Я же юный бог, взрастите меня: 155 глава
Хотя его глаза и изогнулись в улыбке, они оставались мертвыми.
В этих глазах не было ни капли тепла.
Ошибиться в том, что он чувствует, было невозможно.
Я замер, боясь сделать даже вдох, и снизу вверх смотрел на подполковника Чэ.
Подполковник Чэ буравил меня тяжелым, немигающим взглядом.
Казалось, эта удушливая дуэль взглядов продлится до тех пор, пока я не заговорю.
— Эм… подполковник Чэ. Пожалуйста, сначала успокойтесь…
Его фальшивая улыбка стала еще шире, разрезая лицо.
Он выглядел пугающе нестабильным, и от этого зрелища внутри меня все сжималось от нарастающей паники.
По спине крупными каплями катился ледяной пот.
Чувствовалось, будто даже действие алкоголя, который ещё недавно бурлил в моём теле, полностью исчезло.
Я намеревался должным образом всё обсудить с Сагонъёном.
Мне было любопытно, когда именно он начал за мной наблюдать, и я также хотел спросить о «Золотых Небесах».
Но я никогда не планировал убивать Сагонъёна.
Я даже не рассматривал, что бог низкого уровня, вроде меня, может справиться с последователем Чёрного Квадрата.
Мой весь план состоял в том, чтобы убедить Чёрного Квадрата и использовать Сагонъёна в своих целях.
‘Подполковник Чэ действительно прочитал Day News.’
В голове воцарилась звенящая пустота — к такому повороту событий я оказался совершенно не готов.
Хуже всего было то, что он знал слишком много.
Я не мог даже нащупать границы его осведомленности, и этот вакуум неизвестности лишал меня возможности понять что я могу от него скрыть.
Пока между нами натягивалась тишина, подполковник Чэ медленно, со убийственной аккуратностью опустил свою тяжелую металлическую руку на дверь крыши.
Звук скрежещущего по металлу когтя медленно пополз вниз, эхом отдаваясь прямо у моего уха.
На долю секунды в груди вспыхнуло дикое желание: наложить запрет и бежать без оглядки.
Но даже если бы я побежал изо всех сил, он догнал бы меня всего за пару взмахов крыльев.
— Я не могу позволить тебе убить его…
У меня было чувство, что если я скажу что-то, что ему не понравится, на этот раз металлическая рука настигнет меня.
Я лихорадочно пытался завернуть правду в максимально безопасную обертку, прежде чем продолжить.
Это был лучший ответ, который я мог придумать прямо сейчас, но он не получил особо положительной реакции.
Металлическая рука снова со скрежетом прочертила полосу по двери.
Этот звук безмолвно требовал ответа, и я, сглотнув ком в горле, неохотно добавил:
— Это… это необходимость. Для того чтобы управлять Землёй…
Я мельком взглянул на металлическую руку, замершие в считанных сантиметрах от моего лица, и торопливо договорил:
— Мы заключили сделку. Я буду предоставлять ему фотографии, а взамен получу небольшое вознаграждение.
Стоило мне упомянуть нерушимость контракта, как подполковник Чэ слегка склонил голову набок, словно хищная птица.
В мыслях я уже истошно умолял его о прощении.
‘Простите, подполковник Чэ. Но мне до зарезу нужны Звёздные Осколки.’
И тут среди тишины раздался его тихий, глухой зов:
Мой голос сорвался на высокой ноте от глухого непонимания.
Он резко развернулся, оставив меня позади, и тяжелыми шагами пошел по краю крыши.
В секунду, когда за его спиной с тихим щелчком начали разворачиваться металлические крылья, меня прошиб ток.
Его безумие прямо сейчас сжирала его остатки самообладания.
Я бросился следом, мертвой хваткой вцепившись в подполковника Чэ, отчаянно закричал:
— Я сделал это не потому, что хотел!!
Правда сразу же сорвалась из моего рта.
— У меня просто не было выбора, обстоятельства прижали к стене! Был бог, который наблюдал за мной долгое время…
В конце концов, я во всём признался насчёт Чёрного Квадрата.
