Глава 95. Чему быть, того не миновать
Глава 95. Чему быть, того не миновать.
После фильма ночь закончилась тем, что Цзинь Чэн добился своего.
Было бы неверно сказать, что только он один получил желаемое. Тан Цю не был нервным, невинным подростком, и его не заботила игра в догонялки, чтобы помешать Цзинь Чэну предаваться своим желаниям. К этому вопросу он относился очень спокойно.
Чувства были, атмосфера была, влечение было и желание было. Чему быть, того не миновать.
Просто у Города Вечной Ночи был один недостаток — вечная ночь заставляла людей терять чувство времени. Неважно, когда он просыпался, всегда казалось, что сейчас не самое подходящее время, чтобы вставать с постели.
За окном, очевидно, не было света, поэтому Тан Цю накрылся одеялом с головой и сжался в постели в крошечный комочек.
Цзинь Чэн, рискуя быть забитым до смерти, выкопал этого человека из комочка и скормил ему две шоколадные конфеты. В тот момент Тан Цю, не совсем проснувшийся, но всё еще настороженный, подумал, что его кто-то кормит ядом, но, почувствовав ауру Цзинь Чэна, сдержал бурный порыв и облизал шоколадные конфеты во рту.
Сладость успокоила его и отогнала убийственное намерение, и из-под одеяла показался совершенно безобидный человек. Мгновение спустя, когда Цзинь Чэн прошептал Тан Цю на ухо, что собирается выйти купить завтрак, и попросил подождать дома, тот даже тихо промычал в ответ «угу».
Цзинь Чэн сегодня был в хорошем настроении. Обрадованный простым «угу», он счастливо вышел.
На полпути он прошёл мимо Яо Цина, Кукловода, но Цзинь Чэн, не обращая внимания на их прежнюю враждебность, даже поздоровался.
Согласно новым законам, изданным Шестым Движением Симфонии, независимо от того, кто кого убьёт, обе стороны должны отправиться в тюрьму. Яо Цин не боялся, что Цзинь Чэн внезапно нападет на него, однако он упал из Зоны А в Зону Е, но всё ещё не мог наложить руки ни на одно Движение, так что сейчас для него настали очень тяжёлые времена. Видя, как Цзинь Чэн появляется перед ним с таким довольным лицом, разве не справедливо, что ему захотелось взорваться?
Этот человек! Почему он не может просто скромно жить?
Конечно, на этот вопрос Яо Цин не получил ответа, потому что сразу после того, как Цзинь Чэн поприветствовал Яо Цина, он небрежно прошёл мимо, совершенно не ожидая ответа.
Яо Цин был так зол, что развернулся и ушёл.
Когда Цзинь Чэн вернулся домой, Тан Цю уже встал и, опершись на диван, восстанавливал силы.
Готовя еду, Цзинь Чэн рассказал о встрече с Яо Цином. Это был не столько разговор о Яо Цине, сколько Цзинь Чэн просто отчитывался о своём походе в лавку за завтраком.
Тан Цю спокойно слушал и воздерживался от комментариев.
Весь следующий день Тан Цю и Цзинь Чэн, в кои-то веки, оказались в ситуации, когда им нечем было заняться.
Будь то Вэнь Сяомин или Чи Янь, они оба в данный момент находились в инстансе. Можно даже сказать, что большинство граждан Города Вечной Ночи были в инстансе, потому что после введения в действие Движения Чёрной Шляпы время на принудительную миссию сократилось до одной недели. Неизбежно, чтобы избежать запуска принудительной миссии, все по собственной воле входили в инстанс.
Цзинь Чэн уже почувствовал пустоту на улицах, когда выходил только что. Глядя на направление, в котором шёл Яо Цин, он тоже, должно быть, направлялся в игровой зал.
— Массовые самоубийства прекратились. Те, кто хотел умереть, все прыгнули сразу после принятия закона, а те, кто колеблется, вероятно, прячутся, ожидая, что ситуация каким-то образом улучшится. — Когда Цзинь Чэн вчера ходил к Линь Яньдуну, он также заглянул в Бар «Рубин».
Хотя K и был подлым дельцом, за такую общедоступную информацию он не был против отдать её бесплатно, чтобы заработать немного расположения другой стороны.
Внезапно Тан Цю кое-что вспомнил и спросил:
— Господин Ворон в последнее время, кажется, редко появляется?
