Abandoned and Alone
Автор текста: Спонсорша Ебли
Автор арта: Vampirsess
Когда это началось, их команда возвращалась с очередной миссии. Не дав им ни секунды на передышку, 141-ой провели быстрый брифинг, чтобы ввести их в курс ситуации. Ебучее ядерное оружие. Полной картины всего, что происходило у них не было. Это было что-то вроде утечки, которая быстро распространялась по всей стране. Их тут же отправили на передовую, чтобы помочь с эвакуацией населения. Но кто бы мог подумать, что военных оставят медленно умирать в опустевшем городе?
Формально, их оставили разбираться с последствиями утечки, по сути – кинули на произвол судьбы. Эвакуировать их никто не собирался. Да и некому было. Город опустел, как и, судя по всему, вся страна. От второй мощной волны погорела связь, как и большая часть электроники. 141-ая быстро сообразила, что теперь каждый сам по себе. Свои задницы они спасут сами.
Взяв с базы самые необходимые припасы, они отделились от группы военных и отправились к Па-Де-Кале – к кратчайшему пути, где они могли бы перебраться на другой материк. Благо, тактический транспорт выдержал сраную радиацию, но и его надолго не хватило.
Они успели добраться до Мейдсона, где пришлось задержаться на некоторое время в поисках нового транспорта – шагать до порта Дувра на своих двоих с тяжелейшей разгрузкой и минимумом запасов было безумной идеей, однако ее оставили как запасной план. Хоть на самокате езжай, ей Богу.
Они обосновались в теперь заброшенном двухэтажном доме, сделав его своей своеобразной базой. Прайс не раз пытался восстановить связь и запросить эвакуацию для них самих, но сразу стало ясно, насколько это бесполезно. Целая страна словно вымерла. А страна ли? Вдруг эта вспышка задела не только Британию, но и весь мир? Об этом не было желания думать, было желание иметь надежду.
Дом оказался неплохим пристанищем, тут сохранились какие-никакие удобства: вода (вероятно, зараженная), старенькие генераторы, которые вырабатывали достаточное количество энергии, но жрали слишком много бензина.
На самом деле было страшно осознавать, что все вокруг них заражено медленно убивающей радиацией. Как и они сами. Газ в шутку делал ставки, кто из них первым окочурится от рака. Соуп же ставил на то, что у кого-то из них рано или поздно вырастет какая-нибудь лишняя конечность – МакТавиш был бы рад, если бы у него появился еще один член. Тупой юмор поддерживал в них хоть какой-то настрой.
Первого мутировавшего они встретили спустя, кажется, неделю, во время очередной своей вылазки в попытках пополнить ресурсы – невольно они стали мародерами. Мужчина выглядел ужасно – лишние конечности, неестественно изогнутые, поломанные. Все тело в засохших ожогах, было совершенно непонятно, что поддерживало в нем жизнь. Тварь (уже не человек) с трудом передвигала кривые ноги, медленно тащась по пустой улице. Зрелище было отвратительным. Гоуст избавил бедолагу от мучений одним точным выстрелом.
Со временем тварей (теперь они называли их так) становилось больше. Очевидно, что далеко не всему населению удалось спастись, не говоря уже о домашних животных – еще более пугающих тварей, и что самое страшное – агрессивных. Соуп был крайне рад, что с базы они прихватили большое количество патронов. Жаль не прихватили дозиметр, так бы у них было понимание, насколько все хуево.
Вылазки становились все опаснее. Одно дело, когда тварей две или три, другое – если их уже целая группа. Они не показывали признаки интеллекта, зато показывали огромное количество признаков агрессии. Чем-то даже походили на зомби из низкокачественных фильмов про апокалипсис. Незадача в том, что их команда оказалась второстепенными персонажами этого дерьмового зомби-ядерного апокалипсиса. Но пока что твари не были большой проблемой, с ними было несложно справиться. Пока что.
– Нам нужен йод, – сидя у трещащего белым шумом радио сказал Прайс.
– Йод? Нафига нам йод? – промямлил уставший после очередной безуспешной вылазки Соуп. Снова ни одной нормальной машины, даже сраных велосипедов не нашли, хоть продукты пополнили, опять же, зараженные.
– Йод может защитить нас от влияния радиации. – не менее уставши сказал Гоуст, тщательно натачивающий свои ножи (Джон немного подзалип на это), – Щитовидка будет поглощать меньше радиации.
– Да уже наглотались, элти. – с ехидным смешком выдал Соуп, уже не видя смысла в каком-то там йоде. Они тут уже слишком долго, Джон боится представить, сколько радиации уже поглотили их тела.
– В следующей вылазке надо будет найти аптеку. – Капитан игнорирует МакТавиша и продолжает мучить радио, это стало что-то вроде его нового хобби.
– Да кэп, сейчас сгоняю, за углом куплю. – Взгляд, которым Прайс одарил Джона, заставил последнего заткнуться и поднять руки в примиряющем жесте.
– Думаю, я видел аптеку в квартале отсюда, мы с Газом проверим. – Гоуст закончил с ножами, к сожалению Джонни, и отложил их в сторону. На следующую вылазку он отправляется с Кайлом. На самом деле они все ужасно заебались с этим апокалипсисом, Прайс, видимо, решил их как-то подбодрить, поддержать боевой дух, поэтому ящик ядерного пива, поставленным капитаном на стол, неплохо так поднял настроение команде. Ни о каком барбекю, конечно, речи не было, но и это было уже хоть что-то.
Уже вечером, после их небольшой пьянки, приняв душ и переодевшись, Соуп застал задумчивого (больше, чем обычно) Гоуста, напряженно сидевшего за письменным столом. Они делили одну комнату – так было спокойнее.
– Что-то не так, Гоуст? – аккуратно спросил Джон.
– Тварей в последнее время слишком много, пусть мы и очистили наш район, их скопление в городе кажется странным. Откуда они только вылазят…
– Какая разница, откуда они вылезают, свинца на всех хватит, – воодушевленно поет Джон, обчистивший на последней вылазке с Прайсом оружейным магазин. Соуп оттуда даже стырил дорогущий охотничий нож – арестовать его все равно некому.
Саймон лишь поднял на него уставшие глаза. Джон обошел его и обнял со спины, целуя в светлую макушку, наконец-то не спрятанную балаклавой. Их отношения не были каким-то сюрпризом, уже на базе, еще до ебучего апокалипсиса, они шкерились по углам базы, обжимаясь как подростки. Шкерились плохо, потому что разок Прайс пригрозил им трибуналом. У этого старика по всей базе были глаза и уши. Теперь же ему было все равно – ни трибунала, ни армии, ни кодекса не осталось, все кануло в лету. Газ лишь поржал, назвав Джона охотником за призраками.
Саймон промолчал, тихо выдохнув, и приобнял Джонни в ответ. Несмотря на выпитые три банки пива, спать не хотелось, а вот докопаться до Райли хотелось всегда. Поэтому Соуп не стал себе отказывать, перейдя с невинных поцелуев макушки на заднюю поверхность шеи Саймона. Тот лишь слегка наклонился вперед, подставляя кожу под обжигающие поцелуи.
Каждый раз они трахались как в последний. Не поебать ли теперь, когда они обречены на смерть? Правда, было немного жалко уши Газа и Прайса, ведь звукоизоляция в доме оказалась на редкость хреновой.
Этот раз сильно отличался. Саймон поднялся со своего места, разворачиваясь и прижимая Джона ближе к себе за талию. Обычно Гоуст набрасывался на него с жадными кусачими поцелуями, в этот же раз целовал медленно и глубоко, нежно взяв лицо Соупа в ладони, будто он был самым драгоценным человеком в этом мире. МакТавиш, привыкший к животному темпу, даже слегка опешил, но принял эту нежность с восторгом. Он и не знал, что его лейтенант так умеет.
С тихим выдохом он прижался к Саймону еще ближе, желая забрать себе все его переживания, выразить свою поддержку. Джон потянул Гоуста за собой к двуспальной кровати, которую они делили в этом доме. Забравшись на нее и улегшись на спину, Соуп снова притянул Райли для короткого поцелуя, после сразу же переходя на его шею – Саймон тихо простонал, Джон аж вздрогнул от вспышки возбуждения – Гоуст всегда был тихим, в отличие от сержанта, и осознание, что лейтенанта берут такие простые ласки, рождало супер-новые в животе Джона.
