Я же юный бог, взрастите меня: 160 глава
Как только я получил вызов от Самры, то сразу же проверил спальню Квак Ханмука, но она была пуста. Похоже, он не смог даже добраться до дома.
Пока я готовился войти в Испытание, невольно задумался.
Как только метеорит Испытания вылупляется, его уровень BT можно измерить. Основываясь на уровне излучаемых им волн, Служба по Противодействию Испытаниям отправляет адаптантов. Они снижают уровень BT и стабилизируют его путём периодических прохождений.
Но так везло не всегда. Если зачистка проваливалась, Испытание взрывалось, мгновенно превращая реальный мир вокруг себя в идентичную ей среду.
Для крошечной Южной Кореи метеоритов падало слишком много, но, к счастью, до взрыва у нас еще ни разу не доходило.
Это была исключительная заслуга Службы и «Эха». Однако за границей подобные трагедии уже случались несколько раз.
Обычно метеориты выбирали густонаселенные районы, так что ущерб там был колоссальным, а следом неизбежно шел жесткий карантин, чтобы заражение не расползлось дальше.
Для создания карантинных зон использовались специальные предметы, но в итоге большинство таких зон просто бросали. Слишком высок был риск, что вирус вырвется наружу.
‘Но как Сагонъён способен влиять на метеориты Испытаний?’
Судя по контексту, это было явно его рук дело. Но я не мог понять, как он мог свободно контролировать метеориты на Земле.
Даже если за этим стоял Чёрный Квадрат, делящийся с ним своей силой, суть оставалась той же.
Если существо извне Земли может взрывать метеориты по своему желанию, сложность защиты моей территории возрастёт безумно.
‘Не верится, что это будет настолько безнадежный бой…’
Здесь обязано быть какое-то скрытое правило.
У меня было чувство, что я смогу найти больше подсказок, как только войду в Испытание.
Хотелось спросить сидящего у меня на голове Доминика, но в мыслях настырно крутилось одно сообщение.
«Зачисти <City of Frame>, и я отвечу на любой твой вопрос.»
Сагонъён ясно указал цену за предоставление информации.
С другой стороны, меня напрягало то, что я постоянно принимаю помощь от Доминика, ничего не отдавая взамен.
Тем более что совсем недавно, послушавшись его совета, я едва не лишил глаз Квак Ханмука.
Он окликнул меня, словно спрашивая, что не так, так что я сразу ответил, натягивая половину формы.
— Все в порядке, господин Доминик.
Я коротко объяснил, что мне нужно войти в новое Испытание, как вдруг с кухонного стола донеслась мелодия звонка.
Я вышел из гардеробной и взглянул на экран. Номер был незнакомым.
И всё же внутри шевельнулось странное предчувствие, будто я точно знал, кто находится на том конце провода.
Какое-то время я просто всматривался в мигающий экран, а затем всё-таки принял вызов.
Он позвонил первым, но не произносил ни слова.
Это было так в его стиле, что мне пришлось назвать его имя самому:
Его голос раздался в трубке, ниже и глуше, чем обычно.
Я задался вопросом, не связались ли с «Эхом» из-за чрезвычайной ситуации.
— Мне придется войти, там высокий риск взрыва метеорита…
Я на мгновение потерял дар речи, а гендиректор Ча медленно продолжил.
— - Пусть взрывается или творит что хочет. Южная Корея не рухнет, если один из них взлетит на воздух.
Такие слова точно не предназначались для ушей стажёра, работающего на Службу по Противодействию Испытаниям.
Я медленно закрыл и открыл глаза.
И хотя в глубине души я почувствовал лёгкую, мимолётную радость от того, что снова слышу его голос после столь долгой разлуки, это тепло мгновенно испарилось..
Гендиректор Ча повесил трубку.
Я недоверчиво уставился на телефон, прежде чем вздохнуть.
‘Сагонъён связался и с гендиректором Ча?’
Я ведь прекрасно знал, что этот журналист проявляет к главе «Эха» повышенный интерес.
Он даже пытался вытащить его на интервью, находясь прямо внутри Испытания.
Но я не мог понять, зачем он рассказал ему об Испытании, в которое я собирался войти.
Тщетно пытаясь разгадать истинные мотивы Сагонъёна, я направился к штаб-квартире Службы.
Что же касается гендиректора Ча… я твёрдо решил, что обязательно свяжусь с ним снова, как только закрою <City of Frame>.
Из-за чрезвычайного положения все сотрудники спешили на работу в этот ранний предрассветный час.
Стоило мне переступить порог, как на меня плотной стеной накатила всеобщая паника и неспокойная, взвинченная атмосфера.