— Это действительно немного странно. Мы оба из Чёрного списка прошли через столько инстансов вместе, но, за исключением двух случаев, когда издавались новые законы, он так и не появился. Либо он ограничен системой, либо — его занимает что-то более интересное.
Цзинь Чэн сказал это очень легко, но это также означало, что за его предположением скрывалось нечто, бурлящее без их ведома. Чувство неведения всегда неприятно.
Тан Цю нахмурился и решил пойти на тренировочную площадку.
Цзинь Чэн остановил его и сказал:
— Давай сегодня немного отдохнём.
Как отдохнуть? Хочешь продолжить смотреть фильмы?
Цзинь Чэн безнадёжно всучил ему книгу, говоря:
— Ничего плохого не случится, если немного посидеть на месте. Слушай инструктора, тренировки и отдых должны идти рука об руку.
Тан Цю взглянул на обложку книги и обнаружил, что это [Сказки Сисилита], книга, взятая у Линь Яньдуна. Не то чтобы Тан Цю был обязан быть таким усердным в тренировках. Говоря прямо, он просто ненавидел вкус поражения, поэтому был настроен побеждать других.
В остальном же Тан Цю был ленив. Например, в этот момент его заставили читать сидя, иначе он свернулся бы калачиком и ничего не делал. Он не будет мыть посуду. Не будет делать никакую работу по дому. Даже воду не будет пить.
Как и подобает настоящему джентльмену, Цзинь Чэн только сказал «пей больше горячей воды». Он также отверг предложение Тан Цю поесть на обед остро-кислой лапши.
Домашняя война вот-вот должна была начаться, но, к счастью, Ань Нин вовремя постучала в дверь, чтобы погасить пламя.
Она пришла, чтобы доложить о Чёрной Шляпе.
За то время, что Цзинь Чэн и Тан Цю были в инстансе, Ань Нин и её товарищи следили за магазинчиком Чёрной Шляпы, не жалея сил, наблюдая за каждым движением Чёрной Шляпы.
— За ним следит много людей, но он редко появляется. Даже когда появляется, то идёт в высокоуровневые зоны. Нам трудно за ним уследить. — Поскольку содержание доклада было действительно слишком скучным и особо не о чем было говорить, Ань Нин кратко изложила эти детали. Но было кое-что, что вызывало у неё некоторое беспокойство: — В лавку заходит один странный покупатель.
— Его клинок выглядит знакомо. — Ань Нин подробно описала форму меча, с надеждой глядя на Цзинь Чэна и Тан Цю. Действительно, она получила ответ, которого ждала.
— Я не уверена, поэтому могу спросить только у вас. Если это действительно клинок Мэн Юйфэя, почему он оказался в руках того человека? Разве Мэн Юйфэй не мёртв? Его клинок тоже должен быть забран системой, верно?
Цзинь Чэн приподнял брови и чуть не рассмеялся, словно вспомнил что-то забавное. Тан Цю взглянул на него и быстро понял причину:
Цзинь Чэн пожал плечами. Кроме этого ответа, другого не было. Он никак не ожидал, что Мэн Юйфэй, который ещё в 5 лет мочился в постель, окажется таким трусливым.
— Ты видела, куда он пошёл в последний раз? — Цзинь Чэну было серьёзно любопытно. Он хотел встретиться с Мэн Юйфэем лицом к лицу, чтобы спросить, каково это — изменить своё лицо.
— Я послала проследить за ним. Но он был очень бдителен, словно заметил, что за ним следят, поэтому вместо того, чтобы вернуться к себе, он направился прямо в игровой зал. Там было много людей, и мы не могли его там отследить, поэтому встали на страже снаружи зала. Мы до сих пор не видели, чтобы он выходил.
— Он вошёл примерно в 3 или 4 часа дня вчера. Думаю, скорее всего, он вошёл в инстанс.
Догадка Ань Нин была разумной. Поскольку прошло уже больше десяти часов, если бы он всё ещё был в игровом зале, его рано или поздно обнаружили бы.
Цзинь Чэн немного подумал и сказал:
— Не подходите слишком близко. Это всё ещё Мэн Юйфэй, он слишком опасен. Я найду кого-нибудь, чтобы последить за ним, а ты можешь отозвать своих товарищей. Не будем заставлять вас откладывать ваш следующий инстанс.
Цзинь Чэн намеревался передать дело, связанное с Мэн Юйфэем, K. У K были хорошие отношения с Чёрной Шляпой, но не с Мэн Юйфэем. Охота на одного лишь Мэн Юйфэя не была бы большой проблемой.
