Блокчейн

ТЕХНОЛОГИЯ БЛОКЧЕЙН

Поразительно быстрое подорожание биткоина и его сложное техническое устройство, не всегда понятное рядовому пользователю, породило множество мифов. Пожалуй, самый стойкий и распространенный связан с блокчейном — ключевым инструментом в системе Биткоин, позволяющим собирать транзакции в информационные блоки, которые объединяются в цепочку и образуют распределенный реестр. Бытует мнение, что технологию блокчейн можно применить для решения социально-экономических проблем и даже произвести с ее помощью «революцию» в нынешнем укладе жизни. Нужно отметить, что такие надежды возлагаются едва ли не на каждую изобретенную сегодня модную «игрушку». «Биткоин всего лишь частный случай, но лежащая в его основе технология блокчейн — наше будущее» — мантра, которую начиная с 2014 года без конца повторяют банкиры, журналисты и политики, которых объединяет лишь одно — полное непонимание того, как на самом деле функционирует сеть Биткоин.

Эта вера в «великий и могучий блокчейн» весьма характерный пример научного карго-культа (если использовать выражение американского физика Ричарда Фейнмана), или религии самолетопоклонников, распространенной среди аборигенов Меланезии. Во время Второй мировой войны американские ВВС базировались на островах Тихого океана, а прибывающие туда самолеты в числе прочего доставляли и подарки для островитян: одежду, консервы, оружие. Когда война закончилась и базы закрылись, местные племена изо всех сил старались вернуть «божественные» самолеты. Для этого они подражали поведению авиадиспетчеров: делали «наушники» из половинок кокоса, разводили сигнальные костры, строили специальные хижины с «антеннами» из веток, полагая, что таким образом приманят самолеты и вновь получат доступ к товарам, которые изменили их жизнь. Разумеется, стратегия не сработала, потому что диспетчер не создавал самолеты с грузом из воздуха, а был лишь частью сложного технологического процесса, который начинается с производства самолетов и завершается их прибытием на базу, однако аборигены Тихоокеанских островов были не в состоянии это осознать.

Подобно островитянам, поклонники технологии блокчейн, которые убеждены, что она сама по себе способна порождать экономические блага, не осознают, что блокчейн лишь часть большого целого. Механизм проверки и подтверждения записей в реестре биткоина чрезвычайно сложен и служит вполне конкретной цели — выпуску валюты и обмену ценностями без привлечения доверенной третьей стороны. «Технология блокчейн» — в той мере, в какой она существует, — вовсе не дешевый и эффективный способ выполнения транзакций онлайн. В действительности это крайне медленный и неэффективный инструмент по сравнению с централизованными платежными системами. Его единственное преимущество — устранение необходимости в посредниках, поэтому сферой его применения могут быть области, где отсутствие посредников настолько важно для пользователей, что оправдывает высокие цены и долгую обработку транзакций. И единственный процесс, где он может в этом преуспеть, — обращение токенов в одной определенной сети, поскольку код блокчейна не позволяет ему функционировать вне «родной» платформы.

Чтобы лучше понять, насколько биткоин неэффективен как платформа для онлайн-платежей, проведем мысленный эксперимент. Если убрать всю специфику — децентрализацию, доказательство работы, майнинг, отсутствие посредников — и запустить централизованную версию сети Биткоин, она будет состоять всего лишь из алгоритма для эмиссии монет и базы данных о праве собственности на них, которая обрабатывает около 300 тысяч транзакций в день. Такие задачи просты и любой современный персональный компьютер прекрасно с ними справится. В сущности, обыкновенный ноутбук среднего ценового сегмента может обработать до 14 тысяч транзакций в секунду, то есть весь ежедневный объем транзакций сети Биткоин он выполнит за 20 секунд*. Для обработки ежегодного объем транзакций ноутбуку понадобится чуть больше двух часов. Однако запуск криптовалютного проекта на персональном компьютере потребует доверия к его владельцу и надежной защиты машины от хакеров и вирусов. На сегодняшний день единственное решение, которое позволяет вроде бы несложной программе работать, не полагаясь на порядочность. Все, что нужно знать о биткоине и ответственность администраторов, — это децентрализованная одноранговая система Биткоин с математическим доказательством работы. Задача оказалась весьма нетривиальной: несколько поколений разработчиков безуспешно пытались ее решить, пока не появился вариант Накамото. Качественный ноутбук в наши дни демонстрирует хешрейт примерно в 10 мегахешей в секунду. Биткоин совокупно обрабатывает около 20 экзахешей в секунду, то есть столько же, сколько 2 триллиона ноутбуков. Иными словами, чтобы полностью устранить необходимость в посредниках, вычислительную мощность для работы несложной криптовалютной программы необходимо повысить примерно в 2 триллиона миллиардов раз.

