Список сюжетных персонажей.
Артём Чёрный
Молодой парень, чью судьбу постигла катастрофа в лице Чёрных — мутантов, что сводят людей с ума телепатическими способностями — и который изо всех сил пытается помочь своей станции, решился отправиться за помощью в Полис. Родился до войны, и в детстве, уже после ядерного конфликта, пережил нападение крыс на родную станцию.
Склонен помогать другим, любопытный и даже жадный до знаний. Необычайно устойчив к психическому воздействию и как-то странно быстро перезаряжается. Полезен как никто другой: знает метро от ВДНХ до Полиса как свои пять пальцев
Я вступил в эту войну ради моих родных и ради моих друзей.
Аркаша
Разносчик газет, подросток лет четырнадцати.
Худой, вёрткий, знает все щели и переходы в радиусе нескольких станций. Официально разносит «Новости Метро» и «Арбатские ведомости». Неофициально — за пяток патронов готов отнести записку, найти человека или проследить за кем нужно, не привлекая внимания. Не потому что плохой — просто умный и голодный.
Идеально подходит для передачи сообщений между игроками, которые физически находятся в разных локациях. Также может стать поводом для небольшой сцены — за ним самим иногда следят, и он это чувствует.
Газету? Или что-нибудь посерьёзнее?
Варвара Никифорова
Сухая, резкая, разговаривает с пациентами как с детьми, а с начальством — как с пациентами. Тридцать лет назад была врачом в нормальной больнице. Теперь — единственный человек на трёх станциях, который умеет зашить рану так, чтобы она не загноилась.
Полезна после любого столкновения или вылазки на поверхность — и как сюжетный элемент (пока лечит, разговаривает, и разговоры эти бывают неожиданными), и как просто живой человек, через которого можно показать быт. Не одобряет насилие, но никогда не отказывает раненым. Даже если не одобряет, зачем те были ранены.
Молчи и не дёргайся. Я сказала — молчи.
Захар Ефимович
Крупный мужчина лет пятидесяти с руками, которые, кажется, никогда не отмоются от самогона и грибной водки. Держит что-то среднее между баром и информационным бюро — наливает всем без разбора, слушает ещё внимательнее, чем говорит. Знает всех проходящих через Арбатскую в лицо, половину — по имени, треть — по тем историям, которые те предпочли бы забыть.
Политикой не интересуется принципиально, но новости знает раньше, чем они попадают в газеты. Если игрок заходит в тупик и не знает, куда двигаться дальше — Захар всегда найдёт, что сказать между делом. Случайно, как будто просто трепется.
Патрон за слова не беру, но и молчать не обязан.
Толя Кривой
Своё прозвище получил за нос, который был сломан трижды. Возраст неизвестен даже ему самому: говорит, что давно перестал считать. Официально — его челнок, возит мелкий товар между станциями. Неофициально — возит всё, что плохо лежит и хорошо продаётся, включая то, что лежать не должно вовсе.
С Ганзой у него отношения сложные: таможенники его знают, периодически трясут, периодически смотрят сквозь пальцы — зависит от того, чем он в последний раз помог нужному человеку. Полезен, когда игроку нужно провезти что-то через границу без лишних вопросов или попасть туда, куда просто так не пускают. Берёт дорого, но держит слово. Последнее — редкость.
Я не спрашиваю, что это. Ты не спрашиваешь, как я это делаю. Договорились?
Стёпа Слепой
Проводник по тоннелям, можно найти на территории Ганзы и Красной Линии.
Не слепой физически — прозвище досталось по другой причине: в тоннелях работает без фонаря. Говорит, что свет только мешает. Ориентируется по звуку, запаху и каким-то собственным ощущениям, которые не берётся объяснять. Водит группы через тёмные перегоны уже лет пятнадцать — ни разу не потерял человека. Ни разу не потерялся сам.
Молчаливый, неудобный в общении, категорически отказывается обсуждать маршрут заранее. Берёт задаток и говорит: «Идёшь или нет». Незаменим для сцен перехода через опасные участки — и как инструмент нагнетания атмосферы, и как персонаж, у которого есть своя история, которую он никогда не расскажет сам.
Не отставай. И не разговаривай — здесь слышно всё.