Саймон отстранился под тихий скулеж Соупа и взял на себя инициативу, стянув его футболку и коротко целуя шею Джонни, спускаясь ниже, проводя по голому торсу шершавыми руками с нажимом, заставляя МакТавиша млеть и извиваться в наслаждении.
Саймон спустился до резинки спортивных штанов, которые не скрывали вставший член Джона, и прижался к нему губами, снимая с сержанта последний кусок ткани – у Соупа появилась интересная привычка не носить нижнее белье «дома».
Джон закусил губу от вида возбужденного Саймона между его ног, он позволил себе зарыться пальцами в его слегка отросшие волосы, притягивая ближе в нетерпении. Саймон не спеша облизал член Соупа от основания до головки, оставив на кончике короткий поцелуй, и, смотря Джонни в глаза своими практически черными, взял в рот сразу наполовину, втянув щеки. МакТавиш несдержанно и громко простонал, не выдерживая этого взгляда, его член дернулся в горячем рту лейтенанта. Гоуст отстранился с пошлым хлюпаньем:
– Будь потише, Джонни, Газу надо выспаться перед предстоящей вылазкой, – хрипло протянул Саймон, медленно проводя кулаком по всей длине Соупа.
– За себя бы так беспокоился… – уже тише простонал Джон.
Гоуст лишь вернулся к начатому, пытаясь полностью заглотить толстый член Соупа, пропустить его поглубже в глотку. Обернув руки вокруг широко расставленных бедер сержанта, он прижал его к кровати и все-таки взял всю длину, утыкаясь носом в жесткие волосы, он тихо промычал от ощущения сильного растяжения и сглотнул вокруг члена. Глаза Соупа закатились, от ощущения горячей глотки на его плоти, он прикусил собственную ладонь, чтобы не заорать во весь голос, неосознанно он сжал волосы Саймона, прижимая его еще ближе.
Гоуст отстранился, тяжело глотая воздух и вытирая смесь слюны и смазки с уголков рта, но не остановился, продолжая оставлять короткие поцелуи на бедрах Джонни.
– Боже, Саймон, ты меня в могилу сведешь… – Соуп, кажется, чуть не кончил только от минета.
– Еще нет, – прохрипел лейтенант, снова возвышаясь над Соупом и переворачивая того на спину, разводя его ноги шире, заставляя полностью открыться перед ним.
Соуп заинтересованно обернулся через плечо, когда почувствовал, как большие ладони Гоуста обхватывают его зад и разводят упругие половинки в стороны. Шершавые подушечки проводят по сжимающемуся колечку мышц, отчего Джон выдыхает в нетерпении. Он притягивает ближе к себе подушку, обнимая ее.
Жаркое и мокрое прикосновение к его дырочке заставляет крупно вздрогнуть, но Саймон держит его крепко, не дает отстраниться, вновь приходясь широким мазком языка по сжавшимся мышцам. Джон лишь стонет в подушку, зарываясь в нее сильнее, чтобы не шуметь. Такого еще лейтенант с ним не делал. Да никто не делал. Соуп одновременно в шоке и в восторге. Саймон продолжает мокро вылизывать его промежность, раздвигая его задницу еще сильнее, чтобы зарыться поглубже.
Когда горячий язык проникает внутрь, Джон почти что орет, благо подушка глушит его крики, Боже, храни сон Прайса и Газа. Соуп поддается ближе к Гоусту, выгибает спину и жмется грудью ниже к кровати, ему определенно понравилась извращенная ласка, он тянется к своему уже истекающему члену и сжимает у основания – Джон не готов так быстро кончить.
Саймон отрывается на секунду, чтобы поднять бедра Джона выше, большими пальцами растягивает покрасневшее от ласк колечко мышц, и вновь припадает, будто ему это жизненно необходимо.
– С-саймон! Саймон, подожди! – Джон пытается дотянуться до макушки Гоуста, но не успевает, тот сам отрывается от него, вытирая со своего подбородка слюну и вставляя в Джона средний палец наполовину, начиная растягивать расплывшегося на простынях Соупа.
Джон может лишь тихо постанывать от уже двух растягивающих его пальцев, хочется уже ощутить горячий член Саймона в себе, чтобы тот вбивался с силой, натягивал его как последнюю суку, но у Саймона сегодня другая политика. Он медленно растягивает его, добавляет прохладную смазку, быстро нагревающуюся на коже Джона. Саймон раздвигает пальцы ножницами, словно нарочно избегая простаты сержанта, поглаживает второй рукой его бедро, Соуп же лишь сильнее обнимается со своим новым другом – подушкой. Саймон склоняется над ним, ставя локоть рядом с головой Джона, целует заалевшие уши, шепчет что-то успокаивающее, и наконец вставляет уже три пальца глубже, по самые костяшки, задевает простату, отчего Соуп дергается под ним, уже не пытаясь сдерживать свой скулеж – что бы Саймон не говорил, Джон знает, как тот любит эти нуждающиеся звуки, что вырываются из него.
– Сай… пожалуйста… – хрипит Джон, не стесняющий открыто умолять. Саймон целует его в висок и аккуратно переворачивает на спину, любуясь сладкой картиной: раскрасневшийся и возбужденный Джонни тяжело дышит, хватается за измятую подушку над головой, его мокрый член лежит на животе, испачкав все смазкой, меж широко разведенных бедер сжимается покрасневшая дырочка, Гоуст облизывает губы, не смея больше мучить Джона, и смазывает свой член – от сильного возбуждения уже чуть ли не больно.
Он медленно вставляет головку, аккуратно толкаясь глубже, и наклоняется к снова громко стонущему Джону с поцелуем, чтобы приглушить того. Ему было плевать, как на них с Джонни смотрят остальные, когда после громкой ночи они все встречаются на первом этаже, но сегодня Гоуст хочет, чтобы стоны Соупа слышал только он.
Джон обвивает его талию дрожащими ногами, притягивает ближе, и Саймон начинает медленно двигаться, ловя стоны Соупа губами.
– Вот так, Джонни, не торопись… – шепчет тому в шею, наращивая темп и придерживая сержанта одной рукой за талию. Джон лишь скулит от непривычно медленных толчков, чувствуя, как толстый член растягивает его все сильнее. Очередным глубоким толчком Райли задевает чувствительную точку внутри, Джон извивается – он больше уже не может, он готов умолять Саймона ускориться, но, кажется, в этом нет нужды, потому что тот рычит ему на ухо и наконец-то ускоряется, переставая сдерживаться.
– Саймон! Еще! – громко стонет сержант, наплевав на чуткий сон команды. Лейтенант сильнее сжимает его талию и вгрызается в шею, оставляя след укуса.
Джонни со скулежом кончает себе на живот и грудь, Саймон продолжает двигаться через оргазм сержанта и сжавшие его мышцы, достигая своей разрядки и кончая глубоко в Соупа, делает еще несколько глубоких толчков, наконец замирает и целует оставленный им след на шее Джонни. Тот тянет его к себе, обессиленно целуя.
– Я люблю тебя, Саймон… – шепчет прямо в губы, еле слышно. Гоуст проводит ладонью по его лицу, убирая с мокрого лба растрепавшийся могавк, коротко целуя в щеку, отвечая:
Утром Соуп проводил Гоуста на очередную вылазку, на этот раз вместе с Газом. Пока никто не видел, он чмокнул Саймона в щеку, ну как в щеку, в пластик черепа на его маске. Даже сквозь балаклаву Джон увидел, как Саймон улыбнулся ему, в ответ прижавшись к его лбу губами. Это был их маленький ритуал с недавних событий.
Они отправились в ранее неизведанный квартал города, цель всегда была одинаковой: транспорт, припасы, информация. И йод конечно же. Джон ебал эту радиацию во все щели.
Джон вышел на улицы рядом с их домом, чтобы почистить от тварей, которые нет-нет, да забредали в их район – они отстреляли большую часть еще в первые дни их пребывания здесь.