Эмиссия монет и проведение транзакций не требуют таких вычислительных мощностей — они нужны для того, чтобы снять проблему доверия. Любой другой вычислительный процесс может использовать технологию блокчейн лишь при соблюдении двух условий.

Во-первых, выгода от децентрализации должна быть достаточно весомой для оправдания высоких затрат. Если процесс требует хотя бы минимального привлечения третьих сторон, децентрализация теряет целесообразность. Когда предприниматели заключают некий договор в рамках действующего законодательства, его фактическое выполнение определяется юридическими нормами, которые имеют больший вес, чем правила консенсуса в виртуальной сети, следовательно, дорогостоящие децентрализованные решения здесь не имеют смысла. То же касается и финансовых структур: децентрализация баз данных ничего не изменит, поскольку сами они по-прежнему будут играть роль доверенных посредников во взаимодействии друг с другом и клиентами.

Во-вторых, сам вычислительный процесс должен быть достаточно прост, чтобы не перегружать блокчейн-реестр. С каждой итерацией процесса цепочка блоков будет удлиняться и многочисленные узлы вскоре перестанут справляться с обработкой полной копии реестра. Такой блокчейн «потянут» лишь супермощные компьютеры, а значит, децентрализации не произойдет. Вспомним о различии между узлами, на которых хранится реестр, и майнерами, которые выполняют доказательство работы (о нем речь шла в главе 8): майнерам необходимы огромные вычислительные мощности для внесения транзакций в общий реестр, тогда как узлам требуются незначительные мощности для хранения копии реестра и подтверждения валидности транзакций. Поэтому узлом можно управлять с помощью персонального компьютера, а каждому отдельно взятому майнеру требуется мощность сотен ПК. Если само ведение реестра чересчур усложнится, узлами должны будут стать уже не персональные машины, а крупные серверы, следовательно, децентрализация не состоится.

Размер блоков в реестре биткои��а не превышает 1 Мб, что ограничивает темпы разрастания блокчейна. Этот лимит позволяет обыкновенным компьютерам поддерживать узел сети. Если увеличить размер блока или использовать реестр для более сложных операций, к чему призывают адепты блокчейна, персональные компьютеры уже не смогут обслуживать реестр. В таком случае сетью будут управлять несколько мощных узлов, принадлежащих крупным организациям, то есть вновь возникнет централизованная структура.

Автономная цифровая валюта до сих пор остается единственным удачным продуктом технологии блокчейн именно потому, что речь идет о технически несложном процессе, в ходе которого цепочка блоков в реестре удлиняется относительно медленно. Это означает, что стать пользователем и участником системы Биткоин можно с помощью обыкновенного домашнего компьютера и стандартного подключения к интернету. Алгоритм, контролирующий инфляцию, тоже не требует особых вычислительных мощностей, однако его децентрализованный характер и отсутствие посредников при эмиссии биткоина приносят значительную выгоду конечным пользователям, как было показано в главе 8. Все прочие монетарные средства наших дней контролируются структурами, которые в любой момент могут увеличить денежную массу ради обогащения за счет растущего спроса. Это верно для фиатных валют и недрагоценных металлов, но касается и золота, которое в больших количествах хранят центробанки, готовые выбросить его на рынок, чтобы не дать ему чересчур укрепиться в цене и потеснить фиатные валюты. Благодаря биткоину твердые деньги стали вновь доступны всем желающим впервые после упразднения золотого стандарта. Крайне необычное сочетание кибернетической легкости и экономической весомости объясняет, почему вычислительные мощности биткоина выросли до беспрецедентного масштаба. За восемь лет никому не удалось найти блокчейну другое применение, которое оправдало бы распределение реестра между тысячами узлов, но при этом позволило бы сохранить его относительную легкость, за счет которой и возможна такая децентрализация.