В этот момент Мэн Юйфэй, о котором они говорили, лежал на палубе как дохлая собака. Ледяной ночной дождь хлестал по его ранам, вызывая мучительную боль во всём теле. Шаг за шагом свирепый ветер и морские волны тащили его всё ближе к бездне смерти. Только крепко держась за корабельные канаты, он не позволял себе упасть в бушующий океан.
Вокруг него лежали трупы игроков и NPC. Морская вода, пропитанная кровью, всё время набегала на палубу и уходила обратно в море, то появляясь, то исчезая.
— Кха, кха... — Он чувствовал, как страх проникает в каждую его кость, но он должен был поднять голову, чтобы попытаться ухватиться за лодыжку человека перед его глазами: — Не убивай меня!
Это была очень стройная, очень белая лодыжка, настолько, что он мог даже видеть зелёные вены под кожей.
Дождь становился всё сильнее и сильнее. Мэн Юйфэй приложил все силы и поднял голову, но всё ещё не мог разглядеть её лицо, скрытое под капюшоном. То, что невидимо, всегда самое страшное. Среди этой дождливой ночи казалось, будто этот красный плащ навеки запечатлелся в сердце Мэн Юйфэя.
Лицо, скрытое под капюшоном, смотрело на него, но не отвечало.
Когда Мэн Юйфэй задыхался от воды, он мельком увидел холодный свет кинжала, когда плащ раздуло ветром, и быстро закричал:
— Я пригожусь тебе! Не убивай меня, я Мэн Юйфэй, Мэн Юйфэй!
— Мэн Юйфэй? — Мужской голос раздался позади Мэн Юйфэя, звуча немного удивлённо. Тут же послышались звуки шагов, когда мужчина подошёл к Мэн Юйфэю, присел на корточки и приподнял его лицо.
— Я изменил лицо. — Мэн Юйфэй не посмел скрывать. Он посмотрел на человека перед собой, необъяснимо чувствуя, что тот кажется немного знакомым. В мгновение ока он вспомнил личность мужчины, и его глаза расширились: — Цзян Хэ? Ты же Цзян Хэ, верно?
Цзян Хэ отпустил его, не отвечая.
— Тогда ты должен знать, кто я. Разве ты не хочешь разобраться с Цзинь Чэном? Не убивай меня, я могу тебе помочь! Я пригожусь тебе!
— Мы не собираемся заниматься Цзинь Чэном, нам нужны только Движения. — Объяснил Цзян Хэ, и в конце ему почему-то показалось это забавным, и он усмехнулся сам над собой: — Я больше не под началом Чун Яньчжана. Тебе бесполезно говорить мне это.
— Но разве ты больше не хочешь Движения? Если ты хочешь Движения, тебе придётся выступить против Цзинь Чэна! — Мэн Юйфэй, задыхаясь, говорил всё громче.
Налетела большая волна, и корпус корабля сильно содрогнулся.
Рука Мэн Юйфэя, сжимавшая тонкую лодыжку, тут же разжалась, и всё его тело ударилось о груз. Его внутренности перепутались, заставляя чувствовать, будто он на волоске от смерти.
Цзян Хэ смотрел на него с равнодушным выражением лица, повернул голову и спросил:
Кинжал Чжэн Инъин всё это время был спрятан под плащом. Она подняла голову и заговорила, словно оправдываясь:
— Я убиваю их, если они хотят убить меня.
Чжэн Инъин снова опустила голову и слабо пробормотала:
Корабль раскачивался под громкие скрипящие звуки, словно вот-вот развалится. Вдалеке рассвет был ещё далеко, и ночной шторм готовил свою следующую атаку.
Господин Ворон сидел на накренённой мачте, с интересом наблюдая за всем происходящим внизу.
Мэн Юйфэй думал, что умрёт, но он всё ещё был жив. Маленькая девочка в красном плаще присела перед ним на корточки. На этот раз Мэн Юйфэй наконец отчётливо разглядел её лицо.
Замешательство распространилось в глазах Мэн Юйфэя, но в следующую секунду слова Чжэн Инъин разрушили все его эмоции.
— Но ты должен отдать в обмен мне своё имя. Отныне твоё имя не Мэн Юйфэй, твоё имя — Хуанхуан. Так звали мою собачку. Мне очень нравится это имя, даже несмотря на то, что она однажды меня укусила.