На удивление, было тихо. Только Джон успел об этом задуматься, как услышал какой-то стремный скулеж и рычание, которое он засек во дворе дома в конце улицы. Осторожно подбираясь к этому дому, он зашел в незакрытый двор и узрел крайне отвратительную картину: огромная немецкая овчарка раздирала бедного еле живого рыжего кота. Пасть твари была перемазана в крови и внутренностях мелкого животного. Соуп ругнулся себе под нос от мерзкого запаха, что оказалось опрометчиво – овчарка услышала его и обернулась, агрессивно рыча. Джон замер от шока: это было не просто овчарка, это была сраная трехголовая овчарка, что теперь нацелилась на него. Такого пиздеца он еще не видел, переломанные люди были мелочью по сравнению с видом этой твари.
Овчарка пригнулась к земле, готовясь сделать прыжок, не переставая рычать на Джона всеми своими тремя головами. Оцепеневший на секунду Джон еле успел среагировать, выпустив в тварь пол магазина. Овчарка громко проскулила, падая замертво.
– Пиздец… – красноречиво выразился Джон, более подходящих слов не нашлось. Что ж, шутка про лишние конечности и три члена перестают быть шутками.
Он вернулся на «базу» и рассказал Прайсу об увиденном.
– Пиздец… – у Прайса тоже не нашлось более красноречивого выражения. Твари с каждым днем будто становились сильнее, мутация проявлялась все ярче.
– Это явно не к добру… – пробормотал себе под усы капитан.
Уже ближе к вечеру Соуп начал волноваться. В среднем их вылазки длились не более семи часов – прошло уже восемь. Они всегда возвращались на базу, потому что оставаться за ее пределами, тем более ночью, было слишком опасно. Прайс успокаивал его словами, что Гоуст с Газом уж точно не пропадут, но Джон все равно не мог найти себе места. Еще и эта трехголовая овчарка – МакТавиш аж вздрогнул, вспомнив ее жуткий вид. Он снова вышел на улицу для патруля, чтобы не сидеть в ожидании, а заняться делом.
Спустя час он увидел приближающуюся фигуру. В уставши идущем силуэте он распознал Газа. Одного. Соуп побежал навстречу товарищу, чтобы помочь донести немногочисленные добытые ресурсы.
– Где Гоуст? – встревоженно спросил Соуп вместо приветствия, заглядывая в уставшие глаза Кайла. Тот лишь молча посмотрел на него с каким-то сожалением и виной во взгляде. Сердце Соупа пропустило удар.
– Где Гоуст, Кайл? – Надежда еще теплилась в груди МакТавиша.
– Гоуст, он… прости, Джон… – Газ прячет глаза за козырьком кепки, на которой видны следы засохшей крови. Внутри Джона что-то оборвалось.
– Что с ним?! – МакТавиш начинает повышать голос от переизбытка чувств, смешалось все: злость, обида, надежда и отчаяние.
– Он погиб Соуп! Погиб, прикрывая меня… Эти ебучие твари окружили нас, их было слишком много! – Газ тоже не выдерживает, отвечая еще более громким криком, потеря товарища сильно ударила по его состоянию.
Солдаты давно разучились плакать, но в глазах Соупа застыли слезы. Саймон не вернулся. Его нет. От одной мысли, что его тело где-то догрызает очередная тварь, Джону становится плохо. Сердце стучит как сумасшедшее, а в груди черной дырой стягивается тревога и отчаяние. Нет. Нет-нет-нет! Пока он не увидит тело Саймона, Соуп не поверит в его смерть.
Кайл подавленно проходит внутрь, грузно кидает на стол рюкзак с припасами и падает на диван, срывая с себя грязную кепку и зарываясь в короткие волосы, упираясь локтями в бедра и опуская голову. На ругань и крики спускается озадаченный Прайс.
– Кайл? А где… – Джонатан не успевает договорить, кажется, считывая произошедшее по лицам товарищей.
– Твою мать… – шепчет тот, тоже не желая верить в смерть Гоуста.
– Мы достали этот ебучий йод… – Газ подал хриплый, сорванный голос, не поднимая головы, – но когда мы возвращались на базу, твари повылазили просто из ниоткуда… Они будто… выслеживали нас, будто ждали подходящего момента.
Соуп слушал это все словно сквозь толщу воды, почти что и не слыша Газа. В его голове была лишь одна мысль – «я найду его».
– Они взяли нас в кольцо, они будто сбежались со всего района, тварей было слишком много, патроны кончались. Гоуст отвлек их на себя, у меня не было выбора, кроме как бежать… Я… простите… – Газ закрыл покрасневшие глаза рукой. Прайс подошел к нему, положив руку тому на плечо, выражая свою поддержку.
– Где он? – стальным, безэмоциональным голосом сказал Соуп.
– Где. Он. – Соуп даже не повернулся лицом к товарищу, начиная собирать разгрузку.
– Что ты удумал? – строго спросил капитан, наблюдая за засуетившимся сержантом.
– Я найду его. Он не мог погибнуть так. Только не Гоуст. – Соуп был уверен в своих словах. Кто угодно, но точно не его лейтенант. Ебучая машина для убийств не позволила бы кучке гниющих тварей одолеть себя.
– Я спрашиваю еще раз, где он? Где вы разминулись? – Холодные глаза МакТавиша заставили Кайла вздрогнуть.
– Сержант, отставить! – капитан выкрикивает приказ, что мгновенно отрезвляет Соупа.
– Но, капитан, вдруг он сейчас нуждается в нашей помо…
– Я сказал отставить, МакТавиш! Если ты выйдешь сейчас, мы можем потерять и тебя! Успокойся. Если он жив, мы найдем его завтра, сейчас мы можем лишь надеяться на лучшее. Выход на улицу ночью – верная смерть. Мы точно также, как и ты, не верим, что лейтенант Райли мог так легко сдаться.
Уверенная речь капитана действительно помогает Соупу успокоиться и победить свое безрассудство. Прайс полностью прав. В ночи они как беззащитные дети против огромного количества живучих тварей.
Гоуст не мог так легко сдаться. Соуп повторяет эти слова, тем самым успокаивая себя. Завтра они его отыщут. Тот наверняка скрылся в каком-нибудь здании поблизости, забаррикадировался. Лейтенант бывал в условиях и похуже, он справится. Определенно.
Этой ночью, наполненной переживаниями и страхом перед завтрашним днем, Соуп так и не смог уснуть, обнимая холодную подушку, на которой обычно спал Саймон.
Как Прайс и обещал, они отправились рано утром на вылазку. Даже поникший Газ, который просто не мог остаться на базе после увиденного. Джон, не сумевший уснуть этой ночью, не чувствовал усталости – в груди жила надежда, он убедил себя в том, что лейтенант жив, и они непременно найдут его.
И снова было тихо. Подозрительно тихо. Куда могла пропасть целая толпа тварей? Тревога в груди Джона не утихала ни на секунду. Прайс предполагал, что твари не особо рады солнечным лучам, которые ускоряют гниение, и потому прячутся днем в заброшенных теперь зданиях. На самом деле город не выглядел заброшенным, совсем недавно тут тоже кипела жизнь. Теперь же город просто был пуст, словно люди покинули его ненадолго и скоро вернутся в свои жилища. Никаких разбитых окон и ржавых машин, как в фильмах-катастрофах.
К обеду они почти дошли до того места, где, по словам Газа, на них напали твари, Кайл напряженно подобрался, словно события вчерашнего дня все еще не отпускали его. Впрочем, Соуп не винил его. Он сам стал всматриваться в окружение еще внимательнее, надеясь заметить следы Гоуста. Ничего, кроме мертвых гниющих тварей и следов крови. Чем ближе они подходили к самому месту нападения, тем сильнее сжималось сердце Джонни. Он боялся увидеть лишь одно – изуродованное тело своего лейтенанта.
Резко Прайс остановился и жестом приказал сохранять тишину. Впереди за углом очередного дома послышался шорох. Затем еще и еще. Словно кто-то, еле переставляя ноги, шаркал по асфальту. Их тройка медленно и бесшумно подошла ближе. Некто или нечто действительно брело по улице, тяжелыми шагами пересекая проезжую часть, наклонившись чуть вперед и сутулясь. Это был высокий мужчина в черной одежде. Издалека Соуп не мог разглядеть деталей, но этот силуэт показался до ужаса знакомым. Сердце замерло. Когда тварь-мужчина поднял блондинистую голову, Джон готов был кричать от отчаяния.
