Советская (не)народная сказка...

Жил был дед Семён. Собирал он обмылки в капроновые колготки всю свою гражданскую жизнь. Собирал, узелки делал, по бане сушится развешивал. Была у него целая коллекция.
Жил Семён один в доме в глухой деревне, заросший весь и больной от одиночества. Две радости в жизни было - обмылки и воспоминания о службе.
Сейчас Семён вел тихую жизнь фермера, и покуда ему сил хватало, подрабатывал в столярной мастерской.
В один день стало нашему деду совсем плохо. Тяжелых бревен натаскался - соседке нужно диван деревянный сделать, чтоб даже подушки из бревна были выточены. Эка Катерина выдумщица, говорит, в подарок это, для друга в шляпе, поприкалываться решила, заскамить мамонта так сказать.
Ну и пришел дед Семён домой после смены, грязный, уставший, с больной спиной. Как поскользнулся на мокрой плитке, так все веревки с мылом на него и упали. Придавили, что аж мир потерялся и уши заложило.
Вскоре Семён очухался, взглянул перед собой, а рядом... мужичок. Холеный, румяный, хорошо сложенный и в капроновых колготках рваных! Ну чудо! Гостей у Семёна давно не было, и тем более появляющихся из ниоткуда. Поэтому гостеприимством не обладал. Оттолкнул мальца и стал мыло искать драгоценное, но все пропало! Бесследно!
Но голый мужчина знал Семёна лучше, чем тот думал. Он заметил переживания на каменном лице Семёна и сказал:
— Не ищи сокровища своего! Твои любовь и упорство наделили его душой! Твое Мыло — теперь это я.
Семён удивился, и не сказать, что радостно ему стало. Тогда рассказал ему Человек-Мыло как так случилось. Что слышал все, что приговаривал себе под нос дед в ванной, что видел как смывал слезы и чистил зубы, как вытаскивал занозы и парился веником. И решил Мыло стать человеком, чтоб Семёну одиноко не было, чтоб не страдал больше, а разделил с ним быт. Собрал всю силу, коей награждал его каждый день Семён и
смог выменять короткий мыльный век на длинный человеческий.
Семён сначала расстроился, но поверил и смирился. Заставил одеться как подобает и пригласил в дом. Стали они маленькой странной семьей. Семён на работу ходил, пока Мыло домом занимался, вечерами пили пиво, а по выходным огородничали.
Почти сразу Семён заметил удивительную вещь — все, чего касался Мыло становилось чистым. Оно приятно пахло и чуть ли не светилось. От одежды пыль и пятна отпадали магическим образом, посуда мылась сама, а в огороде сколько лопатой не копал - все равно блестела. Вот уж человек, что все делал лучше.
Мыло быстро влился в жизнь деревни, стал гулять и дружить со всеми. К Семёну же становился с каждым днем все прилипчивее. Деду пришлось придумать ему имя, чтобы добавлять к нему "исчезни". В один день клиентка Катя, которой они уже собирали готовый диванчик, предложила единственное имя, что любила — Женя. И привязалось. Когда Семёна друг новый раздражал, то кликал он его "Чертово Мыло!", а когда делал что правильно — "Женечка".
Но близкими их отношения было не назвать. Женя то и дело лез к Семёну с лаской или глупостями, но получал отказы. Страшно было нелюдимому дедку, слишком уж он хорошо чувствовал свои тяжелые руки. Они умели убивать, ломать и покорять тяжелое дерево, а вот поглаживать и щекотать никогда не умели. Боялся он, что после него даже Мыло станет грязным, не справится. Сторонился, почти не разговаривал.
Женя не сдавался. Каждый день он продолжал сокращать расстояние между ними то словом, то делом. Он искал единственный верный путь до сердца, что заперто в холодной темной шкуре. Нравился ему добрый одинокий Семён, никого роднее него не найти.
В один вечер Женя как всегда готовил ужин и ждал домой Семёна, как вдруг понял, что в закромах не осталось пива. Поздно было, соседей будить не вежливо. Но что мыло знало о пивоварении? Положился на свой вкус. Намешал все, что нашел, налил и сел дальше ждать.
Семён уставший вернулся, еле помылся, но за обеденный стол присел. В нос ударил приятный запах, знакомый и в то же время нет. От его кружки исходил пар, а лицо Жени выдавало неуверенность. Семён сделал глоток. И прозрел.
Чай.
Ничего лучше в его рту еще не было. Он воспрял духом. И как поднял на руки Мыло, как покрутил его, так вмиг почувствовал тепло не только внутри, но и снаружи. Руки Женечки обхватили его небритое лицо, и Семён понял, что что-то происходит. Борода исчезла, морщинки разгладились, а на лице появился румянец. Десяти лет одиночества как не было, тело стало легким, а сердце забилось чаще.
Женя увидел, каким красавцем стал Семён, что не старый он, а вполне себе в расцвете лет.
Они обнялись, без опаски и с полным доверием. И пошли рука об руку по жизни, став в будущем мужьями. Застали распад Советского Союза, отмыли деньги нелегальным мыльным бизнесом в девяностых и переехали в Европу, жить поживать и детей растить.
Конец.