После долгого объяснения я добавил кое-что, чтобы выглядеть как можно более жалким.
— Я всё ещё очень слаб. Мои способности тоже недостаточно хороши… Я ничего не мог поделать с ситуацией, так что подумал, что будет правильным хотя бы накопить немного валюты, которая ходит во вселенной..
Какое-то время он стоял ко мне спиной, а затем медленно, тягуче повернулся.
В тот момент, когда наши глаза встретились, моё сердце отяжелело.
Потому что я понял, что заставил своего последователя волноваться.
Воздух вокруг него мгновенно потяжелел, наполняясь мягким янтарным свечением.
Подполковник Чэ не издал ни звука.
Он лишь медленно, устало прикрыл глаза и снова разомкнул веки.
Обычно, принимая покровительство, он разглядывал соткавшуюся из искр ткань, но сейчас его взгляд был прикован исключительно ко мне.
Встречая его взгляд, я задался вопросом.
Узнал ли он всё, что знает, из <Zero>?
Но подполковник Чэ знал слишком много правды, и у него даже были способности, о которых я не знал.
Всё было смутным словно в тумане, но даже так одно было несомненно.
Подполковник Чэ был моим последователем, и я должен нести за него ответственность.
— Я стану сильнее. Очень быстро. И больше ничего подобного не случится.
Золотое сияние с тихим хрустальным звоном осыпалось вниз.
Даже среди золотых осколков подполковник Чэ продолжал смотреть на меня неизменно.
Я почувствовал странное удовлетворение от того, что он больше не смотрел на небо.
Как раз когда наши взгляды оставались прикованными друг к другу долгое время, в воздухе появился экран.
— - Подполковник Чэ Хёно. Вам необходимо немедленно вернуться.
Я все гадал, почему Служба по Противодействию Испытаниям ведет себя подозрительно тихо, но, судя по всему, благодаря содействию Самры всё и правда обошлось без лишнего шума.
Подполковник Чэ привычным жестом вернул очки на переносицу, скрывая глаза.
Едва я успел с облегчением выдохнуть, радуясь, что миновал очередную катастрофу, как до меня донесся его негромкий, хрипловатый шёпот:
Я с удивлением уставился на подполковника.
Я ведь сам отправил ему сообщение, пообещав купить торт к его возвращению.
Вот только сейчас я стоял с абсолютно пустыми руками — никак не ожидал, что он явится за долгом так молниеносно.
Я также не ожидал, что он запомнит моё сообщение и спросит о нём.
— У меня... его сейчас нет. Мне сходить купить? Только если бы вы могли подождать минутку..
Я собирался поспешить в ближайшую пекарню, но он вытянул руку и преградил мне путь.
Я слегка ударился о его твёрдое предплечье и вновь посмотрел на подполковника Чэ снизу вверх.
Я запоздало вспомнил, что он однажды сказал, что ненавидит ждать.
Я колебался, прежде чем сказать:
— В следующий раз я подготовлю его заранее.
Подполковник Чэ отступил на шаг с эмодзи, отображавшимся на его очках.
Затем он молча развернулся, подошел к самому краю перил и одним слитным движением расправил за спиной тяжелые крылья.
Я представил, как он величественно взмывает над ночным пейзажем города.
Но вместо того чтобы взлететь, подполковник Чэ просто шагнул с края, словно камнем рухнув прямо вниз, вдоль стены здания.
Я бросился к перилам и судорожно перегнулся через край, вглядываясь в темноту, но внизу не было ни звука, ни силуэта.
На крыше снова воцарилось одиночество, разбавляемое лишь шумом ветра.
Проторчав на крыше целую вечность, чтобы хоть как-то уложить в голове случившееся, я наконец вернулся в квартиру. Квак Ханмук к этому времени уже проснулся.
Он вяло буркнул, что благополучно проводил Мо Хэин до дома.
Я не был уверен, стоит ли рассказывать ему о несанкционированном уходе подполковника Чэ, поэтому просто ответил, что выходил подышать свежим воздухом.
Квак Ханмук не стал копать глубже и только похвалил меня за то, что я так тщательно убрал дом.