– Это не он, – тихо, но уверенно проговорил капитан. МакТавиш был готов вцепиться в него в бессильной истерике и покрыть такими хуями, которых еще свет не видывал, но, заметив в руках Прайса бинокль, лишь захлопнул со щелчком рот. Кэп молча протянул бинокль Соупу, приняв его, Джон нервно посмотрел через него.
Это не Саймон. Очередная тварь, но это был не Саймон. Джонни осознал, что все это время не дышал, и, сделав глубокий вдох и медленный выдох, почувствовал, как сильно забилось сердце, тоже словно остановившееся в моменте. Такими темпами Соупу понадобится кардиолог. Ах да, хуй где Соуп его сейчас найдет.
Облегчение разлилось по груди, однако, ненадолго. Они все еще не нашли Саймона или, во что не хотелось верить Джону, его тела.
Их тройка добралась до того места, где Газ видел Гоуста последний раз: кучка мертвых тварей лежала и догнивала, смрад стоял такой, что было тяжело вздохнуть, как назло, день был солнечным. Стойко проверив все тела, Соуп радостно отметил, что лейтенанта среди них не оказалось. Вокруг было большое количество крови, однако один из следов выделялся особенно – он ввел куда-то вглубь улицы – редкие капли крови, которые, судя по всему, капали из открытой раны. МакТавиш был уверен, что это кровь Саймона. И если это так, то тот был сильно ранен. У них слишком мало времени. Если оно уже не закончилось.
– Кэп, след ведет в то строение, – ровным голосом оповестил команду Соуп, проследивший взглядом направление кровавой прерывающейся линии.
– Проверим, – согласился капитан и направился в ту сторону, не опуская автомат. Газ настороженно плелся позади всех, прикрывая тыл.
Они зашли в строение, что оказалось подземной парковкой на довольно большое количество парковочных мест. Тут даже стояли забытые жителями города авто. Может, элти хотел найти рабочую машину? След вел вглубь парковки, куда свет со входа уже не дотягивался, пришлось включить фонари, которые работали от ручного генератора – их приходилось постоянно заводить.
– Ебучий случай… – прошелестел капитан, и уж от кого, но ругательства от Прайса всегда были предвестниками полного пиздеца. Соуп нервно поднял глаза и всмотрелся в развеявшуюся тьму, когда его фонарик тоже заработал. Ебучий случай – это было мягко сказано. В глубине парковки неподвижно стояла стая тварей, будто в каком-то коматозе. Соуп застыл, как и Прайс с Газом. Было очевидно, что надо по-тихому сваливать отсюда, пока эти мрази не проснулись – их было слишком много, чтобы пытаться перебить. Но вдруг Саймон здесь? Соупа почти захватила паника, но, собравшись с мыслями, он жестом указал Прайсу, что собирается подойти поближе, чтобы осмотреть остаток парковки. Капитан лишь нахмурился, явно сомневаясь в адекватности данной идеи.
В этот момент фонарик Газа начал отрубаться, и ему пришлось снова его заводить. Звук моторчика эхом разносился по полупустой парковке, и хоть в первый раз, когда они все заводили фонари, твари не услышали этого, в этот твари, кажется, начали просыпаться.
– Твою-ю м-мать… – чертыхнулся Кайл, не с первого раза заведший свой сраный фонарь. Держать пушку и одновременно доисторический огромный фонарик было не очень-то удобно, поэтому выбор был отдан родненькой M4.
– Уходим! – четко, но негромко скомандовал капитан, чтобы не привлечь внимание проснувшихся тварей, что завозились в глубине парковки. Аккуратно пятясь назад и держа оружие наготове команда покинула парковку, однако некоторые твари все равно направились в их сторону, цепляя за собой и спящих.
– Твою же мать, бежим! – уже намного громче скомандовал Джонатан, и все трое ринулись с места в сторону их убежища, до которого было несколько километров. В крайнюю вылазку Гоуст с Газом действительно забрели намного глубже в город, чем в прошлые разы, чему сейчас Соуп не был рад, спринтуя в полной разгрузке с автоматом наперевес.
Пробежав приличное расстояние, команда остановилась, переводя дух.
– Может, выкурить их оттуда и потом обыскать ту часть парковки? – начал негромко Соуп, скорее рассуждая вслух.
– Ты себя слышишь? Ты предлагаешь сунуться в гнездо этих тварей? Если Саймон был там, то он погиб, Джон, – твердо сказал Капитан, сжав губы в линию, – Пока у нас есть время, мы проверим ближайшие здания, заодно пополним припасы, раз уж мы все равно здесь. – Уже отдышавшись произнес Прайс, сохраняя спокойствие и здравый ум. Казалось, будто его вообще не тронула возможная смерть своего солдата, но на самом деле тот тоже не терял надежды, веря в своего лучшего бойца.
Уже ближе к вечеру Соуп начал терять всякую надежду. На него начал давить недосып и усталость, тело начало предавать. Пора было возвращаться. Прайс с Газом выглядели не лучше. Не смотря на начинавшее садиться солнце, тварей на улицах не было замечено. Видимо, нагретый за день воздух не особо тех привлекал, что было на руку. Соуп давно начал подмечать особенности поведения тварей. Те действительно не жаловали жару, днем их было мало, да и те, что вылазили были крайне неактивными и медлительными. Но ночью те будто переходили в другую фазу, активную и агрессивную. Прайс предполагал, что это связано с процессами разложения их тел, ведь особо агрессивными те становились и в пасмурные дни, когда солнце не могло прорваться сквозь плотные облака. Надо было убираться отсюда как можно скорее, ведь близилась осень – все трое прекрасно это осознавали.
Они все-таки смогли пополнить свои запасы – ближайшее время можно было не отправляться на длительные вылазки. Единственной неизменной целью является транспорт. Газ, неплохо шарящий в этой теме, уже пытался чинить некоторые тачки, но полудохлые движки тупо не хотели заводиться. Что-то там про искры и цилиндры, Джон не вникал. Они вернулись на базу в поникшем настроении, особенно Соуп. Чем больше времени они теряли с момента нападения, тем меньше шансов на выживание оставалось у Гоуста. Именно на выживание - Джонни упорно не верил в его смерть.
Джон молча поднялся на второй этаж в их Гоустом комнату, от усталости лишь скинул с себя одежду и упал на холодную кровать, засыпая беспокойным сном.
Соуп открывает глаза посреди ночи от странного стука в окно. Сначала ему показалось, что это разбушевавшийся ветер, но стук повторился и вполне отчетливо. Словно что-то кинули в окно. Поднимаясь с постели, он тихо подкрадывается к не зашторенному окну, осторожно выглядывая. В окне он видит крупный силуэт, и на миг его уставший от надежды мозг подбрасывает мысль, что это вернулся Саймон и пытается привлечь его внимание. Но тут же просыпается рациональная сторона, зачем Гоусту стучать в окно? Таким образом он может привлечь внимание проснувшихся тварей и уж точно должен осознавать это.
Соуп вновь присматривается к силуэту, узнавая маску Гоуста. Сердце пропускает удар. Резко Саймон бессильно падает на колени, и Джон замечает, как под ним стремительно растекается лужа крови. Обомлев, Соуп подрывается, даже не одевшись. Он выбегает во двор, быстро открывая ворота, и подбегает к обессиленному Саймону.
– Саймон! Саймон, я здесь, я держу тебя! – кричит Соуп, поймавший начавшего заваливаться Гоуста, он попытался поднять тяжелое тело, но почему-то ему это было не по силам.
– Давай же, Сай, все будет хорошо, очнись! – от отчаяния Джон повышал голос, напрочь забыв о тварях, что могли находиться поблизости. Соуп бегло осмотрел Райли: одежда в крови, на боку рваная рана, маска в трещинах, глаза закрыты, а сердце… Сердце не бьется! Соуп трясущимися руками задрал балаклаву и холодными пальцами попытался нащупать пульс. Шея Саймона холодная и бледная. Пульса нет.
