кофе на вкус ...
Q: Какой кофе предпочитаешь пить чаще всего? Какой твой любимый? А какой вызывает у тебя лишь отвращение?
– Мне, пожалуйста, раф с солёной карамелью и... хмм... Может, посоветуете что-нибудь?
И Сатоши обворожительно (так им кажется) улыбается, поднимая взгляд на девушку-баристку.
– Вам что-нибудь посоветовать?
– Да, пожалуйста. На ваш вкус.
Их ровесница, кажется; из-под повязки на голове выглядывают и спускаются косами (кто вообще сейчас держит такие длинные волосы?) почти белые волнистые волосы. Интересно, крашенные или действительно какой-нибудь альбинос? Однако кожа смугловата для альбиноса (так же это работает?), хотя ресницы такие же белые, две пушистые гусеницы над удивлённо-весёлыми глазами в окружении таких же белых ресниц... Это определённо не делало её круглое лицо с большим прямым носом особенно красивым, но добавляло ему какой-то необычной детскости что ли. Может, она кого-то косплеит, и потому выглядит подобным образом? Но не на работе же!
– Не говорите мне! Пускай будет сюрприз.
Девушка рассмеялась, кивая – белые волнушки на голове смешно подпрыгнули.
Наверное, считает их забавными. Бариста отворачивается к тачке, устанавливает холдер, начиная помол; Сатоши с удовольствием отметили, что действительно знает весь процесс готовки кофе – мало ли когда пригодится!
– А я тоже работала баристой, – вдруг сказали Сатоши, упираясь в стойку и укладывая бумажные деньги; девушка не прекращала улыбаться – повернулась заинтересованно, бросая короткий взгляд, но вскоре снова вернулась к приготовке кофе:
– Пару месяцев, – пожали плечами; пускай на самом деле о работе баристы они знает только от Падальщика, но ведь, в теории, Сатоши могли бы оказаться на его месте? Более того, вполне вероятно, рано или поздно они будет работать баристой. А значит, это толком и не ложь. Просто рассмотр разных вероятностей. Это могло случиться, а значит, по-своему правда.
– Историй хватает, – (и это тоже правда – какая разница, что они не их собственные?) – Даже обворовать пытались... А одна стажёрка портила почти каждый напиток, просто по приколу. Сыпала перец и всё фоткала.
– Не повезло со стажёркой... – она подогревает молоко капучинатором, медленно поднимая горячий стакан – У меня историй не так много. Но иногда заходят забавные люди... Вроде тебя, – брошенное как бы между делом, без поворота головы и без лишней вежливости, это воспринимается Коа за хороший знак. Им удалось расположить к себе? – Тяжёлая это работа...
– Правда. Скоро я совсем стала уставать от недосыпа... Я люблю поболтать с людьми, но иногда и это на работе – слишком! Даже от общения можно устать...
– Не то слово! У меня дома – целая орава братьев и сестрёнка... Приходится любить болтать. Но посетители – это совсем другое...
– Вот как! У меня тоже больша-ая семья. Но сейчас мы общаемся меньше...
Девушка наконец развернулась, поставила стакан на стойку; улыбнулась, подправив непослушные волосы, которые никак не спасала косынка.
– Значит, теперь вам стало скучно? И поэтому вы флиртуете со мной?
А вот это – неожиданный удар. Сатоши даже невольно, немного наигранно кашлянули.
– Флиртую? Я просто рассказываю истории! Сказала же, что люблю общаться с новыми людьми... И кофе люблю! Чем более странный, тем лучше. Такой же новый опыт, как и общение...
От наивно-обворожительной улыбки осталось мало; Коа сами не заметили, как начали бормотать... Это только вызвало ещё один короткий смех от девушки-баристы. «Конечно, флиртуете!» Однако вслух она говорит совсем иное:
– Простите, если мне показалось. Скажите обязательно, как вам вкус! Раз вкусы кофе у вас ассоциируются с людьми...
– Я не совсем так сказала... – это Сатоши бормочет совсем тихо, но кофе берёт – Спасибо. До свидания.
А что вообще произошло? Они действительно так испугались простого намёка на флирт? Нет, дело в том, что Сатоши флиртовать не умеет – и уметь не хочет. Падальщик, пожалуй, умеет, хотя при милых девушках (вроде этой) совсем теряет хватку и самообладание. Но Сатоши... Зачем им это? Они совсем не заинтересованы в новых романтических знакомствах. И вовсе не из-за какого-то опыта. Нет! Вовсе не из-за неё. Зачем вообще о ней вспомнили?.. Выкинь из головы!
Отпивает кофе. Горячий, это приятно; вкус... что-то необычное – угадать так просто не получается. Сладкий, немного приторный, похоже, ягодный. Малина? Мягкий и сливочный, словно большое розоватое облако. Кофе сложно приготовить так, чтобы Сатоши не понравилось – кофе должен оставлять эмоции, и, будь это очень дорогой кофе из ресторана или бурда из автомата с автозаправки между городами – это точно принесёт новые впечатления. И, скорее всего, окрасит воспоминания в новый цвет. Кофе – почти как музыка, в этом плане! Так куда легче запоминать места, смешные выходки и людей... (Падальщик, например, абсолютно точно был горьким мокко с тёмным шоколадом и клубникой – никаких сомнений; об Акихико думать не хотелось, но он был бы горьковатым капучино с чистым кофейным вкусом, разве что немного нот мяты; она была мягким тёплым латте с лавандой, персиком и твёрдой горчинкой...)
Неожиданно для самих себя, Сатоши разворачивается, направляясь обратно к стойке. Беловолосая бариста тут же улыбается ему, наклоняясь к стойке.
– Вернулись узнать, что за сироп я добавила?
– Нет, – Сатоши мягко качает головой, подходя ближе и зачем-то протягивая руку – Я хочу вам написать. Дадите свой номер?