Глава 103. Царство Смертных (6)
Глава 103. Царство Смертных (6)
«Плохой мальчик» Хуанхуан был уколот в ладонь.
Чжэн Инъин выпила зелье и наконец с облегчением вздохнула. Сила, поглощённая [Безымянным Кинжалом], также успокоила её истощённое тело. Но она так устала, что обе её руки, казалось, были сломаны, и она не могла их поднять совсем.
Она сохраняла бдительность по отношению к Мэн Юйфэю. Думая о том, что Цзян Хэ рассказал ей о Мэн Юйфэе, она глубоко вздохнула, закрыла глаза и холодно сказала:
— Подойди и застегни мне повязку.
Её повязка на глазу ослабла во время только что закончившейся драки. Она упала и болталась на её ухе.
Мэн Юйфэй зажал свою рану и терпел боль, вызванную [Безымянным Кинжалом]. Он находился лицом к лицу с Чжэн Инъин, которая была гораздо более ранена, чем он, но у него не было ни малейшей мысли о сопротивлении, даже несмотря на то, что она закрыла глаза и выглядела совершенно беззащитной в данный момент.
Но чем более беззащитной она казалась, тем больше Мэн Юйфэй пугался. Когда его душа дрожала, дрожь разливалась по всему его телу, так сильно, что он мог только выбрать капитуляцию.
Через некоторое время он шагнул вперёд и поднял чёрную повязку.
Господин Ворон стоял на ветке за окном и издал жуткий смех. Он склонил голову набок и радостно прыгал, как будто посмотрел очень восхитительное шоу. В следующее мгновение он снова появился в комнате наблюдения надзирателя, поднял грудь и сказал:
— Что ты думаешь? Игра 404 хороша?
— Почему бы мне не отдать её тебе?
— Зачем мне игрок? Хм, великий и добрый Господин Ворон один в Городе Вечной Ночи, так что ему не нужен никакой преемник!
Сяо Тун улыбнулся и не ответил.
Господин Ворон почувствовал, что этот надзиратель становится действительно скучным, поэтому он встряхнул крыльями и решил с нетерпением ждать неудачи 79081. Это был номер один в его Чёрном Списке, но Господин Ворон давно с ним не играл — он, должно быть, очень скучает по мне.
Сяо Тун всё ещё не сводил глаз с Тан Цю.
Благодаря информации, которую эти души загружали в социальные сети, и их реальному времени, Тан Цю теперь подтвердил, что по крайней мере 29 человек появились на месте происшествия на Дороге Сишань.
Это ещё больше доказывало, что его предположение могло быть верным, то есть все эти 99 человек были на Дороге Сишань. Тогда убийца в дождевых сапогах также должен был быть одним из этих 99 человек.
Чтобы найти его, Тан Цю мог использовать метод исключения.
Но правилом этой игры было не найти убийцу, и убийство игрового стримера было всего лишь одним из событий, произошедших 25 июня.
Вопрос возвращался к своей отправной точке — каковы были критерии того, что душа жива?
Поскольку это было Кладбище Душ, критерии суждения могли быть не просто связаны с физической жизнью и смертью.
Трагедия, вызванная любовью и ненавистью, подпитываемая сильным дождём, привела к тому, что 99 человек оказались в ловушке на перекрёстке Дороги Сишань. Там были убийца, сотрудник службы доставки и обычная девушка, которая любила заводить друзей.
Мобильный телефон был единственным средством, которое помогало Тан Цю шпионить за всем. Это было новое жилище для душ, а также новая сцена для всего хорошего и злого. Когда Тан Цю только поступил в школу, он попал под влияние своей строгой классной руководительницы. Учительница считала, что люди и Интернет разделены экраном, и всё, что каждый говорит, — это только через тексты. Чем больше слов они печатают, тем более естественным становится этот фасад.
Позже Тан Цю обнаружил, что реальность была совсем другой.
Какую бы маскировку ты ни надел, как бы хорошо ты ни притворялся и даже если день, когда тебя разоблачат, никогда не наступит, твоя маскировка также была доказательством твоего лицемерия. Лицемерие представляло часть твоей личности.
Которое также формировало реального тебя.
Единственная разница была в том, какую сторону ты хотел показать первой.
Тан Цю не любил лицемерных людей или даже эгоистичных и равнодушных людей. Это была личная свобода, выбор и суждение человека, основанные на его собственном сердце.
То, что Тан Цю не любил, было пустой оболочкой, чья душа была потеряна.
Некоторые люди были живы, но он был мёртв; некоторые люди были мертвы, но он всё ещё был жив.
Он внезапно вспомнил это: [Кладбище Душ], было ли это настоящим испытанием? Но требования для его прохождения были слишком расплывчатыми. Даже если система Города Вечной Ночи всегда скрывала половину правды, когда представляла новый инстанс игрокам, требования для прохождения игры были очень чёткими.