Первый вывод из вышесказанного состоит в том, что любое изменение в протоколе биткоина, которое приведет к увеличению блока, скорее всего, будет отклонено пользователями, и не только в силу устойчивости правил консенсуса, но и потому, что после него большинству операторов будет не по карману поддерживать собственные узлы. Поскольку именно операторы решают, какой программный код будет установлен на их машинах, можно предположить, что многие предпочтут сохранить нынешнюю версию ПО и будут использовать биткоины традиционного образца. Таким образом, любая попытка обновить протокол биткоина приведет лишь к созданию очередной альтернативной криптовалюты, неотличимой от сотен подобных аналогов.

Второй вывод сводится к тому, что любые приложения на основе блокчейна, которые сейчас рекламируют высокооплачиваемые консультанты, обещая нам революцию в банковском деле и технологии хранения данных, обречены остаться в статусе демоверсий без практической ценности. Блокчейн всегда будет неудобным и неэффективным инструментом для финансовых структур и прочих доверенных посредников. Технология, разработанная специально для устранения посредничества, вряд ли всерьез пригодится тем самым третьим сторонам, которые она призвана заменить.

Для записи транзакций существуют более простые и менее громоздкие инструменты, но лишь распределенный реестр позволяет вести учет без доверенных посредников. Транзакция попадает в блокчейн потому, что множество участников процесса стремятся подтвердить ее за вознаграждение. Однако ни один из них не облечен доверием и не наделен полномочиями исполнять транзакции. Напротив, мошенническая операция немедленно распознается и отменится другими пользователями сети, которые заинтересованы в безупречной репутации биткоина. Иными словами, биткоин целиком и полностью выстроен на системе сложных и дорогостоящих вычислений, ради того чтобы устранить проблему доверия и ответственности: это 100 процентов проверки и 0 процентов доверия.

Вопреки многочисленным мифам и шумихе вокруг биткоина отказ от посредничества выгоден далеко не во всех сферах деятельности. Если тщательно разобраться в устройстве биткоина, становится очевидно, что переход к системе без доверенных посредников имеет свои плюсы и минусы. В числе преимуществ — индивидуальная власть над протоколом, отсутствие цензуры и контроля, стабильность графика эмиссии и технических параметров. А недостаток состоит в том, что для одинакового объема работы ей требуется гораздо больше энергии и вычислительных мощностей, чем централизованным платежным системам. Лишь самые наивные футуристы могут искренне верить, что подобные затраты оправдают себя в большинстве случаев. Вполне вероятно, что единственная сфера, где расход энергетических и вычислительных ресурсов действительно может быть оправдан — это поддержка единой транснациональной твердой валюты. Но то есть две веские причины. Во-первых, затраты на вычислительные мощности можно компенсировать, постепенно захватывая мировой валютный рынок, стоимость которого доходит до 80 триллионов долларов США. Во-вторых, как мы уже знаем, сама суть твердых денег заключается в том, что человек их не в состоянии контролировать, а значит, предсказуемый и неизменяемый алгоритм идеально подходит для производства твердой валюты. После многолетних поисков и размышлений я не могу назвать другого процесса в какой бы то ни было экономической сфере, который был бы одновременно столь важен, чтобы оправдать огромные затраты на его поддержание, и при этом столь прозрачен и прост, чтобы полное устранение человеческого фактора стало несомненным преимуществом.

