После того, как я спас Ледяную Принцессу из другой школы, мы стали друзьями. От лица Эйдзи
Глава 10. Похожая парочка
В понедельник, на следующей неделе после всех этих безумных событий, я шёл в школу. Усталость всё ещё давала о себе знать. Из-за стычки с десятью парнями мне пришлось раз за разом пересказывать одну и ту же историю, да и других хлопот хватало.
Сестрёнка и родители уговаривали: «Может, хоть сегодня останешься дома?», но я не мог так поступить. Ведь сегодня Кирика возвращается к занятиям.
Правда, когда я утром зашёл за ней, она сказала, что ещё не готова, и отправила меня вперёд.
Я так сильно хотел поскорее её увидеть. И тут вдруг вспомнил: мы ведь так и не обсудили, можно ли рассказывать остальным, что мы встречаемся. Надо будет обговорить это при случае.
«Бух». В спину пришёлся несильный толчок. Голос показался знакомым и одновременно чужим. А затем ко мне сзади прижалось что-то тёплое и мягкое.
Я чуть было не выпалил: «Ты кто?», но вовремя осёкся, когда рядом с моим лицом появилось чужое. На секунду мне снова захотелось задать этот вопрос. И хотя разум отказывался верить, сердце всё поняло.
— Оп! В точку! Как и ожидалось от Эйдзи!
— Ого, это и правда ты... Стоп, подожди-ка! Что вообще произошло?!
Кирика со смешком отстранилась, вышла вперёд и покружилась передо мной.
Первое изменение, бросившееся в глаза, — причёска. Длинная чёлка, которая раньше чуть ли не закрывала лицо, теперь была подстрижена. Это открыло её большие, круглые глаза.
Далее — выражение лица. Раз она была без макияжа, узнать её труда не составило. Но именно из-за выражения лица впечатление кардинально изменилось. Точнее всего будет сказать, что она просто лучилась уверенностью. Кирика стала улыбаться гораздо чаще, причём улыбка выглядела совершенно естественно.
А ещё я заметил, что она выпрямила спину и расправила плечи. Скорее всего, именно это и придавало ей уверенности. Да и голос зазвучал на полтона выше, чем раньше.
— Итак, вопрос! Что во мне изменилось?
— Хочется сказать, что всё. Но если конкретно: причёска, выражение лица и осанка. Ну и манера речи с голосом.
— П-правильно... Ничего себе. Ты назвал всё то же самое, что и твоя сестрёнка.
— Значит, без неё не обошлось. Слушай, я тут сейчас реально в осадок выпаду. Можно задать вопрос?
— Угу. Но сначала дай мне спросить кое о чём.
В этот момент выражение лица Кирики вернулось к обычному. Только сейчас до меня дошло, что её «базовая» мимика всегда отдавала какой-то тревогой.
— Т-тебе... не разонравилась теперешняя я?
— Да нет, я, конечно, удивился, но мне очень нравится. Даже словил какое-то дежавю. Ты сейчас чем-то похожа на сестрёнку, так что никакого отторжения нет.
— О, заметил? Мой идеал — твоя сестрёнка. Но я добавила в этот образ и собственное понимание того, что значит быть милой.
— Угу. Почему всё так вышло... Просто я сама этого захотела. Захотела стать девушкой, достойной Эйдзи.
Затем Кирика всё мне рассказала. Раз уж мы начали встречаться, ей было противно от мысли, что рядом со мной останется прежняя она. Поэтому она твёрдо решила стать милее. Сделала это исключительно ради собственного удовлетворения, а не потому, что кто-то её заставил.
Для этого Кирика попросила помощи у моей сестры. Даже просто изменив осанку и манеру держаться, можно сильно повлиять на впечатление о себе. А уверенность делает девушку ещё привлекательнее. Поэтому последние несколько дней Эйка без остановки хвалила её, повышая самооценку.
А ещё, хоть сегодня этого и не видно из-за формы, Кирика купила новую одежду и училась краситься. Правда, сестра велела ей быть с макияжем осторожнее, чтобы не испортить кожу.
Поработав над чёткой и ясной речью, она в итоге пришла к тому, что я вижу сейчас. Пришла к этому.
— А ещё, если вести себя уверенно, а не уныло, то и издеваться будут меньше! Вот так я и стала такой, какая я есть!
Я понял, как это произошло и в чём кроются причины. Я принял их. Зная Кирику, всё это было вполне в её духе.
Но всё же меня беспокоило одно.