Тан Цю чувствовал, что что-то было не совсем так, или, возможно, он на самом деле чувствовал что-то неладное с тех пор, как обнаружил, что находится внутри врат в полном одиночестве. Он не мог не оглядеться, затем он посмотрел на мрачное небо.
Наблюдая за его движениями, Сяо Тун понимающе улыбнулся, откинулся на спинку стула, постучал пальцами по подлокотнику и сказал:
— Он мне действительно нравится всё больше и больше.
Хотя Господин Ворон не появился, его голос, который любил смеяться над чужими страданиями, разносился по воздуху:
— Я скажу 79081. Если ты посмеешь отнять у него самый драгоценный уголок, он набросится на тебя со всей своей силой!
— Разве мы не на одной стороне?
— Нет! Великий Господин Ворон был под одним человеком, но превыше всех остальных. Есть только один я на Небе и Земле, так что я абсолютно не принадлежу к той же стороне, что и ты!
Взгляд Сяо Туна немедленно упал на Цзинь Чэна, который всё ещё был занят борьбой.
Поход на учебу был долгим путешествием, во время которого человек сталкивался с различными проблемами, одной за другой. Когда вступительные экзамены заканчивались, это было похоже на то, как тысячи войск пытались одновременно пересечь один узкий мост. Тем не менее, группа Цзинь Чэна получила преимущество, выбрав Шанхай раньше. Ситуация с патриархатом и сексизмом была намного лучше в таком развитом регионе.
Тем временем на их пути было много развилок. Они могли выбрать, бросить школу или продолжить учёбу, и были даже варианты сосредоточиться на романтике. Чем больше развилок они проходили, тем больше монстров встречали. Стоя на любом перекрёстке, они уже могли видеть препятствия, ожидающие их впереди.
Поскольку они могли выбирать, конечно, они должны были сделать лучший выбор. 28 игроков активировали свой прилежный режим и прошли весь путь до аспирантуры. Они хотели продолжать двигаться вперёд, но некоторые игроки начали высказывать возражения.
— Трудно найти кого-то, когда у тебя есть докторская степень. Только что мы уже видели опцию «Брак», но мы всё равно не выбрали её. Потом будет трудно, когда мы захотим её выбрать.
— Кто сказал, что ты должен жениться? Если хочешь жениться, иди туда сам.
— Даже если ты не женишься, зачем тебе получать докторскую степень? Чтобы стать исследователем?
— Разве не лучше быть учёным, чем наёмным работником? Может быть, если ты пройдёшь этот барьер, твоя жизнь впоследствии станет более гладкой? Мы можем внести вклад в человечество, не стремясь к чрезмерному богатству.
Это заявление было настолько лицемерным, что остальные игроки уставились на человека, который его произнёс.
Лэн Мяо всегда был равнодушен к их спорам и без колебаний решил продолжить учёбу. Потому что у него была докторская степень до смерти, так что что может быть трудного в том, чтобы получить её снова?
Цзинь Чэн пожал плечами, улыбнулся нескольким дамам в команде и сделал жест «пожалуйста». Он проигнорировал выбор Лэн Мяо и оставил решение дамам, демонстрируя свою полную джентльменственность.
Дамы поколебались некоторое время, кивнули Цзинь Чэну и последовали за Лэн Мяо.
Господин Ворон появился на вершине уличного знака и безжалостно разрушил образ Цзинь Чэна:
— Не дайте себя обмануть, этот человек в отношениях! Эй, я скажу 27216, что ты флиртуешь с дамами за его спиной! Мерзавец! Ты будешь наказан!
Сегодня Господин Ворон был очень настроен быть сплетником.
Все были ошеломлены, и вопрос о том, кто такой этот «27216», промелькнул в их сознании. Цзинь Чэн остановился, повернулся и улыбнулся Господину Ворону:
— Поскольку Господин Ворон такой восторженный, почему бы тебе не помочь мне сделать объявление для всей зоны? Как насчёт того, чтобы ты официально объявил о моих любовных делах?
Все продолжали быть ошеломлёнными. Что? О чём ты говоришь?
— 272, 27216.. — Кто-то пробормотал этот номер под нос и внезапно прозрел: — Разве это не тёмная лошадка Чёрного Списка? Тан Цю!
Один за другим звуки «святого дерьма» разнеслись по воздуху.
Цзинь Чэн спокойно поднял палец к губам:
Все замолчали, и некоторое время они не были уверены, каков был статус большого босса или хотел ли он сделать это достоянием гласности. Цзинь Чэн улыбнулся:
— Я только что успешно заполучил свою цель. Не раскрывайте меня, иначе этот человек может сбежать.
В своих вратах Тан Цю не знал, что его «раскрыли» без его ведома. Три надгробия взорвались подряд, потому что у них села батарея, и потребовалось некоторое время, чтобы поглотить выходящие из них души.
Как только надгробие взрывалось, улики, принадлежавшие этой душе, терялись. К счастью, благодаря своей хорошей памяти Тан Цю в основном запомнил детали.