Для большей наглядности стоит провести параллель с историей автомобиля. В 1855 году, когда Карл Бенц установил двигатель внутреннего сгорания на экипаж и получил первое самодвижущееся транспортное средство, его главной задачей было избавить повозки от лошадей и убрать с улиц конский навоз. Бенц не пытался заставить лошадей скакать быстрее. Конная повозка не прибавит ходу от того, что на нее водрузили тяжелый металлический двигатель. Наоборот, она поедет медленнее, а количество конского навоза ничуть не изменится. Подобным же образом, как мы увидели в главе 8, колоссальные вычислительные мощности, необходимые для работы сети Биткоин, позволяют совершать транзакции и регулировать денежную массу без участия доверенных третьих сторон, но если в системе все же сохраняются посредники, то все эти мощности — напрасная трата ресурсов.

Продолжит ли биткоин набирать популярность, покажет время. Возможно, в итоге он заменит многих финансовых посредников. Вероятен и противоположный сценарий: биткоин остановится в развитии или вообще прекратит существование. Нереализуем только один вариант: что распределенный реестр окажется удобным инструментом для тех самых посредников, которых призван заменить.

Блокчейн — это крайне убыточная и неэффективная технология для любых доверенных посредников в торговле, финансовых транзакциях или ведении учета. Вне биткоин-среды он объединяет в себе худшие черты обеих моделей: громоздкую структуру распределенного реестра и высокую степень риска, сопряженного с посредничеством. Неудивительно, что спустя восемь лет после зарождения эта технология так и не нашла успешного коммерческого применения вне той среды, ради которой изначально создавалась.

Вместо конкретных результатов мы получили яростную шумиху в СМИ, выступления на Всемирном экономическом форуме и ожесточенные дискуссии в правительственных, научных и промышленных кругах. Правительственные структуры и прочие организации вложили миллионы долларов в исследования и поисковые проекты, но по сей день не получили никакой практической отдачи. Блокчейн-специалисты разработали экспериментальные платформы для биржевой торговли, регистрации права собственности, голосования и перевода средств. Но пока ни одна из этих новинок не получила коммерческого применения, поскольку все они дороже более простых инструментов, предполагающих единую базу данных и пакет программного обеспечения. К такому выводу недавно пришла администрация штата Вермонт.

Между тем банковские структуры без особого успеха применяют технологии предыдущего поколения. В январе 2016 года СЕО финансового холдинга JPMorgan Chase Джейми Даймон горячо рекламировал технологию блокчейн на форуме в Давосе, хотя на тот момент OFX-интерфейс его собственного банка, разработанный в 1997 году для обмена финансовой информацией между потребителями, не функционировал уже два месяца.

Для сравнения вспомним, что сеть Биткоин сложилась на основе блокчейна всего лишь через два месяца после того, как Накамото представил новую технологию. До сих пор в ее работе не отмечено никаких перебоев, и на данный момент денежная масса биткоина оценивается приблизительно в 150 миллиардов долларов. Блокчейн был предложен как решение проблемы цифровой наличности. Поскольку решение оказалось вполне функциональным, сеть биткоин быстро разрослась, притом что Накамото работал анонимно и общался с коллегами с помощью кратких электронных посланий. Биткоину не понадобилось ни инвестиций, ни конференций, ни рекламных кампаний.

Таким образом, представление о том, что технология блокчейн существует сама по себе и может применяться для решения отдельно взятых задач, весьма спорно. Намного корректнее было бы рассматривать блокчейн-структуру как неотъемлемую часть механизма биткоина и прочих криптовалют. Однако термин «технология блокчейн» нередко используется для простоты и наглядности при разговоре с широкой публикой. Далее приведены широко разрекламированные способы применения блокчейна, а затем обозначены наиболее серьезные препятствия для их практического воплощения.

I. Потенциальные сферы применения технологии блокчейн

Краткий обзор стартапов и поисковых проектов, связанных с технологией блокчейн, позволяет заключить, что потенциальные сферы ее применения делятся на три основные категории.