— Я знала, что ты обязательно об этом спросишь. Но, как ни странно, я вообще не чувствую напряжения. Скорее, просто стала той идеальной и милой версией себя, которую сама же себе и представляла. Будто прокачала персонажа в игре до максимума, понимаешь?
— Угу. Обе эти версии — всё равно я. К тому же сестрёнка сказала, что если станет тяжело, я могу в любой момент всё бросить! Так что порядок!
— Да! Единственное, за что я переживала — это посчитаешь ли ты меня милой!
С этими словами Кирика взяла меня за руку. Её ладони оставались холодными — видимо, она всё ещё нервничала.
— Я очень удивился. Прям очень. Но, эм... Скажу честно, как есть.
Услышав это, Кирика с серьёзным лицом посмотрела мне прямо в глаза. С короткой чёлкой её взгляд читался легко, и казалось, что она смотрит мне в самую душу.
Сейчас мне бы совсем не помешало, чтобы меня прочли как открытую книгу.
— Угу. Это просто отвал башки. Видеть столько твоих милых эмоций — это нечто. И то, как уверенно ты держишься, тоже безумно мило. Да, ты всегда была милой, но сейчас это переходит все границы. Я сам в шоке от того, насколько ты милая.
— Э-эхе, правда? Я настолько милая?
— Настолько, что хочется прямо сейчас тебя обнять. Можно?
Раскинув руки в стороны, Кирика с гордым видом засопела. Эй-эй, это уже незаконно мило, серьёзно? Она и раньше была невероятной, но... стоп, а?
— Кажется, из-за того, что ты отбросила все сомнения, я теперь тоже без проблем озвучиваю вслух, какая ты милая.
— Ура-а! Хвали меня ещё больше! И я стану ещё милее!
Не выдержав, я крепко обнял Кирику. Она и правда сильно изменилась. Но главное — не потеряла свою сущность.
Назвать это переменами... Пожалуй, правильнее сказать, что она просто смогла выпустить наружу ту милую Кирику, которая всегда пряталась где-то в глубине её души. Сама Кирика, конечно, молодец, но и сестрёнка у меня просто золото.
— Но с другой стороны, теперь я начинаю переживать, как бы к тебе не начали клеиться другие парни.
— О-о? Неужели ты понял, каково было мне, мистер Популярность?
Эти слова вонзились прямо в сердце. Больно. Очень больно. Кстати, когда она признавалась в чувствах, то тоже говорила, что её бесило, когда другие девчонки стояли ко мне слишком близко.
— Но можешь не переживать! Отныне, если ты пойдёшь гулять, я пойду с тобой! И той девочкой, которая будет к тебе ближе всех, всегда буду я! И наоборот!
— Твоя правда. Кстати, так мы всем рассказываем, что встречаемся?
Я раньше почти не слышал от Кирики подобных словечек. Но почему-то это ей очень шло.
Впрочем, к такому я тоже со временем привыкну.
— Значит, договорились! А, и ещё помоги мне завести друзей!
— Ага. Мне, считай, тоже придётся начинать с чистого листа, так что будем стараться вместе. И да, надо будет сходить к Токияме-сан, сказать спасибо.
— О-о! Тогда побежали, пока не опоздали!
Разговаривая вот так, я осознал ещё одну причину недавнего дежавю. Возможно, мы так долго были вместе, что она стала похожа и на меня. Или правильнее сказать, что это я похож на сестрёнку?
Как бы там ни было, главное, чтобы Кирика не перенапрягалась и двигалась в своём темпе.
Кирика абсолютно не перенапрягалась. Потребовалось некоторое время, чтобы я в этом убедился, но она и правда не притворялась.
Иногда, когда мы оставались наедине, она возвращалась к привычному состоянию, но не более того. К тому же её прежняя версия тоже была милой, так что в итоге получалась просто двойная порция милоты.
Когда мы шли гулять, Кирика всегда была рядом. Хоть раньше мне тоже было весело, теперь стало ещё круче. При этом мы стали чаще гулять просто вдвоём.
С тех пор школьные дни пролетали незаметно. Каждый день приносил радость, вот только друзей я так и не завёл. У Кирики из близких подруг появилась разве что Токияма-сан. Да и то, они учились в разных классах, так что видеться часто не получалось.
Вот так в беззаботных буднях и пролетело время. Наступил третий год средней школы. Пришла пора готовиться к поступлению в старшую. И однажды...
— Слушай, я тут подумала... я хочу поступить в другую старшую школу, не в ту, что ты.