– Джон…ни… – прохрипел Гоуст, переведя на Соупа мертвый взгляд. МакТавиш вновь попытался поднять Саймона, чтобы как можно скорее оказать ему помощь, он уже собирался кричать, чтобы позвать Прайса и Газа на помощь, жалея, что не догадался разбудить их сразу, но тут слабые руки Гоуста неожиданно схватили его, притянув ближе к себе в отчаянном объятии.
– Джонни… прости… – еле слышно просипел Саймон, словно вкладывая в эти слова последние силы. Гоуст уткнулся Соупу в стык плеча и шеи, крепко схватив того за спину.
Из глаз Джона посыпались искры от сильной боли – Саймон укусил его в шею сквозь балаклаву, даже так прогрызая плоть неожиданно острыми клыками. Соуп истошно закричал, инстинктивно попытавшись отцепить от себя Райли, но его хватка стала лишь сильнее. Он погрузил клыки еще глубже и потянул, словно пытаясь оторвать кусок. Джон почувствовал, как от сильной боли физической и душевной по его щекам потекли слезы. Собственный крик оглушал. Кажется, на его вопли начали собираться твари, что бродили рядом. Он начал терять сознание.
Резко подорвавшись на кровати в холодном поту, дезориентированный Джон потянулся к шее, где отдавала фантомная боль после укуса. Сон. Это был лишь сон. Джону и раньше снились кошмары, но такие реалистичные – никогда. Он пытается успокоить гулко бьющееся сердце, оглядываясь по сторонам и осознавая, что находится в безопасности. Относительной.
Соуп подрывается к окну, не видя на улице ни силуэта, ни тварей. И даже ветра нет. Он только сейчас осознает, как сильно его трясет, как быстро бьется сердце. К счастью, его метания и крики не были замечены Прайсом или Газом, он бы не хотел предстать перед ними в таком уязвимом состоянии.
Выпив воды из бутылки, дыхательной практикой Джон попытался успокоить себя и привести в порядок настрадавшееся сердце. В груди тянуло от отчаяния, но Джон не позволил этой боли завладеть собой. Сержант не готов был сдаваться.
Пройдя мимо зеркала, Джон заметил след укуса прямо на его шее, который оставил Саймон в их крайнюю ночь.
Соуп намеревался утром снова отправиться на очередную вылазку, и таки добраться до той злоебучей парковки. Согласится оставшаяся команда продолжать поиски или нет – Джону было плевать, он справится самостоятельно.
Ожидаемо, Прайс был против этой затеи. Но ни уговоры, ни приказы не смогли остановить МакТавиша. Вижу цель не вижу препятствий? Если бы – бездействие убивает надежду Соупа, он просто не может даже допустить мысли о смерти лейтенанта. Кажется, Газ порывался остановить Джона силой, но капитан остановил его, чему сержант был благодарен.
Он выдвинулся на рассвете в тот же район, намереваясь обыскать хотя бы половину зданий.
Вечером того же дня он вернулся с пустыми руками.
Как бы не хотелось Джону каждый день изучать новую часть города, все-таки капля здравомыслия осталась в его голове. А еще изнеможенное постоянными нагрузками, стрессом, недосыпом и плохим питанием тело. Джону пришлось проторчать два дня на базе, восстанавливая силы, пока Газ с Прайсом продолжали искать транспорт. Он просыпался и засыпал один, вспоминая то время, когда Саймон был рядом и крепко обнимал Джона ночью, грея теплом своего тела.
На второй день те задержались. Джон начинал волноваться. Если пропадут и эти двое, то Соуп боялся, что не выдержит этого. Один со всем этим пиздецом он не справится. Эта мысль так сильно испугала его, что он уже было подорвался искать товарищей, но услышал глухой рев мотора, доносящийся откуда-то издалека. Джон вышел на улицу, не веря своим глазам: Газ вел какой-то очень старый пикап, а рядом на пассажирском сидении сидел Прайс, куривший сигару (сто процентов забрались в табачный магазин). МакТавиша сначала объяла радость, а потом сильнейшая тревога: они нашли транспорт, значит, могут двигаться дальше к цели, но они так и не смогли найти лейтенанта и будут вынуждены покинуть этот город. И оставить Саймона здесь.
– Соуп! Выглядишь куда лучше, – похлопал по плечу его Прайс, вылезший из припаркованного во дворе пикапа, – Завтра отправляемся в порт, мы и так тут задержались. – Довольный капитан прошел в дом, начиная собирать оставшиеся припасы для отъезда. Газ же в это время заправлял тачку дизелем, который, судя по всему, они тоже сумели отыскать в городе, затем начал ковыряться под капотом машины, видимо, работала та на добром слове.
– Джон, пора смириться с неизбежным, – грустно вздохнув, тихо произнес Прайс, развернувшись к сержанту лицом и смотря уставшими, отеческими глазами, – Саймон погиб, мы должны двигаться дальше.
Эти слова давили на больное. На остатки веры в сердце Соупа.
– Один день, – тихо сказал Джон, опуская глаза в пол. Капитан непонимающе уставился на Соупа.
– Еще один день. Последний. Если я не найду его завтра, мы уедем, – уверено отчеканил Соуп, давая самому себе последний шанс.
Прайс снова тяжело вздохнул, закрыв глаза ладонью и проведя ею по лицу. Газ, вошедший в дом и заставший немую сцену, так и застыл в дверях, тоже ожидая решения Прайса.
– Хорошо. Через день мы отправимся к Па-Де-Кале. С Гоустом или без. Завтра твоя последняя попытка, Джон. – Прайс не смел давить надежду Соупа, ему было безмерно жаль его, но он не мог вечно продолжать поиски. Он уже не пытался его остановить, зная, насколько это бесполезно, МакТавиш был тем еще упертым бараном.
– Спасибо, кэп. – Поблагодарив капитана, Джон отправился собирать разгрузку для завтрашней вылазки. Это был его последний шанс.
Соуп двигался максимально быстрым темпом, чтобы успеть проверить как можно большую площадь. В голову начали закрадываться сомнения, почему он продолжает искать Саймона? Было очевидно, что у того не осталось шанса еще тогда, когда толпа тварей напала на него. Но он тут же одергивает себя, ведь, будь оно так, Джон нашел бы его тело или его снаряжение, в конце концов. Но нет. Ни единого намека.
Уже прошла половина дня его последней и, видимо, вновь безуспешной попытки. Похоже, пора было смириться и принять, что Прайс был прав. Саймон погиб. Джон крепче сжал М4, что нес в руках, сдерживая себя, чтобы не разнести что-нибудь поблизости от переполнявших его эмоций. Как бы кстати была бы очередная тварь, на которой тот смог бы выместить свой гнев и отчаяние. Как на зло улицы были пусты. Пора было возвращаться. И двигаться дальше.
Проходя по очередной пустой улице в направлении базы, Джон услышал странный звук. Он остановился и прислушался, анализируя, откуда могла появиться угроза. Звук, похожий на рычание, издался из здания магазина, что находился на углу улицы.
Злющий Джон даже был рад возможности разнести какой-нибудь мрази мозги, начиная винить в случившем всё вокруг. Ебучих тварей, этот город, Газа, который не смог помочь товарищу, Прайса, который отправил этого идиота в паре с Гоустом, и самого себя, что не оказался рядом. Будь тогда на месте Газа Соуп, сложилось бы все иначе? Эти гнетущие мысли были отложены на потом, потому что в магазине было очень хуевое освещение, точнее, практически его отсутствие – дневной свет пробивался сквозь небольшие окна, что были расположены ближе к потолку. Зато угрожающее рычание, издавшееся откуда-то из-за стеллажей, повторилось громче. Куда громче. Соуп чертыхнулся, начиная осознавать, насколько опрометчиво он повел себя на эмоциях. Похоже, тварь была не одна, может, небольшая группа, потому что глухие рыки прерывались кряхтением и мычанием.
Джон тихо продвинулся вглубь, стараясь не издать ни единого звука. Рычание повторилось, резкий звук, словно что-то упало с полки, заставил сержанта вздрогнуть, но он все равно не потерял концентрации. Раздалось какое-то недовольное рычание, что на секунду даже повеселило Джона, который представил, как тварь своими культяпками пытается открыть пачку снеков. Но, бесшумно выйдя из-за стеллажа, Соуп обомлел. Эта была не группа тварей, это была одна очень даже внушающая тварь. Махина ростом под два метра с широченной спиной, четырьмя руками и… тремя головами? Джон невольно вспомнил трехголовую овчарку, что он не так давно пристрелил. Только вот на эту тварину понадобится побольше патронов.
