012
1.4. Ориентация: Гомосексуальная
Кин невысокая девушка — около ста шестидесяти пяти сантиметров, худая, с жилистыми руками и чуть неуклюжей, но живой походкой. Её лицо мягко очерчено: серо-голубые глаза с азиатским разрезом часто щурятся в смехе, часто использует контактные линзы, для изменения цвета глаз.
Крашеные в блонд волосы с чёрными концами, распущены, короткая челка, волосы у лица гуще, чем рассыпавшиеся по плечам. Две штанги в нижней губе. Есть несколько татуировок: на левом плече ангел с мечом и строка стихотворения, а на правом запястье: «Если мы всё равно умрём, то чего бояться?»
Одевается она ярко и небрежно: рваные колготки, короткие юбки, блестящие майки, массивные ботинки. Любовь к красному и сияющему она сочетает с кожаной косухой в заклёпках, создавая образ вызывающий и запоминающийся.
Кин выросла в атмосфере почти осязаемого безразличия. Родители, поглощённые собственными тревогами, предоставили ей полную свободу. Свободу, в которой не было ни тепла, ни участия. Спасением от пустоты стали стихи и музыка: в их ритме и строках она находила то, чего не получала дома.
В ее прошлом была одна важная подруга, отношения с которой закончились тяжелой, болезненной ссорой. Этот разрыв оставил глубокий, невыговоренный шрам, который до сих пор отзывается эхом.
Обстоятельства потери памяти неизвестны.
Энергичная, громкая, легкомысленная до дерзости. Кин говорит так быстро, будто боится отстать от собственных мыслей. Фразы перескакивают одна через другую, и уже через минуту она может забыть, что именно пыталась рассказать. Зато её жесты рассказывают куда больше слов: она легко обнимает, берёт за руки, поправляет воротник или выбившуюся прядь, делая это так естественно, словно знает собеседника всю жизнь.
Со стороны она кажется беззаботной пустышкой: шумной, яркой, поверхностной. Но иногда в ней вспыхивает что-то иное. Взгляд на мгновение задерживается на человеке, становясь неожиданно внимательным, тёплым и оценивающим, будто она видит чуть глубже, чем позволяет себе показывать.
3.3. Слабые стороны и недостатки, страхи:
В глубине её шумного, блестящего мира скрывается страх, от которого она всю жизнь пытается убежать. Она панически боится одиночества. Того ощущения пустоты, что однажды укоренилось внутри. Этот страх она маскирует безудержной общительностью: чем громче смеётся, чем ярче сверкает, чем активнее заполняет пространство собой, тем меньше шансов остаться наедине с тишиной.
Отсюда и её навязчивость. Привязавшись к кому-то, она стремится быть рядом каждую секунду, словно боится, что стоит отвернуться и её забудут. Она буквально виснет на тех, кто стал для неё важен, ищет взгляд, касание, подтверждение того, что всё ещё здесь, всё ещё нужна.
Импульсивность ведёт её по жизни, толкая в решения, за которыми не успевает следовать мысль. Она действует, подчиняясь порыву, сиюминутному желанию, а последствия догоняют позже если догоняют вовсе.
Поверхностность же делает её уязвимой: она легко судит о людях по первым штрихам, по фасаду, поддаваясь впечатлению или чужой уверенности. Так же легко она попадает под влияние порой не замечая, как её собственные желания растворяются в чужих.
3.4. Навыки и умения (сохранившиеся несмотря на амнезию):
Она умеет становиться по-настоящему тихой. Стоит ей решить не привлекать внимания и движения сразу становятся мягкими, осторожными, почти бесшумными, будто она заранее просчитывает каждый шаг.
В её теле живёт тонкое чувство ритма: мышечная память безошибочно подхватывает любой услышанный такт, позволяя ей точно воспроизводить ритмические рисунки без усилий.
А ещё она мастерски создаёт образ. Даже в самых неподходящих условиях может эффектно одеться, подобрать детали и нанести яркий макияж так, что всё будто встает на свои места. Её внешний вид — это всегда выразительное, продуманное высказывание, созданное уверенной рукой.
