Сказ о том, как пролетарии из мира торгашества зарубежного буржуина бороли
Пара слов от Редакции Летописей:
Уважаемый читатель, сегодня хотим опубликовать очень интересное письмо об одном эпизоде экономической борьбы.
Просим тебя внимательно прочитать его и проработать следующие вопросы (лучше – с товарищами):
1) Действовал ли Джек сознательно? Если да, в чем заключается его сознательность?
2) Чем отличается написанное в письме от того, за что агитируют левые ЛОМы, в частности Батов, Комолов, Сёмин и РТФ.
3) Что было бы, если рабочие начали действовать, как их учат адепты профсоюзинга? Достигли бы результата и какого?
Есть чем поделиться или хочешь наладить контакт? Пиши нам, не стесняйся
Прочитай по теме нашу статью про Обуховскую оборону. Найдешь здесь:
Летописный путеводитель по статьям для новичков
А здесь можешь почитать, как освещают классовую борьбу типовые болотные балаболы:
Начнем с небольшого дисклеймера. По причинам, которые уважаемый читатель поймет по ходу моего рассказа, часть информации в этой небольшой повести будет слегка изменена, но основную суть внимательный и пытливый до знаний и чужого опыта борец с капиталом сможет для себя выделить. В этом я не сомневаюсь.
«Привет, Джек,
Это уже в прошлом. Что бы ни произошло, это коснулось всех нас. Тем не менее я просто желаю тебе успехов в будущем.
Я подпишу и отправлю документы сегодня вечером. Ты можешь отнести бумажные копии в офис мистера Франца. Кроме того, не беспокойся о складе: только сообщи работникам мистера Франца адрес и время, и они все сделают.
И в следующий раз, когда я буду у тебя в городе, если ты будешь рядом, я с удовольствием встречусь с тобой!»
Пока глаза Джека бежали по строчкам, улыбка все шире и шире расползалась по его физиономии. Это сообщение означало конец войне, которая длилась между его командой и работодателем в течение последних четырех месяцев.
Для того чтобы в полной мере понять, что произошло, необходимо вернуться в декабрь. Пока католический мир готовился к Рождеству, а вместе с атеистами — и к Новому году, Джек и его команда, состоявшая из специалистки по рекламе, аналитика, двух коммивояжеров и парочки грузчиков, ожидали начала работы. Полгода назад они заключили контракт с иностранной фирмой, производящей табак, и теперь собирались начинать продажи в родной стране, куда уже пришла морем первая поставка в 3 тонны. Все было прекрасно, перспективы открывались самые радужные.
У Джека были налажены и процесс, и отношения с торговыми домами. Ему удалось неплохо сдружиться с владельцем всего их предприятия, и он даже побывал на фабрике в одной далекой жаркой и душной стране.
Настроение было неплохое не только из-за ожидаемых барышей, но и потому, что рабочие на фабрике чувствовали себя сильно лучше среднего. Зарплаты там были на 30–40% выше, чем на любой другой фабрике в округе, что давало понимание: владелец не просто буржуин, а буржуин честный и щедрый.
Во всей этой истории был также еще один соотечественник Джека — Том. Том был главным техническим специалистом и метил в кресло регионального директора. Джек был не против, ведь именно Том привел его в компанию и выбил хорошие условия. Всей операционной деятельностью они ведали вместе, но Джек отвечал за продажи и работу бизнеса, а Том — за финансовую сторону.
С января по май они провели множество командировок, массу мероприятий, в хорошем темпе распродали первую партию и уже ожидали новую, как случилось неожиданно неприятное событие. Один из очередных зарплатных траншей пропал. Он испарился. Не будем тут описывать подробности, но надо сказать, что в тот же момент у Тома появилась новенькая дорогая вещь стоимостью ровно в пропавшую сумму. И Том исчез.
Конечно, для всех это стало ударом. Ведь работать без зарплаты неприятно, платить еще раз неприятно, да и никто не отменял расходов, сопутствующих деятельности любой табачной компании. Начался кризис.
Джек и его команда, как честные наемники, занялись спасением корабля. Сотни созвонов и убеждений партнеров, что все будет хорошо. Попытки выкручиваться там, где, казалось бы, выкрутиться уже нельзя. Переносы оплат и клятвенные заверения в том, что все будет, но не сейчас. Джек перелопатил всю бухгалтерию в поисках ворованного и свободных денег и, конечно, ежедневно тряс владельца на тему выплат. Ответом было: «Tomorrow, my man», «I'm going through a serious financial crisis, but I'm working on it».
Так прошел месяц. Потом еще две недели.