Соуп не спешил стрелять, решив немного понаблюдать за тварью, ведь такой экземпляр еще никому из них не встречался. Он рассмотрел одежду существа, и ему та показалась странно знакомой. Джинсы, которые будто скоро треснут по швам, черная куртка, броник… нашивки?.. Балаклава на головах… Соуп не верующе замер. Это была одежда лейтенанта.
Из-за своего оцепенения Джон не сразу заметил, как тварь повернулась к нему боком и неизбежно заметила его, поворачиваясь теперь всем корпусом. Эта маска Саймона. Безошибочно. Три маски. Шесть глаз (или около того) уставились на Джона, а из средней головы раздалось угрожающее громкое рычание, тварь подобралась, готовясь к атаке. Джон опомнился лишь тогда, когда существо ринулось в его сторону, Соуп успел отскочить за прилавок и открыть хаотичный огонь в сторону твари, что все равно уверенно направлялась в его сторону, будто пули у сержанта были резиновые.
Он попытался укрыться за очередным стеллажом, но тварь схватила его за капюшон толстовки своей деформированной конечностью.
– Твою мать! – вскрикнул Джон, когда трехголовое нечто дернуло его назад и прибило к стене, где были очередные полки, что теперь больно впивались в поясницу и спину. Существо подняло его на уровень своих глаз, одной рукой отбирая автомат, другими пресекая попытки Джона вырваться. Соуп замер, осознавая, что не может вырваться из железной хватки твари.
Джон уставился в мутные глаза, на лицо, что закрыто до боли знакомой балаклавой, сердце бьется как бешеное, но Соуп не может сделать нормального вдоха из-за мощной хватки, его дыхание быстрое, но прерывистое.
– Боже, элти, что с тобой стало… – прохрипел Джон сквозь слезы. Неужели перед ним действительно был его лейтенант? Точнее, то, что от него осталось… Радиация превратила его в это? Слезы начали стекать по его лицу. Боль. Отчаяние, Страх. Жалость. Все перемешалось.
Существо замерло, словно изучая Джона своими мертвыми глазами, тихо рыча. Будто нерешительно, одна из рук в перчатке с теми самыми костяшками легла на грудь Джонни в районе сердца, будто пытаясь нащупать его биение, но бронежилет не позволил бы.
– Элти… Саймон… – шептал Джон, не веря в происходящее.
– Джон…ни… – еле слышно прохрипела одна из голов, глаза Соупа распахнулись в неверии. Существо только что позвало его по имени? Гоуст позвал его по имени!
– Саймон! Это я! Ты узнаешь меня?! – постарался сказать громче Соуп, ему наконец-то удалось сделать нормальный вдох, потому что хватка Гоуста ослабла, и он опустил его на пол, не отрывая взгляда.
– Джонни… – вновь тяжело прохрипел Саймон, как бы подтверждая догадку Джона. Рука в перчатке теперь потянулась к его лицу, но Соуп опередил ее, пытаясь обнять Гоуста, что теперь стал больше, чем прежде, Джон макушкой утыкался ему ровно в уровень ключиц.
– Боже, я нашел тебя! – радовался Соуп, ему было плевать, как теперь выглядит Саймон, это его Саймон, которого он так отчаянно искал. Тот издал какое-то рычание, судя по всему, выражающее радость.
Джон вновь обратил внимание на головы Саймона. Как там говорится? Одна голова хорошо, а три лучше? Да Соупу поебать, хоть пять.
– Черт, нам надо возвращаться, Саймон, мы нашли машину! Мы можем добраться до порта, – воодушевленно затараторил Соуп, вспомнив их с кэпом уговор.
Саймон снова что-то прорычал и стремительно отошел от Джона, будто эта мысль пугала его. Похоже, он осознавал, что с ним произошло и как он выглядит.
– Чего? Все в порядке, Саймон! Я же тебя не боюсь, ну подумаешь три головы, хотя я, конечно, больше бы был рад трем членам, - вспомнив свою шутку, глупо хихикнул Соуп, играя бровями, пытаясь успокоить переживающего Гоуста, которого он каким-то образом словно понимал без слов.
Гоуст как-то нерешительно отвел взгляд в сторону, потому что голову повернуть у него теперь не было возможности. Извините, головы. Соуп перестал ржать, уставившись на Саймона:
– У тебя что, реально три члена теперь? – тупо спросил Джон, уставившись на бедра Саймона, и даже не смотря на мутировавшее тело Саймона, почувствовал иррациональное желание проверить и, может быть, опробовать…
– Так, ладно, пока что не до этого, нам надо выдвигаться, уже вечер, – начал было Джон, но резко его схватил Саймон и угрожающее прорычал, притягивая в свои объятья, словно желая спрятать, или же на него напала неожиданная страсть?
– Слушай, я тебе говорю, что мы не успеем, если ты не… – Рука в перчатке закрыла его рот, и только тогда Джон обратил внимание, что на улице практически стемнело, а к зданию начали подкрадываться проснувшиеся твари. Он чертыхнулся, ругая себя за потерю бдительности. В темноте их шансы добраться до базы стремительно падают к нулю. Похоже, это осознавал и Гоуст, таким образом попытавшийся защитить Джона.
Джон постучал по перчатке, жестами прося его отпустить, чтобы он мог подобрать оружие. Соуп думал дать пистолет Гоусту, но тот так посмотрел на него в ответ на протянутый глок, что тому было охота разбить себе лоб об фейспалм. Что ж, зато физической силы Саймону теперь не занимать, натурально танк. Совместными усилиями они покинули магазин, опрокинув парочку тварей, и силища у лейтенанта действительно была страшная: он поднял одну из тварей и с силой опрокинул ту на свое бедро, ломая несчастной позвоночник, другой же размозжил череп об асфальт. Не будь они сейчас в такой отстойной ситуации, у Джона даже бы привстал.
– Мы не сможем добраться ночью, Саймон… – начал переживать Джон, осознавая, что Прайс и Газ наверняка уже забили тревогу, он должен был вернуться уже как час назад. Оставалось верить, что те сдержат уговор и не уедут раньше. У них с Гоустом еще есть шанс сделать марш-бросок до базы утром и успеть до их отбытия. Он начал быстро оглядываться в поисках подходящего укрытия на ночь.
– Джонни… – прохрипел Саймон, указывая деформированной рукой куда-то в сторону противоположной части улицы. Джон присмотрелся и разглядел в темноте вывеску мотеля. То, что нужно! Они смогут занять этаж повыше и забаррикадироваться изнутри.
Попасть в мотель не составило никакой трудности, как и отыскать ключи от номера, чтобы не ломать двери, они им еще пригодятся. Вообще, твари редко пробирались в здания, однако некоторые экземпляры отличались сообразительностью и могли проникать в, казалось бы, закрытые помещения.
Номер, конечно же как могло быть иначе, оказался с двуспальной кроватью, спасибо что достаточно большой, чтобы вместить элти. Джон проверил наличие воды и был безмерно рад возможности принять душ (пусть и зараженный радиацией). Гоуст же все никак не находил себе места, неловко встав посреди небольшой на его фоне комнатки.
Если они выйдут на рассвете, у них будет достаточно времени, чтобы добраться до базы до отъезда команды, по крайне мере, Джон хотел на это надеяться. Прайс с Газом вряд ли будут задерживаться в этом городе, записав Соупа в пропавшие без вести. Или же они помчатся искать его? Может, они уже смирились и с его пропажей? Одной головной болью меньше для Прайса. Джон грустно усмехнулся себе под нос.
