Изменщик
рано утром юнги и намджун, по просьбе чонгука, тащат чимина в аэропорт. пак не выспавшийся, нервный и злой. он вообще не понимает, зачем сюда приехал. но друзья уверили его, что это что-то важное.
– да что может быть важнее сна в такую рань, в воскресенье? – ноет пак, закатывая глаза.
– мама чонгука в корее ненадолго, у нее не будет другого времени встретиться с нами, поэтому она попросила приехать нас и забрать то, что она привезет, – объясняет ким, но чимина все равно сон волнует больше, чем какие-то подарки из японии.
– почему мне нужно было тащиться? – бубнит парень, все еще недовольный ранним подъемом из теплой кровати. – вы не могли забрать у нее то, что мне причитается и просто передать это потом?
– нет. госпожа чон четко сказала, что хочет видеть нас всех, – отвечает юнги.
когда объявляют посадку рейса «токио – сеул», парочка переглядывается, давя в себе улыбку. они продолжают уверять чимина, что он не будет разочарован, а даже наоборот – будет в восторге. но с каждой минутой пак убеждается в этом все меньше, потому что его начинает клонить в сон, хоть он и стоит на ногах.
– чимин, – зовет его джун, на что тот лишь мычит, дав понять, что все еще их слышит.
– вон твой подарок, – говорит юнги, заставляя пака открыть глаза.
чимин оборачивается, когда мин указывает ему направление. и в эту секунду, увидев того, кого меньше всего ожидал, его дыхание замедляется, а вот сердце начинает бешено стучаться.
парень стоит вдали, только миновав зал прибытия. чимин сканирует его взглядом, желая, чтобы это все оказалось не просто сном из-за того, как сильно он скучает. чонгук одет по простому, будто собирался наспех, что, в принципе, так и было, рядом чемодан, на плече сумка. он взял только необходимое, а остальное попросил родителей привезти позже. ему вообще ничего не нужно было, когда он заказывал билет. в тот момент был вылет в этот же день, но мать настояла не торопиться и спокойно собрать вещи. два дня длились для чона вечность, он очень нервничал. и пусть чимин уже не встречается с тэхёном, он ведь все еще не знает, как тот к нему относится сейчас.
– дыши, малыш, – говорит ему мин, чтобы тот ожил. – это не призрак. и не сон. он реален, – добавляет юнги, расплываясь в улыбке.
и это служит чимину сигналом к старту. он срывается с места и бежит сломя голову, игнорируя интересующие взгляды окружающих. подбегая к чонгуку, он не останавливается, просто запрыгивая тому на руки, крепко обнимает за шею и только теперь верит, что все по-настоящему. живой, теплый, осязаемый. чон не медлит, скидывая с плеча сумку, и подхватывает парня, также крепко обнимая.
– я скучал по тебе…малыш, – говорит чонгук, ощущая, как начинает часто дышать пак и вздрагивать.
чимин прижимается сильнее, чтобы между ними ни осталось ни миллиметра. страх, что чон растворится, все еще есть, но с каждой минутой, в его объятиях, он постепенно развеивается, оставляя место лишь волнению. сейчас ему придется отстраниться и посмотреть в глаза чонгуку, что-то сказать, но он даже не знает, что именно должен произнести.
– с возвращением, блудный друг, – раздается голос юнги позади чимина и это, если честно, даже хорошо, паку не придется начинать разговор прямо сейчас.
– да уж, недолго ты продержался, – хмыкает ким, но все равно улыбается.
– чим, можно уже слезть с него, он никуда не исчезнет, – говорит мин, хлопая того по плечу.
пак неловко спрыгивает, опуская взгляд в пол. ему так неловко и волнительно, это даже не передать словами. и если чимин не знает, что делать, то чонгук уверенно берет его за руку и переплетает пальцы, крепко сжимая. парень поднимает голову на мгновение, встречаясь с темными глазами чона. в них блеск, который даже смущает чимина, поэтому он снова утыкается в пол.
– может, позавтракаем вместе? – предлагает юнги. – мы так рано подняли чимина, что он даже не успел воды попить.