Я выпил средство от похмелья вместе с ним и рано лёг спать.
Когда я проснулся утром, моё тело чувствовало себя прекрасно.
Я не был полностью уверен, но, похоже, у меня была довольно высокая устойчивость к алкоголю.
Оценив мой бодрый и цветущий вид, Ханмук не удержался и тут же выдал новую шутку для своей бесконечной серии про «Каштана».
— Никакой ты не Каштанчик.. Ты у нас настоящий Алкоштан…
Он обреченно покачал головой и принялся уплетать сладкий десерт, который вообще-то предназначался для спасения от похмелья — и это первым делом с утра.
Я мысленно восхитился его способностью заталкивать в себя приторное сладкое на голодный желудок, но благоразумно промолчал.
Начиная с сегодняшнего дня, моё обучение стажёра должно было официально начаться, так что мне нужно было явиться в Агентство по Противодействию Испытаниям.
Я надел форму и проверил телефон.
Мне наивно казалось, что вчерашняя история подошла к концу, но на экране висело еще одно входящее сообщение.
В очередной раз убедившись, что характер у этого человека просто сущий кошмар, я быстро набил ответ, закончил сборы и вместе с Квак Ханмуком вышел из дома.
Когда мы шли бок о бок к Агентству по Противодействию Испытаниям, люди продолжали бросать на нас взгляды.
Похоже, это было потому, что форма немного выделялась.
Все, по крайней мере, знали, что в этом районе есть военное учреждение. Они просто не знали точно, чем оно занимается.
Поскольку они не могли раскрыть существование Испытаний, я слышал, что Служба по Противодействию Испытаниям притворяется новым военным учреждением для внешнего мира.
‘Форма Службы по Противодействию Испытаниям, признать, выглядит реально круто.’
Идущий рядом Ханмук тем временем скорбно и тяжело вздохнул.
— С сегодняшнего дня я буду ебашить переработки как проклятый…
Похоже, взяв выходной вчера, чтобы повеселиться и отдохнуть, он накопил кучу работы.
Он и так твердил, что в последнее время был занят, и я взаправду задавался вопросом, когда же он наконец найдёт время отдохнуть.
После того как мы прибыли в Службу по Противодействию Испытаниям, Квак Ханмук похлопал меня по плечу и сказал:
— Давай, покажи им там на обучении, из какого ты теста. Если какой-нибудь придурок вздумает тебя задирать — сразу иди ко мне, разберемся.
Я не упустил возможность и показал ему честь, которую выучил на ускоренном курсе вчера.
В тот момент, когда Квак Ханмук увидел мою честь, он расхохотался с треском, как лопающаяся большая пачка чипсов.
Я растерянно моргнул, решив, что опять где-то напортачил с движениями, но он лишь добродушно ухмыльнулся и четко отдал мне честь в ответ.
После этого он еще пару раз дружески похлопал меня по спине, заявив, что с такими манерами мне пора сразу в капитаны, а не в стажеры.
От его тяжелой ручищи у меня было стойкое ощущение, будто всё тело до сих пор мелко вибрирует.
После этой короткой суматохи мы с Квак Ханмуком разошлись в разные стороны, и я направился прямиком к учебному сектору для стажеров.
Пудинговый слайм, паривший над моей головой, искренне спросил, словно ему было действительно любопытно:
— Каштан, а как вообще люди могут обучать бога?
Судя по всему, в его понимании это выглядело верхом абсурда. Я постарался объяснить все доступным для инопланетного разума языком.
— Я просто притворяюсь человеком и собираю нужную информацию. Для управления этой планетой это необходимый шаг. Как вы сами знаете, господин Доминик, я родился совсем недавно и многого еще не знаю.
Я долго объяснял, что если я хочу править людьми, разве мне не нужно сначала понять людей?
Пудинговый слайм, кажется, так до конца и не проникся моей логикой, но приставать с расспросами больше не стал.
[Ты постоянно напоминаешь себе о том, что должен закрыть 7 Испытаний за 2 месяца.]
В середине всего этого внезапно появилось системное окно.
