March 3, 2025
Лукас Бельтран рассказал о себе в интервью с Cronache di Spogliatoio.
Специально для «Грации Тосканы»: перевод интервью Лукаса Бельтрана с Джакомо Брунетти из Cronache di Spogliatoio.
После того как Раффаэле Палладино почти окончательно перевёл его на позицию атакующего полузащитника, аргентинец наконец обрёл стабильность. После периода с недостатком игрового времени осенью он стал ключевым игроком «Фиорентины». С середины октября он выходил на поле во всех матчах своей команды, забив 4 гола и отдав 6 результативных передач. Постоянство пришло именно в последние месяцы:
Я очень спокойный человек, всегда тренируюсь на пределе своих возможностей, потому что, когда играл мало, думал: если буду усердно работать, когда придёт мой черёд, я не испытаю недостатка в физической форме и мне не понадобится адаптация.
Несмотря на большое количество летних трансферов и отсутствие центральной роли в команде, Бельтран добился своего, зная, что только через труд он сможет доказать свою ценность:
Если я не выкладываюсь полностью на тренировке, то возвращаюсь домой грустным. Это чувство всегда преследует меня.
Он говорил об этом и с Палладино, который это отметил:
Когда мне представился шанс, и я сразу получил игровое время и постоянство, тренер мне сказал: "Это потому что ты так тренируешься". Думаю, он прав.
Именно нынешний наставник Бельтрана оптимизировал его смену позиции:
В первый день, когда я встретил тренера, я только что вернулся с Олимпиады. Мы сели поговорить, и все стало ясно сразу: "Лукас, я вижу в тебе как нападающего, так и атакующего полузащитника". Я ответил, что никаких проблем: "Я сделаю всё, что нужно для команды".
Этот диалог помог Бельтрану стать тем, кем он является сейчас:
Мы попробовали одну игру на позиции нападающего — я не справился. Потом он поставил меня атакующим полузащитником — получилось чуть лучше. Тогда он оставил меня там, и мне комфортно. Тем более у нас много качества в атаке, особенно когда есть Мойзе: поворачиваешься, смотришь вперёд — а он там, это упрощает задачу.
Связь с Кином – одна из важнейших, особенно на поле. Они дополняют друг друга:
Кин очень много работает после тренировок, мы часто остаемся бить по воротам: зовём вратаря и продолжаем работать. Мы делаем вещи, которые другой не делает, мы взаимодополняем друг друга. Во время матчей мы много общаемся: он говорит мне, где располагаться, как позиционироваться, мы советуемся. То же самое и с движениями по полю. На тренировках тоже говорим о футболе и о том, как можем навредить соперникам. Если мы создадим крепкую связь, будет легче.
Он – яркая личность и за пределами поля:
Я слушал альбом Мойзе, и он мне нравится. Мы включаем его в раздевалке ради шутки, но он не хочет петь! Griddy? Нет-нет, это умеет делать только он!
Новые игроки пришли, чтобы помочь нам. Они мои товарищи по команде, такие же, как и те, кто был раньше. Если мы все будем тренироваться ради команды, уровень поднимется — это должно быть нашей задачей.
Палладино — прекрасный человек, ему нравится обучать нас тактике в зависимости от предстоящего соперника. Мы интенсивно тренируемся, тренерский штаб очень силён. У нас есть всё, чтобы добиться успеха: от стандартов до розыгрышей аутов.
Лукас действительно влюблён в город, который его принял. У него даже итальянские корни – один из его прадедов был пьемонтцем:
Но я никогда не был в деревне, где он жил. Именно благодаря этой семейной связи мне поступил вызов в сборную Италии. В тот же день я получил вызовы и от Аргентины. Но я чувствую себя аргентинцем и не испытывал никаких сомнений. Тем более что, на мой взгляд, в Италии есть много талантов, которые могут себя проявить, и это было бы неуважительно: я ставлю себя на их место — если бы кто-то на моей позиции приехал играть за Аргентину, мне бы это не понравилось.