Я молча пробрался в офис Специальной оперативной группы через людей, снующих взад-вперёд.
Когда я открыл дверь и вошёл, Квак Ханмук, Мо Хэин и Самра уже были там.
При моём появлении Квак Ханмук резко вскочил со своего стула.
И самым торжественным, на какой только был способен, голосом скомандовал:
— Капитан Мо, Самра, аплодисменты.
Мо Хэин и Самра последовали примеру Квак Ханмука и зааплодировали.
Пока я стоял на пороге сущим столбом, совершенно не понимая, что за цирк тут происходит, Квак Ханмук шутливо отдал мне честь и выдал:
Похоже, до них уже долетели слухи о моём прохождении Hop Drop Pop.
Только вот я не ожидал такой бурной реакции.
В лучшем случае я рассчитывал, что они при встрече просто мимоходом обронят что-то вроде «о, хорошая работа».
Я сразу же ответил на честь Квак Ханмука.
От этого жеста он от души расхохотался. Вдоволь отсмеявшись, капитан заговорщически подмигнул мне:
— Стажёры, которые вернулись после Hop Drop Pop, только о тебе и треплются, Каштан.
Квак Ханмук сжал кулак и шутливо сделал пару выпадов в воздух, имитируя удары:
— Я слышал, ты там устроил им знатную порку и раскидал вообще всех.
Банан и его дружки, судя по всему, уже успели во всех красках расписать свои приключения. Я решил слегка приукрасить голые факты и спокойно ответил:
— Это были абсолютно вынужденные меры в процессе прохождения.
— Ну тогда выкладывай, как именно Маленький Каштан вынужденно вёл себя как кусок дерьма.
Это было чёткое предупреждение о том, что время для дружеских подколок вышло.
Квак Ханмук ответил «Есть» и сел обратно.
Следом за ним подала голос Мо Хэин, которая до этого тихо сидела в углу. По её тону было сложно понять, шутит она или говорит на полном серьёзе:
— Потом расскажешь мне всё в мельчайших подробностях.
Ей действительно было настолько любопытно?
Я решил, что расскажу ей, если она спросить снова, и начал слушать брифинг Самры.
— Испытание <City of Frame> имеет рейтинг в четыре звезды, и это будет первый вход для всей Специальной оперативной группы.
Как пояснил андроид, изначально за стабилизацию этого пространства отвечал гражданский адаптант.
Он работал со Службой по Противодействию Испытаниям на правах фрилансера, но совсем недавно бесследно исчез, не оставив никаких предупреждений.
Это была крайне подозрительная ситуация.
Слушая отчёт Самры, я мысленно добавил ещё один пункт к своим подозрениям в отношении Сагонъёна.
<City of Frame> была игрой в стиле «цикла добычи».
Игрок брал на себя роль стрингера, независимого журналиста-фрилансера, работающего в огромном городе.
В начале игры игрок выбирал одну из трёх тем, затем искал сенсационные истории, связанные с ними, и продавал их медиа-изданиям.
Главная цель заключалась в том, чтобы начать с захудалой радиостанции и постепенно пробиться в крупнейшие медиа-конгломераты города.
По пути игрок раскрывал правду о сущности, правящей городом.
Игра включала вылазки в самые различные районы города ради добычи горячих репортажей и последующее возвращение на безопасную базу. Мне она нравилась, потому что каждый район имел свои отличительные особенности.
Профессия игрока и наличие скрытой правды смутно напоминали Call of the Void, но структура и сеттинг игры были совершенно другими.
Но сейчас даже это мимолётное, едва уловимое сходство казалось мне дурным предзнаменованием.
Надо же, оно было похоже на Call of the Void. И вдобавок ко всему, это было Испытание, которое Сагонъён хотел, чтобы я прошёл, отчего на душе становилось совсем паршиво.
'Да и концовка тоже была немного странной'
Истинная концовка City of Frame оставила у меня своеобразное чувство.
Это была концовка, практически предназначенная для продолжения, так что точно помнил, как расспрашивал разработчика об этом.
«Конечно же выйдет продолжение, созданное специально для тебя, Каштан. Но её разработка займёт некоторое время… Так почему бы тебе пока не поиграть в другие игры?»
Но City of Frame 2 так и не вышла, даже к дню финальной трансляции.
Меня искренне беспокоило, что он акцентировал внимание на фразе «для тебя». Из-за этого было трудно списать всё на обычную ложь.
Это было Испытание со множеством деталей, которые тревожили меня в самых разных аспектах.
— Подполковник Чэ Хёно присоединится к нам на месте.
Он сейчас находился в другом Испытании, но должен был вот-вот освободиться. Мне сказали, что если он опоздает к началу, то зайдёт в испытание чуть позже.