1. Цифровые платежи

Имеющиеся коммерческие механизмы для перевода средств опираются на централизованные реестры, где ведется учет транзакций и баланса счетов. По сути, информация о платеже однократно передается посреднику, который проверяет ее достоверность и соответствующим образом изменяет оба баланса. В блокчейн-структуре информация передается всем узлам сети, что требует гораздо большего числа операций, больших вычислительных мощностей и более длительного срока исполнения. Транзакция становится частью блокчейн-реестра и копируется на каждый компьютер сети. Этот процесс медленнее и дороже, чем централизованное проведение. Вот почему платежные системы Visa и MasterCard совершают по 2000 транзакций в секунду, а сеть Биткоин — максимум четыре. Блокчейн нужен биткоину не потому, что позволяет выполнять транзакции быстрее и дешевле, а потому, что устраняет потребность в посредниках: платежи производятся потому, что узлы сети конкурируют за право их подтвердить, но при этом ни один узел не облечен доверием и не наделен особыми полномочиями. Непонятно, каким образом доверенные посредники смогут оптимизировать свою работу с помощью технологии, которая жертвует скоростью и эффективностью именно ради того, чтобы избавиться от всякого посредничества. В любом случае, когда платежное средство контролируется некими инстанциями, эффективнее будет проводить и записывать транзакции централизованно. Очевидно, что блокчейн как платежный инструмент пригоден лишь для операций с его собственной децентрализованной валютой, а не с регулируемыми денежными единицами.

2. Контракты

В наши дни деловые контракты составляются юристами, их законность оценивается в суде, а выполнение при необходимости обеспечивается полицией. Криптографические системы смарт-контрактов (например, Эфириум) прописывают контракты в программном коде блокчейна, чтобы обеспечить их автоматическое исполнение, устранить вероятность расторжения или обжалования и вывести из-под контроля судебной системы. Девиз поклонников смарт-контракта звучит так: «Код есть закон». Проблема в том, что юридический язык, используемый при составлении договоров, все же понятен гораздо большему проценту населения, чем язык программирования, на котором написан смарт-контракт. Во всем мире, вероятно, найдется лишь несколько сотен экспертов, которые могут понять условия смарт-контракта во всех тонкостях, да и они не застрахованы от технических ошибок. Хотя в последнее время специалистов по смарт-контрактам становится больше, узкий круг первопроходцев всегда будет занимать привилегированное положение. Навыки программирования дадут им стратегическое преимущество перед остальными пользователями.

Чем опасно такое преимущество, выяснилось при первом же применении смарт-контрактов на платформе Эфириума, в рамках проекта DAO, о чем подробно я уже рассказывал чуть выше в разделе об альткоинах. Эфириум — второй (после Биткоина) блокчейн по масштабу вычислительных мощностей. Распределенный реестр Биткоина невозможно «откатить» назад, но, если это удалось сделать с Эфириумом, значит, любой блокчейн меньших масштабов, чем Биткоин, по сути, является централизованной системой, подконтрольной ее операторам. Очевидно, код далеко не всегда закон, ведь операторы смарт-контрактов могут вмешаться в их исполнение. Смарт-контрактам не удалось заменить человеческий суд беспристрастным алгоритмом, но они заменили судей кучкой программистов без всякого опыта арбитража с весьма смутными познаниями в юридической сфере. Пока сложно предсказать, какую позицию займут суды и прочие юридические органы, если подобные прецеденты будут повторяться.

Проект DAO пока первый и единственный опыт широкомасштабного применения смарт-контракта на основе блокчейна, и этот опыт подсказывает, что эпоха повсеместного внедрения смарт-контрактов наступит не скоро (если наступит вообще). Все остальные инструменты еще находятся в стадии разработки. 253 Все, что нужно знать о биткоине Возможно, в некоем гипотетическом будущем, когда кибернетическая грамотность населения повысится, а программный код станет надежнее и предсказуемее, такие контракты и войдут в широкий обиход. Но пока управление смарт-контрактом требует дополнительных мощностей, оставляя при этом возможность отмены или правки по решению операторов блокчейна, проект годится разве что для создания рекламной шумихи. Гораздо вероятнее, что в дальнейшем смарт-контракты будут выполняться только на защищенных централизованных компьютерах под надзором и управлением доверенных посредников. Таким образом будет официально признан тот факт, что смарт-контракт поддается редактированию, а затрата вычислительных мощностей понизится, как и риск мошенничества.