– конечно, – соглашается чонгук.
он поднимает сумку с пола, чемодан перехватывает джун. вторая рука чона все еще держит чимина, не позволяя сбежать. совместный завтрак успокоит пака немного, позволит привыкнуть, а потом уже можно и поговорить.
но чонгука мало интересует еда. он постоянно смотрит на чимина, сидящего рядом. иногда касается его руки, мягко поглаживая тыльную сторону ладони указательным пальцем, вырисовывая незамысловатые узоры. это заставляет пака смущенно прятать взгляд, но он не решается оттолкнуть чона, ведь его взгляды и прикосновения приятны до бешено бьющегося сердца.
– ты только глянь, – фыркает юнги. – мы для них как фоновый шум. даже внимание не обращают.
– может, стоит оставить их наедине? – предлагает джун, на что мин весьма быстро соглашается.
ким привлекает внимание парней глухим стуком ногой о ножку стола. чонгук, кажется, в этот момент оживает, поднимая взгляд на друзей. а чимин начинает волноваться с новой силой, потому что понимает, что ему вот-вот предстоит остаться наедине с чоном.
тот предлагает подвести пака до общежития. он не настаивает на разговоре вот так сразу, не напрашивается в гости. чонгук понимает, что сейчас чимину будет достаточно того, что он вернулся и, судя по объятиям и нежному «малыш», сбегать больше не планирует. всю дорогу они молчат, лишь перекидываются взглядами, секундными касаниями и улыбками. у чонгука она уверенная, искренняя, а у пака – с нотками волнения и страха. когда такси останавливается у здания, чон выходит из машины тоже, чтобы проводить парня до входа.
– я не хочу давить, – говорит чонгук, когда они останавливаются у двери. – поговорим тогда, когда будешь готов, хорошо?
пак благодарно кивает, слегка улыбаясь.
– а пока мы можем вести себя так, как прежде, – предлагает чон. – не веди себя как девственник, пак чимин, я к этому не привык, – смешит парень, развеяв напряжение. – можешь и дальше задирать меня, подкалывать и ругать. это я люблю в тебе больше, чем неуверенность, которой несет от тебя сейчас за километр.
– неуверенность, говоришь… – щурится чимин, подняв на чонгука глаза. – тогда посмотрим, как поведешь себя ты.
– останься на ночь, – предлагает пак уверенно, бросая вызов.
и теперь теряется чон, не ожидающий от парня таких резких изменений.
– ты…уверен? – спрашивает чонгук.
– иначе, когда еще ты сможешь меня снова поцеловать? я ведь могу быть не готов к разговору еще долго, – играется чимин, замечая ответную улыбку на лице парня.
– ты в курсе, что не оставляешь мне даже выбора?
– я не могу отказаться от твоего предложения, чимин. потому что очень скучал и хочу поцеловать тебя прямо сейчас.
пак не успевает остановить чонгука. он хотел сказать, что здесь не место поцелуям, когда рядом много людей. но когда чона интересовало чужое мнение? и он редко отказывает себе в своих желаниях. особенно, когда они касаются пака – чонгук не может остановиться даже перед самой огромной табличкой «не входить. опасная зона», которую видно за несколько километров.
чон притягивает резко, касаясь чужих губ своими. он зарывается пальцами в мягкие светлые волосы, углубляя поцелуй. внутри все трепещет, переворачивается, ликует. чонгук на седьмом небе от счастья – ему позволяют целовать, вот так прижимать к себе, будто между ними уже все решено.
чимин отстраняется от парня лишь потому, что тому нужно забрать вещи из машины и отпустить таксиста. пока чон все это делает, давя улыбку, пак касается своих губ пальцами, все еще ощущая на них тепло. чимин бы с удовольствием запищал, но сдержался. а когда чонгук взял его за руку, не смущаясь никого вокруг, то пак готов был расплыться в лужу, потому что с ним такое впервые. эти эмоции, которые он испытывает рядом с чоном, эти чувства, которые тот в нем вызывает – они другие, они отличаются, они – настоящие, живые, и бабочки в животе – тому подтверждение.