3.5. Привычки (сохранившиеся несмотря на амнезию):
У неё есть странные, почти детские привычки, которые многое говорят о её характере. Она тайком собирает и хранит мелочи, связанные с теми, кто ей интересен: потерянные пуговицы, билеты, ленточки, случайные бумажки — всё, что может напомнить о человеке и его присутствии.
Во время разговора она неизменно тянется к собеседнику: поправляет воротник, трогает волосы, берёт за руку, словно нуждается в этом тактильном подтверждении связи. Эти прикосновени лёгкие, быстрые, но удивительно частые
Она часто напевает себе под нос знакомые поп-мелодии и, не замечая, начинает пританцовывать на месте, будто внутри неё всегда звучит собственный ритм. А когда нервничает или сосредоточенно размышляет, машинально трёт кончики пальцев друг о друга. Маленькое жестовое признание в том, что внутри что-то тревожит.
4.1. Внешние проявления мутации:
Кончики её пальцев отливают легким серым, почти графитовым оттенком, как будто на них остался след чудесной, неестественной пыли. Кожа там плотнее обычного, гладкая и лишённая привычного узора линий, словно природа провела по ней ластиком, стерев всё лишнее.
От неё самой исходит едва уловимый аромат холодный, тонкий, сладковатый, напоминающий смесь миндаля и влажной земли после дождя. Запах этот не навязчив, но ощущается как обещание чего-то странного, скрытого в самом её существовании.
4.2. Приобретённые способности:
Категория B (Постоянная способность): «Токсичный след».
Потовые и сальные железы её кожи продуцируют уникальный, природой не предусмотренный коктейль феромонов и летучих органических соединений. При длительном — дольше трёх-пяти секунд — тактильном контакте этот секрет незаметно переходит на кожу другого человека.
Впитавшись, он оставляет невидимую и неощутимую для носителя метку. Это тончайший след, который она словно бессознательно оставляет на тех, к кому прикасается.
Эффекты «Следа». Запаховая метка проявляется сразу после контакта: помеченный человек на протяжении ближайших двадцати четырёх - сорока восьми часов источает тот же странный, холодно-сладкий аромат миндаля и влажной земли. Для остальных он едва различим, но Кинерли улавливает его с нечеловеческой точностью. Ей достаточно вдохнуть воздух и запах, будто тонкая нить, ведёт её к цели, позволяя определять местоположение помеченного на расстоянии в несколько сотен метров.
Эффект обладает накопительным действием. При повторных или регулярных прикосновениях след становится сильнее, плотнее, устойчивее как будто метка постепенно прописывается в теле человека, превращаясь в долговременный отпечаток.
4.3. Ограничения и побочные эффекты:
В концентрированном виде её секрет становится куда опаснее. Стресс или намеренное его сборивание превращают вещество в агрессивный химический реагент.
Попадание в глаза вызывает мощный ожог роговицы: мгновенную резь, нестерпимую боль и временную потерю зрения. Если же капля попадает на слизистые — в рот, нос или открытую рану — реакция ещё острее: стремительный отёк, воспаление, рвота и признаки системной интоксикации.
Особо высокие дозы смертельно опасны. Примерно десяти миллилитров концентрата достаточно, чтобы, попав в кровоток, парализовать дыхательный центр и привести к гибели в течение нескольких минут.
Создание токсичного секрета дорого обходится её организму. Каждая выработанная порция буквально выжигает силы: Кинерли постоянно испытывает усталость и нуждается в большом количестве воды и калорий, чтобы восстановиться.
Есть и уязвимости. Сильные, насыщенные чужие запахи могут заглушить её метки, затуманить след. Противоядия, сорбенты и специальные растворы способны ослабить или полностью нейтрализовать действие её токсичного аромата, стирая оставленные ею невидимые нити.
Настоящим Участник подтверждает, что вся представленная в анкете информация не нарушает условий Договора, в частности, правил создания Персонажа и не будет изменена без уведомления Администрации.