Что касается блокчейнов, то они, скорее всего, будут пользоваться спросом только при исполнении простых контрактов, код которых можно понять и проверить, не обладая специфическими навыками. Такие контракты лучше запускать на базе блокчейна (а не в централизованной компьютерной системе) лишь в случае использования его внутренней валюты или токенов. Все остальные контракты гораздо удобнее исполнять без громоздкого распределенного реестра. Смарт-контракты на базе блокчейна подходят для простых платежей с заданным графиком и управления электронным кошельком с мультиподписью. И то и другое подразумевает использование «родной» валюты блокчейна, чаще всего биткоина.

3. Базы данных и ведение учета

Блокчейн — надежная и защищенная от несанкционированного доступа база данных или реестр активов, но только для своей внутренней валюты и исключительно в случае, если валюта достаточно ценная, чтобы вычислительные мощности сети защитили ее от атаки. Что касается любых других активов — цифровых или материальных, — то здесь блокчейн настолько надежен, насколько можно положиться на честность тех, кто отображает этот актив в блокчейн-реестре. Приватный блокчейн в данном случае нисколько не добавляет эффективности и прозрачности, поскольку его надежность зависит от тех, кто определяет право доступа. Внедрять блокчейн в деятельность посредников бессмысленно, он лишь замедлит процесс, но не повысит степени защиты, так как вне криптографических систем не практикуется доказательство работы. Необходимость в посредниках не отпадет, а вот затрата вычислительных мощностей вырастет, да и выполнение любых операций займет больше времени. Блокчейн, заверенный токеном, можно использовать как нотариальный сервис, где контракты и прочие документы хешируются в блок транзакций, что позволяет любому желающему убедиться, что ему предъявлена версия документа, который хешировался изначально. Подобный сервис создал бы рынок для блокчейн-инструментов, но запустить его можно лишь на основе блокчейна с собственной валютой.

II. Экономические недостатки технологии блокчейн

Изучив три вышеупомянутые сферы потенциального применения блокчейна, можно выделить пять основных препятствий для широкого внедрения этой технологии.

1. Избыточность

Запись каждой транзакции на каждом узле сети весьма дорогостоящая избыточность, единственная цель которой — устранить посредничество. Инстанциям-посредникам, будь то в финансовой или юридической сфере, нет смысла за нее платить, сохраняя при этом посреднический статус. Отдельно взятому банку совершенно незачем делить запись обо всех своих транзакциях с остальными банками; точно так же бессмысленно тратить значительные ресурсы на электроэнергию и вычислительные мощности, чтобы записывать транзакции других учреждений. В данном случае избыточность резко повышает расходы, но не приносит ни малейшей выгоды.

2. Масштабирование

Реестр распределенной сети, где каждый узел записывает все транзакции, будет расти на порядки быстрее, чем количество пользователей сети. Информационная и вычислительная нагрузка на узлы распределенной сети будет гораздо выше, чем в централизованной сети того же масштаба. Это свойство всегда будет препятствовать эффективному масштабированию блокчейна, что объясняет, почему разработчики биткоина понемногу переходят от чистой децентрализованной модели к инструментам «второго уровня» вроде протокола Lightning Network, или выводят непосредственное исполнение платежей за пределы блокчейна, на площадки посредников. Очевидно, ради успешного масштабирования нужно поступиться децентрализацией. Для того чтобы блокчейн смог обрабатывать больший объем транзакций, необходимо увеличить размер блока, а это повысит себестоимость участия в процессе и приведет к исчезновению многих узлов. В результате произойдет обратная централизация сети. Самый выгодный способ обрабатывать большое количество транзакций — сосредоточить систему на одном централизованном узле.