Он временно отложил в сторону возможность того, что кто-то подглядывает за ним, и быстро нашёл другую ключевую улику — экран наблюдения, отображающийся на одном мобильном телефоне.
Владелец этого телефона установил камеру в коридоре, и дисплей наблюдения мог быть подключён к его мобильному телефону. На дисплее девушка вышла из лифта с пластиковым пакетом из супермаркета, дошла до двери слева и набрала пароль, чтобы открыть её.
Это была стримерша, которую убили.
Тан Цю нажал кнопку «Назад» и обнаружил, что камер наблюдения было больше одной. Они были установлены в разных зданиях с уникальным оформлением, и все их углы были довольно хитрыми.
Это не походило на оборудование, которое принадлежало бы зданиям. Кто-то шпионил за этими молодыми женщинами, которые жили в одиночку.
Был ли это убийца, который установил камеру?
Если так, его профессия должна быть очень особенной, поскольку она позволяла ему свободно передвигаться, чтобы устанавливать камеры в этих районах, не вызывая подозрений. У него должен быть ящик с инструментами, и его личность должна быть связана с сантехником или слесарем.
Затем Тан Цю начал с этих дисплеев наблюдения, чтобы искать следующую связь в этой сложной паутине отношений. Он снова и снова просматривал все видео наблюдения, с 2-кратной скоростью до 4-кратной до 8-кратной, а затем до 32-кратной. Внезапно он тихо нажал кнопку «Пауза».
Это была Пао Пао Ци, которая любила публиковать селфи в своих «Моментах».
Одинокая Пао Пао Ци, казалось, сейчас жила одна. У неё не было чувства предосторожности, но её публикации в «Моментах» никогда не выдавали её местоположение.
Она определённо не знала, что скоро может столкнуться с самым худшим несчастьем.
После этого Тан Цю нашёл второе видео об убийстве на Дороге Сишань. Ранее «Момент» Пао Пао Ци показал, что причиной этого инцидента было то, что пара рассталась и парень зарезал девушку.
Тан Цю предположил, что это была та самая пара, которая рассталась в записях чата. Парень изменил, и девушка хотела расстаться. Парень отказался согласиться, поэтому любовь превратилась в ненависть.
Тан Цю подошёл к надгробию парня и нашёл на его телефоне видео. Видео было снято до того, как он вышел из дома, где он сказал, что хотел бы вернуть свою девушку с выражением, граничащим с паранойей и фанатизмом.
Он действительно взял с собой нож.
Но дело было не в этом. Дело было в фотографии его девушки, которую он показал камере в конце — это было лицо игровой стримерши.
В сердце Тан Цю внезапно, казалось, что-то ударило. Он немедленно повернулся и посмотрел на надгробие-телефон, принадлежавшее стримерше.
Шёл дождь, их зрение было затуманено, мужчина в дождевых сапогах, камеры наблюдения и парень, который потерял рассудок, пытаясь восстановить свои отношения с помощью насилия..
Всевозможные улики соединились в сознании Тан Цю, и ему в голову пришло ужасающее умозаключение — парень убил не того человека.
Невинная женщина была убита на перекрёстке в дождливый день. Возможно, она просто оказалась там, ожидая зелёного света.
Игровая стримерша избежала ножа своего бывшего парня, но она не избежала самой чистой формы злобы от окружавших её незнакомцев.
Выражение лица Тан Цю стало совершенно суровым и торжественным. Он слегка прищурился, и, просматривая оставшиеся 91 надгробие, он внезапно вспомнил звук полицейских сирен.
Пассажиры в проезжавшем мимо автобусе сфотографировали полицейскую машину, которая проезжала мимо перекрёстка Дороги Сишань.
Тан Цю опёрся рукой на надгробие.
Кто-то вызвал полицию, и на телефоне, с которого был сделан звонок, время набора было 13:15, что составляло 12 минут после убийства стримерши. Время было примерно правильным.
Звонок, должно быть, сделал кто-то, кто смотрел прямую трансляцию.
Но убийца был на перекрёстке Дороги Сишань!
Полицейская машина была остановлена светофором. На видео мужчина в дождевых сапогах и кепке поднял глаза на полицейскую машину, затем он быстро опустил голову и втолкнул тележку в толпу.
Расстояние между ними было не более десяти метров.
Видео было коротким. В конце видео человек, снимавший его, небрежно пожаловался на то, какой ужасный был день. Здесь произошёл инцидент, но полицейская машина ехала в другом месте.
На заднем плане слышалось волнение других пассажиров автобуса. Мать отчитывала своего ребёнка, говоря, что в будущем она должна быть осторожнее, выходя на улицу.
Чем больше Тан Цю смотрел, тем яснее становилась правда, и тем глубже хмурились его брови.
Как бы ни была трагична и душераздирающа эта история о Дороге Сишань, он всё равно должен был пройти игру. Но требования для прохождения игры были расплывчатыми, так как же он должен был вынести суждение?
Или же это было потому, что его линия мыслей была слишком негативной. Чтобы судить о чьей-то жизни и смерти, были ли разные критерии?