Как гром среди ясного неба. В голове всплыла эта недавно выученная фраза. Настолько внезапным было её заявление.
— П-почему? Да, я учусь лучше, но я могу тебе помочь! Если хочешь, я даже могу поступить туда же, куда и ты...
— Нет, так не пойдёт. Старшая школа сильно влияет на будущее. Подстраиваться под меня нельзя. К тому же у меня есть на это свои причины, так что выслушай.
Бодро кивнув, Кирика прислонилась к моей спине. Я чуть было снова не открыл рот, но послушно замолчал.
— Знаешь, мне кажется, если мы останемся вместе, то перестанем расти над собой.
— В плане друзей. Мы ведь оба так их и не завели, да? У меня есть Токки, но когда мы перейдём в старшую школу, шансов погулять станет куда меньше.
Даже став третьегодкой, я так и не встретил никого, кого мог бы назвать лучшим другом. Хотя само понятие «дружба» для меня всё ещё оставалось немного размытым. Как и у Кирики. Девчонок, с которыми она хотела подружиться, она называла милыми прозвищами, но настоящими подругами они так и не стали. С натяжкой можно было назвать Токияму-сан, но, как и сказала Кирика, в старшей школе времени на встречи почти не останется.
— Мне кажется, старшая школа — это отличный шанс. Если мы поступим в одну, то будем всё время проводить только вдвоём, правда же?
— Вот поэтому. Это нужно ради нашего личностного роста, понимаешь? Дело не в том, что нам категорически нельзя учиться вместе. Просто я хочу стать ещё милее, красивее, надёжнее, жизнерадостнее, добрее, милее и красивее. Хочу, чтобы ты, Эйдзи, так обо мне думал.
— «Милее» и «красивее» ты сказала дважды... но, значит, ещё больше, чем сейчас?
— Угу, ещё больше. А ты разве нет?
— Ну, не скрою, я тоже стараюсь, чтобы ты считала меня крутым.
— Угу. Именно за это я тебя и полюбила.
Кирика легонько ткнула меня локтем в спину. Её доводы казались мне более чем убедительными.
— Больше всего я боюсь, что из-за этого расстояния мы в итоге расстанемся.
— О-о, ты меня недооцениваешь? Я каждый день по возвращении домой буду обеспечивать тебе гарантированное спокойствие одним своим присутствием. А если изменишь — я в слезах побегу жаловаться твоей сестрёнке.
— Да не буду я изменять. Ты тоже давай там, без глупостей.
— Всё будет в ажуре! Безопасность превыше всего! Если что-то случится — сразу пишу тебе. А из парней-друзей у меня будешь только ты, ну и твой лучший друг, если ты его заведёшь! По рукам?
— Ого. Раз у тебя всё так продумано... Ну ладно.
Так мы и решили поступать в разные старшие школы. На третьем году мы стали реже гулять, и вместо этого прорву времени проводили дома за учёбой. Причём в основном я помогал Кирике. Как бы это сказать... Кирика девушка серьёзная и старательная, но учёба даётся ей с огромным трудом. Правильнее будет сказать, что она не очень схватывает на лету. Думаю, отчасти это из-за того, что раньше она тратила всё время на развлечения в ущерб занятиям.
И всё же совместные занятия приносили нам радость, так что время пролетело быстро. Пришла пора экзаменов, и наши усилия увенчались успехом.
Я поступил в школу, которая казалась мне немного не по зубам, чем даже слегка удивил учителей. А Кирика, как и планировалось, прошла в школу со средним проходным баллом.
Почти сразу после оглашения результатов началась подготовка к старшей школе.
— Ещё чуть-чуть, и мы старшеклассники. Честно говоря, страшновато.
— И не говори. Но мысль о том, что после школы меня ждёшь ты, сильно успокаивает.
— Если станет тяжело, сразу говори. Я тоже буду жаловаться.
— А то! Теперь я буду обнимать тебя каждый божий день! Иди ко мне!
Сейчас мне было не то чтобы тяжело, но я послушно принял её объятия. Мы постояли так какое-то время, пока она не отстранилась с довольной улыбкой.
— А, кстати, слышал слухи о «Ледяной принцессе»?
— С чего это вдруг? В новую гачу играть начала?
— Да нет же. Это в реальности. Хотя я и сама знаю только по слухам.
Не понимая, к чему она клонит, я всё же стал слушать. Понятия не имею, откуда она этого нахваталась, но такие байки всегда звучали забавно.