3. Правовое регулирование

Блокчейн-системы с собственной валютой наподобие биткоина существуют вне правовой плоскости; властные структуры фактически бессильны как-либо повлиять на их работу. Председатель ФРС США открыто признал этот факт: регулировать Биткоин силами чиновников и финансистов невозможно*. Каждые десять минут к распределенному реестру сети Биткоин добавляется новый информационный блок, содержащий транзакции, выполненные за эти десять минут, и больше ничего. Если транзакции валидны, они будут приняты, в противном случае будут отклонены. Регуляторы бессильны против консенсуса вычислительных мощностей. Применение блокчейна в жестко регулируемых сферах (например, правовой или финансовой), где имеют хождение другие платежные средства помимо биткоина, чревато административным хаосом и юридическими осложнениями. Правила и ограничения разрабатывались для принципиально иной инфраструктуры, и их нельзя с легкостью подогнать под устройство блокчейна, где все записи открыты для всех пользователей системы. Кроме того, блокчейн работает в режиме онлайн и доступен в разных регионах, где действуют свои законы, поэтому соблюдение всех правил гарантировать невозможно.

4. Необратимость

Когда платежами, контрактами или базами данных заведуют посредники, человеческие ошибки или сбои программного кода легко исправить, обратившись к администратору. В распределенном реестре все намного сложнее. Когда блок получает подтверждение и к нему добавляются новые блоки, отменить или изменить одну из транзакций можно лишь сосредоточив у себя 51 процент вычислительных мощностей, чтобы откатить реестр до прежнего состояния (при условии, что остальные 49 процентов примут исправленную версию реестра, а не решат запустить собственную цепочку). Чем шире сеть, тем сложнее отменить ошибочную транзакцию. В конце концов, технология блокчейн создавалась для того, чтобы реплицировать платежи онлайн, а это подразумевает необратимость перевода и отсутствие посредников, которые могут вмешаться в случае неполадки. В банковском деле человеческие и технические ошибки не редкость, и внедрение здесь блокчейна приведет исключительно к удорожанию их исправления. Инцидент с проектом DAO показал, насколько длительной и затратной может быть процедура отмены операции в блокчейн-реестре: для того чтобы участники системы согласились принять исправленную версию кода, понадобились недели разработки и информационного сопровождения. И даже после этого прежняя ветка реестра не прекратила существования и забрала значительную часть капитала и вычислительных мощностей из старой сети. В результате возникло два параллельных реестра DAO: в одном хакерская атака удалась, а в другом — нет. Если реестр второй по вычислительной мощности криптовалютной системы можно «переписать» вручную, когда транзакции не устраивают группу разработчиков, то ни один из альткоинов в действительности не защищен вычислительными мощностями. Концентрация денежной массы, профессиональных навыков и вычислительных мощностей в руках небольшой группы, связанной деловыми интересами, фактически лишает применение децентрализованной блокчейн-платформы всякого смысла.

Подобные манипуляции с реестром в сети Биткоин были бы крайне непрактичны, да и маловероятны по причинам, изложенным в главе 9, среди которых главная — каждый пользователь может присоединиться к сети Биткоин лишь приняв существующие правила консенсуса. Конфликтующие интересы различных участников экосистемы означают, что сеть может развиваться только за счет добровольного вклада людей, готовых согласиться с правилами алгоритма. В системе Биткоин правила постоянны, и пользователи вольны выбирать — соглашаться или уходить. В любом другом клоне сети Биткоин всегда есть инициативная группа, которая устанавливает правила и параметры системы, а следовательно, имеет возможность их изменить. Экосистема сети Биткоин спонтанно сложилась вокруг установленных правил консенсуса благодаря человеческому взаимодействию. Все остальные проекты появились в результате активного планирования и руководства. Биткоин заслужил репутацию неуязвимой системы, поскольку уже много лет сопротивляется любым попыткам его изменить. Никакой другой блокчейн-проект не может похвастаться тем же. Блокчейн-реестр, который можно изменить вручную, абсолютно бессмыслен: сначала для избавления от посредников и защиты от изменений используется сложная и дорогостоящая технология, а затем посреднику разрешается вмешаться в процесс и снять защиту. Наиболее удобные инструменты в вышеназванных сферах предполагают обратимость транзакций и надзор всевозможных регуляторов, но работают намного дешевле, быстрее и эффективнее.

