Варвара Дмитриевна Римская-Корсакова. Судьба дворян.
Николай Сергеевич Римский - Корсаков - выпускник Московского университета, гусар, обаятельный, веселый, душа нараспашку, всегда с гурьбой приятелей, отличный танцор, элегантный, гроза московских барышень — таков был Николай. На всю Москву шла слава об особых, костюмированных балах, которые ввел в моду отец юного Николая, Сергей Александрович, приглашая на них московскую молодежь. Его род происходил от некоего Корсака из Литвы, который присягнул сыну Дмитрия Донского. Генерал-адъютант Иван Николаевич Римский-Корсаков был фаворитом Екатерины II, а всенародную славу этой фамилии принес композитор Николай Андреевич Римский-Корсаков.
Варенька Мергасова считалась завидной партией. Она была очень богата. Но нет ни малейшего подозрения в том, что ее богатство сыграло в этом браке какую-то роль. Вообще, все, что рассказано о Николае Корсакове, рисует его в симпатичном свете, хотя, как писали, «жизнь его сложилась как-то беспутно». Он окончил Московский университет. В двадцать один год был выбран предводителем вяземского дворянства. Но непоседе на месте не сиделось. Началась война, Николай бросил свое предводительство и пошел в самое пекло, в Севастополь. Здесь князь Горчаков берет его себе в ординарцы, причем просто рядовым, что также примечательно.
В скромной этой должности Николай Корсаков получает Георгиевский крест. Он постоянно играет со смертью, его видят в самых опасных местах. Из рядовых его производят в офицеры. Однажды Корсаков был послан с донесением о какой- то победе к императору Александру II. По традиции, его ждало повышение по службе, и, провожая Николая, товарищи уже поздравляли его. Но в Петербурге вышло то, что и должно было выйти, если учесть прямодушный характер Корсакова.
— В чем нуждаются в данное время в Севастополе?
— Да пороху не хватает. Так, глядишь, все там помрем.
— Не может быть! — гневно воскликнул Александр.
— Так точно и есть, ваше императорское величество!
Разумеется, государь был раздосадован. Корсаков сказал то, чего тот не хотел слышать. Но пришлось. Гонца с фронта послали к военному министру. Тот, получив взбучку от царя, готов был испепелить Корсакова взглядом. Обратно Николай Сергеевич прибыл не только без наград и повышения, но и с бумагой к князю Горчакову, где, между прочим, было рекомендовано впредь таких курьеров не присылать.
Корсакова ничуть не обескуражил такой поворот дела. Он продолжал по-прежнему честно и самоотверженно служить. После Севастопольской кампании перешел в гвардию лейб-гусаров. Старой веселой жизнью пахнуло снова: без Корсакова не обходился ни один бал, он всех знал, и его все знали, он умел зарядить любое общество весельем, дирижировал танцами, ухаживал за хорошенькими женщинами. Свадьба Николая Римского-Корсакова и Варвары Мергасовой состоялась 20 мая 1850 года.
Первенец молодоженов, если верить документам, опубликованным в «Пензенском временнике любителей старины» за 1891 год, родился через три месяца после свадьбы, в августе того же года. Николаю тогда минуло двадцать лет, а Варваре было шестнадцать. В 1853 году у супругов родился второй ребенок — сын Николай, через два года — Дмитрий. По свидетельствам современником, она при этом не утратила девичьей свежести.
Варвара Дмитриевна расцветала нежным цветком, шила себе эффектные наряды — бархат, газ, шелк, украшения, — все это так шло к ее облику, несмотря на частые роды, не терявшему почти девичьей свежести. Она была в моде, как и ее муж. Жизнь двоих, счастливая или нет, всегда тайна. Редкая женщина сама точно скажет, с чего, с какого момента что-то случилось, разладилось в таинственной связи с избранником.