Это было то, о чём я тоже постоянно думал, и, проходя обучение стажёра, я рассматривал способы войти в Испытание.
‘Но почему в последнее время оно не говорит мне регистрировать?’
Пользуясь случаем, я мысленно задал волнующий меня вопрос, но оно привычно проигнорировало меня.
Как всегда, оно появлялось и исчезало только тогда, когда ему было удобно. К этому моменту я уже привык, так что тоже ничего больше не говорил.
Хотя кое-какие догадки у меня всё же имелись.
Я уже поглотил ■■■ вместе с Инфернумом.
Эти двое смешались, и процесс усвоения пошел куда быстрее, чем раньше. Что касается меня сейчас, то просто справляться с этим было уже непосильно.
Похоже, система рассудила, что сейчас мне просто нет смысла регистрировать новое Испытание, ведь как только переваривание завершится, моя божественная сила совершит резкий, колоссальный скачок.
Я и с Юным богом-то едва боролся, так что оставалось лишь гадать, не превратится ли моя жизнь в сплошной кошмар, когда вся эта поглощенная мощь окончательно станет моей.
До тех пор я обязательно должен был найти решение.
Я прибыл в зону обучения, размышляя о том, чем может быть якорь.
В момент, когда я открыл дверь, меня встретили множество взглядов, устрем ко мне.
Комната была устроена как лекционный зал, где ровными рядами на своих местах неподвижно сидели около пятнадцати стажеров.
Я пришел с запасом в десять минут, но, к моему удивлению, абсолютно все уже были в сборе.
Их взгляды на меня содержали смесь эмоций, от любопытства до недовольства.
Казалось, не так уж много… тех, кто относился ко мне положительно.
Вчера Мо Хэин кратко рассказала мне, какими были слухи обо мне внутри Службы по Противодействию Испытаниям.
Высокопоставленные сотрудники, знавшие, что такое Испытания, считали меня монстром.
Это было понятно, учитывая, что я сделал много странных вещей.
Однако, по её словам, низкопоставленные сотрудники, у которых не хватало знаний и опыта, были недовольны особым отношением ко мне как к стажёру.
Общее мнение среди них было таково, что причина, по которой я могу закрывать Испытания, — заслуга Специальной оперативной группы.
Они собрали команду, состоящую из подполковника Чэ Хёно, других капитанов и даже Самры.. Любой дурак выдал бы такие же блестящие результаты. Неужели кто-то всерьез верит, что это заслуга какого-то новенького стажера?
Тот факт, что после подписания контракта я официально влился в ряды Службы именно на позицию стажера, лишь добавил веса и убедительности их теориям.
В прочем, даже если бы я присоединился как капитан, они, вероятно, нашли бы что-то ещё, к чему можно придраться, так что я не придавал этому большого значения.
‘Я в любом случае выделялся из толпы, что бы ни делал’
Единственное, что имело для меня реальное значение — это Специальная оперативная группа.
Моя главная задача на сегодня заключалась в том, чтобы прикинуться достаточно безобидным, необтесанным камнем и не стать обузой для их честно заработанного авторитета.
Я уже наметил себе тихое, неприметное место в самом дальнем ряду и двинулся было туда.
В этот самый момент в лекционный зал твердым шагом вошел Вон Тхэбом, держа в руке тонкий планшет.
Наши глаза сразу же встретились.
Я отдал ему честь, и он пару секунд молча, изучающе смотрел на меня, после чего кивнул в ответ.
Я всё ещё не смог извиниться перед Вон Тхэбомом ни за что после закрытия CBX.
Самра предлагал просто стереть ему память, если я того пожелаю, но я наотрез отказался, ведь это казалось мне неправильным.
После этого я отчаянно искал возможность поговорить с Вон Тхэбомом с глазу на глаз, но задача оказалась из разряда невыполнимых.
Во-первых, не было никакой возможности, чтобы стажёр мог запросто найти лейтенанта, который был намного выше меня по званию, и попросить о разговоре.
А просить капитанов организовать мне аудиенцию было бы и вовсе верхом нелепости.