Чёткая позиция и слова Лукаса, достойные уважения:
Я ожидал вызов от Италии. За два месяца до этого меня спрашивали, действительно ли у меня есть итальянское гражданство, так что, как только паспорт был готов, я предполагал, что меня вызовут. В тот же момент мне позвонили и из сборной Аргентины, и у меня не было сомнений. Даже если Аргентина меня не вызовет, я буду её ждать: я не поменяю мнение, чтобы просто воспользоваться возможностью.
Во время первого вызова в национальную сборную он встретил своего кумира, Лионеля Месси:
Мне было слишком стыдно. Для меня он — величайший кумир. Меня посадили рядом с ним за столом, и я боялся, что он будет на меня смотреть, что бы я ни делал, я старался не привлекать внимание. Но на самом деле он был совершенно спокойным, внимательно слушал, что я говорю. Он спросил, как я, про «Ривер», как дела у меня в семье: он спокойный парень, но ему трудно сказать что-либо первым!
Переезд из Южной Америки был нелёгким, но это стало ключевым выбором для таланта, который отправился искать удачу в одном из топ-5 чемпионатов. И это касалось также одного близкого друга семьи: Пауло Дибалы, которого Лукас знает буквально всю свою жизнь:
Мы принимали Дибалу у себя дома, потому что он играл в молодёжной команде с моим братом. Он родом из города неподалёку от моего, так что вместо того, чтобы каждый раз ездить туда и обратно, он остался у нас на несколько дней. Когда я играл в молодежке, он уже был в первой команде своего города: я смотрел на него как на великого игрока, как на кумира.
Перед тем как перейти в «Фиорентину», Пауло позвонил мне: "Моуринью сказал, что хочет тебя в «Рому»". Сначала мне позвонил спортивный директор «Ромы», но я уже успел поговорить с «Фиорентиной» и её руководством. Когда Дибала связался со мной, это были решающие дни. Он спросил, что я думаю, мы обсудили это. Я перезвонил ему и сказал, что дал слово «Фиорентине», которая проявила инициативу первой и казалась более уверенной: я знал, что они договаривались с «Ривер Плейт». «Фиорентина» была более решительной, «Рома» — менее: я объяснил Пауло, что предпочитаю клуб, который по-настоящему меня хочет, потому что это был важный шаг в моей карьере.
О новости, что «Реал Мадрид» хотел подписать футболиста:
Нет, это не правда. Я тоже читал эту новость, но не знаю, откуда она взялась. Как можно отказать «Реал Мадриду»?
О выборе между «Ривер Плейтом» и «Бока Хуниорс»:
Мой брат сказал: "Если ты перейдёшь в «Боку», я больше никогда не приеду на твою игру". Я ему ответил: "По-твоему, я могу подписать контракт с «Бокой»?".
О начале своей профессиональной карьеры:
Я дебютировал в первой команде за неделю до того Суперкласико, которое сыграли в Мадриде, в финале Кубка Либертадорес… В среду команда уезжала в Мадрид, но я остался в Буэнос-Айресе, потому что не был в списке на кубок. В молодости я ходил на трибуны, жил в интернате с ребятами, которые приезжали из других городов. Когда я был там, я не пропускал ни одной игры.
Я видел, как люди продавали вещи, чтобы попасть на матч. Продавали телевизоры или машины, всё ради одной игры. И это даёт понять, насколько безумны люди там. Я слышал о друзьях, которым отказали в отпуске на работе, но они всё равно ехали: а то, что будет на работе — разберутся потом!
Атмосфера «Артемио Франки» иногда напоминает ему Аргентину:
Такой атмосферы на стадионе, как в Аргентине, ты не найдёшь нигде в мире. Любой стадион полон, люди стоят и поют. Если проигрываешь — они всё равно продолжают петь.