5. Безопасность

Безопасность распределенной базы данных полностью зависит от вычислительных мощностей, вложенных в подтверждение транзакций и доказательство работы. Технологию блокчейн следует рассматривать как способ превращения энергии в доказуемое и неопровержимое свидетельство о передаче права собственности. Для надежной защиты системы верификаторы, которые вкладывают в нее вычислительные мощности, должны получать вознаграждение в ее денежных единицах. Тогда экономические стимулы будут направлены на поддержание ее безопасности. Если платить в любой другой валюте, блокчейн фактически станет личной учетной книгой того, кто платит за ее ведение. Обеспечение безопасности ляжет на централизованную структуру, которая финансирует майнинг, но само ведение общего открытого реестра создает немало возможностей для атаки. Открытая децентрализованная система, построенная на верификации за счет вычислительных мощностей, тем надежнее, чем больше пользователей вкладывают вычислительные мощности в процесс верификации. Напротив, безопасность централизованной системы с единой точкой уязвимости тем ниже, чем больше пользователей имеет доступ к реестру: каждый новый элемент сети представляет собой потенциальную угрозу.

III. Технология блокчейн как механизм производства цифровой валюты

Единственный на сегодняшний день случай коммерчески успешного применения блокчейнов — это сфера криптовалюты, прежде всего биткоина. Прочие 257 Все, что нужно знать о биткоине потенциальные инструменты, о которых чаще всего говорят блокчейн-энтузиасты — для перевода средств, исполнения контрактов, регистрации активов — действенны лишь при использовании в их работе децентрализованной криптовалюты самого блокчейна. «Безденежные» блокчейны так и не перешли из стадии разработки в стадию практического применения, поскольку не могут соперничать с нынешними технологиями на своем рынке. Хотя программный код биткоина находится в открытом доступе уже девять лет и любой разработчик может его скопировать и создать на его основе коммерчески успешный продукт, пока таких продуктов не появлялось.

Испытание рынком показывает, что избыточность распределенного реестра и доказательство работы оправдывает себя только при производстве цифровой валюты и поддержании платежной системы без посредников. Информация о праве собственности на цифровую валюту и транзакции в ней занимают очень мало места. В случаях передачи большого объема данных, например при массовых крупных платежах или исполнении смарт-контрактов, блокчейн-реестр становится громоздким и неэффективным. Технология блокчейн неконкурентоспособна, если сфера применения предполагает наличие посредников. Невозможно широкое использование блокчейнов в отраслях, требующих централизованного контроля и посредничества, поскольку это делает затраты на ведение блокчейн-реестра неоправданно высокими. Применение данной технологии экономически целесообразно лишь в случае, когда подразумевает использование цифровой наличности, и лишь при условии, что выгода от отсутствия посредников весомее, чем использование традиционных платежных средств и каналов.

Грамотный инженерный подход начинается с четко поставленной проблемы и предполагает поиск оптимального решения. Оптимальное решение не только устраняет проблему, но и не требует лишней, неоправданной траты ресурсов. Создатель биткоина намеревался разработать «одноранговую цифровую валюту» и добился своей цели. Нет причин полагать, что созданный им механизм подойдет для выполнения других функций. По прошествии девяти лет, опираясь на опыт миллионов пользователей, можно с уверенностью сказать: разработка Накамото прекрасно подходит для производства цифровой валюты и — что неудивительно, ни для чего более. Цифровую наличность можно использовать по-разному, но нет смысла обсуждать технологию блокчейн как самостоятельную инновацию, которая может найти применение в различных сферах. Разумнее воспринимать ее как один из рабочих элементов машины, которая производит одноранговую цифровую валюту с предсказуемым темпом инфляции.