Я беспокоился об этом, когда, к счастью, Вон Тхэбома назначили проводить обучение стажёров.
Это был идеальный, просто судьбоносный шанс подкараулить его сразу после окончания лекции.
‘Совсем скоро я приду преклонить перед тобой колени.’
Думая об этом, я уставился на Вон Тхэбома, стараясь придать своему лицу максимально дружелюбное и мягкое выражение.
По какой-то причине Вон Тхэбом не мог долго поддерживать со мной зрительный контакт.
Он почти сразу отвел глаза чуть в сторону.
Затем он проверил часы, и как только наступил час, начал занятие.
— Сегодня мы проведём практическое обучение.
С этими словами Вон Тхэбом щелкнул замками массивного металлического кейса, стоявшего на трибуне.
Внутри тускло поблескивал метеорит Испытания. Это был метеорит низкого ранга, предназначенный для обучения стажёров.
Глядя на пёстрый вид метеорита, напоминавший детскую игрушку, среди стажёров распространилась напряжённая атмосфера.
Вон Тхэбом объявил название Испытания.
— Испытание, в которое вы войдёте, — <Hop Drop Pop>, двухзвёздочного ранга.
Поскольку это была игра, в которую мне нравилось играть, я почувствовал ещё большее удовольствие едва сдержав довольную ухмылку после того как услышал название.
Hop Drop Pop была крупномасштабной многопользовательской игрой с непринуждённой атмосферой.
Игроки стартовали одновременно и проходили различные мини-игры. Это была игра в стиле выживания, где нужно было преодолевать препятствия или участвовать в лёгких соревнованиях.
Она была весёлой, потому что игроки могли сотрудничать или мешать друг другу, и у неё было одно большое преимущество.
‘Там не существовало правила перманентной смерти.’
В Hop Drop Pop, когда игрок падал ниже сцены, расходовалось одно сердце.
После того как все шесть данных сердец были использованы, игрок переключался в режим наблюдателя.
Если хотя бы один из вошедших успевал финишировать, наблюдатели тоже проходили Испытание, позволяя всем покинуть его.
Это было одно из более безопасных Испытаний.
Даже если бы все стажёры стали наблюдателями, пока инструктор финиширует, прохождение Испытания было гарантировано, что делало его очень подходящим для обучения.
Однако была ещё одна решающая причина, по которой мне нравился Hop Drop Pop.
Кастомизация — персонажа там можно было настраивать как душеньке угодно, натягивая на него самые дикие скины.
Я всегда обожал ковыряться в редакторе внешности перед стартом матча.
Мне было интересно, применится ли она и к пудинговому слайму.
— Ваша итоговая оценка будет напрямую зависеть от того, под каким номером вы пересечете финишную черту.
Завершив вводный инструктаж, Вон Тхэбом добавил со сталью в голосе:
— Ваша первоочередная задача — действовать сообща и слаженно преодолеть всю дистанцию.
Судя по атмосфере, казалось, что не так уж много людей готовы сотрудничать со мной.
Даже если бы все стажёры здесь напали на меня и попытались помешать, я был уверен, что всё равно смогу достичь финиша.
Однако, поскольку это было Испытание для обучения в Службе по Противодействию Испытаниям, мне нужно было быть осторожным, чтобы не пройти его с истинной концовкой и случайно не закрыть его.
‘Пожалуй, просто финиширую в первой пятерке.’
Определив для себя разумную планку, я мысленно утвердился в этом решении.
После объяснения последних моментов, на которые нужно обратить внимание, Вон Тхэбом скомандовал старт.
В тот момент, когда он положил руку на метеорит, мир окрасился флуоресцентным цветом.
['Хан Гоё (Агнец)' вошёл в <Hop Drop Pop>!]
Вот только, оказавшись внутри, я не успел даже краем глаза зацепить текст главного квеста.
Кто-то толкнул меня в момент входа, отправив падать ниже сцены.
Я быстро падал через милый на вид фон.
Когда моё зрение стало серым, одно сердце было израсходовано.
Возродился на точке старта, чувствуя, как внутри закипает глухое, злое раздражение.