Я вкратце поделился информацией, которую знал, с Самрой и капитанами, и мы обсудили, какую тему выберет Специальная оперативная группа и как мы будем её проходить.
Мои рекомендации, кажется, немного удивили команду.
Тот гражданский адаптант, который изначально курировал City of Frame, в своей официальной инструкции для Службы по Противодействию Испытаниям отдельно выделил эту тему, настоятельно призывая никогда её не выбирать.
Но когда я разложил по полочкам свои доводы, все согласились с моими аргументами. Мы единогласно решили действовать по предложенному мной плану.
Сам метеорит City of Frame находился в здании крупной новой радиовещательной станции в районе Сангам-дон, Мапо-гу, Сеул.
Он был спрятан глубоко под землёй в месте, о котором даже сами сотрудники мало знали, так что директор станции лично пришёл проводить нас.
В рамках мер предосторожности всех людей из здания вещания и окрестных кварталов полностью эвакуировали.
Радиовещательная станция, в которой обычно всегда бурлила жизнь, сейчас встретила нас зловещей, гулкой пустотой. В сопровождении директора Специальная оперативная группа и я начали спускаться на подземные ярусы.
После падения метеорита здание было отремонтировано, а область, содержащая метеорит City of Frame, была замаскирована под специальную звукоизолированную комнату.
Перед специальной звукоизолированной комнатой была табличка с надписью «Вход только для уполномоченного персонала», и дверь была защищена несколькими слоями замков.
Пока директор дрожащими от нервного напряжения руками отпирал их, в моём наушнике раздался голос Самры:
Прежде чем я успел хоть что-то ответить, андроид ровным тоном продолжил:
— - Я позабочусь обо всех делах, пока вы будете проходить <City of Frame>.
Я задался вопросом, что именно он имел в виду под «позабочусь о делах».
Судя по всему, Самра не на шутку разозлился из-за «Золотых Небес».
Но если говорить обо мне, то сама эта организация не вызывала у меня какого-то сильного беспокойства.
Раз уж они так фанатеют от золотого неба, то им следовало бы стать моими последователями.
…Разумеется, не по какой-то странной причине вроде этой.
Моя уверенность строилась на вполне обоснованных причинах: они объективно не могли представлять для меня серьёзной угрозы прямо сейчас.
Правда «Золотые Небеса» базировались за границей, а не в Южной Корее, так что с ними будет трудно разобраться в ближайшее время.
Но как только международная организация, которая создаётся прямо сейчас, будет полностью сформирована, мы сможем противостоять им всерьёз.
Кроме того, из-за этого инцидента Самра внедрил ещё более сильную систему безопасности.
Мои последователи тоже всегда были начеку, так что я смотрел на ситуацию относительно спокойно, но он, судя по всему, моего оптимизма не разделял.
Я беспокоился, что при таких темпах он может решить поместить всё человечество в капсулы.
‘Надеюсь, когда я вернусь из Испытания, меня не будет ждать персональная капсула…’
С долей лёгкого беспокойства я негромко произнёс в микрофон:
— Я свяжусь с тобой через голографический значок.
Я решил, что должен сам время от времени проверять ситуацию, во время доклада Самре.
Чтобы действительно убедиться, что андроид не помещает людей в капсулы.
Услышав мои слова, Самра на пару секунд умолк, прежде чем наконец отозваться:
Я отключил связь и решительно переступил порог звукоизолированной комнаты.
Метеорит, встроенный в центр комнаты, привлёк моё внимание.
Он был угольно-чёрным, как корпус камеры.
Время от времени сквозь рваные трещины на его поверхности прорывался резкий белый свет, поразительно похожий на фотовспышку.
Наблюдая за метеоритом, Мо Хэин высказала своё мнение.
— Подполковник Чэ передал, что прибудет в течение часа, но поскольку точные сроки назвать трудно, нам лучше войти первыми и оценить обстановку на месте.
Квак Ханмук и я согласились с ней.
Мо Хэин положила руку на метеорит от имени команды и дала краткий отчёт.
— Специальная оперативная группа входит.
Последнее, что я успел увидеть перед тем, как окончательно провалиться в City of Frame — это реальность, начинающая стремительно стекать вниз флуоресцентными красками.
«Я» сижу на односпальном диване.
Расположившись на красном диване, «я» смотрю на маленький экран телевизора.
Нажимаю кнопку на пульте, и на экране запускается вступительный ролик.
Упругий кларнетовый семпл возвещает живое начало.
Под музыку со свинговым ритмом и декадентским бас-лайном преувеличенный голос выкрикивает приветствие.
«Добро пожаловать! Гипер Эдем, Медиа-город Наслаждений!»
