Егор Александрович Сергеев, доцент Кафедры мировой экономики, старший научный сотрудник ИМИ МГИМО
В рамках X Международной конференции «Международная неопределенность 2026» состоялась сессия «Алгоритмы неопределенности: как технологии меняют логику глобальной конкуренции». Егор Александрович обозначил, как современные технологические сдвиги в условиях неопределенности меняют социальную реальность, национальные модели цифровизации, формы занятости и глобальные взаимодействия государств.
• Современные технологические изменения характеризуются высокой степенью неопределенности: отсутствует ясное понимание того, как именно они будут оценены, как повлияют на социум.
• Текущий технологический сдвиг меняет не только производственные процессы и распределение ресурсов, но и во многом саму социальную реальность: трансформируется восприятие как происходящего, так и будущего, причем у значительной части общества оно остается неопределенным.
• Национальные модели видения цифровизации существенно различаются. Европейский союз строит аналоговую постиндустриальность, в России это деиндустриализованный постмодернизм, где цифровые технологии используются для политической и социальной стабилизации, для сокращения дистанции между государством и обществом, снижая уровень физического взаимодействия. Китайская модель технологического развития принципиально отличается и может быть описана как техно-индустриальный глобализм, сочетающий элементы индустриального и постиндустриального развития без прохождения классических стадий.
• На индивидуальном уровне ряд современных технологий сильно влияет на психологическое состояние, например, распространение платформенной занятости формирует довольно неопределенную картину будущего для индивида: труд все чаще приобретает процессуальный характер, основанный на временных контрактах и подписочных моделях без социальных гарантий, стабильного дохода. Такая модель занятости особенно проблематична для сфер, требующих эмпатии и социальной вовлеченности.
• Европейский союз испытывает серьезные трудности с регулированием новых форм занятости. Принятая в 2024 году директива о платформенной занятости лишь зафиксировала существование нового типа занятости, не устанавила механизмов защиты работников и переложила ключевые решения на национальный уровень, не выработав единых критериев трудовых отношений.
• Отсутствие собственных цифровых инфраструктур — социальных сетей, мессенджеров, платформ — является уязвимостью ЕС и усиливает стремление национальных государств к контролю над внешними цифровыми сервисами, примером чего может стать недавний конфликт с Telegram.
• Несмотря на сохраняющиеся технологические преимущества, Европейский союз демонстрирует зависимость от внешних технологических решений и ограниченную способность обходить эти зависимости из-за отсутствия фундаментальной цифровой инфраструктуры, а также институциональной природы самого ЕС, например, сложно представить параллельный импорт товаров в союз. Однако не стоит раньше времени списывать Европу со счетов.
• Взаимодействие с развивающимися странами имеет особое значение, при этом навязывание им внешней повестки и определенных технологических решений все чаще принимает форму «связанной помощи», что воспроизводит элементы зависимости.
• В этой сфере Россия располагает потенциалом для экспорта собственных цифровых решений и сервисов, которые могут использоваться для социально-экономической стабилизации в развивающихся странах без особого навязывания внешних моделей.