С каждым днем казалось, что вместе с разрушенным доверием к Тому доверие пропало ко всем. И Джек с командой всеми силами пытались помогать и доказывать свою нужность и честность.
Когда количество «tomorrow» перевалило за отметку в пару десятков, в команде зашевелились бунтарские мысли. Всем стало понятно: «Кажется, нас кинули». Но мысль эта никак не уживалась в голове, ведь команда отвечала за все процессы в регионе. Именно они обеспечивали поступление денег. Да и новая поставка пришла — кто-то же должен ее продавать. И к середине второго месяца без оплаты все прояснилось.
«Джек, скажи ребятам, что они будут рассчитаны за весь период, кроме последнего месяца, и предложи искать новую работу. Также пусть нам передадут ключи от складов и аккаунтов».
Красная сирена в башке Джека сверкала и орала. Команда это, разумеется, тоже восприняла крайне однозначно. Тут же был собран совет. После недолгих препирательств и обсуждений было принято решение напрямую спросить, что будет с выплатами.
И первый шаг был сделан. Никаких доступов никто не передал, прикинувшись шлангами. В ответ на запросы полетели отписки в духе «уехал, не могу добраться до компьютера». Вся команда резко отупела. В такой канители прошло еще две недели. Наконец к концу подошел второй месяц без зарплаты и с постоянными завтраками. И-и-и… все.
В один прекрасный день вся коммуникация прервалась. Ни ответа, ни даже сообщения об увольнении. Абсолютная тишина.
Естественно, мысли о бунте стали материализоваться в план. Но, несмотря на это, робкая надежда не покидала. И Джек, рассудив, что стоит не только подождать еще, но и обдумать как следует возврат своих кровных, всеми силами удерживал своих коллег от акций, выкладывания разоблачений и попыток подать в суд (ведь суд бы не посчитал те бумажки, что они подписали при устройстве, чем-то стоящим).
Последней каплей стало игнорирование официального письма с просьбой ответить: «Быть или не быть?» И в этот момент Джек вспомнил, что когда-то, когда он был моложе, ему попадались разные статьи и брошюрки. И там он узнал о борьбе за свои права.
Надо сказать, что в момент, когда стало понятно, что хозяин вовсе не такой добрый, как казалось вначале, а голод и злость взяли верх, холодный рассудок Джека подсказал, что надо хорошенько подумать.
Взглянув на все предприятие, Джек и его команда стали выяснять главные болевые точки: от чего бизнес иностранного хозяина может пострадать больше всего. И точка была найдена. Партнер, мистер Франц, — тот, на кого после увольнения команды перешла обязанность и необходимость продать товар, который доехал до страны. Сумма выплат по зарплатам была сильно меньше той прибыли, которую могли получить (или в данном случае не получить) главный бенефициар и его партнер.
Началась подпольная деятельность. Пока Джек еще числился в штате, он стал проводить тайные встречи с торговыми компаниями, рассказывать им о ситуации и передавать свои опасения за надежность партнерства с компанией. В профессиональных кругах (часть из которых являются потребителями) также пошла пропаганда и тихая агитация за отказ от покупок. Таким образом стали страдать продажи.
Часть команды хотела громко заявить о том, что их кинули, и разоблачить нехорошего злодея. Но Джек просил ждать. Ждать он просил, пока высохнут запасы у дистрибьюторов. И в момент, когда подошла пора обновлять запасы, на инфополе обрушился шквал разоблачений. Друзья, знакомые и неравнодушные граждане пересылали информацию, а дистрибьюторы отказывались от закупок, потому что связываться с репутационными рисками слишком невыгодно, особенно в отсутствие монополии и при наличии кучи конкурентов, готовых предложить свой товар взамен «проблемного».
И случилось чудо. Спустя месяц полного молчания иностранный буржуин вышел на связь с предложением урегулировать вопрос. Вся команда пылала красным огнем. Разговор велся с позиции силы, ведь все понимали: чем больше они раздувают скандал, тем сложнее восстановить продажи.
Буквально за две недели Джеку и команде пообещали выплатить долги, но с условием подписания документов, в которых они обязывались выпустить видео, оправдывающие компанию, а также держать язык за зубами и больше никого не поносить. В общем-то, предложили заплатить их же деньгами за молчание. На что, естественно, все согласились.
И вот, выходя из офиса мистера Франца с увесистой котлеткой денег, Джек размышлял о том, что жизнь хороша. И мало того что он нашел новую работу, он еще и победил буржуя. Он шел и чувствовал, что выиграл эту борьбу. И теперь может немного расслабиться и насладиться жизнью.