Саймон тихо подошел со спины, приобнимая Джона своими четырьмя руками, как-то успокаивающе рыча, отогнав тревожные мысли. Джон уже будто начал различать это его рычание, понимая его настроение. Джон повернулся к тому лицом, принявшись изучать его новый облик. Его совершенно не отпугивал вид Райли, скорее даже наоборот…
Но все равно оставался вопрос, что же с ним произошло, что так сильно изменило его тело? Они все уже давно попали под действие радиации, сильно превышающее возможные нормы, но Саймон будто обжимался с ядерным реактором. Впрочем, этот вопрос, как и его тревоги, были отложены на потом, когда Саймон осмелел, поняв, что его вид не смущает Джона, и наглея своими ручками, сжимая уже куда требовательнее.
– Кажется, там было что-то про три члена, да? – Соуп не мог упустить возможности снова пошло пошутить, одна только мысль уже возбуждала его.
Гоуст как-то смущенно зарычал и положил одну из своих рук на лицо Джона, мягко поглаживая. Соуп прильнул к его руке, заглядывая в мутные глаза средней головы. Саймон теперь казался намного выше, чем раньше. Ублюдок и без того был выше его, а теперь как бы шея не сломалась, смотреть на него снизу вверх. Соуп приподнялся на носочках и чмокнул Гоуста в щеку. Другие головы завистливо зарычали, тоже прося внимания, их Соуп тоже не обделил.
Соуп задумался, как звать теперь Саймона. Он решил дать каждой голове свое имя. Посередине будет Гоуст, слева Саймон, а справа Райли. Усмехнувшись самому себе, Джон обнял их всех, искренне радуясь, что поиски привели к успеху. Это всё еще его Саймон. Его Саймон-Гоуст-Райли.
Завтра они всей командой смогут отправиться дальше на поиски спасения. Джона совсем не волновал вид его партнера, а вот команда может и не признать. Соупу плевать, абсолютно.
Своими ручонками Джон подлез под его броник, не без труда сняв. Элти казался таким неловким со своим новым огромным телом, но Соупу от этого он казался милым. Лейтенант активно помогал снять с себя остатки одежды, и, прильнув к его телу вплотную, Соуп почувствовал приличную выпуклость в его брюках. Несколько потеряно Джон снова поднял взгляд на головы и провел по брюкам ладонью.
– Так про три члена были не шутки, да?... – пролепетал Джонни, активнее двигая рукой, на что все три головы отозвались тихим рычанием и всеми своими четырьмя ручищами мягко вцепились в Джона. Соуп в азарте поспешил расстегнуть плотные джинсы, чуть ли не сдергивая их с ног Саймона.
– Черт, Элти… Я хочу их всех, – с горящими глазами говорит Джонни, не отрывая взгляда от трех толстых крепко стоящих членов, уже начинающих течь. Гоуст невнятно рычит, будто пытается что-то сказать, но безуспешно. Джона уже не остановить, он чуть ли не упал на колени, пытаясь руками обхватить все три члена. Лейтенант, не зная куда деть свои множественные руки, положил одну на голову Соупа, который уже тянулся облизать разом все три головки.
Обхватив два члена, что были сбоку, руками, третий он попытался взять в рот, но тот был слишком большим, чтобы Соуп смог взять его хотя бы наполовину. Если прикрыть глаза, то можно представить, что Джон попал в лютую групповуху. Эта мысль лишь сильнее его раззадорила, и он начал активнее двигать руками и сосать, отчего рычание сверху становилось все громче.
Неожиданно Элти потянул Джона вверх за плечо, легким движением отбрасывая того на мягкую кровать. Тот даже ахнуть не успел, как над ним навис Райли, утробно рыча и чуть ли не срывая с Джона одежду. Благо, вещи все-таки остались целыми усилиями Соупа, который не хотел завтра шагать голожопым. Гоуст принялся нетерпеливо ласкать тело Джона языком на пару с Саймоном, Соуп же не стеснялся стонать в голос, извиваясь в его хватке.
– В этом чертовом мотеле обязана быть смазка… – простонал МакТавиш, пытаясь доняться до прикроватной тумбочки, но его опередил Элти, открывая ящик, где действительно лежал маленький бутылек со смазкой, который он протянул Джону, потому что у самого не получилось бы открыть. Но не успел Джон нанести смазку на свои пальцы, чтобы начать себя растягивать, как Райли спустился ниже, захватывая своим немного деформированным ртом текущий член Соупа, беря его сразу полностью, пропуская глубоко в горло. Джонни аж выронил бутыль со смазкой, громко простонав. Другие головы тоже не остались в стороне, лаская его бедра. Саймон протянул руку, чтобы Джон отдал ему смазку, которую тот уже умудрился потерять где-то в складках покрывала. Спешно отыскав ее, дрожащей рукой он протянул ее ни на секунду не отвлекающемуся от минета Райли. Тот неловко выдавил слишком большое ее количество себе на пальцы, тут же принимаясь растягивать дырочку Джона. Член лейтенанта и раньше был очень большой, а теперь их целых три, Соуп засомневался, сможет ли он принять хотя бы один…
Соуп почувствовал прикосновение пальцев и холодную смазку, запасаясь терпением. Он уже был близок к оргазму из-за податливой глотки Райли, Джон попытался оттянуть его от своего члена, чтобы не кончить раньше времени, тот даже поддался, только вот вместо него его ствол тут же жадно заглотил Саймон, не уступая тому в упорстве. Гоуст завистливо прорычал, казалось, будто головы чуть не подрались из-за этого. Соуп протянул руку к средней голове, и положил ее на макушку Гоуста, отчего тот довольно замычал, продолжая мягко покусывать его бедро.
– Элти… Подожди, я так кончу… – проскулил Джонни, но тот лишь усилил свои старания, вставляя в Соупа уже второй палец, размеренно растягивая. Джон попытался вырваться из его хватки, но безуспешно, лейтенант держал его крепко.
– Блядь, Саймон, я сейчас… Агх!! – Соупа выгнуло в его руках, и он обильно кончил в его глотку, тот лишь намеренно взял максимально глубоко, чтобы не потерять ни одной капли. Нехотя, он оторвался от Джона, тихо порыкивая от удовольствия. Пару капель все-таки вытекли из его деформированного рта, но Саймон поспешно собрал из языком, и от этого вида член Соупа дернулся. Кажется, Джона этой ночью выжмут досуха.
Лейтенант продолжал неспешно растягивать Джона, постоянно добавляя смазку, уже вставляя третий палец, намеренно нажимая на простату, отчего член Джона через несколько минут снова встал.
Когда Джон почувствовал себя готовым, он приподнялся и чуть оттолкнул Гоуста, пытаясь сесть на него сверху. Тот лег на спину, притягивая к себе ближе забравшегося на него Джона, который потянулся к средней голове за поцелуем, прижимаясь к его сухим губам. Саймон и Райли тоже хотели внимания, и тех Джон тоже поцеловал по очереди. Как бы он хотел поцеловать их всех разом.
Соуп чуть приподнялся над животом Саймона, одной рукой опираясь об его торс, другой направляя в себя один из членов, медленно садясь на него. Райли ободряюще поглаживал его бедра двумя руками, другими двумя немного придерживал его, помогая. Неспешно Джон смог полностью принять большой член, сев на бедра лейтенанта, оставаясь неподвижным пару минут, привыкая к размерам.
– Черт, ты просто огромный, чувствую тебя в желудке… – тяжело дыша, посмеялся Джонни, начиная по чуть-чуть двигаться. Саймон обхватил одной из рук мокрый член Соупа, медленно двигая кулаком, поощряя того двигаться быстрее. Поймав темп, Соуп чуть выгнулся назад, и в такой позе крупная головка члена элти идеально проезжалась по простате, заставляя Джона несдержанно стонать.
Уже уверенно двигаясь, Соуп почувствовал, как Гоуст пытается протолкнуть в него еще один палец, чтобы растянуть сильнее, Джон искреннее верил в способности человеческого тела, поэтому постарался расслабиться как мог, чтобы принять еще больше.
Спустя несколько минут он смог принять еще два пальца, чувствуя, что снова находится на гране оргазма, а Саймон, как назло, начал сильнее ласкать его покрасневший член. Джон уже даже не сопротивлялся, позволяя элти снова довести его до сладкой разрядки. Очередное удачно движение по простате, и с громким скулежом Соуп кончает на грудь лейтенанта, глубоко приняв его член. Тот, кажется, даже и не планировал останавливаться, наоборот, продолжал двигаться уже самостоятельно, будто даже и не планируя кончать.
