молот.