В Италии, надо сказать, именно во Флоренции я чувствую моменты, которые напоминают мне те, что я переживал в Аргентине. Я не могу дождаться, когда трибуны будут ближе к полю.
Люди невероятные: однажды ко мне подошёл болельщик, чтобы подарить мне свой шарф, сказал, что это единственный, который у него есть, но он хотел его мне отдать. Это тронуло меня, поэтому я повесил его в гостиной и каждый раз, когда захожу домой, вижу его.
Один из его футбольных друзей познакомился с ним именно в «Ривер Плейте», в молодежной команде: Хулиан Альварес. О связи, которая сохраняется до сих пор:
Я знаю его с детства. Когда он был в «Ривере», «Фиорентина» сделала ему предложение. Не удалось достичь соглашения, но сделка правда была. Не знаю, насколько близко это было к завершению.
На прошлой неделе он приехал во Флоренцию, я был его туристическим гидом: я сводил его поесть в Trattoria Omero, флорентийский ресторан, а потом мы пошли в центр погулять и поесть мороженое. Не было необходимости прятаться под капюшоном: шёл дождь, людей было не слишком много, и мы чувствовали себя спокойно.
Воспитавшись в такой организации, как «Ривер», он унес с собой черты, которые сохраняет до сих пор:
Марсело Гальярдо и клуб передали мне культуру игры. С молодёжной команды ты должен выигрывать, играя в мяч, контролируя его и не давая сопернику выйти из своей половины поля, всегда прессингуя. С тех пор как я пришёл в «Ривер», я усвоил этот аспект и стараюсь его не забыть. Это очень помогает мне: мне удавалось забивать, прессингуя вратаря, как это было в прошлом году в Монце.
В детстве меня называли Торито, я был пухленьким. Мне нравилось бегать по полю не останавливаясь, и говорили, что я похож на быка.
Давид — действительно замечательный человек, и я этого не ожидал. Он простой, шутит со всеми; если у кого-то есть проблема, он подходит к тебе поговорить. Он тихий лидер. Я часто обсуждаю с ним разные вещи; он обращается со всеми одинаково — от самых опытных до своих юных товарищей по позиции. Великолепный человек, у которого можно многому научиться. А ещё он по-настоящему классный игрок: кто ещё, только приехав, сразу же отразит два пенальти в одной игре?!
А потом вы посмотрите, как он тренируется. У тебя возникает мысль: если это делает он, то почему ты не можешь? Если ты хочешь достичь такого уровня, это правильный путь.
Не так часто в карьере мне встречались такие товарищи по команде. Приятно иметь человека в группе, который всегда делится своим мнением и говорит всё прямо в лицо. Он всегда говорит правду, не пытается сказать что-то приятное просто так, но он прямолинеен и привнёс победный менталитет, дополнительный шаг вперёд; он думает о победе и заражает этим. Он заставляет тебя хотеть победить. Мы много говорим перед матчами.
Он также был удивлён Пьетро Комуццо, который в этом сезоне сделал большой шаг вперёд:
Я заметил, что он сильный, но не думал, что он достигнет такого уровня за столь короткое время. Он действительно взорвался: тренируется как 30-летний, хотя ему всего 19, и у него правильный настрой для роста. Он слушает и старается учиться всё время. Он действительно силён.
Что касается Эдоардо Бове, то Бельтран следил за ним во время последней ночи Санремо, упомянув его речь:
Это тема, о которой мне не нравится говорить по одной причине: я думаю, что ему не очень приятно вспоминать ту ночь и период, который он проходит. Мне грустно, потому что он хороший человек, ему всего на год меньше меня, и иногда я задаюсь вопросом, могло ли это случиться со мной. Мы пережили момент страха, главное, что сейчас он в порядке и здесь с нами. Как он сказал на фестивале в Санремо, он чувствует себя неполным, и мы это ощущаем. Мы поддерживаем его, а потом он сам найдёт то, чего ему не хватает. Когда мы видим его входящим в раздевалку, мы обнимаем его.