– Выносливый сукин сын… – прохрипел Джон, уже почти без сил опираясь об торс Элти, который с довольным рычанием собрал с груди сперму сержанта и отправил в свою пасть. Соуп не выдержал этого зрелища, полностью ложась сверху на него, отдаваясь ему полностью. Тот сразу же обнял его двумя руками, поглаживая его спину и голову, третьей продолжая растягивать, а четвертой направляя в него второй член. Расслабленный и слегка потерянный после второго оргазма Джон даже не сразу понял, что в него проникает уже вторая головка.
– Саймон… Ах, блядь… – сорванным голосом просипел Соуп, ощущая, как сильно его растягивает второй член. Лейтенант довольно рычал, терпеливо не двигаясь, позволяя Джону привыкнуть к растяжению. Отдышавшись на груди элти, Джон немного приподнялся, чтобы попробовать снова начать двигаться. Тихо скуля, он смог полностью сесть на них, чувствуя, как сильно сжимаются его мышцы. Он посмотрел вниз на свой живот и увидел небольшую выпуклость, с удивлением он положил ладонь на свой пресс, осознавая, что Гоуст настолько огромен, что его член слегка выпирает. Что будет, если он сможет принять и третий?..
Элти тихо урчит, наблюдая за Соупом, кладя поверх ладони Джонни свою, слегка надавливая, на что сержант тихо стонет. С неверием он видит, как его член снова встает от стимуляции простаты, не думал, что он сможет снова возбудиться так скоро.
На пробу он медленно двигается, не без помощи лейтенанта. Каждое движение вызывает у него дикий восторг. Саймон влюбленно ласкает все его тело, куда может дотянуться, мягко порыкивая. Он неожиданно громко рычит, когда Джон дотягивается до его третьего члена, двигая по нему плотно сжатым кулаком.
– Ха-а-а… Ты ведь тоже не железный, Саймон… – Соуп настроен заставить его кончить быстрее, чем кончит сам в третий раз. Гоуст снова начал подмахивать бедрами в нетерпении.
Рычание становилось все громче и протяжнее, на каждое удачное движение лейтенант отзывался глубоким мычанием. Джон пытался набрать стабильный темп, но у него уже практически не осталось сил двигаться самостоятельно, два крупных члена сильно растягивали его, даря сладкое удовольствие, ноги дрожали. Не способный больше удерживать себя в вертикальном положении, Соуп снова упал на грудь лейтенанта, полностью отдавая ему контроль, хватаясь за его плечи и шею, упираясь носом в ключицу, его протяжные стоны, переходящие в скулеж, были слышны в коридорах здания. Саймон тут же любовно обнял его всеми руками, успокаивающе поглаживая. Он начал аккуратно двигаться, два ствола мягко скользили внутрь, давя на чувствительные стенки, задевая ту самую точку, от которой Джона выгибало в его руках.
– Саймон… быстрее… – простонал Джон, который был близок к третьему оргазму, силы остались лишь на стоны. Саймон слегка ускорился, довольно зарычав, и притянул Соупа за подбородок ближе к свой голове, намереваясь поцеловать. Джон охотно потянулся к нему, отвечая на глубокий поцелуй и только сейчас замечая, что язык Саймона куда длиннее человеческого. Толчки не прекращалась, наоборот, их темп становился все более беспорядочным, кажется, лейтенант тоже был близок. Он подтянул к себе сержанта за бедра двумя руками, отчего проникновение стало ощущаться еще глубже, лейтенант уперся пятками в кровать, согнув колени, теперь двигаясь еще быстрее и глубже. Соуп громко стонал Саймону в рот, другие головы недовольно рычали, тоже желая внимания сержанта. С трудом оторвавшись от Саймона, Соуп потянулся к Гоусту – средней голове, целуя его не менее жарко. Гоуст довольно и высоко замычал, притягивая Джона за затылок еще ближе. Другая рука грубовато схватила его за волосы и оттащила от Гоуста, притягивая к Райли, что жадно напал на губы и рот Джонни, не давая сделать вдоха, играясь с языком уже потерявшегося в ощущениях Соупа, которому все тяжелее становилось отвечать на поцелуи.
Лейтенант дотянулся одной из рук до мокрого члена Джонни, зажатого меж их животами, и схватил его плотно сжатым кулаком, двигая им в такт своим быстрым толчкам. Два крупных члена ритмично двигались внутри Джона, растяжение сводило его с ума. Он снова попытался дотянуться до третьего члена, оставшегося без внимания и скромно трущегося об его бедра, но он не смог, разочарованно простонав. Вместо этого он сильнее схватился за плечи элти, чувствуя приближающийся оргазм.
– Элти… Я, агх.. сейчас… – успел лишь простонать Джон, прежде чем кончить в третий раз, уже не так обильно как в первый. Соуп вцепился в лейтенанта, вместе с этим сильно сжимая его внутри, на что тот отозвался глубоким возбужденным рычанием, наполняя спермой тугую дырочку Джонни. Он не спешил выходить из него, заполняя его полностью, наслаждаясь пульсацией разгоряченных мышц.
Джон чувствовал, как горячая сперма разливается внутри, и как ее много. Тяжела дыша, он буквально растекся на груди элти, в полусонном состоянии он почувствовал, как аккуратно Саймон вышел из него и вытер его тело первой попавшейся тканью.
Неспешно перевернув их обоих на бок, лейтенант обнял Джона всеми своими руками, притягивая к себе ближе в медвежья объятья, Джон же с удовольствием зарылся носом в его ключицы, наконец-то засыпая спокойным крепким сном.
Джон наконец-то проснулся с ощущением легкости на душе. Однако его телу было совсем не легко – туша весом в тонну обнимала Джонни всеми своими конечностями, отчего даже дышать было тяжелее. Но Соуп был даже рад этому. Чуть понежившись в объятиях лейтенанта, Джон выпутался из его объятий и быстро освежился в ванной. Когда он вернулся, Гоуст сидел уже полусобранным пытался натянуть на себя снаряжение. Получалось у него не очень, и, подойдя к нему и коротко чмокнув каждую голову в щечку, Соуп помог ему одеться. Одежда же сержанта была не в лучшем состоянии: хоть он и не дал вчера Элти порвать ее, местами она все-таки была сильно растянута, но, честно говоря, Джону было плевать.
Когда они вышли из мотеля, солнце только-только встало, что давало им достаточно времени, чтобы добраться до базы без происшествий. Однако, на улицах шастали одинокие твари, что еще не успели спрятаться от противного для их глаз солнца, но стоило им услышать глубокое рычание лейтенанта, как те сразу же меняли маршрут и направлялись в противоположную сторону. Джон подумал, что это могло стать весомым преимуществом – твари банально боялись лейтенанта.
Джон старался шагать в темпе, подгоняя и Элти, чтобы добраться как можно скорее. В своих поисках он действительно ушел очень далеко, а город не был маленьким. Дорога назад пешком займет где-то около четырех часов, и Соуп тешил себя мыслью, что они успеют.
Когда они подбирались к базе, Джон уже почуял неладное. Элти грозно зарычал и остановил Соупа, который уже хотел забежать в дом и радостно сообщить о возвращении Саймона. Однако из дома на созданный ими шум неспешно вышла пара тварей, что точно так же, как и другие ретировались, завидев Элти.
– Черт, да не может быть… – прошептал себе под нос Джон, не веря, что капитан с Газом были убиты этими мразями. Забежав в дом, Джон огляделся и понял, что же на самом деле произошло.
Машины нет ни во дворе, ни за его пределами, в самом доме пропали все снаряжение и вещи первой необходимости. Они уехали. Не дождавшись. Соуп даже не понимал, какие чувства сейчас захватили его. Обида? Злость? Разочарование? Может быть. Он так и застыл посреди пустой гостиной. Из некого транса его вывели руки Элти, что крепко обняли его, прижимая к себе. Соуп чуть откинулся на него спиной, расслабляясь в его объятиях.
– Прости, Элти, не успели… – прошептал Джон, мягко поглаживая обнимающие его руки. Саймон лишь что-то коротко прорычал, прижимая Джонни к себе еще крепче. Лишь они остались друг у друга.