Чёткий, характерный для джазового свинга хай-хэт разбивается на стремительные фрагменты, наращивая музыку.
Мигающие неоновые вывески, бьющее белой пеной дорогое шампанское, шумно вращающееся колесо рулетки в казино, чья-то яростная драка на заднем дворе ресторана быстрого питания — все эти кадры с бешеной скоростью сменяют друг друга на экране.
По мере того как музыка приближается к своему пику, наращивая темп, из глубины колонок начинает медленно подниматься тяжёлый, давящий бас.
«Гипер Эдем — это место, до краёв наполненное самыми яркими интригующими моментами!
С оглушительным, сокрушительным грохотом взрывной электронный бас и мощные духовые инструменты с ходу вырываются в дропе.
Камера резко взмывает вверх, являя зрителю колоссальную панораму ночного Гипер Эдема.
Ослепительный городской пейзаж длится всего пару мгновений, после чего прямо в центре одного из оживлённых кварталов вспыхивает перестрелка.
Среди шквала ругательств и криков репортёры бросаются в самое пекло, чтобы осветить перестрелку.
Грохот выстрелов разрывает воздух, а кровь жертв густыми лужами собирается на асфальте, но те, кто без остановки жмёт на затворы тяжёлых камер, не обращают на это ни малейшего внимания.
Яркие вспышки пистолетных выстрелов и слепящие огни фотоаппаратов ритмично хлопают точно в такт бодрой, развязной духовой мелодии.
Даже багровые пятна крови начинают причудливо блестеть под неоновыми лучами.
Экран меняется снова, и с ударом свингового бита в поле зрения появляются гигантские электронные рекламные щиты, покрывающие всю внешнюю поверхность небоскрёбов.
Изображение на щитах начинает меняться в реальном времени.
И поток коммерческой рекламы, лившийся бешеной лавиной, мгновенно исчезает.
Вместо них на экранах транслируются только что отснятые сенсационные заголовки и свежие кадры той самой перестрелки.
Под разноцветными огнями публика взрывается смехом и радостными возгласами, краснеет от ярости и горько плачет.
Все очарованы, словно под заклинанием, полностью поглощены огнями рекламных щитов и контролируются непрерывной информацией, льющихся с них.
Это леденящее душу зрелище, однако живая, праздничная музыка, грохочущая изо всех щелей, заставляет воспринимать этот кошмар как нечто совершенно естественное.
Хотя нет. Это больше не экран.
«Я» с зазданием осознаю, что каким-то непостижимым образом провалился по ту сторону телевизора и теперь сам нахожусь на улицах Гипер Эдема.
«Я» оказался внутри того самого пространства, которое ещё секунду назад лениво потреблял в качестве развлечения.
Испуганный, «я» отчаянно огляделся и обнаружил в руке диктофон.
Пока «я» тупо смотрю на незнакомый диктофон, раздаётся насмешливый голос.
«Здесь, в Гипер Эдеме, ты начинаешь как жалкий кусок мусора.»
Весь масштабный киберпанковский пейзаж, только что заполнявший моё зрение, бесследно исчезает.
Теперь «я» стою посреди глухого заброшенного переулка, заваленного гниющим мусором и рвотой, а прямо у моих ног шныряют жирные крысы.
Мой взгляд насильно разворачивают в фиксированном направлении.
И в поле зрения появляется здание, возвышающееся в самом сердце Гипер Эдема.
Башня, которая в гордом одиночестве доминирует над всеми окружающими её небоскрёбами.
«Проводи расследования! Завоёвывай внимание толпы! И поднимайся на вершину! Только так ты выживаешь в Гипер Эдеме.»
Каждый весело играющий инструмент в ту же секунду резко обрывается.
Джазовые духовые и электронный бас, безостановочно бившие по моим ушам, исчезли, как будто их никогда не было, и воцарилась невыносимо тяжёлая тишина.
И тот самый голос, который до этого шумно и восторженно кричал, теперь спрашивает спокойным, вкрадчивым и приглушённым тоном:
«Пришло время выбрать, Стрингер. Как же ты выживешь?»
И затем передо «мной» появляются варианты.
Я только-только успел вернуть себе свободу воли, как уже в полном замешательстве уставился на доступные опции.
Изначально в City of Frame есть три варианта.
Но среди появившихся опций оказался еще один дополнительный.
Я собирался нажать на него, чтобы прочитать описание незнакомого варианта, как с писком появилось предупреждающее окно.
[Требуется подтверждение совершеннолетия!]
Мне даже не позволили прочитать аннотацию.
Как раз когда я задавался вопросом, не потому ли это, что система считает меня ребёнком, Пудинговый слайм появился в самый подходящий момент.