14.111 "Невозможный союз"

Старый ржавый вагон на отшибе Мунвуда дышал запахом остывшего металла и машинного масла. Получив весточку от Ленора, Монтгомери тут же отправил ворона к Петре. Пути назад не было. Снова зима, снова он в Мунвуде, и по-прежнему рядом с сестрой. В морозный воздух вплелся ещё один, ни с чем не сравнимый запах — шерсти, леса и дикой силы. Оборотень.

Констанция оглянулась. По её спокойной реакции было ясно: перед ними Аманда, их верная союзница.

Девушка-оборотень тепло улыбнулась Монтгомери, точно так же, как когда-то приветствовала в этом мире саму Констанцию.

— Здесь небезопасно, — тихо сказала она, её голос был низким и серьёзным. — Пойдёмте к озеру. Там нас не услышат.

Констанция смотрела в её серо-голубые глаза, полные тревоги и сомнений. Для Аманды грядущее противостояние было вопросом жизни и смерти её стаи. Но для Констанции это было скорее вопросом чести и долга — последней попыткой остановить чудовище, в которого превратился её отец.

Монтгомери всматривался в холодную, заснеженную дымку горизонта, всем существом жаждая увидеть до боли знакомые бледные черты Петры.

И она появилась. Её зоркий взгляд сразу выхватил на побережье ледяного озера три одинокие фигуры.

Узнав среди них Монтгомери, она не смогла сдержать улыбки. Ноги на мгновение стали ватными, и она, забыв о надменной вампирской гордости, побежала навстречу своему возлюбленному.

— Монти! — вырвалось у неё, прежде чем он притянул её к себе в объятия.

От долгой разлуки, от сжимающего сердце ужаса перед надвигающейся бурей, Монтгомери притянул её к себе и поцеловал. Это был их первый поцелуй — горько-сладкий, пахнущий снегом и смертельной опасностью. Констанция наблюдала за ними, и в её взгляде читалось сложное чувство.

— Я так боялась за тебя, — прошептала Петра, прижимаясь лбом к его щеке.

— Вместе мы справимся, — так же тихо ответил он. — Должны.

Аманда этот взгляд поймала. В нём было недоумение? Удивление? Сестра, помнившая брата ребёнком, теперь видела, как он теряет голову от любви. Или, может быть, в глубине души Констанция сама жаждала того же — простого тепла рядом, пока мир вокруг рушится?

Оторвавшись друг от друга, Петра наконец взмахнула рукой Аманде и Констанции. Последняя испытывала смешанные чувства. Можно ли доверять этой аристократке из Вранбурга? Аманда же, напротив, была воодушевлена — в их рядах появилась ещё одна сильная союзница, вампир, готовый пойти против своего же рода.

— Аманда, Констанция. Спасибо, что дождались. Думаю, все мы понимаем, зачем мы здесь.

Так, у застывшего озера, Монтгомери, Констанция, Аманда и Петра стали одним лагерем. Судьба свела их узы крови, любви и дружбы против общего врага.

— Мой отец не остановится, — мрачно сказал Монтгомери. — Он атакует. Один. И он разорвёт этот город на части, если мы ему позволим.

Они отлично понимали: Со Джун, оставшись без поддержки Харгрейвов, не отступит. Он пойдёт на отчаянный шаг — решит атаковать Мунвуд Милл в одиночку, используя всю свою магическую мощь и бездонное коварство.

— Значит, не позволим, — твёрдо заявила Аманда. — Но мы не можем победить его в честном бою. Сила не вариант.

— Хитрость — вариант, — парировала Петра. — Мы должны заманить его. В место, которое выберем мы, и на наших условиях.

Чтобы остановить неминуемую бойню, они должны были действовать на опережение. Их план заключался не в честной битве, которую было не выиграть, а в том, чтобы выманить ослеплённого яростью Со Джуна в ловушку.

— Ловушка, — тихо произнесла Констанция, и в её голосе прозвучала решимость. — Это единственный способ. Чтобы положить конец его безумию. Чтобы искупить... всё.

— Итак, план, — сказал Монтгомери, и его голос впервые за долгое время звучал твёрдо. — Давайте положим конец этой войне.