Небезусловная любовь
Но в действительности такая любовь матери - большая редкость. Мать в действительности лишь создает видимость того, что принимает ребенка безусловно. Эта видимость особенно обманчива на фоне проявления отцовской любви. Когда отец при воспитании сына в строгой или даже жестокой форме наказывает его, желая сделать из него "настоящего мужчину", то может создаться впечатление, что отец не любит сына. Но чаще это все-таки проявление отцовской любви, пускай и не в самом здоровом варианте (хорошо иллюстрирует этот "парадокс" отцовской любви биография бизнесмена с ДЦП Аркадия Цукера). Потому что отцовская любовь это «любовь обусловленная, она должна быть заслужена» (Э. Фромм).
Мать же, имея тотальную власть над ребенком (поскольку с момента рождения проводит с ним как правило несравнимо больше времени, чем кто-либо еще), вместо чтобы выполнять главную для него функцию источника всецело принимающей любви, начинает с самого начала подстраивать ребенка под себя. То есть исходит не из того, что в ребенке заложено природой и требует всяческой поддержки, оберегания и поступательного развития. А из того, с каким ребенком ей было бы наиболее хорошо (комфортно, удобно). Такое подсознательное желание у матери возникает по той причине, что у нее остались не удовлетворены собственные базовые потребности. Из-за этого она не может сосредоточиться на выявлении и развитии задатков и качеств (для упрощения понимания можно тоже назвать это потребностями) ребенка. Матери как правило находятся в плену своих неудовлетворенных потребностей и всю энергию инстинктивно направляют на поиски путей их удовлетворения.
Знаменитый советский и российский психолог М. Литвак разделил потребности человека на четыре группы: физиологические, в безопасности (физической и психологической), личностной значимости и сексе. Такая последовательность важна, поскольку степень удовлетворения каждой последующей потребности зависит от степени удовлетворения предыдущей. При этом у человека с детства остается как правило не закрытой психологическая безопасность. А значит вместе с ней потребности в личностной значимости и сексе. Так вот молодая мать, испытывающая «смертельную жажду», как страждущий путник в пустыне, в отношении своих неудовлетворенных потребностей, получает «уникальную» возможность их закрыть за счет маленького человека, который находится в ее абсолютной власти.
Психологическая безопасность при таком раскладе удовлетворяется за счет того, что ребенку прививается поведение и мышление, которое будет для матери максимально комфортным на протяжении всей ее жизни. Сюда как правило входят внушенный страх огорчать людей и чувство вины, когда все-таки огорчаешь, желание всячески помогать и угождать (особенно родителям), чуткость к их желаниям, скромность и сдержанность, страх открыто выражать отрицательные эмоции и желание делиться положительными (в идеале конечно только с мамой). Личная значимость удовлетворяется за счет идеи матери, что достижения ребенка - это мои достижения.
И ребенок соответственно начинает заниматься и добиваться успеха в тех направлениях, которые в первую очередь интересны и актуальны матери (это либо то, в чем она не добилась результата сама, но хотела; либо то, за что она сейчас получит восхищение окружающих) и с той скоростью и интенсивностью, которой выгодно матери, а не как было бы целесообразно ребёнку. Ну и потребность в сексе, удовлетворение которой в данном контексте покажется самой не однозначной, тем не менее имеет место быть и в отношениях с ребенком. Подменяя материнскую любовь эротической, мать переключается со своего реального мужа и реального секса с ним на психологического мужа (то есть ребенка) и психологический секс с ним. Почему она так поступает? Потому что настоящая сбалансированная эротическая любовь с другим человеком это отдача своей энергии и любви в той же степени, как и их получение. А в отношениях с ребенком мать, к огромному сожалению, ведется на ложную, но соблазнительную идею, что можно только брать (как ребенок "питает" своих невротических родителей - тема отдельной статьи), не отдавая и близко равного взамен.