Между тем чаще всего измена — это финал, а не увертюра, скорее, итог душевной маеты, разлада, накопленных обид, неосуществленных желаний. И наверное, не стоит гадать о причине разлада между супругами Корсаковыми, тем более что дневников и писем — того, где человек бывает всегда откровеннее — от них не осталось. Есть, правда, упоминание о том, что у Николая Сергеевича была дуэль из-за жены. Стрелялся он с лейб-гусаром Козловым, в чем-то похожим на него, бонвиваном, любителем весело пожить, которого вся Москва звала на французский манер — «lе Prince».
Злые языки, как правильно говорят, страшнее пистолета. И вскоре поползли слухи о том, что Варвара Дмитриевна неравнодушна к молодому гусару того же лейб-гвардейского полка Козлову. Сколько в этих слухах было истины, осталось неизвестным, но Козлова многие сравнивали с Римским-Корсаковым. Он тоже происходил из богатой московской семьи, был любителем весело пожить, завсегдатаем балов, великосветским кутилой, и вся Москва знала его по кличке, которую ему дали на французский манер — lе Prince.
18 апреля 1857 года дуэлянты вместе с секундантами отправились в Тверь по железной дороге. Чтобы не привлекать внимания, Козлов со своим секундантом Загряжским сел в поезд на станции Химки, а Римский-Корсаков со своим секундантом Вяземским и доктором Новацким – на станции Подсолнечная. Прибыв в Тверь, секунданты наняли экипажи для дуэлянтов.
Бросили жребий, и первый выстрел достался Козлову. По показаниям секундантов, перед тем как стрелять, он еще раз спросил противника, не желает ли тот принести извинения за те оскорбительные слова, которые произнес на балу. Римский-Корсаков не стал отвечать, и раздался выстрел. Римский-Корсаков упал как подкошенный! Пуля из пистолета Козлова прошла между двумя ребрами в правом боку и засела возле позвоночника. Раненого немедленно перенесли в карету и полным ходом отправились в гостиницу, близ которой проводился поединок. Там доктор Новацкий сделал разрез и извлек пулю, а саму рану зашил. Как потом установило следствие, рана могла бы стать смертельной, если бы не искусство медика, который оказал раненому неотложную помощь. После чего Римского-Корсакова в сопровождении секунданта посадили на поезд и отправили обратно в Москву.
Эта история закончилась плохо для обоих участников. И Козлов, и Римский-Корсаков за проведение дуэли были лишены всех воинских наград, званий, разжалованы в рядовые и уволены из армии (секунданты получили по три месяца тюремного заключения). Для Николая Римского-Корсакова это означало крах карьеры. Он счел за лучшее выйти в отставку, и после, как писали современники, «щеголял в светском платье, по-прежнему посещая все московские балы».
Правда, посещал балы он уже в одиночестве! Дуэль повлекла за собой и окончательный распад семьи: Римский-Корсаков развелся с женой, и Варвара Дмитриевна вместе с детьми, получив богатые отступные при разводе, окончательно уехала в Париж
Это было время, когда на французском троне сидел племянник Наполеона Бонапарта — Наполеон III. У Варвары Римской-Корсаковой не было близких подруг. Ее сын Дмитрий считал, что за эпатажными выходками матери пряталось отчаяние. У этой женщины было все: внешность, богатство, семья – красавец муж и трое очаровательных сыновей. А потом всё в одночасье рухнуло: развод, дети выросли, красота и здоровье постепенно покидали ее.
Дмитрий рассказывал, что Варвара часто вспоминала свои юные годы, блеск российских балов, первые годы брака. Слуги постоянно заставали ее перед зеркалом. Она разглядывала лицо, часами расчесывала черепаховым гребнем свои роскошные волосы. Варвара боялась старости.
Может быть, поэтому смерть забрала ее слишком рано? Она покинула этот мир в сорок пять лет в следствие сердечной болезни. Сын Николай продал ее поместье во Франции и вернулся в Россию к отцу, где позже женился на Катеньке Араповой (дочь Натальи Николаевны Пушкиной от ее второго брака с Ланским в свое время вышла замуж в семью Араповых). Дочку Николай Николаевич назвал Варей - в честь своей матери.