— Говорят, она нереально красивая. Волосы белые как снег, глаза синие как океан. Фигура тоже идеальная — просто неземная красавица. Но на всех реагирует дико холодно, поэтому её и прозвали «Ледяной принцессой».
— Это ещё что такое? Иностранка, что ли?
— Наверное. Хотел бы на неё разок взглянуть? Или даже подружиться?
— Тогда придётся английский подтянуть.
— Бли-ин, не хочу больше учиться!
Но всё-таки... «Ледяная принцесса», значит. Может, она окажется в одной из наших школ?
— А, но говорят, она не в моей и не в твоей школе.
— Серьёзно? Значит, три года пролетят, а мы её так и не увидим.
— Было бы круто хотя бы в одном поезде с ней пересечься. В общем, как повезёт. Только смотри, если увидишь — не пялься на неё слишком сильно!
— Да я не бабник. Не переживай.
Я погладил её по голове, и Кирика радостно рассмеялась.
Так новая жизнь уже стояла на пороге.
Обычно это на меня не похоже, но тут я разволновался не на шутку. Оказаться в классе, где нет ни одного знакомого лица, — тот ещё стресс.
Как там Кирика? Вернусь домой — обязательно всё обсудим. Интересно, кстати, встретила ли она ту самую «Ледяную принцессу».
Смогу ли я завести друзей? С такими мыслями я шёл к станции, как вдруг осознал.
— Блин, я проездной в парте забыл.
Проездного, который должен был лежать в сумке, там не оказалось. Я вспомнил, как от скуки крутил его в руках, засунув их в парту.
Надо же было в первый же день всё забыть. Чертыхаясь про себя, я поспешил обратно. «Класс, наверное, уже закрыли», — подумал я, заглядывая внутрь. Но там кто-то был.
Парень стоял совсем рядом с моим местом. Точнее, прямо за ним. Он судорожно рылся в открытой сумке и то и дело заглядывал в парту.
— Что случилось? Тоже что-то забыл, как и я?
Парень вздрогнул. Ну да, если так внезапно окликнуть в пустом классе, кто угодно испугается.
За партой прямо позади моей стоял парень серьёзного вида. Заговорив с ним, я пошарил у себя и, как и ожидал, нащупал свой проездной.
Забыть что-то — это полбеды, но забыть кошелёк — это реально фиаско.
Я невольно уставился на него и вдруг поймал себя на мысли, что его выражение лица кажется мне до боли знакомым.
Это паникующее лицо я уже где-то видел.
— Скорее не забыл, а... потерял.
— Эй-эй-эй. Это же вообще катастрофа.
Потерять кошелёк — это удар не только по финансам, но и по психике. Вспомнилось, как в детстве Кирика обронила кошелёк на летнем фестивале и тоже жутко паниковала.
— В учительскую ходил? В бюро находок?
— Понятно. Погнали туда. В парте же точно нет?
Я схватил сумку и вышел из класса. Парень тоже поспешно взял свои вещи и пошёл следом.
Однако в учительской нам сказали, что кошелёк никто не приносил. Мой новый знакомый покрылся холодным потом.
— Когда он точно у тебя был? Ты проездной в кошельке носишь?
— Когда выходил из дома, вроде был... А проездной у меня в сумке.
— Вот как. Значит, выронил где-то... Надо позвонить на станцию и спросить.
Я немного подумал и принял решение.
— Раз уж мы так столкнулись, будем считать, что это судьба. Я тебе помогу.
— А, нет, но... Мне как-то неловко.
— Да забей. Если я сейчас просто развернусь и уйду со словами «ну ладно, пока», мне потом самому будет паршиво. К тому же моя девушка мне за такое по шее даст.
На самом деле это была лишь отговорка. Но не мог же я сказать правду: что его паникующая физиономия напомнила мне кое-кого.
— Ага. Не бери в голову. Пошли искать. Но сначала давай хоть представимся. Хоть я тебя и запомнил.
Я-то его запомнил, но он мог и забыть. Мне было всё равно, но он показался мне из тех, кто заморачивается по подобным поводам.
— Я Макидзака Эйдзи. Сидим рядом, так что давай дружить.
— Я Минори Соута. Спасибо тебе.
Он пожал протянутую руку. Ладонь у него была холодной. Тут я снова вспомнил, что у моей девушки руки тоже леденеют от волнения, и мысленно одёрнул себя: «Фу, я сейчас реально как какой-то сталкер».
Но в тот момент я ещё ничего не знал.
Я и подумать не мог, что этот парень, Минори Соута, станет моим первым в жизни настоящим лучшим другом.